Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1993,   статей на доработке: 313 отклонено статей: 756 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Стратегии совладающего поведения и психологические защиты у девушек с разными ранними дезадаптивными схемами
Капустина Татьяна Викторовна

преподаватель, кафедра общепсихологических дисциплин, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Тихоокеанский государственный медицинский университет" Министерства здравоохранения Российской Федерации

690002, Россия, Приморский край, г. Владивосток, пр. Острякова, 2

Kapustina Tatiana Viktorovna

Lecturer of the Department of General Psychological Disciplines at Pacific State Medical University (PSMU) under the Ministry of Health of the Russian Federation

690002, Russia, Primorskii krai, g. Vladivostok, pr. Ostryakova, 2

12_archetypesplus@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Кадыров Руслан Васитович

кандидат психологических наук

заведующий кафедрой общепсихологических дисциплин, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Тихоокеанский государственный медицинский университет" Министерства здравоохранения Российской Федерации

690002, Россия, Приморский край, г. Владивосток, пр. Острякова, 2

Kadyrov Ruslan Vasitovich

PhD in Psychology

Head of the Department of General Psychological Disciplines at Pacific State Medical University (PSMU)

690002, Russia, Primorskii krai, g. Vladivostok, pr. Ostryakova, 2

rusl-kad@yandex.ru
Люкшина Дарья Сергеевна

старший преподаватель, кафедра общепсихологических дисциплин, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Тихоокеанский государственный медицинский университет" Министерства здравоохранения Российской Федерации

690002, Россия, Приморский край, г. Владивосток, пр. Острякова, 2

Lyukshina Dar'ya Sergeevna

Senior Lecturer of the Department of General Psychological Disciplines at Pacific State Medical University (PSMU)

690002, Russia, Primorskii krai, g. Vladivostok, pr. Ostryakova, 2

danyasergeevna@gmail.com

Аннотация.

Объектом исследования являются ранние дезадаптивные схемы. Предметом исследования – стратегии совладающего поведения и типы психологических защит у девушек с разными ранними дезадаптивными схемами. Авторы рассматривают ранние дезадаптивные схемы как определённые стереотипы поведения, негативно сказывающиеся на жизнедеятельности. Делается акцент на актуальности использования полученных данных в психологическом консультировании при решении различных практических задач по преодолению жизненных трудностей, обусловленных проявлением ранних дезадаптивных схем, что может помочь психологу-консультанту осуществлять определенным образом психологическую поддержку. В работе использовались эмпирические методы и методы обработки данных. В качестве эмпирического метода применялось тестирование представленное Опросником для диагностики ранних дезадаптивных схем «YSQ-S3R», Опросником «Стратегии совладающего поведения» и методикой «Индекс жизненного стиля». Для статистической обработки данных и выявления взаимосвязи использовался коэффициент ранговой корреляции Ч. Спирмена. По результатам проведенного эмпирического исследования у девушек в возрасте 21-30 лет с ранними дезадаптивными схемами преобладают стратегия совладающего поведения - дистанцирование и эго-защитный механизм - вытеснение. Полученные данные можно использовать в процедуре психологического консультирования клиентов или пациентов с ранними дезадаптивными схемами, для повышения результативности и эффективности психологической работы путем трансформации и изменения привычных неэффективных схем поведения. Новизна исследования и вклад авторов состоит в углублении эмпирического материала по изучению ранних дезадаптивных схем и возможности использовании полученных данных в психотерапевтической и психологической помощи.

Ключевые слова: психологические защиты, эго-защитные механизмы, стратегии совладающего поведения, копинг-поведение, копинг-механизмы, Схема-терапия, ранняя дезадаптивная схема, психотерапия, психологическая помощь, психологическая поддержка

DOI:

10.25136/2409-8701.2018.5.27644

Дата направления в редакцию:

10-10-2018


Дата рецензирования:

11-10-2018


Дата публикации:

21-10-2018


Abstract.

