Рус Eng Cn Перевести страницу на:  
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Библиотека
ваш профиль

Вернуться к содержанию

Право и политика
Правильная ссылка на статью:

Вектор развития международно-правового регулирования в сфере государственно-частного партнерства

Маслова Светлана Валентиновна

кандидат юридических наук

доцент, кафедра Государственного и муниципального управления, Санкт-Петербургский государственный университет

199004, Россия, Санкт-Петербург область, г. Санкт-Петербург, пер. Волховский, 3, оф. 223

Maslova Svetlana Valentinovna

PhD in Law

 
Doctoral Candidate, the department of International Law, Saint Petersburg State University; Head of Laboratory, “Center for Studying Public-Private Partnership”, Higher School of Management of Saint Petersburg State University; Docent, the department of State and Municipal Administration, Saint Petersburg State University
 

199004, Russia, Sankt-Peterburg oblast', g. Saint Petersburg, per. Volkhovskii, 3, of. 223

maslova@gsom.pu.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2454-0706.2021.11.37042

Дата направления статьи в редакцию:

05-12-2021


Дата публикации:

12-12-2021


Аннотация: Предметом исследования являются перспективы развития международного правового регулирования государственно-частного партнерства. В статье поднимается проблема снижения роли государства в регулировании международных и трансграничных отношений в сфере государственно-частного партнерства. Исследование указывает на весьма заметное замещение традиционных процессов регулирования, в центре которых - государства, неформальными процессами международного нормотворчества, ведущую роль в которых занимают негосударственные акторы. Обосновывается, что отсутствие международной конвенции о государственно-частном партнерстве негативно сказывается на регулировании отношений в сфере государственного-частного партнерства. В статье на основе отечественной и зарубежной научной литературы намечается вектор развития международного права в сфере государственн-частного партнерства. Автором обосновывается необходимость принятия международной рамочной конвенции о государственно-частном партнерстве. Анализируются особые формы взаимодействия международного права и внутригосударственного права в сфере государственно-частного партнерства, а также соотношение международного права и неправовых регуляторов в сфере государственно-частного партнерства. Представлены основные аспекты содержания международной рамочной конвенции о государственно-частном партнерстве. Новизна исследования состоит в определении вектора развития международно-правового регулирования государственно-частного партнерства. На основе "столкновения частноправового и публично-правового подходов" к регулированию международных инвестиционных отношений автор обосновывает комплексный подход к регулированию государственно-частного партнерства.


Ключевые слова:

государственно-частное патнерство, трансграничные отношения, международная конвенция, многосторонний подход, рамочный подход, международное инвестиционное право, международное экономическое право, столкновение парадигм, государства, международные организации

Abstract: The subject of this research is the prospects for the development of international legal regulation of public-private partnership. The question is raised on the diminishing role of the state in regulation of international and transboundary relations in the sphere of public-private partnership. The author indicates a quite noticeable replacement of traditional regulatory processes, the key role in which is played by the states, with informal processes of international rule-making, in which the lead is taken by non-state actors. It is substantiated that the absence of international convention on public-private partnership negatively affects the regulation of relations in the sphere of public-private partnership. Leaning on the domestic and foreign scientific literature, the author outlines the vector of development of international law in the sphere of public-private partnership, as well as substantiates the need for adopting the international framework convention on public-private partnership. Analysis is conducted on the special forms of interaction between international law and national law in the sphere of public-private partnership, as well as on correlation between international law and non-legal regulators of public-private partnership. The article describes the key aspects of the content of the international framework convention on public-private partnership. The novelty of consists in establishment of the vector of development of international legal regulation of public-private partnership. Based on the “clash” of private law and public law approaches towards regulation of international investment relations, the author substantiates the comprehensive approach towards regulation of public-private partnership.


