Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2114,   статей на доработке: 266 отклонено статей: 911 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Актуальные направления современных психологических исследований гражданской (национальной) идентичности
Чистовский Дмитрий Иванович

аспирант, редактор, Московский государственный психолого-педагогический университет

127051, Россия, г. Москва, ул. Сретенка, 29

Chistovskii Dmitrii Ivanovich

post-graduate student and editor at Moscow State University of Psychology and Education

127051, Russia, Moscow, str. Sretenka, 29

d.chistovskij@gmail.com
Аннотация. В статье представлен обзор зарубежных и отечественных социально-психологических исследований гражданской (национальной) идентичности за период с 2007 по 2016 год. Отобранные работы сгруппированы по основным затронутым в них вопросам: понятие гражданской идентичности как одной из социальных идентичностей, факторы, влияющие на национальную идентичность, взаимосвязь гражданской идентичности и различных установок, внутригрупповой идентификации и национальными предрассудками, потеря национальной идентификации, национализм и патриотизм (ингрупповая идентичность и отношение к аутгруппе). Для этого в Web of Science и РИНЦ были выбраны часто цитируемые публикации по данной тематике, что позволяет судить о том, какие ее аспекты в настоящее время являются наиболее актуальными. Подобный отбор статей и их структурирование дают понимание того, как представляют гражданскую (национальную) идентичность современные ученые-исследователи, какие вопросы являются наиболее актуальными, что является важным в работах по гражданской (национальной) идентичности, насколько изучен данный феномен и каковы перспективы его исследования.
Ключевые слова: гражданская идентичность, национальная идентичность, национализм, патриотизм, социальная идентичность, ингрупповая идентификация, национальные предрассудки, ингрупповая идентичность, отношение к аутгруппе, аутгрупповая агрессия
УДК: 159.9
DOI: 10.25136/2409-8701.2017.3.22572
Дата направления в редакцию: 14-04-2017

Дата рецензирования: 07-04-2017

Дата публикации: 06-07-2017

Abstract. The article provides an overview of foreign and domestic socio-psychological studies of the civil (national) identity in the period from 2007 to 2016. To do this, the author selected Web of Science and RISC cited publications on the subject which allowed to see the most relevant aspects thereof. Researches were grouped according to the main issues raised in these issues: the concept of civic identity as one of the social identities, factors affecting the national identity, relationship of civic identity and a variety of plants, intra-identification and national prejudices, loss of national identity, nationalism and patriotism (in-group identity and attitude to the outgroup). Such selection of articles and their analysis have provided an understanding of how to represent the civil identity of contemporary researchers and how this phenomenon is studied.

Keywords: in-group identity, national prejudices, in-group identification, social identity, patriotism, nationalism, national identity, civil identity, attitudes towards out-group, out-group aggression

В настоящее время в России важное место в общественной жизни занимают вопросы патриотизма и национализма. В государственной политике большое внимание уделяется патриотическому воспитанию и формированию национальной идеи. Одновременно наблюдается вовлеченность молодежи в националистическое движение. Меж тем патриотизм и национализм по своей психологической сути есть частные проявления гражданской идентичности. Первый из них связан с ингрупповой идентичностью и фаворитизмом, а второй – с негативным отношением к аутгруппе. В современной российской науке вопросы, связанные с данным видом идентичности, в основным изучаются в рамках социологии, в отличие от западноевропейской и американской психологии, где национальная идентичность изучается с середины XX века [12]. Накопленный в зарубежной психологической науке опыт изучения гражданской идентичности практически не используется отечественными учеными. В данном обзоре мы представим структурированное описание наиболее актуальных зарубежных и отечественных социально-психологических исследований по ключевым аспектам гражданской (национальной) идентичности за последнее десятилетие (с 2007 по 2016 год). Для этого в Web of Science и РИНЦ были выбраны часто цитируемые публикации по данной тематике – для обзора использовались статьи, каждая из которых имеет более 40 цитирований и упоминаний.

В начале отметим, что в зарубежных исследованиях национальная идентичность традиционно понимается как чувство принадлежности человека к общности сограждан своей страны и представление об этой общности. Поэтому адекватным русским аналогом понятия «national identity» может служить как национальная идентичность, так и гражданская идентичность (последнее – «civil identity» – встречается в исследованиях гораздо реже, совпадая по смыслу с первым понятием или являясь подчиненным ему) – в зависимости от смысла, вкладываемого в понятие национальности, насколько оно синонимично (равнозначно) понятию гражданства (то есть граждане одной страны – представители одной национальности, независимо от региональных особенностей). На это влияет показатель внутреннего единства гражданского общества страны [12].