The object of the research is the Early Maladaptive Schemas. The subject of the research is the coping behavior strategies and psychological defence mechanisms used by young women with different Early Maladaptive Schemas. The authors of the article analyze Early Maladaptive Schemas as particular behavioral stereotypes that have a negative influence on life activity. The authors underline the importance of the research results for psychological counselling regarding difficult life situations caused by Early Maladaptive Schemas. In the course of their research the authors have used empirical research methods and data processing methods. In particular, they use such tests as the Young Schema Questionnaire YSQ-S3R, Coping Strategy Inventory and Life-Style Index. For statisticall processing of data the authors use Spearman's Rank Correlation Coefficient. The results of the empirical research of young women aged from 21 to 30 years with Early Maladaptive Schemas demonstrate that the coping strategies they mostly use are distancing and repression as an ego defence mechanism. The research results can be used for psychological counselling of clients and patients with Early Maladaptive Schemas and increasing efficiency of psychological assistance by transforming or changing habitual inefficient behavioral schemes. The novelty of the research and the authors' contribution are caused by the fact that they extend the empirical basis of Early Maladaptive Schemas and give the results that can be u sed in psychotherapy and psychological counselling. 

Keywords:

psychotherapy, psychological defence mechanism, ego defense, coping strategy, coping, coping behaviour, Schema Therapy, Early Maladaptive Schema, psychological aid, psychological support

Введение

В современной психологии изучение ранних дезадаптивных схем является достаточно актуальным [1, 2, 8, 11]. Данное понятие сформировалось в контексте относительно нового направления в психотерапии и психологическом консультировании – Схема-терапии. Ранние дезадаптивные схемы (РДС) можно охарактеризовать, как определённые стереотипы поведения человека, которые негативно сказываются на его жизнедеятельности, затрудняют его благоприятное взаимодействие с окружающими, мешают установлению доверительных отношений, формируют негативные установки, отрицательно влияя на психическое и психологическое здоровье. Данное понятие было сформулировано основателем Схема-терапии Дж. Янгом [12]. Автор выделил 18 РДС, разделив их на 5 категорий нарушений – нарушения привязанности, нарушения личностной автономии и непризнания достижений, нарушения границ, ориентация и направленность на потребности других и нарушения, связанные с невозможностью или затруднением в выражении своих чувств и спонтанных эмоций [12]. Современные психологические исследования в контексте Схема-терапии направлены на выявление эффективности данного вида оказания помощи [1, 8], причин возникновения РДС и последствий их воздействия [2, 5, 9], взаимосвязей разных типов РДС с различными психологическими характеристиками [7, 11]. Все эти исследования показывают то, насколько выраженность и преобладание РДС снижают качество жизни, и что человек с РДС нуждается в психологической помощи. При этом следует отметить, что одним из основных принципов Схема-терапии является осознание клиентом или пациентом своих проблем и причин их возникновения, которые напрямую связаны с воздействием РДС [1, 8]. Но также немаловажным является то, каким образом человек справляется с жизненными трудностями, обусловленными проявлением РДС [8], что может помочь психологу-консультанту осуществлять определенным образом психологическую поддержку. Таким образом, целью настоящего эмпирического исследования является изучение способов совладающего поведения и типов психологических защит у молодых людей с разными ранними дезадаптивными схемами.

Материалы и методы

Выборку исследования представили 64 человека женского пола в возрасте 21-30 лет, являющихся студентами старших курсов высшего учебного заведения или имеющих высшее образование, поскольку научные исследования показывают наибольшую выраженность и встречаемость РДС среди людей молодого возраста [11]. Условия, в которых проводилось тестирование, были одинаковыми для всех участников исследования. В работе использовался метод тестирования, представленный Опросником для диагностики ранних дезадаптивных схем «YSQ-S3R» Дж. Янга в адаптации П.М. Касьяник и Е.В. Романовой [10], Опросником «Стратегии совладающего поведения» Л.И. Вассермана и соавторов [4] и методикой «Индекс жизненного стиля» Р. Плутчика и Г. Келлермана в адаптации Л.И. Вассермана и др. [3]. Для статистической обработки результатов исследования применялась программа Statistica 7.0 с использованием коэффициента ранговой корреляции Ч. Спирмена для выявления взаимосвязей между РДС и психологическими защитами и копинг-стратегиями. В работе использовался уровень значимости менее 0,05.

Результаты и их обсуждение

Статистический анализ показал взаимосвязь каждой РДС с определенной стратегией совладающего поведения и/или определенным типом эго-защитного механизма. Результаты представлены в таблице 1.