Keywords:

public-private partnership, cross-border relations, international convention, multilateral approach, framework approach, international investment law, international economic law, clash of paradigms, states, international organizations

Введение

К числу одной из основных проблем современного международного правопорядка относят снижение роли государств в регулировании международных и трансграничных отношений. Данная проблема актуальна и для регулирования международных и трансграничных отношений в сфере государственно-частного партнерства (ГЧП). К настоящему моменту наблюдается формирование относительно обособленной и при этом весьма значительной по своему объему совокупности разносистемных принципов и норм, регулирующих трансграничные отношения в сфере ГЧП. Для нее свойственна фрагментация, наличие пробелов, диспропорциональность, доминирование норм частного права, возрастание значения неправовых норм. Характеризуя современный режим регулирования ГЧП, едва ли не более подходящим оказывается его определение как «режима, основанного на правилах», в котором основное значение отдается соглашению о ГЧП с условиями, стандартизированными негосударственными акторами, чем «режима, основанного на праве», предполагающего высокий уровень сотрудничества государств для решения задач, стоящих перед всеми участниками международного сообщества, приоритетное значение многосторонних международных договоров. Такое состояние регулирования весьма значимых для государств отношений делает актуальным исследование потенциала международного права и государств в регулировании этих отношений.

Основная часть

Государство и право неотделимы друг от друга, право теряет свою сущность, если оно не обеспечивается государственной властью. Поэтому, каким будет «режим ГЧП», каким будет международное право в сфере ГЧП, во многом зависит от того, каким будет государство и его правовое положение в международных и трансграничных отношениях в сфере ГЧП. Как верно отмечает профессор С.В. Бахин, представления о том, что государства «самоустраняются» от участия в определении экономической политики на мировой арене – это весьма опасный миф. Государства были и остаются главными действующими лицами в мировом экономическом процессе. И с усложнением экономики роль государства будет не сужаться, а расширяться [10]. Мы сами видим, как в условиях глобальных вызовов и кризисных ситуаций, к примеру, распространения коронавирусной инфекции (COVID-19), возросла значимость действий государств. Государства, обладая значительными полномочиями и ресурсами, подтвердили свою способность мобилизовать системы здравоохранения, социальной защиты, оказать экстренные меры государственной поддержки предпринимателям, инвесторам. Как правильно в связи с этим подмечено В.Д. Зорькиным, прогнозы идеологов глобализма об отмирании государства оказались «несколько преждевременными» [12].

Другой важной тенденцией в развитии международного права является оформление особых форм его взаимодействия с внутригосударственным правом в регулировании трансграничных отношений в сфере ГЧП, которые приводят к еще более глубинным связям между ними, особым механизмам их применения. Такое направление развития международного права в сфере ГЧП хорошо укладывается в русло общей тенденции продолжения сближения международного и внутригосударственного права [4, 11].

Изложенное позволяет сформулировать теоретический тезис о том, что на современном этапе развитие международного права в сфере ГЧП означает не только создание новых норм и расширение сферы его действия, но может быть достигнуто посредством новых форм взаимодействия с внутригосударственным правом и неправовыми регуляторами в сфере ГЧП.

Результативным инструментом для создания таких условий развития международного права в сфере ГЧП, основы которого во многом закладываются уже сегодня, выступает международная конвенция, принятие которой позволит путем закрепления взаимных прав и обязанностей договаривающихся сторон согласовать интересы, позиции и действия субъектов международного права в параметрах многосторонности и универсальности. В ней могут найти свое отражение обычные нормы международного права в сфере ГЧП, получить развитие нормы применимых к ГЧП международных договоров. Международная конвенция о ГЧП может разрешить потенциальные коллизии в применении норм международного и внутригосударственного права в сфере ГЧП, сыграть существенную роль в придании юридически обязательной силы международным стандартам ГЧП [14], lex PPPs [13], установив правила и другие меры, необходимые для их использования в качестве применимого права. Посредством международной конвенции может быть определен специальный правовой режим регулирования возникающих по поводу отношений, возникающих в отношении ГЧП во взаимосвязи с Целями устойчивого развития, которые сохраняя общие с отношениями в рамках ГЧП конститутивные признаки, имеют свои специфические особенности, обуславливающие дифференцированный подход к их регулированию.