Понятие идентичности и ее кризиса стало широко использоваться в социальных науках для анализа взаимосвязи общественных трансформаций и стратегий поддержания «самотождественности» благодаря работам Э. Эриксона, который подчеркивал динамический аспект идентичности, ее включенность в социальные и культурные аспекты и взаимосвязь с культурными ценностями и идеологией [16; 17; 18]. В этом ракурсе идентичность (в том числе и социальная, составляющей которой является национальная и гражданская идентичности) изучается и в последующих исследованиях. Теоретической основой для исследований гражданской (национальной) идентичности в зарубежной психологии являются теория социальной идентичности А. Тэшфела и теории социальной категоризации Д. Тернера, которые получили свое распространение в 1970-е годы и привлекли внимание социальной психологии к изучению идентичности [25, 26]. Именно из работ этих двух ученых были взяты одни из основных анализируемых в последующих исследованиях понятий ингруппа и аутгруппа. Так, ингруппа – социальная группа, с которой человек себя психологически идентифицирует как член, и, наоборот, аутгруппа – социальная группа, с которой индивид себя не идентифицирует. В российской науке одними из первых исследователей данной проблематики стали Т.Г. Стефаненко и Л.М. Дробажиева (первая из них подошла к изучению гражданской (национальной) идентичности в исследованиях по этнопсихологии, а вторая – в социологических исследованиях) [12].

В настоящей статье мы рассмотрим, какие аспекты изучения гражданской (национальной) идентичности рассматривается в последнее десятилетие европейскими и американскими учеными и являются наиболее востребованными в научном сообществе (согласно уровню цитирования публикаций), какие вопросы поднимаются в наиболее цитируемых публикациях по данной проблематики, а также как последние достижения зарубежной науки соотносятся с наиболее цитируемыми отечественными разработками. Таким образом, объектом исследования в данной статье является гражданская (национальная) идентичность, а предметом исследования – актуальные направления ее исследования. Метод исследования – анализ и обобщение актуальных и наиболее востребованных научных публикаций по теме. Научная новизна работы заключается в обобщении актуальных, наиболее востребованных исследований за последнее десятилетие по проблематике гражданской (национальной) идентичности.

Гражданская идентичность как вид социальной идентичности

Большинством исследователей национальная (гражданская) идентичность понимается как вид социальной идентичности. При ее описании используются этнические и гражданские представления респондентов, отчасти рассматривается и религиозная составляющая, а также выявляются взаимосвязь национальной, религиозной, этнической и личной (индивидуальной) идентичности и степень их пересечения. На основании этих данных и представлении о национальности среди респондентов выделяются различные типы национализма и патриотизма, формы отношения к представителям других национальностей и вероисповеданий (если религиозная идентичность в полной мере не совпадает с национальной) и к мигрантам, а также представления о национальном среди молодежи и мигрантов второго поколения (что они вкладывают в это понятие). Так, результаты исследования О. Т. Малдун и др. демонстрируют преобладание религиозных и национальных идентичностей, которые с самого начала формировались как противостоящие друг другу [23].

В работе указанных авторов изучается как среди североирландских школьников, так и взрослого ирландского населения. Феномен полного совпадения религиозной и национальной идентичности обнаруживается в полном слиянии понятий религии и национальности в сочинениях североирландских школьников. Исследование небольшой группы взрослых ирландцев, живущих на границе между Ольстером и Ирландской республикой, а также живущих в смешанных браках, показывает, что стратегическое использование национальной и религиозной идентичности может способствовать в дальнейшем для снятия противоречий в Северной Ирландии [23].

Западноевропейские и американские психологи также интенсивно исследуют концепцию комплексной структуры коллективной идентичности. Так, национальная идентичность исследуется О. Дэвидом и Д. Бар-Талом как коллективная с помощью двух уровней анализа [15]. Первый из них – микроуровень. Он показывает, как конкретные члены общества позиционируют себя членами группы с соответствующими когнитивными, эмоциональными и поведенческими последствиями. Второй уровень анализа – макроуровень – показывает, как те же индивиды соотносят себя с понятием коллективной идентичности, то есть когда они в масштабах всего общества проявляют себя как члены коллектива. Этот уровень анализа основывается на двух понятиях. Одно из них – видовые особенности, характеризующие данную коллективную идентичность. Эти особенности проявляются на макроуровне и позволяют проводить определенные сравнения между видами коллективов. Другая основа макроуровня анализа сопряжена с частностями, внутренними характеристиками и уникальными особенностями каждой коллективной идентичности. Рамки вышеописанной концепции подходят для анализа национальной идентичности как частного случая идентичности коллективной.

