Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2108,   статей на доработке: 271 отклонено статей: 913 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Особенности миграционного процесса из Вьетнама в Иркутскую область
Динь Ха Ми

аспирант, Иркутский национальный исследовательский технический университет

664074, Россия, Иркутская область, г. Иркутск, ул. Игошина, 5/1, оф. 54

Dinh Ha My

Post-graduate student, the department of Sociology and Social Work, National Research Irkutsk State Technical University

664074, Russia, Irkutsk, Igoshina Street 5/1, office #54

hamyctxh@gmail.com
Балтуева Светлана Владимировна

кандидат педагогических наук

доцент, Иркутский национальный исследовательский технический университет

664074, Россия, Иркутская область, г. Иркутск, ул. Игошина, 4, оф. 302

Baltueva Svetlana Vladimirovna

PhD in Pedagogy

Educator, Docent, the department of Sociology and Social Work, National Research Irkutsk State Technical University

664074, Russia, Irkutsk, Igoshina Street 4, office #302

svbalt@mail.ru
Аннотация. Миграция стала глобальной проблемой, потому изучение различных аспектов жизни мигрантов очень актуально в современной социологии. Объектом исследования являются мигранты из Вьетнама, живущие в Иркутской области. Предметом исследования являются особенности основных аспектов жизни вьетнамских мигрантов. В статье раскрываются вопросы, связанные с социально-демографическими характеристиками вьетнамских мигрантов, особенностями их профессиональной деятельности, условий жизни до приезда в Иркутск. А также рассмотрены условия жизни в настоящее время и проблемы взаимодействия мигрантов с соотечественниками и местными жителями. Кроме того, автор раскрывает миграционный статус и дальнейшие намерения мигрантов. Автор использует полуформализованное и глубинное интервью среди участников исследования. В заключении статьи автор излагает краткий обзор основных аспектов жизни мигрантов в целом и их влияние на адаптацию мигрантов из Вьетнама в Иркутске. Новизна исследования заключается в том, что впервые история развития вьетнамской диаспоры, основные аспекты адаптации и особенности миграционного процесса из Вьетнама в Иркутскую область изучены в полном мере. Результаты проведенного этого исследования очень актуальна для изучения вопросов адаптации мигрантов из Вьетнама.
Ключевые слова: миграционный статус, местные жители, Иркутск, Вьетнам, адаптация, миграционный процесс, вьетнамская диаспора, вьетнамские мигранты, миграция, толерантность
DOI: 10.25136/2409-7144.2017.11.21712
Дата направления в редакцию: 21-01-2017

Дата рецензирования: 16-01-2017

Дата публикации: 30-11-2017

Abstract. Migration has become a global issue, thus, the examination of various aspect of migrants’ life remains relevant in modern sociology. The object of this research is the migrants from Vietnam residing in the Irkutsk Region. The subject is the peculiarities of key aspects of life of the Vietnamese migrants. The article reveals the questions associated with the socio-demographic characteristics of the Vietnamese migrants, specificities of their professional activity, and living standards before their arrival to Irkutsk. The work considers the living conditions at the present time and the interaction problems between the migrants and local residents. In addition, the author explains the migration status and further intentions of the migrants, using the semi-structured and detailed interview among the participants of the study. In conclusion, the author provides a brief review of the key aspects of migrants’ life in general and their impact upon the adaptation of Vietnamese migrants in Irkutsk. The scientific novelty consists in the fact that this article is the first to fully examine the history of evolution of the Vietnamese diaspora, main aspects of adaptation and specificities of the migration process from Vietnam to Irkutsk Region. The research results can be valuable for studying the issues of adaptation of the Vietnamese migrants.

