Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2101,   статей на доработке: 261 отклонено статей: 888 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Социальная детерминация развития научно-практических течений советской психологии в первой половине ХХ века: результаты исследования
Артемьева Ольга Аркадьевна

доктор психологических наук

профессор, Иркутский государственный университет

664025, Россия, г. Иркутск, ул. Чкалова, 2, каб. 406

Artemeva Olga Arkadjevna

Doctor of Psychology

Department of Social Psychology, Irkutsk State University

664025, Russia, g. Irkutsk, ul. Chkalova, 2, kab. 406

oaartemeva@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Синёва Ольга Валентиновна

старший преподаватель, Иркутский государственный университет

664003, Россия, г. Иркутск, ул. К. Маркса, 1

Sineva Ol'ga Valentinovna

senior lecturer of the Department of Social Psychology at Irkutsk State University

664025 Irkutsk, ul. Chkalova 2

igel-1986@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Аннотация. Обосновывается проблема социальной детерминации развития практической психологии в России. Предлагается ее историко-научное решение на материале истории развития основных течений отечественной практической психологии в первой половине XX столетия. Дается краткая характеристика основных современных подходов к определению условий, предпосылок, факторов и результатов социальной детерминации развития педологического, психоаналитического и психотехнического течений в 1920-х–начале 1930-х гг. Представляются результаты эмпирического исследования детерминации развития и кризиса течений в первой половине XX столетия с применением таких методов историко-психологического исследования, как анализ продуктов научной деятельности, биографический и библиографический анализ, методы историко-психологической реконструкции и разработки периодизации исторического процесса. Выделяются основные социальные условия развития научно-практических течений: 1) советская научная политика; 2) общественная потребность в практико-ориентированных исследованиях, проявившаяся в производственной, идеологической, социальной и административной сферах. Впервые раскрывается основной механизм социальной детерминации развития научно-практических течений советской психологии – институционализация. Определяются специфические черты советской научной политики в отношении практической психологии: ее амбивалентный характер и значение для процессов деинституционализации (упразднение научно-исследовательских центров, ликвидация специализированных печатных органов и т.п.). Предлагается периодизация развития научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия с учетом социального контекста.
Ключевые слова: история психологии, российская психология, научная политика, практическая психология, институционализация науки, социальная детерминация науки, советская психология, психотехника, педология, психоанализ
УДК: 159.9
DOI: 10.25136/2409-8701.2017.6.21612
Дата направления в редакцию: 16-05-2017

Дата рецензирования: 16-02-2017

Дата публикации: 10-01-2018

Статья подготовлена при финансовой поддержке гранта РФФИ № 17-36-01096, частично – гранта Президента Российской Федерации № МД-1443.2017.6.

Abstract. The authors of the present research defines the problem of social determination of the historical development of Russian practical psychology. Based on the material of the history of main currents of Russian practical psychology's development in the first half of the XX century the author proposes the historical-scientific solution of the aforesaid problem. The authors also give a brief description of the main modern approaches to defining conditions, prerequisites, factors and results of the social determination of the pedagogical, psychoanalytical and psychotechnical movements of the 1920's - early 1930's. The authors present the results of the empirical research of what has determined the development and crisis of those movements in the first half of the XXth century using such methods of historical and psychological research as the analysis of research findings, biographical and bibliographical analysis, historical and psychological reconstruction and development of the classification of historical stages. The authors describe the main social conditions for developing research and practical movements: 1) Soviet science policy; 2) public demand for practice-oriented researches in industrial, ideological, social and administrative spheres. For the first time in he academic literature the authors describe the main mechanism of the social determination of the development of research and practical movements of the Soviet psychology, institutionalization. The authors define specific features of the Soviet research policy towards practical psychology, its ambivalent nature and role for de-institutionalization processes (elimination of research centers, specific print media, etc.). The authors also offer their own classification of stages of research and practical movements in the Russian psychology of the first half of the XXth century taking into account the social environment. 
 