В современной российской науке структура идентичности как социально-психологического феномена включает в себя субстанциональные основания (социальная память, социальные знания, социокультурный опыт), деятельностный и пространственный аспекты (механизм территориальной идентификации) [8]. Активно исследуется структура гражданской идентичности среди студентов. Так, в сравнительном исследовании И.Ю. Маховой и Шо Фань изучены структура гражданской идентичности и образ Родины у студентов, обучающихся в своей стране и по обмену в другой. Так, Россия в восприятии китайцев и студентов, обучающихся на территории Китая и России, – преимущественно чувствительна и неамбициозна, напряжена, эмоционально неустойчива, обладает низкой самооценкой и безрассудна, а также креативна, мечтательна, интуитивна, раскованна, неорганизованна, разбросана, нелогична, непрактична. Кроме того, согласно полученным данным, Россия, как в территориальной, так и в гражданской категоризации, выступает для субъектов идентификаций непривлекательной группой, в которую респонденты себя не включают. По признаку дискриминации авторы сравнительного исследования российских и китайских студентов определяют Россию и российское гражданство как границы аутгруппы для студентов-участников исследования. Разрушение гражданской идентичности (ее неопределенность) губительно и для целостности группы, и для линости индивида, поскольку приводит к коллективной демотивации, пассивности, отчуждению от общественной жизни, утрате долговременной перспективы [5]. Позитивная же валентность гражданской идентичности способствует переживанию чувства национальной гордости и самоуважения, желанию развивать свою страну, повышает эффективность социального взаимодействия и обеспечивает процветание государства [11].

Факторы, влияющие на национальную идентичность

Одним из ключевых направлений в научных исследованиях являются факторы, влияющие на национальную идентичность. Так, Э. Финелл и К. Лиибкинд изучили воздействие национальной символики и идеологических представлений [19]. Анализ выявил пять основных способов, с помощью которых люди проводят различие между «своими» и «чужими». Эти стратегии разнятся между собой по двум критериям: первый – насколько сильно «свои» и «чужие» делятся на два противоположных лагеря в представлении респондента, и второй – насколько отношения между своими и чужими рассматриваются как односторонние (субъект и объект). Дальнейший анализ показал, что два полюса национализма – партикуляризм и универсализм, играют важную роль в процессе дифференциации «свой» – «чужой» и как следствие, побуждают учитывать проблемы идеологии при изучении социальной идентичности как таковой. Также в статье обсуждается значение отдельных составляющих национальной идентичности в процессе дифференциации.

В исследовании же А. Рейджерса и др. «За пределами этно-гражданской дихотомии: «культурное гражданство» как новый способ не допускать иммигрантов» анализ выявил три группы факторов, влияющих на представления о национальности (гражданстве) – этнические, культурные и гражданские, которые демонстрируют примечательное сходство [24]. Во всех странах культурные и этнические факторы очевидно коррелируют друг с другом, и при этом расходятся с гражданскими факторами. Более того, этнические и культурные факторы положительно соотносятся с предубеждением против мигрантов, в то время как гражданские факторы соотносится с антимигрантскими настроениями отрицательно. Однако, при одновременном анализе всех трех факторов, соотношение этнических факторов и плохого отношения к мигрантам уже не так значительно, в то время как гражданские и культурные факторы проявляются с той же силой. Выводы из данной статьи в настоящее время являются предметом дискуссий. Также изучается взаимосвязь глобализации и национальных представлений. В исследовании Г. Арили показано, как уровень глобализации влияет на национализм, конструктивный патриотизм и отношение к мигрантам [14]. В странах с высоким уровнем глобализации прослеживается обратная зависимость между конструктивным патриотизмом и ксенофобией, и в эти же странах присутствует прямая связь между национализмом и ксенофобией. Сопоставление глобализации и экономического обоснования ксенофобии демонстрирует уникальный эффект глобализации.

Исследование американских социальных психологов М Кеммельмейера и Д. Винтера описано в статье с провокационным названием «Сеем патриотизм, а пожинаем национализм? Последствия наблюдения за американским флагом». По данным авторов активное созерцание национальной символики приводит не просто к возрастанию любви своего Отечества и преданности своей стране, а к ощущению исключительности своей нации вплоть до стремления доминировать над аутгруппами. В эксперименте приняли участие две группы – одна заполняла опросники в комнате, увешанной флагами США, другая – в не декорированной им. Те, кто отвечал на поставленные вопросы в помещении «с флагами», показывали по шкале национализма более высокое чувство превосходства своей нации над другой, а также неприятие представителей иных наций [20].