Keywords: locals, Irkutsk, Vietnam, migration process, adaptation, Vietnamese diaspora, Vietnamese migrants, migration, migration status, tolerance

В условиях динамично меняющейся геоэкономической обстановки мировые миграционные потоки стали отражением новой реальности. Стремительно развивающая инфраструктура коммуникаций (как транспортных, так и информационных) предоставляет небывалые возможности для пространственных перемещений, потока рабочей силы различного качества и уровней квалификации из страны в страну, с континента на континент. По данным Международной организации по миграции (International Organization for Migration) в 2013 г. внешних мигрантов в мировом масштабе достигло 232 млн. чел. По данным ООН в 2050 г. планета будет иметь более 290 млн. – внешних мигрантов (The United Nations, 2002) [1, c. 355].

Россия оказалась вовлечена в водоворот активного миграционного обмена и испытала на себе все сложности и побочные эффекты этого бурно развивающего процесса. Реформы в экономической и политической сфере последнего двадцатилетия создали условия для вхождения РФ в международный рынок труда и привели к развитию новых реальностей в области внешней трудовой миграции. Из закрытой страны с незначительным миграционным оборотом она превратилась в активного участника миграционных процессов и международного трудового обмена. За 2012 г. по данным Росстата число мигрантов, прибывших в России составляет 417,681 чел., в том числе 53,726 мигрантов из стран дальнего зарубежья. По данным Росстата, опубликованным 3 июня 2010 г., за I квартал 2010 г. число мигрантов внутри России увеличилось на 7,1 тыс. чел., или на 1,9 % по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года.

Миграционные процессы в современном российском обществе концентрируют особенности социально-экономического развития страны и ее регионов. Кроме большого вклада иностранцев в развитие экономики России сформировались и много негативных экономических и социально-политических проблем последствий миграции: адаптация мигрантов, демпинг на рынке труда, услуг и потребительских товаров, утечка капитала, уход от уплаты налогов, проблема незащищённости мигрантов и т.д. - эти и другие важнейшие проблемы, которые требуют своего разрешения.

Если обратиться вкратце к истории вопроса миграции из Вьетнама, то можно вспомнить, что миграция из Вьетнама в Советский Союз по межправительственным соглашениям между СССР и СРВ в массовом порядке начиналась в 70-х и 80-х годах 20-го века.

За 10 лет с 1981 года более чем 103000 вьетнамских рабочих работали в Советском Союзе на предприятиях более 30 министерств и ведомств, по семидесяти профессиям. 60% вьетнамских работников работали в легкой, текстильной промышленности, 15% - в машиностроении, 16% - в строительстве [2, c. 366]. А сегодня вьетнамская миграция имеет другие особенности: по данными ФМС России по состоянию на 27 августа 2015 г. число вьетнамских мигрантов в России составляло около 50 тыс. чел., кроме трудовых мигрантов есть еще немалое количество школьников, студентов и аспирантов [3].

Иркутская область тоже является одним из регионов, где живет много мигрантов из Вьетнама. История миграции из Вьетнама в Иркутскую область начинается с 70-80-х гг. с появления первых вьетнамских студентов. После учебы некоторые из них не возвращались на родину, а оставались в Иркутске и были вовлечены в «челночную» рознич­ную торговлю. Потом они привезли свои семьи и родственников, создав тем самым первую вьетнамскую диаспору в Иркутске. После декабря 1991 в СССР было около 150000 вьетнамцев, которые лишились социальных гарантий, жилья и даже возможности вернуться обратно во Вьет­нам, поскольку большинство промышленных предприятий, на которых работа­ли вьетнамские трудовые мигранты, обанкротились. Поэтому в Иркутске оказалось много вьетнамских мигрантов, в том числе и из других регионов. Иркутск тогда можно было считать перспективным местом для дальнейшего проживания вьетнамцев в России. Возникновение и развитие челночной экономики в Иркутске после распада СССР связано с деятельностью вьетнамской торговой диаспоры. В 2004-2005-х гг. произошло возвращение вьетнамских студентов в Иркутск. Большинство из них училось по государственной линии. В 2006 г. более 200 вьетнамских граждан учились в Иркутской области [4, c. 47]. В 2013-2014 гг. размер вьетнамской диаспоры в Иркутской области составило максимальное количество. Число вьетнамцев в Иркутске достигало более 400 чел., из них - 200 учебных мигрантов (данные на 2013-2014 гг.).