Keywords: social determination of science, institutionalization of science, practical psychology, scientific policy, Russian psychology, history of psychology, Soviet psychology, psychotechnics, pedology, psychoanalysis

Введение

Современное российское общество испытывает осознанную потребность в квалифицированном психологическом сопровождении производственной, образовательной, управленческой и других сфер деятельности. Эффективная организация такого сопровождения невозможна без понимания социальных факторов и закономерностей, детерминирующих развитие как практической психологии в целом, так и психологической практики в России. Определенный вклад в обоснование и решение проблемы сделан в методологических работах отечественных ученых [1, 2, 3, 4]. Вместе с тем системные исследования социальной детерминации развития практической психологии в России до сих пор не проводились. В нашей работе впервые предпринята попытка выделить общие условия, механизм, результаты и периоды развития основных течений отечественной практической психологии в первой половине XX столетия с учетом социального контекста.

Проблема

Как известно, для первой четверти XX столетия характерно активное становление практической психологии в России. Это время отмечено интенсивными изменениями ряда факторов, характеризующих «социальную ситуацию развития науки» [1, 5]. В историко-психологических работах современных исследователей содержатся представления об условиях, предпосылках, факторах, результатах социальной детерминации развития педологии, психоанализа и психотехники. Эти организационно и содержательно оформленные течения отечественной психологии первой половины ХХ века были ориентированы на решение прикладных задач в различных сферах общественной практики. В работах К.А. Абульхановой-Славской, О.А. Артемьевой, А.В. Брушлинского, А.Н. Ждан, В.А. Кольцовой, Ю.Н. Олейника и Б.Н. Тугайбаевой, Н.С. Курека, В.М. Лейбина, Т.Д. Марцинковской, О.Г. Носковой, В.И. Овчаренко, А.М. Эткинда и др. становление, развитие и ликвидация названных научно-практических течений психологии объясняется влиянием экономических, политических, идеологических факторов, определяющих социальную ситуацию развития отечественной науки в целом.

Вопрос о причинах кризиса педологии и психотехники подробно рассматривают Т.Д. Марцинковская, О.Г. Носкова, Н.С. Курек. Описываются как социальные условия, так и внутринаучные детерминанты, определившие историческую судьбу течений. В работах В.М. Лейбина, А.М. Эткинда и др. определяются социокультурные условия и предпосылки развития психоанализа в российской науке, контекст отечественной «политической культуры» [6, 7]. А.И. Белкин и А.В. Литвинов, В.И. Овчаренко, Д.С. Рождественский говорят об особенностях российской ментальности, способствовавших и препятствовавших интеграции психоанализа в систему отечественного гуманитарного знания [8, 9, 10]. Социальные детерминанты развития всех трех течений определяются в работах О.А.Артемьевой [11,12].

Отдельное внимание в историко-психологических работах уделяется разработке периодизаций развития научно-практических течений отечественной психологии. Основная часть предлагаемых периодизаций предложена по итогам изучения развития отдельных областей научного психологического знания в российском социально-культурном контексте [5, 12, 13]. В качестве оснований периодизации авторы рассматривают наиболее значимые события социальной истории отечественной психологии на уровне общества и научного сообщества, а также доминирующие формы существования научно-практического течения в социокультурной среде. Таким образом, теоретический анализ историко-психологических публикаций, посвященных проблеме развития практической психологии в России в социальном контексте, позволяет говорить о следующем. Отдельные исследования отечественных и зарубежных ученых затрагивают вопросы идеологической, политической, культурной обусловленности становления педологии, психоанализа и психотехники в дореволюционной и советской России. Основанием составления периодизаций развития отечественного психологического знания, в том числе практико-ориентированных направлений, является, прежде всего, изменение социальной ситуации развития науки. Рассматриваются частные случаи, примеры обусловленности того или иного научно-практического течения неким набором социальных детерминант.

