Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1861,   статей на доработке: 314 отклонено статей: 766 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Правоохранительная функция государства как теоретико-правовая категория
Шатилов Сергей Петрович

кандидат юридических наук

доцент, Барнаульский юридический институт МВД России

656049, Россия, Алтайский край, г. Барнаул, ул. Малахова, 122

Shatilov Sergei Petrovich

PhD in Law

Docent, the department of Theory and History of State and Law, Barnaul Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation

656049, Russia, Altai Krai, Barnaul, Malakhova Street 122

Shatilov_sp@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Объектом исследования является общественные отношения, складывающиеся в процессе формирования и реализации правоохранительной функции государстве. Предметом исследования выступают теоретико-методологические проблемы и правовые основы правоохранительной функции государства. Автор подробно рассматривает основные подходы к признанию правоохранительной функции и определению ее места в системе функции государства, дается аргументация такого признания с точки зрения норм русского языка, а также через отношение ученых к праву как категории либо позитивной, либо объективной, кроме того анализируется содержание правоохранительной функции. Методологической основой исследования являются принципы историзма, объективности и системности. Исходя из этих и других методологических принципов в исследовании использован определенный набор методов научного познания: конкретно-исторический метод; ретроспективный; сравнительный метод; формально-юридический метод и др. Указанные выше методы применялись в комплексе с историко-сравнительными и сравнительно-правовыми методами. Научная новизна исследования заключается в том, что автором впервые в отечественной юриспруденции предпринята попытка комплексного теоретико-методологические проблемы и правовые основы правоохранительной функции государства.Основными выводами исследования являются то, что правоохранительная функция обладает признаками, характеризующими ее как самостоятельную функцию государства. Функцию государства по охране норм права более правильным с точки зрения норм русского языка, понимания права называть правоохранительной функцией. Под правоохранительной функцией следует понимать обеспечение охраны правопорядка и укрепление законности.

Ключевые слова: право, функция, правоохранительная функция, правопорядок, законность, государственная власть, государство, государственное управление, охрана права, защита

DOI:

10.7256/2454-0706.2018.3.18568

Дата направления в редакцию:

10-04-2016


Дата рецензирования:

08-04-2016


Дата публикации:

11-04-2018


Abstract.

The object of this research is the public relations emerging in the process of formation and implementation of law enforcement function of the state. The subject of this research is the theoretical methodological problems and legal grounds of law enforcement function of the state. The author meticulously reviews the main approaches towards recognition of law enforcement function of the state, provides argumentation to such recognition from the perspective of the norms of Russian language alongside the scholars’ relation to law as the positive or objective category, as well as analyzes the content of law enforcement function. The scientific novelty consists in the first attempt in Russian jurisprudence to comprehensively examine the theoretical methodological problems and legal grounds of law enforcement function of the state. The author concludes that the law enforcement function carries features that characterize it as an independent function of the state. In accordance with the standards of Russian language, it is more appropriate to call the function of the state on protection of legal norms the law enforcement function. The law enforcement function implies ensuring law and order and strengthening of lawfulness.

Keywords:

Security, Protection of law, Public administration, State, Government , Lawfulness , Law and order, Law enforcement function, Function, Law

Обеспечение правопорядка и укрепление законности является одним из магистральных путей, позволяющих стабилизировать общественные отношения, усилить эффективность борьбы с правонарушениями и другими негативными явлениями.  Реализация Указов Президента РФ «Вопросы Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации», «О совершенствовании государственного управления в сфере контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров и в сфере миграции» является очередным важнейшим шагом модернизации страны и ее государственного управления. Главной целью реализуемой реформы является создание современной и эффективной правоохранительной системы в России, а это в  свою очередь свидетельствует о том, что данная тема является актуальной как в теоретическом, так и в практическом плане.

Объективно существующий социальный мир, который как структурен, так и функционален, включает в себя ряд важнейших элементов, главнейшим из которых является государство. Как нам представляется, Л.С. Мамут справедливо считает, что наилучший шанс на создание реального образа государственности и на установление правильного отношения к ней способен дать лишь комплекс характеристик всех ее измерений [1, С. 56]. Так, одна из основополагающих характеристик государства, по нашему мнению, функциональная, потому как именно она позволяет всесторонне оценить сущность и назначение государства, выявить тенденции развития государственности.

