Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1938,   статей на доработке: 313 отклонено статей: 753 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Доверие информационным источникам, транслирующим непроверенную информацию: личностный и возрастной аспект
Рюмшина Любовь Ивановна

доктор психологических наук

профессор, Южный федеральный университет

344038, Россия, г. Ростов-на-Дону, ул. Нагибина, 13, оф. 234

Ryumshina Liubov Ivanovna

Doctor of Psychology

Professor, the department of Social Psychology and Personality Psychology, South Federal University

344038, Russia, Rostov-On-Don, Nagibina Street 13, office #234

ryumshina@sfedu.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Непроверенная информация занимает важное место в жизни любого человека. Будучи не только стихийным коммуникативным явлением, но и достаточно эффективным средством манипулятивного воздействия на сознание человека, такая информация может распространяться как в межличностном общении, так и СМИ. Целью анализируемого в статье исследования было изучение доверия взрослых респондентов и студентов, склонных к манипуляциям, различным информационным источникам, транслирующим непроверенную информацию. Выбор студенческой молодежи в качестве эмпирического объекта исследования вызван повышенным интересом ученых к данной возрастной группе. В исследовании использовалось анкетирование, а также была специально создана методика, позволяющая оценить степень субъективного доверия к источникам, транслирующим непроверенную информацию о политических и экономических событиях в стране. В исследовании приняло участие 156 человек. Новизна исследование заключается в создании авторской методики, а также изучении доверия источникам, транслирующим непроверенную информацию, лиц с выраженными манипулятивными тенденциями. Результаты исследования показали, что наибольшим доверием респондентов пользуется телевидение. Взрослые респонденты, в отличие от студентов, не доверяют сети Интернет, и не поверят непроверенным сообщениям, если узнали о них от незнакомых людей, которым студенты доверяют больше, чем друзьям и членам семьи. Подавляющее большинство как студентов, так и взрослых, с высоким уровнем выраженности манипулятивных склонностей, доверяют федеральным телеканалам. Увеличение доверия к ним сопровождается у взрослых респондентов уменьшением доверия к местному телевидению, у студентов - к сети Интернет. Это справедливо, как по отношению к утверждениям, касающимся политических, так и экономических событий.

Ключевые слова: непроверенная информация, информационные каналы, доверие, студенты, склонность к манипуляциям, массовая коммуникация, федеральные телеканалы, местные телеканалы, Интернет, межличностное общение

DOI:

10.25136/2409-7144.2018.9.27126

Дата направления в редакцию:

13-08-2018


Дата рецензирования:

14-08-2018


Дата публикации:

27-09-2018


Abstract.

Unverified information holds an important place in life of any person. Being not only an elemental communication phenomenon, but also the means of manipulative impact on human consciousness, such information can be disseminated in terms of interpersonal communication and mass media. The goal of this work lies in examination of trusts of the adult respondents and students, who are prone to manipulations, in various information sources translating unverified information. The choice of student youth as an empirical object of research is caused by the escalated interest of scholars to this age group. The scientific novelty consists in creation of the original methodology that allows assessing the level of subjective trust in sources that translate unverified information about the country’s political and economic events, as well as examination of trust in such sources of the persons with the evident manipulative trends. The results demonstrate that television has most credibility among the respondents. Unlike students, the adult respondents do not trust Internet and would not believe the unverified messages from random people. The great majority of adults and students with high level of manipulative trends have confidence in federal TV channels. Escalation of trust in federal channels among the adult respondents is accompanied by the decline of such in local television, and among the student – in Internet; it concerns both, the political and economic events.

Keywords:

federal TV channel, mass communication, manipulative tendencies, students, trust, information channel, unverified information, local TV channel, Internet, interpersonal communication

Как известно, потребность в надежной и достоверной информации является важнейшим аспектом жизнедеятельности любого человека, делая его жизнь стабильной и предсказуемой. Создавая своего рода «рутинизацию» повседневности, эта информация обеспечивает ощущение целостности и непрерывности обыденной жизни субъекта, и, в конечном итоге, формирует чувство «онтологической безопасности» [1]. Отсутствие такойжизненно важной информации вызывает дискомфорт, внутреннее напряжение, переходящее в тревогу. В результате этого, возникающий, как в индивидуальном, так и общественном сознании информационный вакуум, можетзаполняться недостоверными сообщениями, получаемыми как в процессе межличностного общения, так и транслируемых средствами массовой информации [2]. При этом следует отметить, что стремительное развитие последних создало много возможностей для их воздействия на массовое сознание [3-7 и др.].