В отечественной науке подобный фактор (влияние символики на гражданскую идентичность) исследовался с позиций социологии. Так, в МГИМО Н. Б. Помозовой была защищена диссертация на соискание ученой степени кандидата социологических наук «Символы как инструмент управления формированием гражданской идентичности: сравнительный анализ России и Китая». В диссертации отмечается, что в настоящее время формирование гражданской идентичности обуславливается возрастающей значимостью виртуальной реальности. В ней же все больше «преобладают процессы перформативности, спектаклизации, играизации, что приводит к преобладанию контекстуально-лабильных идентификаций». Автор также отмечает, что «одним из важнейших инструментов управления процессами формирования гражданской идентичности являются политические символы, от динамики смысла которых напрямую зависит выбор самоидентификаций граждан». В России этот процесс в 90-е годы XX века не имел определенной спланированной стратегии и был спонтанным. Это явилось причиной возникновения гибридных идентичностей, парадоксально сочетающих советские и новые российские ценности. Характерной чертой гражданской идентичности россиян является ее постоянно увеличивающаяся «текучесть» [6, с. 12-13].

Взаимосвязь между внутригрупповой идентификацией и национальными предрассудками

Активно исследуется взаимосвязь между внутригрупповой идентификацией и национальными предрассудками. В статье Й. Мейеса, Б. Дюрье, Н. Ванбеселаере и Ф. Бойена «Значение представлений о национальной идентичности в связи между ингруппоповой идентификацией и аутгрупповое неприятие: национальное против гражданского» представлены результаты исследования национальной идентичности фламандцев [22]. У респондентов, имеющих наиболее высокий уровень идентификации с этносом, национальные предрассудки выражены ярче, чем у тех, кто считает более важной гражданскую идентичность. Специфическое представление о национальности, к которому тяготеют опрошенные с наиболее высоким уровнем идентификации, в свою очередь и провоцирует этнические конфликты. Результаты исследований среди фламандцев показали, что чем более респонденты относили себя к фламандцам (то есть имели фламандскую ингрупповую идентификацию), тем более этнический аспект преобладает в их идентификации и тем большую склонность к этническим предрассудкам они демонстрировали. При исследовании этой гипотезы в двух параллельных группах студентов высшей школы в длительной перспективе внутригрупповая идентификация на первой стадии позволила предсказать постепенные изменения представлений о национальной идентичности. Кроме того, эти изменения были предопределены изначальным уровнем этнических предрассудков.

Взаимосвязь гражданской идентичности и экономических установок

В других современных исследованиях показана определенная взаимосвязь гражданской и религиозной идентичности с экономическим сознанием и поведением личности [см.: 2, 3, 4, 9, 10, 13]. Так, в современных отечественных психологических исследованиях гражданская идентичность анализируется как один из факторов социально-экономического прогресса общества. Согласно исследованию А.С. Селищева и Н.А. Селищева, в успехе развития экономики стран Восточной Азии в конце ХХ – начале XXI веков важную роль играет чувство национальной гордости и патриотизма [9, с. 30]. Гражданская идентичность также является одной из составляющих социального капитала, а его развитие положительно влияет на развитие экономики и сплочение поликультурного и поликонфессионального общества [см.: 4]. Таким образом, если понять взаимосвязь гражданской и религиозной идентичности в структуре личности с экономическими установками и представлениями, как отмечает М.В. Ефремова, то можно спрогнозировать успешность социально-экономического развития России. В исследовании автора показаны конфессиональные различия во взаимосвязях гражданской идентичности с экономическими установками и представлениями. Так у представителей ислама выраженность гражданской идентичности ведет только к продуктивным экономическим установкам (позитивным прогнозом роста благосостояния в будущем, удовлетворенностью потребительских интересов, удовлетворенностью материальным благосостоянием, удовлетворенностью жизнью). У представителей же христианства наблюдаются амбивалентные связи выраженности гражданской идентичности с экономическими установками. У студентов-христиан обнаружены как продуктивные (позитивный прогноз роста благосостояния в будущем, выбор конкуренции с целью самореализации, установка на межличностное доверие), так и непродуктивные (негативное отношение к конкуренции, низкая удовлетворенность собственным материальным благосостоянием, низкая значимость денег) экономические установки [1, с. 10-12].