 Для полного и глубокого исследования правоохранительной функции нам необходимо определиться с самим понятием «функция». Изначально термин «функция» не был собственно юридическим или политическим. Впервые термин «функция» стал использовать в своих работах Г.В. Лейбниц. Так, в таких отраслях знаний, как математика и физика, это понятие означает зависимость одной переменной величины от другой, то есть при изменении одной величины другая величина также подвержена определенным изменениям [2, С. 231].

Термин «функция» заимствован с латинского языка, с которого на русский язык переводится как исполнение, осуществление, то есть деятельность, работа. Вместе с тем энциклопедическая литература толкует этот термин максимально абстрактно и широко. В частности, термин «функция» определяется как «деятельность, обязанность, работа; внешнее проявление какого-либо объекта в данной системе отношений; роль; назначение» [3, С. 392]; «отправление, деятельность: 1) обязанность, круг деятельности, 2) назначение, роль» [4, С. 666] и т.д., прослеживается тенденция к расширенному и многоаспектному объяснению понятия «функция» – это деятельность, работа и вместе с тем назначение, обязанность и даже круг деятельности. Прежде всего, специфика сфер применения этого термина обусловила разнообразие в его понимании. Конечно же, не стоит прибегать к строгому, единообразному пониманию функции в областях знаний, в которых используется рассматриваемое понятие. Однако в пределах одной или нескольких схожих по предметам науках смысловое содержание категории «функция» должно быть единым.

Функция с точки зрения философии понимается как внешнее значение свойств какого-либо объекта в данной системе отношений [5, С. 374], она представляет собой способ поведения, присущий какому-либо объекту [6, С. 418]. Ряд философов, излишне абстрагируя данное понятие, отмечают, что функция – это «нечто объективное», «то, что уже есть», «действительно существующая связь части целого» [7, С. 31].

Вызывает интерес толкование, предложенное В.И. Кремянским, по мнению которого функция – это вид активной деятельности, и притом направленной или вообще целенаправленной деятельности или биологических, или социальных, или технических систем или их частей [8, С. 149]. Похожую мысль высказал А.Г. Афанасьев, понимая под функцией целенаправленную, активную деятельность системы [9, С. 132]. Следуя за этими суждениями, В.Д. Перевалов определяет: «Функционировать – значит действовать, так как функция есть проявление жизнедеятельности любого объекта, отражение всеобщего движения в природе как способа существования материи» [10, С. 58].

При этом следует отметить, что в исследованиях по философии понятие «функция» разработано недостаточно, что делает возможность его использования для определения явлений государственной действительности, в частности функционирования государства, затруднительной.

Все вышеизложенное обусловило наличие нескольких точек зрения на определение понятия функций государства в теории государства и права. С целью выявления сущности функций государства исследование в рамках этих подходов будет осуществляться в хронологической последовательности их появления в отечественной научной юридической литературе.

Исследуя понятие «функции государства», в первую очередь нам необходимо остановиться на подходе, получившем широкое распространение благодаря трудам К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина.

С позиции исторического материализма понятие «функция» в большинстве своем применялось с целью характеристики общего социального назначения государства, в меньшей степени с целью определения различных сторон государственной деятельности. К. Маркс писал о необходимости выделять в деятельности правительства (государства) «два момента: выполнение общих дел, вытекающих из природы всякого общества, и специфические функции, вытекающие из противоположности между правительством и народными массами» [11, С. 422]. Ф. Энгельс также разграничивал политическое господство, «общие общественные функции» и «общие экономические функции» [11, С. 152].

Классовую природу функций охарактеризовал в свое время и В.И. Ленин. По его мнению, «все и всякие угнетающие классы нуждаются для охраны своего господства в двух социальных функциях – палача и попа… Палач должен подавлять протест и возмущение угнетенных. Поп должен утешать угнетенных... тем самым примирять их с этим господством...» [12, С. 237].