Обобщение теоретических источников и результатов эмпирических исследований (Д. В. Ольшанского, П. Сорокина, Т. Шибутани, Г. Олпорта, С. Г. Кара-Мурзы, Г. Г. Почепцова, А. П. Назаретяна, Д. С. Горбатова, А. Г. Караяни, Б. В. Дубина, А. В. Толстых и других авторов) позволяет выделить ряд важных аспектов и функций, выполняемых слухами, сплетнями, пересудами и другими непроверенными сообщениями.

Так, например, слухи помогают человеку адаптироваться к изменяющейся социальной среде, удовлетворяют его естественную социальную потребность в познании окружающего мира, могут даже стимулировать ее [8], снимают или снижают неопределенность, в которой человек не может пребывать долгое время, и выполняют еще ряд жизненно важных для человека функций [9]. Иными словами, в ситуации большой неопределенности делают социальную среду для человека субъективно более ясной, понятной, тем самым, регулируют его поведение. В тоже время они могут выступать и средством манипулирования его сознанием [9-11].

Таким образом, непроверенная и недостоверная информация занимает важное место в современном информационном пространстве, не только как стихийное коммуникативное явление, но и как технология влияния на общественное сознание, эффективное средство информационно-психологического воздействия [2].

Понятно, что степень воздействия любой информации зависит от различных факторов (пола, возраста, личностных особенностей реципиентов и т.д.). При этом следует отметить, что в сложившихся общественно-экономических условиях в нашей стране в последнее время особого внимания заслуживает студенческая молодежь, которая, согласно различным исследованиям, более подвержена информационному воздействию извне [3, 12, 13].

Что касается личностных характеристик, то среди них особое место занимаютценностные образования и близкие к ним психологические явления (интернальность – экстернальность, склонность к манипулированию и др.), также определяющие ценностное отношение к действительности. Именно от них во многом зависит способность противостоять, или, наоборот, попадать под воздействие слухов, сплетен и других подобных им информационных явлений [14]. Но какова будет степень их воздействия на лиц с манипулятивными тенденциями в поведении, которые сами склонны использовать непроверенную информацию в общении для достижения своих корыстных целей, остается мало изученным.

Все вышесказанное явилось основанием для проведения исследования, целью которого было изучить доверие студентов и взрослых респондентов, склонных к манипуляциям, источникам, транслирующим непроверенную информацию. Перед нами стояли задачи: изучить доверие респондентов к информационным источникам, транслирующим непроверенную информацию, независимо от возраста и склонности к манипуляциям; провести сравнительный анализ доверия информационным источникам студентов и взрослых респондентов. Наконец, выявить особенности доверия к информационным источникам, транслирующим непроверенную информацию, студентов и взрослых респондентов с различной выраженностью склонности к манипуляциям.

Для достижения поставленной цели и решения выдвинутых задач нами была создана методика, содержащая 8 специально сконструированных ничем неподтвержденных утверждений, касающихся современных политических и экономических событий в стране. Респондентам предлагалось оценить степень достоверности этих утверждений в зависимости от источника, из которого они могли получить такую информацию (федеральные ТВ каналы, местное ТВ, радио, газеты, интернет, а также члены семьи, друзья и коллеги, незнакомые люди) и проранжировать степень субъективного доверия к каждому источнику от 0 до 7 баллов. Четыре утверждения касались больше политических событий в стране, четыре – экономических. Из них два содержали позитивную информацию, два – негативную. Примером непроверенной позитивной информации об экономических событиях в стране может выступать следующее высказывание: «К концу года курс рубля стабилизируется». Пример негативной информации о политических событиях – «В ближайшее время отношения между НАТО и Россией резко ухудшатся». Манипулятивные склонности определялись по методике МАК-4. Для обработки результатов исследования применялся U-критерий Манна-Уитни.

В исследованииприняло участие 156 человек (55 мужчин и 101 женщина) в возрасте от 18 до 65 лет, студенты и представители различных профессий.

Результаты исследование.

Обратимся к анализу полученных результатов. Рассмотрим сначала доверие респондентов к информационным источникам, транслирующим непроверенную информацию, независимо от их возраста и склонности к манипуляциям.