ГЧП представляет собой одну из правовых форм осуществления иностранных инвестиций, хотя и весьма специфичную. Вместе с тем разработка модели международно-правового регулирования ГЧП в русле тенденций международного инвестиционного права представляется не столь однозначной, когда все чаще слышно о «кризисе легитимности международного инвестиционного права» [5, 9], о необходимости его реформирования [7]. По нашему мнению, международно-правовое регулирование ГЧП представляется целесообразным осуществлять под углом зрения на международное инвестиционное право как подотрасль международного экономического права в условиях сближения международного публичного и международного частного права, на что все чаще указывается в доктрине международного права [11] и практике международных судов [1, 15]. Трансграничные отношения в сфере ГЧП уже сейчас выступают объектом регулирования международного экономического права. В основу моделирования международно-правового ГЧП закладывается теоретическая конструкция, в которой объектом междуна­родного договора являются трансграничные отношения в сфере ГЧП, а предметоммеждународного договора выступают права и обязанности государств в сфере ГЧП, в том числе связанные с осуществлением регулирования трансграничных отношений в сфере ГЧП.

Оценивая перспективы многостороннего и двустороннего метода международно-правового регулирования ГЧП, стоит отметить, что система двусторонних договоров создает не всегда последовательную систему, в то время как многосторонний договор может связать все государства вместе аналогичными и взаимными обязательствами, установив их взаимозависимость [2]. Многосторонний подход к международно-правовому регулированию ГЧП будет способствовать решению существующей проблемы фрагментации, возникшей как результат наличия большого массива актов, зачастую не совпадающих по своему содержанию, но предназначенных для регулирования одних и тех же отношений в сфере ГЧП. Многосторонняя основа регулирования ГЧП снизит проблему «конкурирующих» международных обязательств государств в сфере защиты прав человека, окружающей среды, иностранных частных инвестиций при их осуществлении в рамках ГЧП, обеспечив согласованность этих международных обязательств в рамках одного международно-правового акта. Многостороннее регулирование обеспечит равное правовое положение иностранных инвесторов, позволит избежать ситуаций, возникающих в результате двустороннего международного регулирования. Именно многосторонний подход к регулированию может создать договорную основу для унификации или гармонизации правового регулирования трансграничных отношений в сфере ГЧП. Обосновывая многосторонний подход к регулированию ГЧП, мы не исключаем, тем не менее, двустороннее международное регулирование ГЧП вовсе. Многостороннее регулирование ГЧП целесообразно осуществлять с учетом действующих эффективных механизмов защиты иностранных инвестиций, индивидуальных международно-правовых режимов трансграничных ГЧП, которые закреплены в действующих двусторонних международных договорах. За счет установления в них большого количества норм в целом схожего содержания двусторонний подход в регулировании можно рассматривать как шаг, движение к многосторонности [9]. При этом в международной конвенции о ГЧП должен быть решен вопрос соотношения, возможной коллизии обязательств государств. При обосновании многостороннего подхода к регулированию ГЧП нельзя оставлять без внимания неоднократно предпринимаемые и претерпевшие неудачу попытки заключения многостороннего инвестиционного договора. Приведшие к такому результату причины, которые могли препятствовать и многостороннему регулированию ГЧП, во многом утратили свое значение. Одна из них – противоречия в подходах к регулированию осуществления иностранных инвестиций государств-доноров и государств-реципиентов иностранных инвестиций. В настоящее время государства, прежде являвшиеся реципиентами инвестиций, становятся донорами, и все больше стран, которые выступают в двуедином статусе государства-публичного партнера и государства происхождения частного партнера. В условиях глобализации ГЧП они заинтересованы в установлении единообразных международных требований и условий осуществления иностранных инвестиций в сфере ГЧП, в универсальном, а не фрагментарном правовом регулировании ГЧП.