Так, классики марксизма-ленинизма определили основные функции государства, опираясь на которые в дельнейшем была выведена взаимозависимость функций государства от его классовой сущности советскими учеными.

Господствовавший долгое время классовый подход в определении функций государства обусловил искаженное представление об управлении государством общими делами. Считалось, что там, где существует классовая направленность государственной деятельности, у государства нет и не может быть надклассовых функций. Тем не менее даже поделенное на разные классы общество является единым социальным организмом, государственной общностью, где существуют и даже взаимодействуют противостоящие классы, социальные группы, слои населения. Несмотря на то, что в каждом обществе присутствуют классовые интересы и потребности, им противостоят общесоциальные, общечеловеческие связи и отношения. Государство нельзя отождествлять с публичной властью, которая является одним из его элементов. Есть и другие элементы – граждане, территория и граница, общезначимые дела, бюджет и налоги, правовой порядок, «представительство» и участие страны в мировом сообществе. Все элементы должны быть связаны между собой, поэтому государство, представляя собой механизм управления обществом, выполняет общесоциальную деятельность, реализует интересы всего общества, всех классов, групп и слоев населения.

Другая точка зрения была представлена М. Манели [13, С. 29], который полагал, что функции государства – это сущность (содержание) его деятельности во внутренней и внешних сферах. Л.И. Каск считал, что «функции государства  – это такие стороны содержания его деятельности, которые характеризуют его классовое и социальное назначение» [14, С. 9].

Ряд представителей советской юридической науки постоянно подвергали критике в своих исследованиях точки зрения, высказанные М. Манели и Л.И. Каска. Вполне возможно, что Л.И. Каска высказывал свою позицию  исходя из нежелания отождествлять функции государства с его деятельностью. Он считал, что в общеупотребимом определении функции рассматриваются как направления деятельности. Л.И. Каск отмечал: «Разница между функциями государства и его деятельностью оказывается в лучшем случае количественной: функции – это хотя и основные (или главные) направления, но все-таки лишь направления деятельности государства. А если так, то вряд ли есть необходимость вводить в научный оборот новый термин, не имеющий качественно самостоятельного содержания» [14, С. 7]. На что можно возразить: между направлениями деятельности (т.е. функциями) и самой деятельностью наблюдается лишь количественная разница, такая же разница между сторонами деятельности и ее содержанием. А если это так, то функции государства тождественны содержанию деятельности государства. При этом, как нам представляется, во-первых, функции государства не должны дробиться до бесконечности; во-вторых, многим делам, которыми занимается государство, нельзя дать статус функций из-за их незначительности, ибо они могут не заключать в себе непосредственно социального назначения государства, так как являются  слишком незначительными сами по себе [15, С. 75-78].

Согласно точке зрения Л.В. Николаевой, функции государства представляют собой его цели. Л.В. Николаева взяла за основу философскую трактовку категории «функция», определяющую ее в качестве цели деятельности отдельно взятого субъекта, как системообразующий фактор такой деятельности. Согласно точке зрения автора, под «функциями государства могут быть признаны только его конечные цели, которые остаются неизменными на всем протяжении существования государства или, во всяком случае, на протяжении существования государства определенного исторического типа» [16, С. 56]. В результате анализа данного определения мы наблюдаем смешение различных категорий. При этом такие категории, как «функции государства» и «цели государства», бесспорно, необходимо разграничивать. Опираясь на философскую точку зрения, цель – «это представляемое и желаемое будущее событие или состояние» [17, С. 506]. При ее (цели) характеристике на первый план выступает стратегический характер, в то время как задачи обладают тактическим характером. Государство стремится к достижению поставленной цели с помощью функций, для чего ему необходимо решить определенные задачи. Причем при рассмотрении функций и целей государства первые являются подчиненными по отношению к последним.

При этом Л.А. Морозова считает, «что современной юридической наукой предложена трактовка функций государства не только как направлений его деятельности, но и механизма государственного воздействия на общественные процессы» [18, С. 102]. В процессе выполнения определенных функций в различных сферах жизнедеятельности общества государство параллельно с помощью различного рода регулирования и всевозможных преобразований оказывает непосредственное воздействие на общественные процессы.