Рис. 1. Доверие респондентов информационным источникам, транслирующим непроверенную информацию

Как можно заметить из рисунка 1, больше всего они доверяют информации, исходящей из средств массовой информации. Конечно, лидирует в этом блоке ТВ, хотя следует отметить, что разница между доверием федеральным и местным каналам не столь значительна, как это можно было бы предполагать, основываясь на рейтинговой политике СМИ. Меньше всего респонденты доверяют «чужим» - незнакомым людям, случайным попутчикам в транспорте и т.д. Интересно, что согласно опросу, проведенному несколько десятилетий назад, более 58% опрошенных россиян указывали в качестве основных каналов распространения слухов СМИ, 78% респондентов сталкивались с ними в общении со знакомыми и близкими и только 20% - при общении с незнакомыми или малознакомыми людьми [15].

Что касается данного исследования, то хотелось бы отметить, на наш взгляд, интересный результат: интернету и близким людям респонденты доверяют практически в одинаковой мере. Таким образом, интернет становится своего рода «близким», «родственным» источником информации.

Для сравнения доверия информационным источникам молодежи и взрослых респондентов мы выделили группу студентов в количестве 52 человек в возрасте от 18 до 24 лет и контрольную группу 52 респондента в возрасте от 27 до 65 лет.

Оказалось, что данные в двух группах мало отличаются, за исключением доверия к непроверенной информации, получаемой из интернет-сайтов. Нетрудно догадаться, что доверие к этому информационному источнику молодежи выше, чем взрослых, что вполне согласуется с другими исследованиями, показывающими значимость интернета для подрастающего поколения [12, 13, 16 и др.]. Однако, сравнение полученных результатов в двух группах значимых различий не показало (Uэмп. = 32; р>0,05).

В ходе анализа доверия по отдельности политической и экономической непроверенной информации, значимых различий между двумя группами также не было обнаружено (UЭмп = 28.5; р>0,05). Хотя справедливости ради следует отметить, что доверие к интернет-сайтам молодежи и в этом случае выше, чем взрослых. Так среднее значение доверия политическим слухам, получаемым из этого информационного источника, у студентов составляет 4,0, в то время как у взрослых оно более чем в три раза меньше (1,2). Причем такое же соотношение (3,6 и 1,0 соответственно) наблюдается и при анализе доверия двух групп респондентов экономическим слухам. Но в целом можно отметить, что возраст не оказывает существенного влияния на доверие к информационным источникам получения, ни экономической, ни политической непроверенной информации.

Обратимся теперь к анализу доверия различным информационным каналам респондентов с разным уровнем выраженности манипулятивных склонностей. Прежде всего, отметим, что результаты исследования показали наличие среди студентов 21,2% лиц с низким уровнем выраженности макиавеллизма. Студентов со средним уровнем выраженности манипулятивных склонностей было зафиксировано 34,6 %, и большинство студентов обладают высокой выраженностью макиавеллизма – 44,2%. Уровень выраженности макиавеллизма у взрослых респондентов опять-таки мало чем отличается от такового в группе студентов, и значимых различий между ними не было зафиксировано (UЭмп = 31; р>0,05). Среди них такое же число лиц с низким уровнем выраженности макиавеллизма, в большинстве случаев представители этой группы имеют средний уровень выраженности макиавеллизма (46,2% от общего их числа), чуть меньше лиц с его высоким уровнем выраженности - 32,6%. Посмотрим, будет ли отличаться их доверие различным информационным каналам, транслирующим непроверенную информацию.

Рис. 2. Доверие респондентов с низким уровнем выраженности макиавеллизма информационным источникам, транслирующим непроверенную информации.

Как можно заметить, студенты с низким уровнем выраженности макиавеллизма больше, чем взрослые респонденты с тем же уровнем, доверяют федеральным каналам, а взрослые респонденты значительно больше, чем студенты, доверяют местным каналам (рис.2). Нельзя оставить без внимания и тот факт, что взрослые респонденты, в отличие от студентов с низким уровнем выраженности макиавеллизма, из средств массовой коммуникации меньше всего доверяют прессе, абсолютно не доверяют Интернету. Что касается непроверенной информации, исходящей от других людей, то они меньше всего доверяют незнакомым людям, которым, кстати, студенты доверяют больше, чем друзьям и членам семьи.