Таблица 1. Взаимосвязь ранних дезадаптивных схем с эго-защитными механизмами и типами копинг-стратегий

Ранняя дезадаптивная схема (РДС)

Корреляционные связи* РДС с эго-защитными механизмами

Корреляционные связи* РДС с типа копинг-стратегий

Эмоциональная депривированность

Вытеснение

(R= 0,52; p-level=0,017)

Замещение

(R= 0,49; p-level=0,029)

Не выявлено

Покинутость

Замещение

(R= 0,48; p-level=0,031)

Дистанцирование

(R= 0,66; p-level=0,001)

Недоверие

Проекция

(R= 0,62; p-level=0,002)

Вытеснение

(R= 0,65; p-level=0,001)

Замещение

(R= 0,47; p-level=0,037)

Дистанцирование

(R= 0,54; p-level=0,012)

Самоконтроль

(R= 0,58; p-level=0,006)

Социальная отчужденность

Вытеснение

(R= 0,66; p-level=0,001)

Не выявлено

Дефективность

Не выявлено

Дистанцирование

(R= 0,46; p-level=0,042)

Неуспешность

Регрессия

(R= 0,45; p-level=0,047)

Вытеснение

(R= 0,59; p-level=0,004)

Дистанцирование

(R= 0,68; p-level=0,000)

Зависимость

Замещение

(R= 0,46; p-level=0,042)

Дистанцирование

(R= 0,63; p-level=0,002)

Уязвимость

Вытеснение

(R= 0,48; p-level=0,031)

Не выявлено

Запутанность

Не выявлено

Дистанцирование

(R= 0,55; p-level=0,009)

Самоконтроль

(R= –0,51; p-level=0,021)

Принятие ответственности

(R= –0,50; p-level=0,025)

Бегство

(R= 0,48; p-level=0,033)

Привилегированность

Не выявлено

Конфронтация

(R= 0,67; p-level=0,001)

Недостаточность самоконтроля

Регрессия

(R= 0,68; p-level=0,001)

Вытеснение

(R= 0,61; p-level=0,003)

Дистанцирование

(R= 0,50; p-level=0,037)

Бегство

(R= 0,71; p-level=0,000)

Покорность

Не выявлено

Дистанцирование

(R= 0,66; p-level=0,001)

Планирование решения проблемы

(R= –0,48; p-level=0,031)

Самопожертвование

Не выявлено

Положительная переоценка

(R= 0,54; p-level=0,012)

Поиск одобрения

Регрессия

(R= 0,55; p-level=0,011)

Компенсация

(R= 0,59; p-level=0,004)

Не выявлено

Подавленность эмоций

Замещение

(R= 0,47; p-level=0,039)

Дистанцирование

(R= 0,50; p-level=0,023)

Жесткие стандарты

Интеллектуализация

(R= 0,50; p-level=0,022)

Самоконтроль

(R= 0,47; p-level=0,039)

Бегство

(R= 0,53; p-level=0,014)

Негативизм

Регрессия

(R= 0,51; p-level=0,021)

Вытеснение

(R= 0,68; p-level=0,001)

Отрицание

(R= –0,53; p-level=0,014)

Дистанцирование

(R= 0,50; p-level=0,037)

Пунитивность

Не выявлено

Дистанцирование

(R= 0,51; p-level=0,020)

Самоконтроль

(R= 0,46; p-level=0,043)

Принятие ответственности

(R= 0,59; p-level=0,005)

Первая категория РДС, представленная неудовлетворением потребности в привязанности, преимущественно, характеризуется преобладание эго-защитных механизмов, над совладающим поведением. Вероятно, такое преобладание связано с тем, что данная потребность является одной из первичных и ее формирование преимущественно связано с ранним детским возрастом. Так, при выраженности РДС «Эмоциональная депривированность» человек будет использовать такие эго-защитные механизмы, как вытеснение и замещение. То есть эмоциональное состояние, полученное от недостатка тепла, заботы и защищенности в детстве, будет неосознанным, и человек будет осуществлять попытки восполнить его чем-то другим, что также распространяется на другие трудные жизненные ситуации. Вероятно, вытеснение, как раз и позволяет людям с данной РДС не замечать ее сильное воздействие на свою жизнедеятельность [1], а для этого также использовать попытки хотя бы частично достичь исходной цели (то есть удовлетворения этой потребности) через снятие внутреннего напряжения, что может проявляться в различных специфических реакциях вплоть до аутоагрессивного поведения. Такие же специфические реакции в виде замещения от неудовлетворения потребности в привязанности могут наблюдаться при преобладании РДС «Покинутость». А чувства неуверенности и бессилия в возможности иметь надежные отношения с партнером могут проявляться в виде саморазрушения [3, 6]. Однако осознанно у таких людей, согласно полученным результатам, наблюдается стратегия дистанцироваться от мыслей и проблем, связанных с данной РДС, которое может проявляться в виде отстранения или обесценивания, что снижает возможность преодоления проблемных ситуаций, как и в случае замещения. Подобное поведение характерно и для людей с преобладанием РДС «Недоверие» , однако оно еще сопровождается самообладанием, осознанным сдерживанием эмоций, стремлением не показывать свои переживания, поскольку чувства, связанные с данной РДС, вызывают тревогу и страх [1]. Это поведение способствует проявлению такого эго-защитного механизма, как проекция, так как человек стремится переложить то, что происходит внутри его «Я» на окружающих его людей, чтобы в меньшей степени концентрироваться на собственных переживаниях [6]. Также для двух РДС, в основе которых лежит та же неудовлетворенная потребность, «Дефективность» и «Социальная отчужденность» , характерно подобное преодоление трудностей, через избегание осознания причин возникновения чувства неполноценности и дефективности и попытками снижения субъективной значимости той ситуации, которая произошла в детстве.