С данным утверждением также нельзя полностью согласиться, так как происходит сведение функций, принадлежащих государству в целом, к деятельности его механизма, а также подмена функционирования государства разного рода правовым воздействием, несмотря на то, что правовые формы осуществления функций государства, являясь самостоятельным понятием, закреплены в научной мысли.

Группа ученых – Б.К. Бабаев, М.И. Байтин, С.А. Комаров, Б.М. Корельский, В.Д. Перевалов, Б.С. Петров, И.Н. Сенякин, Б.М. Сырых и другие – понимают под функциями государства основные направления его (государства) деятельности, в которых находят свое выражение его сущность и социальное назначение. При этом многие из этих исследователей заостряют внимание на обусловленности функций государства достижением целей и решением поставленных перед государством задач, его историческим типом. По нашему мнению, именно последний подход является более точным, так как в нем раскрывается сущность функций государства.

Однако вышерассмотренные трактовки понятия «функции государства», несмотря на то, что они все по ряду признаков различаются, все же имеют и принципиально общее, позволяющее определить ряд характерных черт анализируемой категории, составляющих некий инвариант понятия, с чем соглашаются большинство исследователей.

В первую очередь, функция государства выводится в большинстве своем на основе его социального предназначения, заключающегося в решении различных задач и достижении целей на конкретном этапе его исторического развития.

Во вторую очередь, понятие «функции государства» в большинстве случаев рассматривается вместе либо прямо отождествляется с понятием «деятельность государства». При этом следует помнить, что нельзя включать в качестве признака (элемента) функций государства фактическую его деятельность как таковую. Более точным является обозначение направлений деятельности государства, направленных на удовлетворение общесоциальных или классовых потребностей, но не самой деятельности. Исходя из данного подхода, динамическое начало невозможно исключить из понятия «функции государства», оно может быть перенесено из области сущего в область должного.

Однако в теории государства и права существуют и иные устоявшиеся представления о свойствах, характеризующих функции государства, а именно то, что функции государства относятся к деятельности в целом (если сравнивать с функциями отдельных государственных и негосударственных органов). Функции государства имеют общеобязательный характер, закрепленный в понятии государственного суверенитета, который составляет прерогативу государственной власти перед всеми остальными видами власти.

На содержание и характер реализации функций государства, имеющих комплексный, собирательный характер, непосредственно влияют особенности и закономерности его исторического развития, динамика социально-экономических, политических и духовных изменений в жизни общества.

Считаем, что вполне возможно на основе вышерассмотренных признаков вывести определение функций государства: это основные направления государственной деятельности, в которых наиболее отчетливо проявляется социальная сущность государства на определенном этапе его исторического развития.

В советский период и настоящее время в юриспруденции сложилось два подхода к признанию и определению места правоохранительной функции в системе функций государства. 

У одних ученых (С.А. Балтабаев, В. П.  Кочергин, Н. Д. Шелякин, Э. А.  Максименко, В. К. Нехайчик, Е. О.  Фелюст, О. В. Харченко  и другие) не вызывает сомнения тот факт, что правоохранительная функция является самостоятельной функцией государства. Другие ученые (Л.И. Каск, И.И. Мушкет, Р.А. Ромашов, Е.Б. Хохлов и другие) не рассматривают правоохранительную функцию как самостоятельную функцию государства, делая возможным ее условное распределение между другими функциями.

«Иногда, – пишет Л.И. Каск, – некоторым наиболее важным или распространенным методам и средствам осуществления деятельности государства придается значение самостоятельных функций... Так происходит, в частности, когда значение самостоятельной функции государства придается деятельности по охране собственности. Однако охрана, например, капиталистической собственности является частной задачей охраны правопорядка вообще. Правопорядок же есть, с одной стороны, результат законодательной формы деятельности государства, а с другой – важнейшее средство осуществления всех (хотя и в разной степени) функций государства. Поэтому охрану правопорядка ни в целом, ни тем более частично нельзя рассматривать в качестве самостоятельной функции государства» [14, С. 45].