Назрела необходимость проведения целостного исследования социальной детерминации развития практической психологии в России в критический для нее период первой половины XX столетия. Решение этой задачи возможно в ходе системного анализа истории не одного, а ряда научно-практических течений отечественной психологии изучаемого периода. Наибольшие возможности такого исследования, в силу наличия достаточной источниковой базы, предоставляет история педологического, психоаналитического и психотехнического течений. Эти соображения определили цель и логику проведенного нами исследования.

В ходе историко-психологической реконструкции изучались условия, механизм и результаты социальной детерминации.

Процедура исследования

В ходе исследования применялись следующие историко-психологические методы: 1) организационно-стратегические методы (системного и комплексного анализа, метод единства логического и исторического, сравнительно-исторический, историко-генетический и историко-типологический методы); 2) методы получения научных данных (источниковедческие, био- и библиографические методы, методы аналогии, анализа продуктов деятельности и текстологического анализа); 3) методы исторического событийного анализа социального аспекта предметной области истории психологии. Основной эмпирической процедурой выступал качественно-количественный анализ условий и результатов социальной детерминации развития научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия. Материалами исследования были: продукты научной деятельности представителей научно-практических течений (журнальные статьи, монографии, стенограммы докладов и т.д.); работы историко-психологического характера, содержащие описание условий и результатов социальной детерминации развития научно-практических течений отечественной психологии; статьи о ведущих отечественных психологах, представленные в психологических словарях.

По итогам анализа индекса цитируемости отечественных психологов с 1988 по 2007 гг. по библиографиям публикаций в журнале «Вопросы психологии» и обобщающих работ по истории психологии был разработан следующий список ведущих представителей научно-практических течений отечественной психологии первой половины XX столетия: М.Я. Басов, П.П. Блонский, Л.С. Выготский, С.Г. Геллерштейн, И.Д. Ермаков, А.Б. Залкинд, А.Р. Лурия, А.П. Нечаев, И.Н. Шпильрейн, С.Н. Шпильрейн. Для изучения результатов социальной детерминации использовались библиографические списки их печатных работ опубликованные на русском языке в России в первой половине XX столетия. Отдельное внимание уделялось таким видам публикаций, как сборники научных трудов, публикации в периодических изданиях, материалы научных съездов и конференций, переводные издания, научные рецензии, докторские диссертации, работы монографического и учебно-методического характера. В качестве основного показателя результативности социальной детерминации рассматривалась динамика числа публикаций ведущих представителей научно-практических течений. Был проведен качественный и количественный анализ 671 работы. При интерпретации полученных данных использовались социально-культурный, историко-генетический и стратификационный методы.

Результаты

Проведенный анализ позволил обнаружить следующее. За полвека развития отечественной психологии устойчивое повышение количества научных публикаций по проблемам психологической практики обнаружено в 1920-х гг. Так, в период 1921–1924 гг. их число составило 99 работ. Среди них – сборники статей под редакцией Л.С. Выготского, А.Б. Залкинда, М.Я. Басова, отражающие повышение интереса психологического сообщества к педологической проблематике. Актуальные теоретико-методологические и прикладные вопросы психотехники и педологии раскрыты в публикациях И.Н. Шпильрейна, С.Г. Геллерштейна, А.П. Нечаева, П.П. Блонского, М.Я. Басова, Л.С. Выготского, А.Б. Залкинда в периодических изданиях. Об интересе отечественных ученых к достижениям мировой науки свидетельствуют переводы работ зарубежных авторов, выполненные под редакцией А.Р. Лурия, С.Г. Геллерштейна, П.П. Блонского, И.Н. Шпильрейна. Обобщение накопленного эмпирического материала позволило П.П. Блонскому, А.П. Нечаеву, М.Я. Басову, А.Р. Лурия, С.Г. Геллерштейну, И.Н. Шпильрейну подготовить и издать монографии. Положительная динамика наблюдалась вплоть до 1924 г., когда количество работ достигло 51. Это отражает тенденцию активной институционализации научно-практических течений, наблюдавшуюся в данный период.