Таким образом, студенты не доверяют непроверенной информации только исходящей от друзей, в то время как взрослые с низким уровнем выраженности макиавеллизма не доверяют информации из сети Интернет, преобладающее их большинство верит только местному ТВ.

По мере выраженности макиавеллизма растет доверие к федеральным каналам, достигая апогея у взрослых респондентов с высоким уровнем его выраженности(рис.3).Причем это справедливо, как по отношению к утверждениям, касающимся политических, так и экономических событий, о чем свидетельствует отсутствие значимых различий между ними (UЭмп = 29; р>0,05).

Рис. 3. Доверие респондентов с высоким уровнем выраженности макиавеллизма информационным источникам, транслирующим непроверенную информацию.

Увеличение доверия к федеральным телеканалам сопровождается у этой группы респондентов уменьшением доверия к информации, получаемой из местных телевизионных каналов (у взрослых респондентов более чем в 5 раз), у студентов падает (почти в два раза) доверие и к сети Интернет. При этом студенты с высоким уровнем выраженности макиавеллизма доверяют, хоть и в разной степени, всем информационным источникам, кроме газет. В межличностном общении они скорее поверятнепроверенной информации от незнакомых людей чем от близких. Взрослые респонденты этой группы проявляют определенную жесткость, они более зависимы от СМИ, как информационного канала. Преобладающее их большинство верит информации, получаемой из федеральных телеканалов, в одинаковой степени доверяет информации, полученной из местных телеканалов и радио, а также в незначительной степени доверяет членам семьи.

Обсуждение результатов

В целом полученные результаты, на первый взгляд, вполне предсказуемы. Однако есть несколько аспектов, на которых хотелось бы особо остановиться.

Вопреки бытующему мнению, что молодежь мало смотрит ТВ, результаты нашего исследования показывают, что оно по-прежнему является лидирующим средством массовой коммуникации. Слухам, сплетням и другой непроверенной информации как об экономических, так и политических событиях, и взрослые, и студенты, независимо от склонности к макиавеллизму, скорее поверят, если узнают о них не из сети Интернет и в межличностном общении, а из телевизионных программ. Однако федеральные каналы – непререкаемый авторитет только для лиц с выраженными склонностями к манипуляциям.

Серьезным «конкурентом» им как для студенческой молодежи, так и взрослых с низким уровнем выраженности макиавеллизма выступают местные телеканалы, которые менее политизированы (либо сочетают государственную идеологию и развлекательный характер [17]). Они дают больше насущной информации, необходимой для выживания в конкретных условиях (информируют о проблемах местных ЖКХ, общественного транспорта и т.д.).

Обращает на себя внимание и то, что из информационных источников, связанных с другими людьми, взрослые независимо от выраженности манипулятивных склонностей больше всего доверяют членам семьи, в то время как студенты, также безотносительно к их манипулятивным тенденциям, больше верят незнакомым людям, чем родственникам и близким друзьям.

Вероятно, и влияние сети Интернет на молодежь претерпевает определенные изменения. В связи с этим обратимся к нашему исследованию, проведенному в 2012 году, в период прошлой предвыборной президентской компании [18]. Оно касалось политической рекламы, и одним из его аспектов был анализ информационных источников, из которых студенческая молодежь получала информацию о кандидатах в президенты, политических событиях в стране и т.п. Оказалось, что большинство из них получали ее от близких родственников в семье, затем из сети Интернет и лишь потом только из телевизионных программ. Таким образом, можно предположить, что в то время семья формировала ценностные ориентации и политические предпочтения молодых людей. Это подтвердила и беседа со студентами, в ходе которой было выяснено, что чтение политических новостей в Интернете не являлось для них самоцелью. Они выходили в сеть с другими целями, а политические блоги посещали только вследствие обилия рекламных ссылок. Сравнивая эти результаты с результатами проведенного исследования, становится понятно, что последняя президентская предвыборная компания уже проходила в других информационных условиях, когда предпочтения молодежи формировались больше под влиянием СМИ (ТВ и Интернета) и незнакомых случайных людей, чем значимых близких родственников. Что касается сети Интернет, то это согласуется и с исследованиями других авторов, согласно которым современная молодежь достаточно активно пользуется сетью Интернет для получения общественно-политической информации [13, 16 и др.]. Более того, большинство из них считают, что информация из Интернета характеризуется высокой степенью объективности [16]. Интересно, что еще несколько лет назад,согласно социологическим исследованиям, доверие молодежи к информации из сети Интернет было не столь высоко [12].