Для изучения проблем адаптации мигрантов, прибывших из Вьетнама в Иркутск, необходимо рассматривать все сферы их жизни, их связь с родиной и положение до миграции. Было проведено анкетирование среди 50 вьетнамских граждан, живущих в городе Иркутске. Анкета была разбита на несколько тематических блоков. Это социально-демографические характеристики мигрантов из Вьетнама, вопросы, посвященные их профессиональной деятельности и условиям жизни в Вьетнаме и пути в Россию, пребыванию, работе, материальному положению и условиям жизни в настоящее время, отношениям с соотечественниками и местными жителями, миграционному статусу и дальнейшим намерениям. Для того, чтобы уточнить результаты и понимания условия жизни мигрантов, во время проведения опроса было проведено полуформализованное интервью среди 7 из них.

Социально-демографические характеристики мигрантов из Вьетнама в Иркутске. В целом по выборке соотношения числа опрошенных мужчин и женщин составило примерно 1,5:1, их средний возраст составил 30 лет. Около 50% мигрантов не старше 25 лет. 30% из них – учащиеся. По семейному положению 54% респондентов – не женаты и не замужем, 42% имеют супругов, 4% были разведены. Большинство живет с друзьями (46%), т.к. среди них есть учебные мигранты, хотя некоторые из них женаты (или замужем), но они приехали с учебными целями, оставив на родине супругу (супруга). С родственниками и (или) со своей семьей живут 42% респондентов. Только с членами своей семьи - с женой или мужем и с детьми) – живут 12% опрошенных, и никто не живет один. В ходе проведенного интервью было получено объяснение некоторых причин этого положения.

М. – «Мне трудно жить одному. Очень скучно, тяжело переношу одиночество. Конечно, живя с друзьями, иногда испытываешь проблемы: споры, конфликты, но все бывает разрешено положительно, так как у нас хорошие отношения»

К. – «Жить один? Никогда! Так как сейчас трудно найти себе квартиру с низкой ценой. Однокомнатная квартира стоит от 13 до 17 тыс. руб. за месяц. Я не могу заплатить эту сумму. Кроме того, после работы я устаю. Мне трудно каждый день готовить ужин и убирать квартиру. Сейчас я живу с братом и с несколькими друзьями в двухкомнатной квартире. Каждый месяц я плачу 5400 руб., раз в 3 дня надо готовить ужин и убирать комнату по плану дежурств. Жизнь у нас веселая, после работы мы часто вместе гуляем на берегу Ангары. В выходные мы даже на Байкал съездили».

Н. – «Я живу с своей семьей. Я учусь здесь на первом курсе, а родители работают на рынке. У меня есть место в общежитии вуза, но пока я не хочу жить там постоянно потому, когда живешь с родителями, не надо заниматься домашней работой, а в общаге мне надо все самой делать, и у меня пока нет друзей. С своей семьей использую кухню и душ, когда я хочу. А в общежитии часто бывает большая очередь в душ, на кухне и не всегда они бывают чистые».

По уровню образования только 40% опрошенных мигрантов имеют высшее и незаконченное высшее образование. Число имеющих среднее и неполное среднее образование соответственно – 26% и 12%. Можно сказать, что вьетнамские мигранты в Иркутске в среднем имеют хороший уровень образования.

Профессиональная деятельность мигрантов и их жизнь перед отъездом в Россию. Перед отъездом 34% опрошенных были студентами, учащимися, 28% и 16% соответственно имели временную работу и имели разовую, случайную работу. Только 10% респондентов работали на постоянной основе, а безработные и домохозяйки, - соответственно 8% и 4%. В интервью некоторые отметили, что во Вьетнаме сейчас очень трудно найти работу со средним уровнем образования, и даже с высшем образованием. Они были безработные или имели временную работу с непостоянной зарплатой. Они думали, что за границей можно заработать много денег: Л. - «Я окончила техникум в 2005 г. Была работа в местном заводе в деревне. Потом я вышла замуж и забеременела, меня сразу меня уволили с работы. Муж мой имеет случайную работу, он возит клиентов на мотоцикле. Раньше он зарабатывал много денег, но сейчас во многих семьях есть свои мотоциклы, в нашей деревне есть даже такси, поэтому не каждый день у него бывают клиенты. Моему сыну 6 лет, и он учится на первом классе. Надо платить деньги за его учебу, покупать книги, игрушки, еду и т.д. Жить очень трудно! Я решила поехать в Россию, в Иркутск для изменения своей жизни и оказания помощи своей семье».