В период 1925–1927 гг. выявлено некоторое снижение количества публикаций (в 1925 г. – 32 работы, в 1926 г. – 30 работ, в 1927 г. – 24 работы). Вероятно, это было обусловлено методологическими дискуссиями, связанными с переходом отечественной психологии на «методологические рельсы» марксистской философии. Последовавший за этим периодом резкий подъем (в 1928 г. – 59 работ, в 1929 г. – 55 работ) и достижение максимума в 1930 г. (81 работа) характеризует период «расцвета» научно-практических течений отечественной психологии. В эти годы продолжалась институционализация педологии и психотехники.

После 1930 г. обнаружено устойчивое снижение числа психологических публикаций научно-практического характера (в 1931 г. – 44 работы, в 1932, 1933 гг. – 13 работ), с кратковременным незначительным подъемом в 1934–1935 гг. (18 и 14 работ соответственно). Эти тенденции отражают явления деинституционализации научно-практических течений в сложных условиях советской научной политики. Так, в 1937 г. после выхода печально известного Постановления «О педологических извращениях в системе наркомпроссов» (1936) не обнаружено ни одной публикации ведущих представителей научно-практических течений отечественной психологии. Тенденция к определенному повышению числа публикаций научно-практического характера в годы Великой Отечественной войны, а также в послевоенный период (в 1940–1950 гг. – от 2 до 8 работ в год) связана с научной и практической деятельностью А.Р. Лурия и С.Г. Геллерштейна в области реабилитации раненых. Эти публикации могут рассматриваться как показатели латентного развития научно-практической психологии в виде отдельных исследований практико-ориентированного характера, вне институциональных форм научной деятельности.

Анализ фактов, свидетельствующих о реализации результатов научно-практических исследований в прикладных областях, организационном оформлении научно-практических течений, коммуникативной активности ученых, организации передачи и воспроизводства научного знания обнаруживает следующее. Период 19011920 гг. характеризовался тенденциями к институционализации научно-практических течений отечественной психологии. В период 19211924 гг. происходила активная институционализация научно-практических течений в прикладном, организационном, коммуникативном аспектах, а также в сфере воспроизводства и передачи научного знания. В период 19251930 гг. наблюдался рост числа печатных работ по научно-практической проблематике; активно действовали службы практической психологической помощи в различных областях общественной практики, создавались общие координирующие органы; представители научно-практических течений развивали контакты с отечественной и зарубежной научной общественностью в ходе научных съездов и конференций и т.д. Вместе с тем в этот период обозначилась тенденция к деинституционализации научно-практических течений. Одним из ее индикаторов было закрытие Московского Государственного Психоаналитического института в 1925 г. Показатели активной деинституционализации научно-практических течений характеризуют период 19311936 гг. Особенностью периода 19371950 гг. является латентное развитие научно-практических течений отечественной психологии вне институциональных форм научной деятельности.

В качестве основного общесоциального условия социальной детерминации развития научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия определена общественная потребность. Основными направлениями ее реализации были производственная, административная, социальная и идеологическая сферы общественной жизни. Производственная сфера предполагает деятельность по производству, распределению, обмену, потреблению материальных благ, материальных условий жизни людей. Административная сфера жизни связана с функционированием целостной общественной системы институтов общественного управления и самоуправления. К социальной сферереализации общественной потребностимы отнеслиудовлетворение потребностей человека в образовании, медицинском обслуживании, социальной защите. Идеологическая сфера связана с производством, потреблением, передачей идеологических ценностей, конституируясь в понятии «общественное сознание». Действуя в качестве предпосылки институционализации научно-практических течений, это условие обнаруживало себя на протяжении всей первой половины XX столетия.