В проведенном исследовании не анализировались половые различия доверия информационным источникам, транслирующим непроверенную информацию, что может стать перспективой дальнейшего исследования. Точно также как и анализ телевизионных программ, вызывающих разный уровень доверия к транслируемой непроверенной информации.

Библиография
1.
Баринов Д.Н. «Онтологическая безопасность» и ее границы в современном обществе // Социодинамика. — 2017.-№ 9.-С.75-89. DOI: 10.25136/2409-7144.2017.9.23996. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_23996.html
2.
Караяни А.И. Слухи как средство информационно-психологического противодействия. Психологический журнал, Том 24, № 6, 2003 г. С. 47-54.
3.
Акопов Г. Л. Политико-правовые угрозы распространения социально ориентированных интернет-технологий. // Национальная безопасность / nota bene.-2012.-№ 2.-C. 60-67.
4.
Информационная и психологическая безопасность в СМИ: в 2-х т. Т.2: Сб. статей /Под ред. Я.Н. Засурского, Ю.П. Зинченко, Л.В. Матвеевой и др. – М: Аспект Пресс, 2008. 399 с.
5.
Семилет Т.А., Мансков С.А., Лукашевич Е.В., Ершов Ю.М., Горин Д.Г., Фотиева И.В., Пищальникова В.А. Проблемы субъектности в современной массовой коммуникации: профессорский круглый стол // Социодинамика. — 2017.-№ 9.-С.58-74. DOI: 10.25136/2409-7144.2017.9.21654. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_21654.html
6.
Психология общения. Энциклопедический словарь /Под общ. Ред. А.А. Бодалева. 2-е издание, исправленное и дополненное М.: Когито-Центр. 2015. 672 с.
7.
Бартош А.А.. Стратегии информационной войны // Национальная безопасность / nota bene. – 2016. – № 4. – С. 485-499. DOI: Журавлев 10.7256/2073-8560.2016.4.17807.
8.
Журавлев А.Л. Массовые явления в больших диффузных группах //Социальная психология: учебное пособие /Отв. ред. А.Л. Журавлев. ИП РАН, ПЕР СЭ, 2002. С. 273-279.
9.
Горбатов Д. С. Психология слухов и сплетен. СПб.: Речь. 2012.
10.
Назаретян А.П. Агрессивная толпа, массовая паника, слухи. Лекции по социальной и политической психологии. СПб.: «Питер», 2004.
11.
Ольшанский Д.В. Политический PR. СПб.: Питер, 2003.
12.
Щупленков О.В., Щупленков Н.О. Проблемы информационно-коммуникационного потенциала современного общества // Социодинамика. — 2013.-№ 12.-С.70-96. DOI: 10.7256/2306-0158.2013.12.1053. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_10537.html
13.
Cафонова А.С. Политическое сознание молодежи в выборном процессе (на примере г. Санкт-Петербурга). // Политика и Общество.-2012.-№ 10.-C. 88-99.
14.
Рюмшина Л.И. Онтопсихология общения/ LAP LAMBERT Academic Publishing GmbH & Co. Германия, 2011. 366 с.
15.
Хлопьев А.Т. Групповое и массовое сознание в поле слухов // Проблемы информационно-психологической безопасности. М., 1996. С. 53-59.
16.
Васенина И.В., Прончев Г.Б. Виртуальные социальные среды как инструмент мотивации молодежи к общественно-политической деятельности // Социодинамика. — 2018.-№ 4.-С.1-11. DOI: 10.25136/2409-7144.2018.4.25972. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_25972.html
17.
Абрамов Р.А. Роль региональных СМИ в формировании государственной идеологии продвижения позитивного имиджа Союзного государства // Социодинамика. — 2017.-№ 2.-С.66-74. DOI: 10.7256/2409-7144.2017.2.20728. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_20728.html
18.