Опрошенные 54 % респондентов, имеющие профессии (кроме учащихся, безработных и домохозяек), очень редко встречаются профессии, связанные с работой в транспортной (3,7%) и ни одного в медицинской сфере. В целом наиболее часто встречаются профессии, связанные со сферой услуг, торговли и ремёсел (соответственно 37,04%, 25,93% и 22,22%), с промышленной сферой (11,11%).

Вьетнамские мигранты приезжают в Иркутск в основном из городов (52%) или из промышленных районов (26%). Мигрантов из села и столицы мало (соответственно 14% и 8%). Можно отметить, что в городах высокая экономическая активность, у жителей есть достаточно информации для работы и учебы за границей. Много мигрантов приезжает из промышленных районов, так как сейчас нет земель для сельского хозяйства. Местные жители вынуждены выбирать работу на заводах, на промышленных предприятиях с невысокой зарплатой, либо переселиться в другие места. Жить в промышленных районах всегда трудно. Хотя из городов много мигрантов приезжают в Россию, но из столицы страны их число небольшое. Жители Ханоя имеют хороший уровень жизни и образования. У них есть больший выбор стран для переселения и обычно имеет тенденцию к эмиграции в европейские страны или в Америку.

Потенциал адаптации у вьетнамских мигрантов в Иркутске достаточно высок. Об этом можно судить по оценке ими своего знания русского языка. Хотя родным русский язык назвали 2% опрошенных, все они знают его достаточно для разговора в жизни и работе. Используют русский язык свободно только в группе учащихся. 10% только что приехавших или живущих менее года, плохо понимают и говорят по-русски. Ответить на вопрос «Как вы оцениваете, сложный ли русский язык и как быстро вы привыкли?», был такой типичный ответ: «Когда приехали сюда, я считала, что он очень сложный, особенно есть много длинных слов. У нас в языке нет таких длинных звуков и слов и нет падежей, рода… Я даже некоторые слова не могу правильно говорить, произносить. Напр., слово «достопримечательность» очень длинное, в слове «хорошо» буквы «о» звучат по-разному и т.д. Кроме того, русские люди очень быстро говорят, я ничего не понимала. Через 2 года, в работе я в целом понимаю, что или, о чем мои клиенты и соседи говорят. Хотя пишу не очень хорошо, но люди говорят, что нормально говорю по-русски, и они меня понимают».

Удовлетворённость жилищными условиями на родине у вьетнамских мигрантов в целом не очень низка – 32%, 36% из них были удовлетворены жильем частично. И их семейные положения, и доходы ненамного улучшились по сравнению с прошлыми временами: в целом по выборке среднемесячный заработок мигрантов во Вьетнаме составлял 187 долл., а в Иркутске эта величина достигла 569 долл.: «Если бы мой доход не был лучше, чем было раньше, зачем я работал за границей и жил далеко от моих детей? Я хотел, чтобы мои дети могли учиться в хорошем месте, моя жена купила бы то, что она хотела. Я тоже хочу построить двухэтажный уютный кирпичный дом. В моем районе, чем больше ты богат, тем больше у тебя авторитет. Кроме того, в Вьетнаме у меня нет постоянной работы, у меня не будет пенсии. Я хочу зарабатывать и накопить деньги для жизни, не зависящей от детей в будущем». «Я приехала для того, чтобы учиться здесь по государственной линии. Если раньше во Вьетнаме каждый месяц мои родители отправляли мне более 2,5 млн. вьетнамдонг (вьетнамские деньги ≈ более 100 долл.), то сейчас я получаю от своего государства 400 долл. и еще стипендии от моего вуза. Я даже могу помогать своим родителям.»