Потеря национальной идентификации

Одной из актуальных исследовательских проблем является потеря национальной идентификации (в основном на примере мигрантов). Так, М. Феркайтеном и A. A. Йилдизом среди голландских мусульман турецкого происхождения было проведено три исследования: одно было сфокусировано на вопросах национальной идентичности, второе – на религиозно-этническом аспекте, а третье было посвящено критериям религиозной идентичности [28]. Многие участники исследований мало интересовались национальным вопросом, показали низкую приверженность к нации и признаки потери национальной идентичности (дезидентификации). При этом чувство этнической и религиозной общности среди респондентов были очень сильны. Это чувство религиозно-этнической общности негативно соотносится с ощущением принадлежности голландскому гражданству – так, третье исследование показало, что респонденты национально не идентифицируют себя как голландцев. Это отторжение связано не только с причислением себя к другой религии и этническому меньшинству, но и с тем, что участники опроса не отождествляют себя с голландским государством. В первых двух исследованиях отмежевание от голландской нации соотносилось с причислением себя к этническому меньшинству. Результаты этих исследований обсуждаются с точки зрения социально-психологического изучения групповой идентификации, двойной идентичности и значения религии в межгрупповом взаимодействии. В статье С. Цукамото, Дж. Энрайта и М. Курасавы «Психологический эссенциализм и национализм как определяющие факторы формирования межэтнических стереотипов» представлены результаты исследования того, могут ли люди со слабой национальной идентичностью (т.е. низким показателем национализма) демонстрировать временную приверженность эссенциализму, изменив свои представления об этнических границах, и тем самым способствовать созданию межэтнических стереотипов [27]. Чтобы проверить эти предположения, авторы статьи проверили исследование о традиционных представлениях японцев о границах между японским и китайским народами, рассматривая в нем национализм как отдельную переменную. Результаты во многом совпали с предположениями, подтвердив, что усиление эссенциализма в обществе со слабым национализмом может способствовать усилению межэтнических предубеждений.

Отдельным направлением научных исследований национальной идентичности является ее соотношение с такими понятиями как национализм и патриотизм, описываемые с помощью одних из основных феноменов теории социальной идентичности – ингрупповая идентичность и отношение к аутгруппе (в первую очередь в изучении положительности первой конфигурации и враждебного проявления второй). В большей мере современные подходы к психологическому изучению национализма базируются на исследовании Р. Костермана и С. Фешбаха «Патриотические и националистические установки» (1989) [21]. В статье отмечается необходимость разработки многомерного подхода к патриотическим и националистическим аттитюдам. С помощью факторного анализа собственного опросника политических установок исследователи выделили шкалы «патриотизма», «национализма» и «интернационализма». Анализируя данные этих шкал, Р. Костерман и С. Фешбах пришли к выводу, что национализм и интернационализм – в целом независимые явления и не противопоставлены друг другу. В работе была показана разница между национализмом и патриотизмом – первый был в большинстве свойственен респондентам, родившимся за пределами США, а патриотизм – коренным американцам. Ученые интерпретировали результаты исследования таким образом: позитивная ингрупповая идентичность не обязательно влечет за собой враждебность к аутгруппе. Таковое противопоставление национализма и патриотизма – хоть и спорное, но достаточно часто используемое в современной науке: в исследованиях используются либо непосредственно опросник Р. Костермана и С. Фешбаха, либо авторский опросник, основанный на идее этих двух американских исследователей [12, с. 16]. Поэтому основным направлением в данной тематике является изучение соотношения национализма и патриотизма, в чем выделяется два основных подхода: массовые исследования в рамках политической психологии (при сочетании данных социологии и психологии) и исследования в рамках социально-психологической методологии [12, с. 17].

В отечественной науке данная тематика исследуется в основном в рамках социологии. Проблемное поле данного направления научных исследований заключается в вопросах противоречия между процессами формирования этнической и гражданской идентичности, которые теоретически изучены не в полной мере. В социальных науках в России пока не выявлены связи между субъективной значимостью этнической идентичности как психологической основы воспроизводства этнонациональной идеологии и процессами формирования и поддержания установок межэтнической толерантности и национально-гражданской идентичности. В практических же исследованиях еще не изучены социально-психологические причины изменения этнической идентичности из толерантной формы в интолерантную [7, с. 4].

Подводя итог обзору изучения гражданской идентичности в современных зарубежных и отечественных исследованиях, можно выделить следующие вопросы, которые нашли отражение в них.

В теоретических работах национальная (гражданская) идентичность рассматривается в системе идентичностей (личностной, социальной и более частных – религиозной и этнической) и взаимосвязей между их видами. Так, гражданская идентичность понимается как одна из социальных, связанная с религиозной и этнической и отношением к государству.