Основным научно-социальным условием социальной детерминации развития научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия выступала советская научная политика. Для нее характерна иерархизированность, идеологизированность, плановость и ориентация на самобытность [12]. В наших работах продемонстрирован амбивалентный характер влияния советской научной политики на становление и развитие отечественной психологической науки. Проведенное исследование позволило уточнить специфические черты советской научной политики в отношении практической психологии. К ним можно отнести: 1) государственную поддержку научно-практических исследований для решения социальных, управленческих и идеологических задач; 2) участие правительства в учреждении и упразднении специализированных институтов практической психологии (организаций, печатных органов, служб психологической помощи на производстве); 3) административное стимулирование научно-практической психологии к поиску единого философского базиса на основе марксистско-ленинской идеологии и др. Результаты исследования показали, что степень выраженности данного условия в разные периоды становления и развития научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия была неодинакова.

Проведенный анализ позволил предложить следующую периодизацию развития научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия с учетом социального контекста.

1. Период появления тенденций к институционализации научно-практических течений отечественной психологии – 1901–1920 гг.

2. Период активной институционализации научно-практических течений отечественной психологии – 1921–1924 гг.

3. Период методологических дискуссий, самоопределения, организационного оформления научно-практических течений отечественной психологии – 1925–1930 гг.

4. Период деинституционализации научно-практических течений отечественной психологии – 1931–1936 гг.

5. Период латентного развития научно-практических течений отечественной психологии в виде отдельных исследований практико-ориентированного характера – 1937–1950 гг.

К феномену институционализации обращаются зарубежные [15, 16, 17] и отечественные [14] авторы, характеризуя процесс исторического развития науки и отдельных научных специальностей. Институционализация включает в себя процессы дифференциации (отграничение дисциплины от других научных областей), социальной интеграции (создание системы устойчивых взаимодействий в ходе научной работы) и воспроизводства (пополнение научного сообщества новыми членами). Очевидно, что это понятие может быть рассмотрено как в процессуальном, так и в результативном аспектах. Отсюда, в качестве основных показателей институционализации научно-практических течений отечественной психологии мы рассматривали:

1) число и характер научных публикаций ведущих представителей научно-практических течений;

2) факты, свидетельствующие о реализации результатов научных исследований в прикладных областях (оказание практической психологической помощи в различных сферах общественной практики);

3) факты, свидетельствующие об организационном оформлении научно-практических течений (образование / упразднение формальных и неформальных организационных структур);

4) факты, свидетельствующие о коммуникативной активности психологов-практиков (учреждение / упразднение печатных органов; участие отечественных психологов – представителей научно-практических течений в зарубежных и отечественных съездах, конференциях и симпозиумах; свидетельства о неформальных контактах с зарубежными исследователями);

5) факты, свидетельствующие об организации передачи и воспроизводства научного знания (организация процесса обучения, подготовка и издание учебников).

Обсуждение

Общественная потребность в психологических исследованиях научно-практического характера, проявившаяся в производственной, административной, социальной и идеологической сферах, выступала предпосылкой и условием, способствовавшим институционализации научно-практических течений. Данное условие социальной детерминации обнаруживало свое влияние на протяжении первой половины XX столетия, однако имело свою специфику в разные периоды. Так, в 1901–1920 гг. общественная потребность проявлялась в производственной, социальной и идеологической сферах: выражалась в необходимости решения проблемы подъема производительности труда, воспитания нового типа личности «советского человека» и т.д. Периоды 1921–1924 гг., а также 1925–1930 гг. характеризовались выраженностью общественной потребности во всех четырех сферах. Это было связано с ростом темпов производственного строительства, необходимостью решения задач индустриальной модернизации и проблемы детской беспризорности, укрепления политических позиций новой власти и формирования идеологического единства. В 1931–1936 гг. общественная потребность в психологических исследованиях научно-практического характера сохранялась в производственной и административной сферах. Однако неизбежные ошибки на пути развития научной мысли, противоречие методологических основ и полученных эмпирических данных возникающей идеологии в прихотливых условиях политической борьбы привели к «ликвидации», вслед за психоанализом, педологии и психотехники. В период 1937–1950 гг. выраженная общественная потребность в социальной сфере обозначилась в годы Великой Отечественной войны и была связана с необходимостью решения прикладных психологических задач в тылу и на фронте.