Обосновывая рамочный подход к регулированию ГЧП, исходим из того, что рамочная конвенция – это вид договора, устанавливающая общие цели и принципы международно-правового регулирования, общие обязательства государств и процессы для принятия ими решений в будущем [3]. Рамочный подход к регулированию международных и трансграничных отношений уже зарекомендовал себя во многих сферах, включая защиту окружающей среды и отдельных прав человека. Не усматривается концептуальных и правовых препятствий для применения этого подхода в экономической, инвестиционной сфере, в сфере ГЧП. Рамочный подход к регулированию международных и трансграничных отношений в сфере ГЧП может быть реализован путем принятия на начальном этапе рамочной конвенции о ГЧП, а в последующем – протоколов к ней, конкретизирующих положения конвенции по всему предмету регулируемых отношений либо по отдельным из них, а также принятия рекомендаций по осуществлению положений рамочной конвенции о ГЧП. Следование такому подходу сможет способствовать решению ряда выявленных в процессе исследования проблем международно-правового режима ГЧП. Во-первых, обеспечить более быстрое достижение консенсуса по общим принципам регулирования и реализации ГЧП и закреплению рамочных обязательств участвующих в конвенции государств. Во-вторых,обеспечить гибкость регулирования, возможность быстрого правового реагирования на динамично развивающиеся трансграничные отношения в сфере ГЧП путем принятия протоколов к рамочной конвенции о ГЧП, внесения изменений или дополнений к ним, не затрагивая базовых положений самой рамочной конвенции о ГЧП. В протоколах к рамочной конвенции о ГЧП государствами могут быть согласованы перечень основных прав и обязанностей и государств, и иностранных лиц, участвующих в трансграничных отношениях в сфере ГЧП; предоставляемые им со стороны государств гарантии и режимы деятельности; критерии допустимости вмешательства государств в осуществление иностранных инвестиций в ГЧП в целях защиты прав человека и окружающей среды; положения, направленные на унификацию регулирования соглашения о ГЧП; основания наступления ответственности иностранных лиц, участвующих в трансграничных отношениях в сфере ГЧП. Рамочный подход к регулированию будет способствовать развитию соотношения норм международного права в сфере ГЧП и неправовых регуляторов в сфере ГЧП, поскольку ключевым элементом рамочных конвенций является создание специального институционного механизма по осуществлению рамочной конвенции. В качестве такого механизма может выступать конференция сторон, уполномоченная принимать рекомендации для осуществления положений рамочной конвенции о ГЧП.