20% обследованных мигрантов жили в Иркутске менее года, у половины из опрошенных длительность проживания в Иркутске – от одного до пяти лет. От 5 до 10 лет жили 20% и только 6% - более 10 лет. Опыт выезда в другой регион на жительство (кроме Иркутска) есть примерно у 6% мигрантов.

Можно утверждать, что на решение о миграции в Иркутск достаточно сильное влияние оказывают успешные примеры родственников и знакомых – 56%. У 40% респондентов такими факторами явились информация учебных заведений, и СМИ. 4% затруднились ответить на этот вопрос.

В основном вьетнамские мигранты приезжают в Иркутск благодаря поддержке соотечественников (58%) или с помощью государства, учебных заведений - 28%. Только 10% приезжают самостоятельно.

Условия жизни вьетнамских мигрантов в Иркутске.

У всех вьетнамцев были трудности в жизни после приезда в Россию, но только 34% из них решили эти трудности, 48% решали или решают, а 18% - не могут решить свои трудности.

Согласно ответу на вопрос «Как вы сами оцениваете свое нынешнее положение?», в зависимости от количества времени пребывания в Иркутске, отношение к своему положению у них неоднозначное. 50% опрошенных, относящихся условно к первой группе (тех, кто находится в Иркутске 2 года), ответили отрицательно на этот вопрос, и, соответственно, вторая группа - 50% - положительно (те, кто пребывает на территории Иркутска более двух лет), в большинстве положительно оценивают свое нынешнее положение – 56%. И 44% оценило отрицательно свое положение, это говорит о том, что для значительной части мигрантов положение с течением времени не меняется в лучшую сторону, более того, усиливаются пессимистические настроения, если среди второй группы всего 18% не верят в то, что их положение улучшится, то во первой группе таких 31%, т.е. почти в 1,78 раза больше (табл.1).

Как вы сами оцениваете свое нынешнее положение и перспективы?

%

Первая группа: У опрошенных есть время пребывания менее 2-х лет (чел.)

Вторая группа: У опрошенных есть время пребывания более 2-х лет

(чел.)

Отрицательно, но думаю будет лучше

24

3

9

Отрицательно, и не верю, что улучшится

22

5

6

В целом положительно

16

1

7

Положительно, но надеюсь на лучшее

38

7

12

Сумма

100

16 чел.

34 чел.

Табл. 1. Оценка своего положения мигрантами из Вьетнама.

Подтверждается данное распределение ответов и при подсчетах результатов по вопросу «В какую сторону изменилось Ваше общее положение по сравнению с начальным периодом пребывания здесь?». В общей сложности в «худшую» и «не изменилось», ответило около 54% опрошенных (18% и 36% соответственно), 10% затруднилось ответить и 36% считают, что их положение улучшилось.

Чувство изоляции от окружающих их местных жителей часто испытывают 40% опрошенных, иногда – 48%, только 12% опрошенных выбрали «никогда». На вопрос «Испытываете ли Вы трудности в общении с местными жителями и почему?». 96 % респондентов испытывают трудности в общении с местными жителями, потому что их уровень владения языком недостаточен для свободного общения. Кроме того, некоторые из них испытывают психологический дискомфорт из-за разницы культуры, традиций, нормы.

В целом, согласно полученным результатам опроса, большинство респондентов оценивает отрицательно свое нынешнее положение (58%). В то же время, позитивное нынешнее положение видят почти 42% опрошенных (табл. 1).

Начальный период пребывания наиболее болезненный для вьетнамских мигрантов, именно этот период можно назвать периодом ускоренного приспосабливания к новым условиям, и от того, как успешно пройдет этот процесс, зависит «качество жизни» всего последующего срока пребывания переселенца в новом для него социуме.