Рюмшина Л.И. Образы известных людей в политической рекламе: восприятие и отношение молодежи. / European Researcher. № 2-2, 2013. С. 389-395.
References (transliterated)
1.
Barinov D.N. «Ontologicheskaya bezopasnost'» i ee granitsy v sovremennom obshchestve // Sotsiodinamika. — 2017.-№ 9.-S.75-89. DOI: 10.25136/2409-7144.2017.9.23996. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_23996.html
2.
Karayani A.I. Slukhi kak sredstvo informatsionno-psikhologicheskogo protivodeistviya. Psikhologicheskii zhurnal, Tom 24, № 6, 2003 g. S. 47-54.
3.
Akopov G. L. Politiko-pravovye ugrozy rasprostraneniya sotsial'no orientirovannykh internet-tekhnologii. // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene.-2012.-№ 2.-C. 60-67.
4.
Informatsionnaya i psikhologicheskaya bezopasnost' v SMI: v 2-kh t. T.2: Sb. statei /Pod red. Ya.N. Zasurskogo, Yu.P. Zinchenko, L.V. Matveevoi i dr. – M: Aspekt Press, 2008. 399 s.
5.
Semilet T.A., Manskov S.A., Lukashevich E.V., Ershov Yu.M., Gorin D.G., Fotieva I.V., Pishchal'nikova V.A. Problemy sub''ektnosti v sovremennoi massovoi kommunikatsii: professorskii kruglyi stol // Sotsiodinamika. — 2017.-№ 9.-S.58-74. DOI: 10.25136/2409-7144.2017.9.21654. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_21654.html
6.
Psikhologiya obshcheniya. Entsiklopedicheskii slovar' /Pod obshch. Red. A.A. Bodaleva. 2-e izdanie, ispravlennoe i dopolnennoe M.: Kogito-Tsentr. 2015. 672 s.
7.
Bartosh A.A.. Strategii informatsionnoi voiny // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2016. – № 4. – S. 485-499. DOI: Zhuravlev 10.7256/2073-8560.2016.4.17807.
8.
Zhuravlev A.L. Massovye yavleniya v bol'shikh diffuznykh gruppakh //Sotsial'naya psikhologiya: uchebnoe posobie /Otv. red. A.L. Zhuravlev. IP RAN, PER SE, 2002. S. 273-279.
9.
Gorbatov D. S. Psikhologiya slukhov i spleten. SPb.: Rech'. 2012.
10.
Nazaretyan A.P. Agressivnaya tolpa, massovaya panika, slukhi. Lektsii po sotsial'noi i politicheskoi psikhologii. SPb.: «Piter», 2004.
11.
Ol'shanskii D.V. Politicheskii PR. SPb.: Piter, 2003.
12.
Shchuplenkov O.V., Shchuplenkov N.O. Problemy informatsionno-kommunikatsionnogo potentsiala sovremennogo obshchestva // Sotsiodinamika. — 2013.-№ 12.-S.70-96. DOI: 10.7256/2306-0158.2013.12.1053. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_10537.html
13.
Cafonova A.S. Politicheskoe soznanie molodezhi v vybornom protsesse (na primere g. Sankt-Peterburga). // Politika i Obshchestvo.-2012.-№ 10.-C. 88-99.
14.
Ryumshina L.I. Ontopsikhologiya obshcheniya/ LAP LAMBERT Academic Publishing GmbH & Co. Germaniya, 2011. 366 s.
15.
Khlop'ev A.T. Gruppovoe i massovoe soznanie v pole slukhov // Problemy informatsionno-psikhologicheskoi bezopasnosti. M., 1996. S. 53-59.
16.
Vasenina I.V., Pronchev G.B. Virtual'nye sotsial'nye sredy kak instrument motivatsii molodezhi k obshchestvenno-politicheskoi deyatel'nosti // Sotsiodinamika. — 2018.-№ 4.-S.1-11. DOI: 10.25136/2409-7144.2018.4.25972. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_25972.html
17.
Abramov R.A. Rol' regional'nykh SMI v formirovanii gosudarstvennoi ideologii prodvizheniya pozitivnogo imidzha Soyuznogo gosudarstva // Sotsiodinamika. — 2017.-№ 2.-S.66-74. DOI: 10.7256/2409-7144.2017.2.20728. URL: http://e-notabene.ru/pr/article_20728.html
18.
Ryumshina L.I. Obrazy izvestnykh lyudei v politicheskoi reklame: vospriyatie i otnoshenie molodezhi. / European Researcher. № 2-2, 2013. S. 389-395.