Следующая категория РДС связана с нарушением личностной автономии и непризнанием достижений личности. Следует отметить, что среди эго-защитных механизмов сохраняется преобладание вытеснения, а среди стратегий поведения – дистанцирование. Данное явление можно объяснить тем, что наличие практически любой РДС будет сопровождаться этими вариантами защит, поскольку люди часто стараются не думать и не вспоминать о том, что было с ними в детстве, так как эта информация может вызвать болезненные для них чувства и переживания. Специфическими особенностями этой категории РДС можно отметить проявление регрессии при преобладании РДС «Неуспешность» и наличие значительного количества стратегий совладающего поведения при Запутанности. «Неуспешность» сопровождается восприятием себя как человека, обреченного на неудачу, которому никогда не везет, и он хуже остальных людей. Эти люди боятся трудных ситуаций, которых было большое количество в детстве или в школьном возрасте, и они сопровождались негативным отношением окружающих к действиям этого человека [1]. Регрессия усиливает в поведении таких людей проявление ущербности, слабости, невезучести, так как оно позволяет вызвать жалость окружающих. «Запутанность» характеризуется неумением принимать независимые решения, оценивать собственные чувства и эмоции, поэтому были получены отрицательные корреляционные связи со стратегиями самоконтроля и принятия ответственности. Этим людям тяжело осуществлять контроль за собой, своей эмоциональной сферой, своим поведением, и они не способны принимать ответственность, поэтому люди с данной РДС стремятся осознанно отрицать и игнорировать проблемы нарушения собственной идентичности и слитности с другими людьми.

При нарушении границ, люди с РДС «Привилегированность» , считают себя особенными и не терпят любые формы ограничений. Именно поэтому у них преобладает такая стратегия совладающего поведения, как конфронтация, сопровождающаяся враждебным, импульсивным и конфликтным поведением, по их мнению, способным разрешить проблему, часто приводящим к ухудшению отношений с другими людьми и позволяющая только снять эмоциональное напряжение, а не разобраться в этой ситуации. При «Недостаточности самоконтроля», ввиду неумения завершать начатое дело до конца, потому что оно кажется скучным, неумения реализовать какие-либо задачи из-за отсутствия терпения, лености, преобладает эго-защитный механизм регрессии.

РДС категории направленности на других характеризуется разными проявлениями защит. Так, при преобладании РДС «Покорность» исследуемый будет стараться дистанцироваться от негативных переживаний и не пытаться решить свои проблемы, вероятно, исследуемый даже к этому не стремится.

При превалировании РДС «Самопожертвование» человек будет переоценивать имеющуюся трудную жизненную ситуацию, искать в ней пути для саморазвития или для принесения пользы другому человеку, считая, что проблемы окружающих, намного важнее, чем свои собственные.

С РДС «Поиск одобрения», связанной с такими защитами как регрессия и компенсация, человек заменяет решение субъективно более сложных задач в ущерб себе на относительно более простые и доступные в сложившихся ситуациях, для получения похвалы и одобрения от окружающих значимых людей. При этом они используют ранее привычные поведенческие стереотипы, помогавшие им получать похвалу и одобрение. Желая соответствовать вкусам других людей, быть принятыми, пытаются найти подходящую замену реального или воображаемого недостатка, дефекта нестерпимого чувства, другим качеством, чаще всего с помощью фантазирования или присвоения себе свойств, достоинств, ценностей, поведенческих характеристик другой личности.