Итак, активная институционализация научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия происходила в периоды выраженной общественной потребности в психологических знаниях во всех выделяемых сферах общественной жизни: производственной, административной, социальной и идеологической. В периоды ослабления общественной потребности в одной из сфер происходила деинституционализация или латентное развитие научно-практических течений. Нельзя не отметить противоречивый характер влияния общественной потребности на развитие науки: условия существования науки в советском обществе в 1920-х гг. в целом способствовали, а в 1930-х – ограничили развитие основных течений практической психологии.

Выявленные тенденции к активной институционализации практической психологии в сложный период социальных преобразований в России обусловлены спецификой психологической науки. Исследования в системе наук о человеке непосредственно связаны с осознанием и реализацией гуманистических ценностей [18]. Поэтому в условиях социальных потрясений и катаклизмов, требующих максимальной активизации человеческого потенциала для решения задач общесоциального характера, возрастает роль практико-ориентированных психологических исследований. Необходимость включения результатов научных исследований в решение производственных, административно-политических, социальных и идеологических задач определяет: формирование соответствующих организационных структур, процессы активной коммуникации с членами отечественной и зарубежной общественности, организацию процесса передачи и воспроизводства научного знания, стимулируя, таким образом, институционализацию научно-практических течений.

Другим необходимым условием достижения и поддержания высокого уровня институционализации научно-практических течений была советская научная политика. Степень выраженности данного условия была неодинакова в разные периоды становления и развития научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия. Наиболее заметно влияние советской научной политики в 1921–1936 гг. С одной стороны, на эти годы приходится становление системы организации и поддержки научных исследований, определившее институционализацию практической психологии в России. С другой, идеологизированность и иерархизированность научной политики, особенно в период 1931–1936 гг., обусловила процессы активной деинституционализации научно-практических течений. В условиях борьбы с «буржуазными» установками в науке, административного контроля и централизации в научной сфере под корень были срезаны ростки отечественного психоанализа, педологии и психотехники.

В целом, результаты эмпирического исследования показали, что общественная потребность и советская научная политика, как основные условия социальной детерминации научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия, способствовали их развитию. Это развитие осуществлялось в ходе дифференциации, социальной интеграции и воспроизводства, – основных процессов, отвечающих за институционализацию науки. Проведенное исследование позволяет рассматривать институционализацию в качестве специфического механизма социальной детерминации развития практической психологии. Это обусловлено тем, что оказание практической психологической помощи, участие психологов в решении социальных проблем становится возможным только при наличии специализированных институтов (организаций, учреждений, печатных органов, служб психологической помощи на производстве и т.д.). Вместе с тем амбивалентный характер советской научной политики, прежде всего ее изоляционистская ориентация в 1930-е гг., обусловил процессы деинституционализации практической психологии: упразднение научно-исследовательских центров, ликвидацию специализированных печатных органов и т.п.

Заключение

Проведенное исследование позволило выявить единство характеристик социальной детерминации развития основных научно-практических течений отечественной психологии в кризисное и плодотворное время первой половины XX столетия.В качестве основногонаучно-социального условия определена советская научная политика, общесоциального условия – общественная потребность в практико-ориентированных исследованиях.

Как специфический механизм социальной детерминации развития научно-практических течений раскрыта институционализация. Включение понятия институционализации в категориальный аппарат историко-психологического исследования позволяет учесть специфику развития научно-практических течений в единстве его теоретико-методологического, организационного и практического аспектов. Наличие специализированных научно- исследовательских центров, печатных органов, служб психологической помощи в учреждениях образования, производства и т.д. является условием осуществления практической помощи населению и организациям, участия психологов в решении актуальных социальных проблем.