Р.А. Ромашов в принципе не выделяет правоохранительную функцию государства из целого ряда функций, относя правоохранительную деятельность к одной из юридических форм осуществления государственных функций [27, С. 47]. Однако с таким же успехом экономическую функцию можно отнести к организационно-хозяйственной форме реализации функций государства.

И.И. Мушкет и Е.Б. Хохлов также не выделяют правоохранительную функцию в качестве самостоятельной функции государства, они относят ее к группе материальных функций государства, реализующейся в рамках законотворческой, административной и судебной деятельности (т.е. формальных функций государства) [28, С. 9]. Так, при условии исключения недостаточно точного обозначения правоохранительной функции как функции охраны правопорядка, рассмотренный выше подход является вполне конструктивным, так как позволяет рассматривать эту функцию в системе взаимосвязей «функция – метод – средство», абсолютно специфичной для каждой из ветвей государственной власти.

По мнению, профессора В.С. Афанасьева, функции государства нельзя изучать как нечто раз и навсегда данное, застывшее и неизменное. В зависимости от конкретно-исторических условий элементы этих общих функций могут приобретать самостоятельное значение, становясь в силу особой значимости самостоятельными функциями [29, С. 285]. Это дает нам право считать реальной возможность выделения любой функции, в том числе правоохранительной, что является теоретически обоснованным. Таким образом, правоохранительную функцию, безусловно, можно рассматривать в качестве самостоятельной функции государства.  Если проанализировать историю человечества, то с легкостью можно прийти к выводу о том, что правоохранительная функция была присуща всем государствам независимо от их форм и типологии.

Мы в своей работе придерживаемся именно этой точки зрения, так как, на наш взгляд, для этого имеется достаточно оснований.

Во-первых, сущность государства, являясь общественным явлением, можно представить в виде многогранного стержня, состоящего из множества взаимосвязанных как внутренних, так и внешних сторон, наделяющих его качественной определенностью универсальной управляющей системы. Государство как социальный институт предназначено воплощать в жизнь специфические направления деятельности, вытекающие из его сущности. Сущность государства усматривается и в одном из направлений его деятельности – обеспечении безопасности социума, интересы которого оно выражает. Государство в своей деятельности стремится к установлению определенного порядка, позволяющего обеспечить реализацию интересов представителей различных социальных групп или общества в целом, сохранить незыблемость социальной системы, отражать тенденции деструктивного, разрушительного характера. Не может быть государства без определенного порядка в нем, а следовательно, прослеживается непосредственная связь между сущностью государства и охраной права.

Во-вторых, функции государства распространяются на самые разнообразные отношения экономической, социальной, политической и духовной жизнедеятельности общества, нуждающиеся в государственном воздействии. Отмечая это обстоятельство, мы приходим к выводу, что в осуществлении общегосударственных функций так или иначе участвуют практически все государственные органы. Это особенно наглядно, когда речь идет о правоохранительной функции, которая осуществляется такими государственными органами, как Прокуратура Российской Федерации, Министерство по чрезвычайным ситуациям, Следственный комитет, Федеральная служба безопасности, Министерство внутренних дел, Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации, Министерство юстиции Российской Федерации, Федеральная служба исполнения наказаний и др.

В-третьих, как мы видим, правоохранительная функция складывается из разносторонней работы  всего государственного механизма, следовательно, она носит комплексный, собирательный характер, включает в себя: обеспечение правопорядка; предупреждение, выявление и расследование правонарушений; осуществление правосудия; прокурорский надзор; оказание юридической помощи и др.

Таким образом, обобщая наиболее важные черты правоохранительной функции, нельзя не согласиться  с тем, что она обладает признаками, характеризующими ее как самостоятельную функцию государства.

Однако плюрализм мнений ученых относительно исследуемой функции выражается в широком спектре подходов к ее рассмотрению, что стало причиной того, что данная функция до сих пор не имеет единого определения. В юридической литературе выделяются такие функции государства, как охрана общественной и личной собственности [30, С. 7], укрепление законности [31, С. 105], охрана правопорядка, обеспечение прав и законных интересов граждан [32, С. 76], правоохранительная функция [33, С. 51] и др.