В исследованиях выделяют три группы факторов, влияющих на представления о национальности (гражданстве) – этнические, культурные и гражданские, которые достаточно важны в определении отношения к «своим» и «чужим». Так, если в структуре национальной (гражданской) идентичности важны этнические и культурные составляющие, то национальные предрассудки выражены ярче, чем у тех, кто считает более важной исключительно гражданскую идентичность.

Другой стороной в изучении данной темы является проблема патриотизма и национализма, рассматриваемая в ракурсе ингрупповой идентичности и отношения к аутгруппе. Патриотизм представляется как положительное отношение к своей Родине при нейтральном отношении к внешним группам, а в то же время национализм связан с негативным отношением к аутгруппам.

Как в зарубежных, так и в отечественных исследованиях изучается влияние национально-государственной символики на проявление национализма или патриотизма. Так, в зарубежных исследованиях показано, что наблюдение символики связано с более высоким чувством превосходства своей нации над другой. Отечественные данные также представляют важность символики в вопросе управления патриотическими / националистическими настроениями молодежи.

Также в современных отечественных психологических исследованиях гражданская идентичность анализируется как один из факторов социально-экономического прогресса общества. Российскими учеными показано, что существуют различия во взаимосвязях гражданской и религиозной идентичности с экономическими установками и представлениями.

Таким образом, национальная (гражданская) идентичность – многокомпонентный конструкт, взаимосвязанный с этническими, культурными (в том числе символическими), религиозными, гражданскими и экономическими представлениями членов ингруппы и играющий важную роль в общественном спокойствии и безопасности государства. Меж тем, в российской социальной психологии национальная идентичность изучены слабо. Есть обширные исследования в других гуманитарных и социальных науках, модели, конструкции, данные и результаты которых можно использовать при проведении социально-психологических изысканий.