16% мигрантов не удовлетворены своими жилищными условиями, 58% из них думают, что у них средний уровень жилищных условий, а только 26% выбрали «хороший», и те, кто выбрали «хороший и средний» уровень жилищных условий, имеют стабильный источник доходов. «Конечно, я доволен своими жилищными условиям. В Иркутске условия жизни лучше, чем на моей родине. Зарабатывая деньги, я могу купить себе то, что я хочу. Все удобно! Магазины есть везде. У нас есть красивое и уютное жильё. Только маленькая проблема, это проблема с транспортом. В Иркутске часто бывают пробки. Но для меня это не очень страшно, я живу не далеко от своей работы.»

Взаимоотношения мигрантов из Вьетнама с местными жителями и членами своей диаспоры. В Иркутске местное население относится к вьетнамским мигрантам достаточно терпимо, хотя в целом около 80% мигрантов говорят о хорошем или нейтральном отношения к ним. Только 14% выбрали «недоверие». При этом на вопрос «Как вы думаете, какой характер носят отношения внутри диаспоры?» 52% мигрантов ответили, что отношения основаны на эмоциональной близости, сплоченности. 24% опрошенных считают, что эти отношения проходят на дружеской ноте, присутствует взаимопонимание и взаимопомощь. Только 18% думают, что отношения ограничиваются в основном деловыми отношениями и 6% от числа опрошенных при контактах чувствуют напряженность, дискомфорт, непонимание.

Не последнюю роль в успешном процессе адаптации мигрантов играют отношения, сложившиеся между самими переселенцами. Как уже отмечалось, большинство респондентов ответили, что отношения внутри общины мигрантов «сплоченные», у этих респондентов преобладает положительный настрой в их самооценке. Практически все мигранты, указавшие что отношения внутри общины «в целом, напряженные», отрицательно ответили и на основной вопрос анкеты.

Миграционный статус мигрантов из Вьетнама в Иркутск. 68% мигрантов имеет полное право жить, работать и учиться в Иркутске. Чаще всего со стороны властей вьетнамские мигранты подвергают проверкам документов (82%), а штраф за нелегальное проживание – 24%, штраф за нелегальную работу применяется реже (14%), депортация в числе опрошенных не отметил никто.

26% опрошенных часто получает помощь от государства, УФМС и социальных организаций и 34% иногда получают эту помощь. 40% опрошенных «не обращались и не видят смысла». А больше половины респондентов даже не знают, какую помощь и где они могут получить её. Это происходит из-за языкового барьера, проблем дезадаптации и отсутствия информации.

Помощь в поиске хорошей работы и в преодолении языкового барьера занимает первое место в перечнях деятельности по поддержке мигрантов (соответственно 32 и 64%). 24% опрошенных нужна помощь в медицинском обслуживании, 8% - помощь по решению психологических проблем и 18% - помощь в безопасности. Один из важнейших видов помощи для вьетнамских мигрантов – это «нужная информация» (50%) и консультирование (26%), 10% респондентов думают, что тренинги больше эффективны для решения их проблем, 14% указали другой ответ. Некоторые из них: «организация и проведение уроков русского языка, расчет пособий или помощи в повышении квалификации и т.д.»

Планы на будущее, миграционные намерения мигрантов. Миграционные намеренияпребывания в Иркутске является одним из самых интересных вопросов. Большинство из опрошенных (46%) желали бы остаться в Иркутске, несмотря на то, что примерно столько же респондентов отрицательно расценивает свое нынешнее положение, другая значительная часть респондентов хотела бы вернуться на место своего прежнего проживания (40%) еще 14% затруднились ответить на этот вопрос. Это было понятно, потому что во Вьетнаме на сегодняшний день жёсткая конкуренция в поиске работы. Если бы они обратно вернулись, им будет затруднительно найти себе работу или они могут найти работу с низкой заработной платой. И еще одна важная причина: они уже привыкли жить в России, некоторые отвечают в интервью, что у них был культурный шок, когда вернулись на Родину.