Анализируя приведенные точки зрения, можно прийти к общему выводу о том, что данный вопрос довольно сложный, противоречивый, неоднократно поднимающийся в юридической литературе и требующий к себе особого подхода. Исходя из этого, представляется вполне оправданным и целесообразным выйти за рамки традиционного анализа. В связи с чем нами будет рассмотрено название исследуемой функции, во-первых, с точки зрения норм русского языка, во-вторых, через отношения ученых к праву как категории либо позитивной, либо объективной [34, С. 44-47].

Определение должно быть правильным по своему содержанию, по форме, на что, несомненно, оказывает влияние структура, регулируемая логическими правилами. Всего выделяют четыре основных правила, одно из которых гласит, что определение не должно заключать в себе круга. «Если  при определении мы прибегаем к другому понятию, которое, в свою очередь, определяется при помощи первого, то такое определение содержит в себе круг» [35, С. 256]. Разновидностью круга в определении является тавтология. Тавтология (от греч. «то же самое слово») – лингвистический термин, обозначающий «повторение сказанного однокоренными славами» [36, С. 368]. В случае такого определения, как «функция борьбы с преступностью, обеспечения правопорядка», «функция обеспечения прав и свобод граждан» заключается в борьбе с преступностью, обеспечении правопорядка, обеспечении прав и свобод граждан, допускается частный случай круга – тавтология (в данном случае повторяются слова борьба, преступность, обеспечение, правопорядок и т.д.). Из вышеизложенного следует, что более правильным с точки зрения русского языка будет называние данной  функции  правоохранительной, правозащитной.

При этом смысловая нагрузка названных терминов неодинакова. Так, под словом «защита» понимается настаивание на правильности, справедливости каких-либо позиций, положений, идей и т.п. достижение их признания, реализации применения и т.п. [37, С. 394] Таким образом, под термином «правозащитная» понимаются требования по исполнению, использованию, соблюдению и применению норм права. Иное дело обстоит со словом «охранять», под которым понимается  наблюдение за сохранностью чего-либо, безопасность, неприкосновенность кого- и чего-либо. Помимо этого, слово «охранять» означает не только пребывание вблизи, около охраняемого объекта, но и указывает на какие-либо действия, мероприятия, связанные с охраной кого-, чего-либо от нападения, посягательств, враждебных действий и т.д. [38, С. 111].  Как мы можем видеть, данные понятия не являются идентичными, однако вместе с тем в современной научной литературе многими учеными понятия «защита» и «охрана» рассматриваются либо как тождественные [39, С. 82], либо «защита» понимается как более узкое понятие, если сравнивать его с «охраной», либо каждое из них имеет самостоятельное содержание.

Так, по мнению Н.В. Витрука [40, С. 104], под охраной права следует понимать деятельность, направленную на устранение препятствий в реализации норм права, на борьбу с правонарушителями, на предупреждение этих проявлений. Под защитой права он рассматривал деятельность, проявляющуюся только тогда, когда нормы права не используются или есть злоупотребление правом, а также когда возникает препятствие по его реализации [41, С. 203-204].

Б.Ю. Тихонова, рассматривает охрану права как совокупность различных взаимосвязанных между собой мер, осуществляемых органами государственной власти и общественными объединениями, направленных на пресечение и предупреждение правонарушений [42, С. 13].

Исходя из данных подходов, «охрана права» понимается как процесс, включающий в себя такой важный компонент, как предупреждение нарушений, под которым следует понимать деятельность государственных органов, должностных лиц в тех случаях, когда поведение субъектов не выходит за рамки правомерного, с целью недопущения ими правонарушения.

Все вышеизложенное дает нам основание сделать вывод, что охрана права подразумевает набор мер, которые предпринимают уполномоченные на то субъекты, при этом меры должны быть направлены на предупреждение нарушений права, устранение и предотвращение причин, их порождающих, и способствовать воплощению права в жизнь.  Главной особенностью защиты является то, что  она наступает только при условии, что правонарушение было совершено, и выражается в том, что к совершившим правонарушение лицам должны быть применены юридические санкции. Из этого следует, что смысловая нагрузка и содержание термина  «охранять», в отличие от «защищать», более точно отражает специфику деятельности органов государственной власти по охране норм права.