При следующей категории РДС «Подавленность эмоций» во взаимосвязи с механизмом защиты личности замещение и копинг-стратегией дистанцирование, человек подавляя свои чувства и эмоции, спонтанные желания и стремления к контактам избегает неодобрения со стороны других значимых людей. При этом разрядка подавленных чувств и эмоций (чаще всего гнева и агрессии) направляются на объекты, представляющие меньшую опасность или более доступные, чем те, что вызвали отрицательные эмоции и чувства. Им свойственно субъективно снижать значимость и степень эмоциональной вовлеченности в ситуациях подавления своих чувств и эмоций.

РДС «Жесткие стандарты» во взаимосвязи с механизмом защиты личности замещение, интеллектуализация и копинг-стратегией самоконтроль и бегство проявляются в преодоления чувства несовершенства, при помощи логических установок для подавления и сдерживания эмоций, минимизации их влияния на оценку ситуации и выбор стратегии поведения, высокий контроль поведения, стремление к самообладанию. То есть у таких людей преобладает рационального подхода к проблемным ситуациям и избегание переживаемых эмоций и чувств.

Следующая категория РДС «Негативизм» связана с отрицанием и вытеснением фрустрируюших, вызывающих тревогу обстоятельств, проявляющейся в снижении значимости и степени эмоциональной вовлеченности в ситуациях подавления своих чувств и эмоций. При этом личность не обращает внимание на то позитивное, что происходит вокруг, сосредотачиваясь на отрицательных сторонах жизни.

В РДС «Пунитивность» взаимосвязано проявляются такие копинг-стратегии, как дистанцирование, самоконтроль, принятие ответственности, где личность для снижения субъективной значимости трудноразрешимых ситуаций и предотвращения интенсивных эмоциональных реакций на фрустрацию обесценивает собственные переживания, сверхконтролирует свое поведение и необоснованная самокритика с принятием чрезмерной ответственности приводят к проявлению гнева, нетерпимости, требовательности, как к себе, так и к другим. Они испытывают недовольство от неправильного или не совершенного, на их взгляд, поведения людей.

Выводы

Проведенное исследование позволило сделать следующие выводы:

1. Среди эго-защитных механизмов и типов стратегий совладающего поведения для лиц с РДС в большей мере характерны вытеснение и дистанцирование, что обусловлено желанием всех испытуемых снизить субъективную значимость трудноразрешимых ситуаций и предотвратить интенсивные эмоциональные реакции на фрустрацию.

2. Не выявлена взаимосвязь лиц с РДС: дефективность, запутанность, привилегированность, покорность, самопожертвование и пунитивность с эго-защитными механизмами, что обусловлено чрезмерным самоконтролем за поведением, мыслями, действиями, обесцениванием своих желаний, стремлением к доминированию или подчинению.

3. Не выявлена взаимосвязь лиц с РДС: эмоциональная депривированность, социальная отчужденность, уязвимость и поиск одобрения с типами стратегий совладающего поведения, что обусловлено проявлением базового недоверия к миру и людям, нежеланием испытуемых раскрываться, использованием способ не приводящим к нужному результату и вытеснением их как травмирующих событий.

Таким образом, опираясь на определенные психологические защиты личности и типы совладающего поведения при различных РДС, в процессе психологического консультирования психологу будет намного проще выстраивать стратегию психологической помощи.