На вопрос о затруднениях проживания в Иркутске сейчас, 66% респондентов отметили, что здесь оказалось больше трудностей, чем они ожидали, 26% затруднились ответить на этот вопрос, а 8% ответили - «нет». В настоящее время российская экономика падает вместе со снижением цен на нефть и падением стоимости рубля по отношению к доллару. Курс валюты хороший для части мигрантов, учащихся, т.к. они получают стипендию в долларах. Но самое большое число мигрантов во вьетнамской диаспоре Иркутска – это трудовые мигранты, занимающиеся торговлей. Зарабатывают они валютой в рублях, а им надо переводить их в доллары. У них упали в два раза доходы, потому у них появились сложности, по сравнению с тем, что раньше было. В интервью они рассказали о своей ситуации: «Я живу здесь уже 9 лет. Работаю на рынке. У меня есть маленький павильон. Раньше все было в порядке, особенно в 2006-2007 гг. Но рынок Шанхай был закрыт, и мне надо найти себе новое место, и все начинать сначала. Экономика падает, жители здесь тоже сокращают свои покупки. Магазины сейчас находятся везде, торговые центры строили и строят. Цены на вещи там снижаются. Люди задумываются, когда им надо купить что-то на рынке. Жить сейчас стало труднее». «Я поступил в аспирантуру в прошлом году. Сейчас много диссертационных советов закрыто. Возникает много требований к аспирантам и учебе в аспирантуре. Все стало намного сложнее, чем раньше. Не знаю, когда я смогу защититься».

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что аспектов миграции действительно очень много, в связи с этим дать объективную оценку сложной ситуации трудно. Разбирая каждый аспект в отдельности, можно их отметить основные особенности: в социально-демографическом составе вьетнамской диаспоры в Иркутске численность мужчин больше чем женщин и большинство их находится в трудоспособном возрасте. Трудовая деятельность обусловлена тем, что они имеют непостоянную работу или не имеют работы вообще. Те, кто живет более двух лет, оценивают позитивно свое положение и перспективы. Толерантность местных жителей по отношению к мигрантам расценивается со слов самых мигрантов в положительной динамике. Миграционный статус их на сегодняшний день таков, что только часть мигрантов имеют полное право жить и трудиться в России. И наконец, намерения вьетнамских граждан мигрантов направлены на то, чтобы остаться жить и работать в России, хотя здесь у них имеется больше трудностей, чем они ожидали. Результаты проведенного исследования актуальна для изучения вопросов адаптации мигрантов из Вьетнама.