Библиография
1. Arroyo D., Mbengue M. Public and Private International Law in International Courts and Tribunals: Evidence of an Inescapable Interaction // Columbia Journal of Transnational Law. – 2018. – Volume 56. – Issue 4. – рр. 797–854.
2. Blum G. Bilateralism, Multilateralism, and the Architecture of International Law // Harvard International Law Journal. – 2008. – Volume 49. – Number 2. – рр. 323-379. – Р. 334.
3. Bodansky D. The Framework Convention / Protocol Approach [Electronic resource] // Technical Briefing Series WHO/NCD/TFI/99.1. Paper 1 (1999) – World Health Organization – [Site]. – URL: https://apps.who.int/iris/bitstream/handle/10665/65355/WHO_NCD_TFI_99.1.pdf?sequence=1&isAllowed=y (accessed: 11.03.2021).
4. Burke-White W., Slaughter A. The Future of International Law is Domestic (or, The European Way of Law) // Harvard International Law Journal. – 2006. – Volume 47. – Number 2. – pp. 326-352. – Р. 337.
5. Franck S. The Legitimacy Crisis in Investment Treaty Arbitration: Privatizing Public International Law through Inconsistent Decisions // Fordham Law Review. – 2005. – Volume 73. – рр. 1521-1625 – P. 1521;
6. Mills A. Connecting Public and Private International Law / V.R. Abou-Nigm, McCall-Smith K., French D. Linkages and Boundaries in Private and Public International Law – Oxford: Hart Publishing, 2018. – рр. 1-16.
7. Nowrot K. The Other Side of Rights in the Processes of Constitutionalizing International Investment Law: Addressing Investors’ Obligations as a New Regulatory Experiment // Rechtswissenschaftliche Beiträge der Hamburger Sozialökonomie. – 2018. – Issue Р. – pр. 5-41. – Р.12.
8. Roberts А. Incremental, Systemic, and Paradigmatic Reform of Investor-State Arbitration // American Journal of International Law. – 2018. – Volume 112. – Issue 3. – pp. 410-431. – P. 114; Schill S.W., Djanic V. Wherefore Art Thou? Towards a Public Interest-Based Justification of international investment Law // ICSID Review. – Oxford. – 2018. – Volume 33. – Issue 1. – pp. 29-55. – Р. 30.
9. Schill S. The Multilateralization of International Investment Law. – Cambridge: Cambridge University Press, 2009. – 490 p. – Р. 109.
10. Бахин С. В. Инвестиционное право и инвестиционная политика // Rechtslage von Auslandsinvestitionen in Transformationsstaaten. – Berlin: Berliner Wissenschafts-Verlag, 2006. – с. 25–51. – С. 26.
11. Галенская Л.Н. Тенденции развития правового регулирования международных отношений в ХХI в // Международные отношения и право: взгляд в XXI век / Материалы конференции в честь профессора Л.Н.Галенской / Под ред. С.В. Бахина. – СПб.: Издательский дом Санкт-Петербургского государственного университета, 2009. – с. 28-42. – С. 37.
12. Зорькин В.Д. Право и государство на перекрёстке времён. [Электронный ресурс] – Лекция для Петербургского международного юридического форума 18 мая 2021 г. – [Сайт] – URL: https://spblegalforum.ru/cm/userfiles/file/%D0%9B%D0%B5%D0%BA%D1%86%D0%B8%D1%8F%20RUS.pdf (дата обращения: 20.04.2020).
13. Маслова С.В. Lex PPPs как источник регулирования трансграничных отношений в сфере государственно-частного партнерства и роль международных организаций в формировании lex PPPs // Международное право и международные организации. – 2021. – № 4. – С. 1-10.
References
1. Mills A. Connecting Public and Private International Law / V.R. Abou-Nigm, McCall-Smith K., French D. Linkages and Boundaries in Private and Public International Law – Oxford: Hart Publishing, 2018. – rr. 1-16.
2. Franck S. The Legitimacy Crisis in Investment Treaty Arbitration: Privatizing Public International Law through Inconsistent Decisions // Fordham Law Review. – 2005. – Volume 73. – rr. 1521-1625 – P. 1521;
3. Burke-White W., Slaughter A. The Future of International Law is Domestic (or, The European Way of Law) // Harvard International Law Journal. – 2006. – Volume 47. – Number 2. – pp. 326-352. – R. 337.
4. Bodansky D. The Framework Convention / Protocol Approach [Electronic resource] // Technical Briefing Series WHO/NCD/TFI/99.1. Paper 1 (1999) – World Health Organization – [Site]. – URL: https://apps.who.int/iris/bitstream/handle/10665/65355/WHO_NCD_TFI_99.1.pdf?sequence=1&isAllowed=y (accessed: 11.03.2021).
5. Blum G. Bilateralism, Multilateralism, and the Architecture of International Law // Harvard International Law Journal. – 2008. – Volume 49. – Number 2. – rr. 323-379. – R. 334.
6. Arroyo D., Mbengue M. Public and Private International Law in International Courts and Tribunals: Evidence of an Inescapable Interaction // Columbia Journal of Transnational Law. – 2018. – Volume 56. – Issue 4. – rr. 797–854.