Следовательно, не будет преувеличением утверждение того, что функцию государства по охране норм права более правильным с точки зрения норм русского языка, понимания права называть правоохранительной функцией.

На многообразие подходов к названию исследуемой функции также оказывает существенное влияние отношение ученых к праву как категории либо объективной, либо позитивной. При объективном подходе охрана права не должна заключаться во всестороннем стремлении упрочения правовых предписаний. Эту деятельность непременно будут составлять действенные компоненты, которые на деле позволяют уяснить истинное правовое содержание.

Иначе обстоит дело, если значение охраны права складывается только для позитивного права. В таком случае при несовершенстве правовых норм охрана права еще более станет искажать правовое содержание и окажет отрицательное влияние на состояние общества и государства. Демократическое государство в основном относится к первому варианту. Второй вариант, наоборот, свойственен недемократическим режимам, стремящимся к тому, чтобы право превратилось только в инструмент волюнтаристского государственного управления, выхолащивая его собственное содержание.

Тем не менее каждый из этих вариантов далеко не идеален, в состоянии идеала они не существуют. Даже при тоталитаризме объективное содержание права тем или иным образом отображается в действующей правовой системе, становясь объектом правоохранительной функции. И наоборот,  в демократических государствах, которые в большинстве своем являются правовыми, всегда находятся элементы, подрывающие совершенство, при этом их наличие вносит дисбаланс в правовую действительность, между учеными ведутся горячие диспуты по поводу названия «правоохранительная функция».

В теории государства и права правоохранительная функция государства преимущественно исследуется лишь как какая-либо ее составляющая, к примеру, можно выделить функции охраны прав и свобод граждан [43, С. 47], охраны правопорядка [44, С. 159-160], укрепления правопорядка и законности [45, С. 7], контроль за соблюдением прав и обязанностей [46, С. 38], охраны общественного и государственного строя [47, С. 5-6] и др.

Однако мы считаем, что подобный подход является не совсем верным, т.к. одним из основных признаков любой функции государства является собирательный характер, отсюда следует, что функция государства состоит из нескольких подфункций, это, в свою очередь, относится и к правоохранительной функции.

Как справедливо отмечают С.С. Алексеев, С.И. Архипов, В.М. Корельский, В.И. Леушин, В.Д. Перевалов, О.А. Пучков, Р.К. Русинов, А.П. Семитко, Н.Н. Тарасов, А.С. Шабуров, «законность и правопорядок являются величайшими социальными ценностями, выступают основой нормальной жизни общества, его граждан. Поэтому их укрепление – одна из главных задач, стоящих перед обществом, одно из основных направлений деятельности государства, его функция» [48, С. 480]. Действительно, законность и правопорядок объединяет много общего, они основываются на одних принципах, являются взаимосвязанными с государственной властью, имеют общее государственно-волевое содержание и интересы. Они взаимосвязаны с правами, свободами и обязанностями, ответственностью граждан, субъектов права, для них характерна формальная нормативная определенность и т.д.

Однако все вышеизложенное ни в коей мере не говорит об отсутствии, а скорее делает возможным предположение наличия принципиальных отличий, указывающих на их качественную самостоятельность. Законность и правопорядок различаются по ряду оснований. В первую очередь, по содержанию и характеру категорий: законность – качественная сторона правовой деятельности субъектов права и их поведения, правопорядок – состояние правовой жизни общества, упорядоченная система правовых отношений. Во вторую очередь, они предстают в качестве различных этапов реализации воли и интересов народа: законность – в качестве начального этапа, как формирование воли и интересов в обязательные для соблюдения всеми правила; правопорядок – как право, претворенное в жизнь, воплотившиеся в общественной сфере воля и интересы государственной власти и народа. В третью очередь, они имеют отличающуюся друг от друга правовую и функциональную наполненность: законность выступает в качестве средства его установления, правопорядок является результатом воплощения права в законности, упорядочивающим социальную жизнь.