Библиография
1.
Ефремова М.В. Взаимосвязь гражданской и религиозной идентичности с экономическими установками и представлениями : автореферат дис. ... кандидата психологических наук : 19.00.01 / Ефремова Мария Викторовна; [Место защиты: Гос. ун-т – Высш. шк. экономики]. – Москва, 2010. – 29 с.
2.
Коваль Т.Б. Православная этика труда // Мир России. 1994. № 2. С. 54-96.
3.
Коваль Т.Б. Этика труда православия // Общественные науки и современность. 1994. № 6. С. 55-70.
4.
Лебедева Н.М., Татарко А.Н. Ценности культуры и развитие общества. – М.: Издательский дом ГУ ВШЭ, 2007. – 528 с.
5.
Махова, И.Ю., Шо Фань. Гражданская идентичность студентов России и Китая в психологическом исследовании // Ученые записки Комсомольского-на-Амуре государственного технического университета. – 2014. – Т. 2. – № 3 (19). – С. 33-40.
6.
Помозова Н.Б. Символы как инструмент управления формированием гражданской идентичности : сравнительный анализ России и Китая : автореферат дис. ... кандидата социологических наук : 22.00.08 / Помозова Наталья Борисовна; [Место защиты: Моск. гос. ин-т междунар. отношений]. – Москва, 2012. – 25 с.
7.
Рыжова С.В. Этническая и гражданская идентичность в контексте межэтнической толерантности : автореферат дис. ... кандидата социологических наук : 23.00.02 / Рыжова Светлана Валентиновна; [Место защиты: Институт социологии РАН]. – Москва, 2008. – 33 с.
8.
Санина А.Г. Государственная идентичность: издержки виртуализации // Социс. 2012. № 3. С. 77-87.
9.
Селищев А.С., Селищев Н.А. Китайская экономика в XXI веке. – СПб.: Питер, 2004. – 240 с.
10.
Сусоколов А.А. Культура и обмен. Введение в экономическую антропологию. – М.: «Русская панорама», 2006. – 446 с.
11.
Татарко А. Н., Лебедева Н.М. Социальный капитал: теория и психологические исследования [Электронный ресурс]. URL: http://finance-finance.com/book-kapital/sotsialnyiy-kapital-teoriya-psihologicheskie.html, 2009.
12.
Хухлаев О.Е. Психология национализма в зарубежных исследованиях // Социальная психология и общество. 2012. № 4. С. 15-29.
13.
Элбакян Е.С., Медведко С.В. Влияние религиозных ценностей на экономические предпочтения верующих россиян // Социологические исследования. 2001. № 8. С. 103-111.
14.
Ariely G. Globalization, immigration and national identity: How the level of globalization affects the relations between nationalism, constructive patriotism and attitudes toward immigrants? // Group Processes & Intergroup Relations. 2012. V. 15. I. 4. Pp. 539-557.
15.
David O., Bar-Tal D. A Sociopsychological Conception of Collective Identity: The Case of National Identity as an Example // Personality and Social Psychology Review. 2009. V. 13. I. 4. Pp. 354-379.
16.
Erikson E.H. Childhood and Society. N. Y. 1963. 445 p.
17.
Erikson E.H. The problem of ego-identity // Journal of the American Psychoanalytic Association. 1956. № 4. Pp. 56-121.
18.
Erikson Е.Н. Psychosocial Identity // A Way of Looking at Things Selected Papers / ed. by Schlein. N. Y., 1995.
19.
Finell E., Liebkind K. National symbols and distinctiveness: Rhetorical strategies in creating distinct national identities // British Journal of Social Psychology. 2010. V. 49. I. 2. Pp. 321-341.
20.
Kemmelmeier M., Winter D.G. Sowing patriotism, but reaping nationalism? Consequences of exposure to the American flag // Political Psychology. 2008. V. 29. I. 6. Pp. 859-879.
21.
Kosterman R., Feshbach S. Toward a measure of patriotic and nationalistic attitudes // Political Psychology. 1989. V. 10. № 2. Pp. 257-274.
22.
Meeus J., Duriez B., Vanbeselaere N., Boen F. The role of national identity representation in the relation between in-group identification and out-group derogation: Ethnic versus civic representation // British journal of social psychology. 2010. V. 49. Issue: 2. Pp. 305-320.
23.
Muldoon O.T., Trew K., Todd J., Rougier N., McLaughlin K. Religious and national identity after the Belfast Good Friday Agreement // Political Psychology. 2007. V. 28. I. 1. P. 89-103.
24.
Reijerse A., Van Acker K., Vanbeselaere N., Phalet K., Duriez B. Beyond the Ethnic-Civic Dichotomy: Cultural Citizenship as a New Way of Excluding Immigrants // Political Psychology. 2012. V. 34. Issue 4. Pp. 611-630.
25.
Tajfel H. Social categorization, social identity and social comparison // Tajfel H. (Ed.), Differentiation between social groups: Studies in the social psychology of intergroup relations. New York: Academic Press, 1978, pp. 61–76.
26.
Tajfel H., Turner, J.C. An integrative theory of intergroup conflict // Austin W.G., Worchel S. (Eds.) The social psychology of intergroup relations. Monterey, CA: Brooks/Cole, 1979, pp. 33-47.
27.
Tsukamoto S., Enright J., Karasawa M. Psychological Essentialism and Nationalism as Determinants of Interethnic Bias // Journal of Social Psychology. 2013. V. 153. I. 5. Pp. 515-519.
28.
Verkuyten M., Yildiz A.A. National (dis)identification and ethnic and religious identity: A study among Turkish-Dutch Muslims // Personality and Social Psychology Bulletin. 2007. V. 33. Issue 10. Pp. 1448-1462.
References (transliterated)
1.