Учет особенностей проявления социального и научно-социального условий детерминации развития научно-практических течений позволяет расширить представления о причинах деинституционализации психоанализа, педологии и психотехники в 1930-е гг. Изоляционистская ориентация советской научной политики этого периода обусловила такие процессы деинституционализации течений, как упразднение научно-исследовательских центров и специализированных журналов и т.п.

На основе анализа социальной детерминации развития педологии, психоанализа и психотехники в России разработана единая периодизация развития научно-практических течений отечественной психологии в первой половине XX столетия с учетом социального контекста. Представляется возможным использовать полученные знания о закономерностях социальной обусловленности развития научно-практических течений отечественной психологии при разработке государственных программ стимулирования психологических исследований по прикладной тематике, а также организации работы служб психологической помощи.

Библиография
1.
Ярошевский М.Г. Историческая психология науки. СПб.: Изд-во Международного фонда истории науки, 1995. 352 с.
2.
Кольцова В.А. Теоретико-методологические основы истории психологии. М.: Институт психологии РАН, 2004. 415 с.
3.
Юревич А. В. Социальная психология науки. СПб.: Изд-во РХГИ, 2001. 352 с.
4.
Артемьева О.А. Современные тенденции в историко-психологическом изучении социальной детерминации развития психологии // Психологический журнал. 2012. Т. 33. № 1. С. 112–120.
5.
Марцинковская Т.Д. История психологии: учебник для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению и специальности психологии. М.: Академия, 2009. 544 с.
6.
Лейбин В.М. Репрессированный психоанализ: Фрейд, Троцкий, Сталин // Российский психоаналитический вестник. 1991. №. 1. 32–55.
7.
Эткинд А.М. Эрос невозможного. История психоанализа в России. СПб.: Медуза, 1993. 464 с.
8.
Белкин А.И., Литвинов А.В. К истории психоанализа в Советской России // Психоаналитический вестник. 1992. № 2. С. 9–32.
9.
Овчаренко В.И. История российского психоанализа и проблемы ее периодизации // Архетип. Философский и психоаналитический журнал. 1996. № 3-4. С. 145–150.
10.
Рождественский Д.С. Специфика развития психоанализа в России: дис. … канд. психол. наук. Хабаровск, 2002. 201 с.
11.
Артемьева О.А. Социально-психологическая детерминация отечественной психологии как становление и развитие коллективного субъекта научной деятельности в первой половине ХХ столетия: дис. … д-ра психол. наук. М.: Институт психологии РАН, 2013. 743 с.
12.
Артемьева О.А. Социально-психологическая детерминация российской психологии в первой половине ХХ столетия. М.: Институт психологии РАН, 2015. 534 с.
13.
Носкова О.Г. История психологии труда в России: 1917–1957 гг.: дис. … д-ра психол. наук. М.: МГУ, 1998. 492 c.
14.
Гусельцева М.С. Проблема периодизации истории отечественного психологического знания // Психологические исследования. 2013. № 6(29). С. 11.
15.
Ван ден Деле В., Вайнгарт П. Сопротивление и восприимчивость науки к внешнему руководству: возникновение новых дисциплин под влиянием научной политики // Научная деятельность: структура и институты / Под ред Э.М. Мирского, Б.Г. Юдина. М.: Прогресс, 1980. С. 161–199.
16.