Библиография
1.
Арнтц А., Якоб Г. Практическое руководство по схема-терапии. Методы работы с дисфункциональными режимами при личностных расстройствах / Пер. с англ. Е. Плотниковой. М.: Научный мир, 2016. 320 с.
2.
Богданов Е.Н., Касьяник П.М., Галимзянова М.В., Романова Е.В., Фаррелл Д.М. Взаимосвязь стилей воспитания и ранних дезадаптивных схем // Прикладная юридическая психология. 2017. № 3 С. 83-93.
3.
Вассерман Л.И., Ерышев О.Ф., Клубова Е.Б. и др. Психологическая диагностика индекса жизненного стиля / Пособие для психологов и врачей. СПб., 2005. 54 с.
4.
Вассерман Л.И., Иовлев Б.В., Исаева Е.Р. и др. Методика для психологической диагностики способов совладания со стрессовыми и проблемными ситуациями личности / Пособие для врачей и медицинских психологов. СПб., 2009. 38 с.
5.
Галимзянова М.В., Касьяник П.М., Романова Е.В. Ранние детские воспоминания взрослых с различными дезадаптивными схемами // Вестник Санкт-Петербургского университета. Психология и педагогика. 2017. Т. 7. № 1. С. 66-80.
6.
Грановская Р.М. Элементы практической психологии. 6-е изд. СПб.: Речь, 2010. С. 371-404.
7.
Елецкая В.В., Романова Е.В. Взаимосвязь ранних дезадаптивных схем, суверенности психологического пространства и самоотношения взрослых людей // Научные исследования выпускников факультета психологии СПбГУ. 2017. Т. 5. С. 21-28.
8.
Кабанова П.В., Капустина Т.В., Кадыров Р.В., Люкшина Д.С. Схема-терапия в контексте психологического консультирования // Российская наука и образование сегодня: проблемы и перспективы. 2018. №2 (21). С. 33-36.
9.
Кадыров Р.В., Мироненко Т.А. Ранние дезадаптивные схемы у лиц с суицидальной попыткой // Психологические аспекты психического здоровья. 2017. № 10. С. 65-71.
10.
Касьяник П.М., Романова Е.В. Диагностика ранних дезадаптивных схем. СПб.: Изд-во Политехн. Ун-та, 2014. 120 с.
11.
Тихомирова М.А., Гришина Н.В. Ранние дезадаптивные схемы в контексте психологического благополучия // Петербургский психологический журнал. 2016. № 16. С. 84-102.
12.
Young J. E., Klosko J. S., Weishaar M. Schema Therapy: A practitioner’s Guide. New York: Guilford Publications, 2003. 436 р.
References (transliterated)
1.
Arntts A., Yakob G. Prakticheskoe rukovodstvo po skhema-terapii. Metody raboty s disfunktsional'nymi rezhimami pri lichnostnykh rasstroistvakh / Per. s angl. E. Plotnikovoi. M.: Nauchnyi mir, 2016. 320 s.
2.
Bogdanov E.N., Kas'yanik P.M., Galimzyanova M.V., Romanova E.V., Farrell D.M. Vzaimosvyaz' stilei vospitaniya i rannikh dezadaptivnykh skhem // Prikladnaya yuridicheskaya psikhologiya. 2017. № 3 S. 83-93.
3.
Vasserman L.I., Eryshev O.F., Klubova E.B. i dr. Psikhologicheskaya diagnostika indeksa zhiznennogo stilya / Posobie dlya psikhologov i vrachei. SPb., 2005. 54 s.
4.
Vasserman L.I., Iovlev B.V., Isaeva E.R. i dr. Metodika dlya psikhologicheskoi diagnostiki sposobov sovladaniya so stressovymi i problemnymi situatsiyami lichnosti / Posobie dlya vrachei i meditsinskikh psikhologov. SPb., 2009. 38 s.
5.
Galimzyanova M.V., Kas'yanik P.M., Romanova E.V. Rannie detskie vospominaniya vzroslykh s razlichnymi dezadaptivnymi skhemami // Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. Psikhologiya i pedagogika. 2017. T. 7. № 1. S. 66-80.
6.
Granovskaya R.M. Elementy prakticheskoi psikhologii. 6-e izd. SPb.: Rech', 2010. S. 371-404.
7.
Eletskaya V.V., Romanova E.V. Vzaimosvyaz' rannikh dezadaptivnykh skhem, suverennosti psikhologicheskogo prostranstva i samootnosheniya vzroslykh lyudei // Nauchnye issledovaniya vypusknikov fakul'teta psikhologii SPbGU. 2017. T. 5. S. 21-28.
8.
Kabanova P.V., Kapustina T.V., Kadyrov R.V., Lyukshina D.S. Skhema-terapiya v kontekste psikhologicheskogo konsul'tirovaniya // Rossiiskaya nauka i obrazovanie segodnya: problemy i perspektivy. 2018. №2 (21). S. 33-36.
9.
Kadyrov R.V., Mironenko T.A. Rannie dezadaptivnye skhemy u lits s suitsidal'noi popytkoi // Psikhologicheskie aspekty psikhicheskogo zdorov'ya. 2017. № 10. S. 65-71.
10.
Kas'yanik P.M., Romanova E.V. Diagnostika rannikh dezadaptivnykh skhem. SPb.: Izd-vo Politekhn. Un-ta, 2014. 120 s.
11.
Tikhomirova M.A., Grishina N.V. Rannie dezadaptivnye skhemy v kontekste psikhologicheskogo blagopoluchiya // Peterburgskii psikhologicheskii zhurnal. 2016. № 16. S. 84-102.
12.
Young J. E., Klosko J. S., Weishaar M. Schema Therapy: A practitioner’s Guide. New York: Guilford Publications, 2003. 436 r.