Efremova M.V. Vzaimosvyaz' grazhdanskoi i religioznoi identichnosti s ekonomicheskimi ustanovkami i predstavleniyami : avtoreferat dis. ... kandidata psikhologicheskikh nauk : 19.00.01 / Efremova Mariya Viktorovna; [Mesto zashchity: Gos. un-t – Vyssh. shk. ekonomiki]. – Moskva, 2010. – 29 s.
2.
Koval' T.B. Pravoslavnaya etika truda // Mir Rossii. 1994. № 2. S. 54-96.
3.
Koval' T.B. Etika truda pravoslaviya // Obshchestvennye nauki i sovremennost'. 1994. № 6. S. 55-70.
4.
Lebedeva N.M., Tatarko A.N. Tsennosti kul'tury i razvitie obshchestva. – M.: Izdatel'skii dom GU VShE, 2007. – 528 s.
5.
Makhova, I.Yu., Sho Fan'. Grazhdanskaya identichnost' studentov Rossii i Kitaya v psikhologicheskom issledovanii // Uchenye zapiski Komsomol'skogo-na-Amure gosudarstvennogo tekhnicheskogo universiteta. – 2014. – T. 2. – № 3 (19). – S. 33-40.
6.
Pomozova N.B. Simvoly kak instrument upravleniya formirovaniem grazhdanskoi identichnosti : sravnitel'nyi analiz Rossii i Kitaya : avtoreferat dis. ... kandidata sotsiologicheskikh nauk : 22.00.08 / Pomozova Natal'ya Borisovna; [Mesto zashchity: Mosk. gos. in-t mezhdunar. otnoshenii]. – Moskva, 2012. – 25 s.
7.
Ryzhova S.V. Etnicheskaya i grazhdanskaya identichnost' v kontekste mezhetnicheskoi tolerantnosti : avtoreferat dis. ... kandidata sotsiologicheskikh nauk : 23.00.02 / Ryzhova Svetlana Valentinovna; [Mesto zashchity: Institut sotsiologii RAN]. – Moskva, 2008. – 33 s.
8.
Sanina A.G. Gosudarstvennaya identichnost': izderzhki virtualizatsii // Sotsis. 2012. № 3. S. 77-87.
9.
Selishchev A.S., Selishchev N.A. Kitaiskaya ekonomika v XXI veke. – SPb.: Piter, 2004. – 240 s.
10.
Susokolov A.A. Kul'tura i obmen. Vvedenie v ekonomicheskuyu antropologiyu. – M.: «Russkaya panorama», 2006. – 446 s.
11.
Tatarko A. N., Lebedeva N.M. Sotsial'nyi kapital: teoriya i psikhologicheskie issledovaniya [Elektronnyi resurs]. URL: http://finance-finance.com/book-kapital/sotsialnyiy-kapital-teoriya-psihologicheskie.html, 2009.
12.
Khukhlaev O.E. Psikhologiya natsionalizma v zarubezhnykh issledovaniyakh // Sotsial'naya psikhologiya i obshchestvo. 2012. № 4. S. 15-29.
13.
Elbakyan E.S., Medvedko S.V. Vliyanie religioznykh tsennostei na ekonomicheskie predpochteniya veruyushchikh rossiyan // Sotsiologicheskie issledovaniya. 2001. № 8. S. 103-111.
14.
Ariely G. Globalization, immigration and national identity: How the level of globalization affects the relations between nationalism, constructive patriotism and attitudes toward immigrants? // Group Processes & Intergroup Relations. 2012. V. 15. I. 4. Pp. 539-557.
15.
David O., Bar-Tal D. A Sociopsychological Conception of Collective Identity: The Case of National Identity as an Example // Personality and Social Psychology Review. 2009. V. 13. I. 4. Pp. 354-379.
16.
Erikson E.H. Childhood and Society. N. Y. 1963. 445 p.
17.
Erikson E.H. The problem of ego-identity // Journal of the American Psychoanalytic Association. 1956. № 4. Pp. 56-121.
18.
Erikson E.N. Psychosocial Identity // A Way of Looking at Things Selected Papers / ed. by Schlein. N. Y., 1995.
19.
Finell E., Liebkind K. National symbols and distinctiveness: Rhetorical strategies in creating distinct national identities // British Journal of Social Psychology. 2010. V. 49. I. 2. Pp. 321-341.
20.
Kemmelmeier M., Winter D.G. Sowing patriotism, but reaping nationalism? Consequences of exposure to the American flag // Political Psychology. 2008. V. 29. I. 6. Pp. 859-879.
21.
Kosterman R., Feshbach S. Toward a measure of patriotic and nationalistic attitudes // Political Psychology. 1989. V. 10. № 2. Pp. 257-274.
22.
Meeus J., Duriez B., Vanbeselaere N., Boen F. The role of national identity representation in the relation between in-group identification and out-group derogation: Ethnic versus civic representation // British journal of social psychology. 2010. V. 49. Issue: 2. Pp. 305-320.
23.
Muldoon O.T., Trew K., Todd J., Rougier N., McLaughlin K. Religious and national identity after the Belfast Good Friday Agreement // Political Psychology. 2007. V. 28. I. 1. P. 89-103.
24.
Reijerse A., Van Acker K., Vanbeselaere N., Phalet K., Duriez B. Beyond the Ethnic-Civic Dichotomy: Cultural Citizenship as a New Way of Excluding Immigrants // Political Psychology. 2012. V. 34. Issue 4. Pp. 611-630.
25.
Tajfel H. Social categorization, social identity and social comparison // Tajfel H. (Ed.), Differentiation between social groups: Studies in the social psychology of intergroup relations. New York: Academic Press, 1978, pp. 61–76.
26.
Tajfel H., Turner, J.C. An integrative theory of intergroup conflict // Austin W.G., Worchel S. (Eds.) The social psychology of intergroup relations. Monterey, CA: Brooks/Cole, 1979, pp. 33-47.
27.
Tsukamoto S., Enright J., Karasawa M. Psychological Essentialism and Nationalism as Determinants of Interethnic Bias // Journal of Social Psychology. 2013. V. 153. I. 5. Pp. 515-519.
28.
Verkuyten M., Yildiz A.A. National (dis)identification and ethnic and religious identity: A study among Turkish-Dutch Muslims // Personality and Social Psychology Bulletin. 2007. V. 33. Issue 10. Pp. 1448-1462.