Уитли Р. Когнитивная и социальная институционализация научных специальностей и областей исследования // Научная деятельность: структура и институты / под ред. Э.М. Мирского, Б.Г. Юдина. М.: Прогресс, 1980. С. 218–256.
17.
Шпигель-Резинг И. Стратегии дисциплины по поддержанию своего статуса // Научная деятельность: структура и институты / под ред. Э.М. Мирского, Б.Г. Юдина. М.: Прогресс, 1980. С. 107–158.
18.
Степин В.С. Философия науки. Общие проблемы. М.: Гардарики, 2006. 384 с.
References (transliterated)
1.
Yaroshevskii M.G. Istoricheskaya psikhologiya nauki. SPb.: Izd-vo Mezhdunarodnogo fonda istorii nauki, 1995. 352 s.
2.
Kol'tsova V.A. Teoretiko-metodologicheskie osnovy istorii psikhologii. M.: Institut psikhologii RAN, 2004. 415 s.
3.
Yurevich A. V. Sotsial'naya psikhologiya nauki. SPb.: Izd-vo RKhGI, 2001. 352 s.
4.
Artem'eva O.A. Sovremennye tendentsii v istoriko-psikhologicheskom izuchenii sotsial'noi determinatsii razvitiya psikhologii // Psikhologicheskii zhurnal. 2012. T. 33. № 1. S. 112–120.
5.
Martsinkovskaya T.D. Istoriya psikhologii: uchebnik dlya studentov vysshikh uchebnykh zavedenii, obuchayushchikhsya po napravleniyu i spetsial'nosti psikhologii. M.: Akademiya, 2009. 544 s.
6.
Leibin V.M. Repressirovannyi psikhoanaliz: Freid, Trotskii, Stalin // Rossiiskii psikhoanaliticheskii vestnik. 1991. №. 1. 32–55.
7.
Etkind A.M. Eros nevozmozhnogo. Istoriya psikhoanaliza v Rossii. SPb.: Meduza, 1993. 464 s.
8.
Belkin A.I., Litvinov A.V. K istorii psikhoanaliza v Sovetskoi Rossii // Psikhoanaliticheskii vestnik. 1992. № 2. S. 9–32.
9.
Ovcharenko V.I. Istoriya rossiiskogo psikhoanaliza i problemy ee periodizatsii // Arkhetip. Filosofskii i psikhoanaliticheskii zhurnal. 1996. № 3-4. S. 145–150.
10.
Rozhdestvenskii D.S. Spetsifika razvitiya psikhoanaliza v Rossii: dis. … kand. psikhol. nauk. Khabarovsk, 2002. 201 s.
11.
Artem'eva O.A. Sotsial'no-psikhologicheskaya determinatsiya otechestvennoi psikhologii kak stanovlenie i razvitie kollektivnogo sub''ekta nauchnoi deyatel'nosti v pervoi polovine KhKh stoletiya: dis. … d-ra psikhol. nauk. M.: Institut psikhologii RAN, 2013. 743 s.
12.
Artem'eva O.A. Sotsial'no-psikhologicheskaya determinatsiya rossiiskoi psikhologii v pervoi polovine KhKh stoletiya. M.: Institut psikhologii RAN, 2015. 534 s.
13.
Noskova O.G. Istoriya psikhologii truda v Rossii: 1917–1957 gg.: dis. … d-ra psikhol. nauk. M.: MGU, 1998. 492 c.
14.
Gusel'tseva M.S. Problema periodizatsii istorii otechestvennogo psikhologicheskogo znaniya // Psikhologicheskie issledovaniya. 2013. № 6(29). S. 11.
15.
Van den Dele V., Vaingart P. Soprotivlenie i vospriimchivost' nauki k vneshnemu rukovodstvu: vozniknovenie novykh distsiplin pod vliyaniem nauchnoi politiki // Nauchnaya deyatel'nost': struktura i instituty / Pod red E.M. Mirskogo, B.G. Yudina. M.: Progress, 1980. S. 161–199.
16.
Uitli R. Kognitivnaya i sotsial'naya institutsionalizatsiya nauchnykh spetsial'nostei i oblastei issledovaniya // Nauchnaya deyatel'nost': struktura i instituty / pod red. E.M. Mirskogo, B.G. Yudina. M.: Progress, 1980. S. 218–256.
17.
Shpigel'-Rezing I. Strategii distsipliny po podderzhaniyu svoego statusa // Nauchnaya deyatel'nost': struktura i instituty / pod red. E.M. Mirskogo, B.G. Yudina. M.: Progress, 1980. S. 107–158.
18.
Stepin V.S. Filosofiya nauki. Obshchie problemy. M.: Gardariki, 2006. 384 s.