Библиография
1.
Динь Х.М. Миграция из Вьетнама в Россию-проблема незащищенности мигрантов // Cборник докладов VII Всероссийской конф. Томск: Изд-во ТПУ, 2014. № 3. С. 355-359.
2.
Мазырин В.М. Вьетнамские мигранты в современной России: пути возникновения, образ жизни, отличительные черты и особенности // Проблема незаконной миграции в России: реалии и поиск решений (по итогами социологического обследования). М., 2004. С. 357-410.
3.
Федеральная миграционная служба // Статистические сведения в отношении иностранных граждан, находящихся на территории Российской Федерации. URL: http://www.fms.gov.ru/about/statistics/data/details/54891/ // (дата обращения 12.12.2016)
4.
Чесноков А.С. Вьетнамская диаспора в России: история и современность // Известия Уральского федерального университета. 2009. № 69(3). С. 40-46.
5.
Ахатов Ю.К. Социологический анализ отношения местного населения к трудовым мигрантам в полиэтничном регионе. На примере Сахалинской области // Политика и Общество. 2014. № 9. C. 1032-1041. DOI: 10.7256/1812-8696.2014.9.13027.
6.
Игонин Д.И. Проблематика миграции в политологическом анализе. // Политика и Общество. 2015. № 8. C. 1032-1043. DOI: 10.7256/1812-8696.2015.8.16147.
7.
Леденева В.Ю. Формы и модели социальной адаптации и интеграции мигрантов // Политика и Общество. 2015. № 6. C. 717-728. DOI: 10.7256/1812-8696.2015.6.10786.
8.
Нгуен Т.Х. Трудовые мигранты из Вьетнама в Современной России: процессы социальной адаптации: Дис. … канд. социологич. наук: 22.00.04 / Нгуен Тханх Хоай; - Краснодар., 2006
9.
Власова Н.И. Трудовая деятельность граждан СРВ в России // Миграция между Россией и Вьетнамом: история, современные тенденции и роль в социально-экономическом развитии страны: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. — М., 2007. С.58–60.
10.
Численность и миграция населения Российской Федерации в 2010 году // Федеральная служба государственной статистики / URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b11_107/Main.htm (дата обращения 10.12.2016)
11.
Численность и миграция населения Российской Федерации в 2012 году // Федеральная служба государственной статистики / URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b13_107/Main.htm (дата обращения 11.12.2016)
References (transliterated)
1.
Din' Kh.M. Migratsiya iz V'etnama v Rossiyu-problema nezashchishchennosti migrantov // Cbornik dokladov VII Vserossiiskoi konf. Tomsk: Izd-vo TPU, 2014. № 3. S. 355-359.
2.
Mazyrin V.M. V'etnamskie migranty v sovremennoi Rossii: puti vozniknoveniya, obraz zhizni, otlichitel'nye cherty i osobennosti // Problema nezakonnoi migratsii v Rossii: realii i poisk reshenii (po itogami sotsiologicheskogo obsledovaniya). M., 2004. S. 357-410.
3.
Federal'naya migratsionnaya sluzhba // Statisticheskie svedeniya v otnoshenii inostrannykh grazhdan, nakhodyashchikhsya na territorii Rossiiskoi Federatsii. URL: http://www.fms.gov.ru/about/statistics/data/details/54891/ // (data obrashcheniya 12.12.2016)
4.
Chesnokov A.S. V'etnamskaya diaspora v Rossii: istoriya i sovremennost' // Izvestiya Ural'skogo federal'nogo universiteta. 2009. № 69(3). S. 40-46.
5.
Akhatov Yu.K. Sotsiologicheskii analiz otnosheniya mestnogo naseleniya k trudovym migrantam v polietnichnom regione. Na primere Sakhalinskoi oblasti // Politika i Obshchestvo. 2014. № 9. C. 1032-1041. DOI: 10.7256/1812-8696.2014.9.13027.
6.
Igonin D.I. Problematika migratsii v politologicheskom analize. // Politika i Obshchestvo. 2015. № 8. C. 1032-1043. DOI: 10.7256/1812-8696.2015.8.16147.
7.
Ledeneva V.Yu. Formy i modeli sotsial'noi adaptatsii i integratsii migrantov // Politika i Obshchestvo. 2015. № 6. C. 717-728. DOI: 10.7256/1812-8696.2015.6.10786.
8.
Nguen T.Kh. Trudovye migranty iz V'etnama v Sovremennoi Rossii: protsessy sotsial'noi adaptatsii: Dis. … kand. sotsiologich. nauk: 22.00.04 / Nguen Tkhankh Khoai; - Krasnodar., 2006
9.
Vlasova N.I. Trudovaya deyatel'nost' grazhdan SRV v Rossii // Migratsiya mezhdu Rossiei i V'etnamom: istoriya, sovremennye tendentsii i rol' v sotsial'no-ekonomicheskom razvitii strany: Materialy Mezhdunar. nauch.-prakt. konf. — M., 2007. S.58–60.
10.
Chislennost' i migratsiya naseleniya Rossiiskoi Federatsii v 2010 godu // Federal'naya sluzhba gosudarstvennoi statistiki / URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b11_107/Main.htm (data obrashcheniya 10.12.2016)
11.
Chislennost' i migratsiya naseleniya Rossiiskoi Federatsii v 2012 godu // Federal'naya sluzhba gosudarstvennoi statistiki / URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b13_107/Main.htm (data obrashcheniya 11.12.2016)