7. Nowrot K. The Other Side of Rights in the Processes of Constitutionalizing International Investment Law: Addressing Investors’ Obligations as a New Regulatory Experiment // Rechtswissenschaftliche Beiträge der Hamburger Sozialökonomie. – 2018. – Issue R. – pr. 5-41. – R.12.
8. Roberts A. Incremental, Systemic, and Paradigmatic Reform of Investor-State Arbitration // American Journal of International Law. – 2018. – Volume 112. – Issue 3. – pp. 410-431. – P. 114; Schill S.W., Djanic V. Wherefore Art Thou? Towards a Public Interest-Based Justification of international investment Law // ICSID Review. – Oxford. – 2018. – Volume 33. – Issue 1. – pp. 29-55. – R. 30.
9. Schill S. The Multilateralization of International Investment Law. – Cambridge: Cambridge University Press, 2009. – 490 p. – R. 109.
10. Bakhin S. V. Investitsionnoe pravo i investitsionnaya politika // Rechtslage von Auslandsinvestitionen in Transformationsstaaten. – Berlin: Berliner Wissenschafts-Verlag, 2006. – s. 25–51. – S. 26.
11. Galenskaya L.N. Tendentsii razvitiya pravovogo regulirovaniya mezhdunarodnykh otnoshenii v KhKhI v // Mezhdunarodnye otnosheniya i pravo: vzglyad v XXI vek / Materialy konferentsii v chest' professora L.N.Galenskoi / Pod red. S.V. Bakhina. – SPb.: Izdatel'skii dom Sankt-Peterburgskogo gosudarstvennogo universiteta, 2009. – s. 28-42. – S. 37.
12. Zor'kin V.D. Pravo i gosudarstvo na perekrestke vremen. [Elektronnyi resurs] – Lektsiya dlya Peterburgskogo mezhdunarodnogo yuridicheskogo foruma 18 maya 2021 g. – [Sait] – URL: https://spblegalforum.ru/cm/userfiles/file/%D0%9B%D0%B5%D0%BA%D1%86%D0%B8%D1%8F%20RUS.pdf (data obrashcheniya: 20.04.2020).
13. Maslova S.V. Lex PPPs kak istochnik regulirovaniya transgranichnykh otnoshenii v sfere gosudarstvenno-chastnogo partnerstva i rol' mezhdunarodnykh organizatsii v formirovanii lex PPPs // Mezhdunarodnoe pravo i mezhdunarodnye organizatsii. – 2021. – № 4. – S. 1-10.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования составляют общественные отношения в сфере международного правопорядка. По мнению автора, исследователи наблюдают снижение роли государств в регулировании международных и трансграничных отношений. Автор отмечает тенденции продолжения сближения международного и внутригосударственного права.
Методология исследования включает сравнительно правовой анализ, эмпирические методы.
Актуальность избранной тематики обусловлена ситуацией пандемии, вызванной короновирусной инфекцией в связи с возникновением COVID 19 и сопутствующих изменений правовых режимов, чрезвычайных обстоятельств, а также адаптацией правового регулирования, в особенности на уровне межгосударственных отношений.
Научная новизна состоит в выбранной автором тактике проследить, какие перемены последовали за пандемией в правовом поле.
Стиль представленной статьи можно характеризовать как научно-исследовательский. Структура логична. В статье присутствует введение, основная часть, выводы и заключения. Кроме того, автор представил список литературы.
Содержание раскрывает замысел автора. Интересными представляются отдельные тезисы, представленные автором, в особенности предложение о Конвенции ГЧП. Так, автор анализирует рамочный подход к регулированию международных и трансграничных отношений и полагает, что но уже зарекомендовал себя во многих сферах, включая защиту окружающей среды и отдельных прав человека. По мнению автора, не усматривается концептуальных и правовых препятствий для применения этого подхода в экономической, инвестиционной сфере, в сфере ГЧП. Рамочный подход к регулированию международных и трансграничных отношений в сфере ГЧП может быть реализован путем принятия на начальном этапе рамочной конвенции о ГЧП, а в последующем – протоколов к ней, конкретизирующих положения конвенции по всему предмету регулируемых отношений либо по отдельным из них, а также принятия рекомендаций по осуществлению положений рамочной конвенции о ГЧП.
Поддерживаю предложение автора обеспечить гибкость регулирования, возможность быстрого правового реагирования на динамично развивающиеся трансграничные отношения в сфере ГЧП путем принятия протоколов к рамочной конвенции о ГЧП, внесения изменений или дополнений к ним, не затрагивая базовых положений самой рамочной конвенции о ГЧП. В протоколах к рамочной конвенции о ГЧП государствами могут быть согласованы перечень основных прав и обязанностей и государств, и иностранных лиц, участвующих в трансграничных отношениях в сфере ГЧП. Такой подход позволит более качественно проработать вопросы международного взаимодействия в сфере ГЧП.
Интерес представляют и иные тезисы, приведенные в статье.
Библиография включает источники 2021 г. Но в основном автор опирается на более ранние публикации.
Представленная статья может представляю интерес аудитории с теоретической и практической точек зрения. Рекомендую статью к публикации.