В целом правопорядок можно представить существующим в действительности состоянием общественных отношений в стране, причем эти отношения должны быть урегулированы правом. При условии выполнения основных предписаний режима законности, а также того, что все субъекты общественных отношений строго придерживаются закона, мы можем вести речь о присутствии в стране высокого уровня правопорядка. Более правильным, по нашему мнению, будет утверждение того, что правопорядок является результатом реализации всех правовых предписаний в соответствии с принципом законности [48, С. 475].

Подводя итог, отметим, что правоохранительная функция включает в себя две составляющие: охрану правопорядка и укрепление законности, а также учитывая, что данные подфункции взаимосвязаны между собой и содержат общие направления деятельности, такие как охрана прав и свобод граждан, контроль за соблюдением прав и обязанностей, охрана общественного и государственного строя, борьба с преступностью и др., под правоохранительной функцией следует понимать обеспечение охраны правопорядка и укрепление законности.

Библиография
1.
Мамут Л. С. Государство в ценностном измерении. М., 1998. 42 с.
2.
Экономико-математический энциклопедический словарь / под ред. В. И. Данилов-Данильян. М., 2003. 688 с.
3.
Советский энциклопедический словарь / под ред. А.М. Прохорова. М., 1984. 1600 с.
4.
Краткий словарь иностранных слов / сост. С. М. Локшина. М., 1971. 384 с.
5.
Философский словарь / под ред. М. М. Розенталя. М., 1975. 495 с.
6.
Философская энциклопедия / под ред. Ф. В. Константинова. М., 1970. 3002 с.
7.
Сетров М. И. Основы функциональной теории организации. Философский очерк. Л., 1972. 163 с.
8.
Синтез знания и проблемы управления / под ред. А. Д. Урсула, Г. И. Рузавина. М., 1978. 199 с.
9.
Афанасьев В. Г. Системность и общество. М., 1980. 368 с.
10.
Перевалов В. Д. ВЛКСМ в политической системе развитого социализма (политико-правовые основы деятельности). Красноярск, 1985. 158 с.
11.
Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. М., 1961. Т. 25. Ч. I. 414 с.
12.
Ленин В. И. Полное собрание сочинений. М., 1960. Т. 26. 344 с.
13.
Черноголовкин Н. В. Функции социалистического государства. М., 1970. 215 с.
14.
Каск Л. И. Функции и структура государства. Л., 1969. 64 с.
15.
Валынкина И. А., Шатилов С. П. К вопросу о понятии функций государства // Вестник Алтайской академии экономики и права. Барнаул: Изд-во «Алтайская академия экономики и права», 2008. С. 75-78
16.
Каск Л. И., Николаева Л. В. О некоторых вопросах понятия функции государства // Вестник Ленинградского университета. № 11. Экономика, философия, право. Л., 1971. Вып. 2. 105 с.
17.
Философский словарь / под ред. И. Т. Фролова. М., 1987. 719 с.
18.
Морозова Л. А. Функции Российского государства на современном этапе // Государство и право. 1993. № 6. С. 98-108
19.
Функции и структура государства. Л., 1969. 64 с
20.
Бабаев В.К., Бабаев С.В. Функции современного Российского государства: учебное пособие. Н. Новгород, 2001. С. 5–13
21.
Балтабаев С. А. Понятия «правоохранительная функция», «правоохранительная деятельность», правоохранительные органы» и их соотношение // Проблемы современной науки и образования. 2016. №3 (45). С. 128-132.
22.
Кочергин В. П., Шелякин Н. Д. Правоохранительная функция государства как теоретико-прикладная категория // Труды Академии управления МВД России. 2009. №2. С.53-56.
23.
Максименко Э. А. Общая характеристика механизма реализации правоохранительной функции правового государства в России // Право и практика. 2014. № 2. С. 43-48.
24.
Нехайчик В. К. Правоохранительная функция современного российского государства: проблемы реализации и правового регулирования // Российский юридический журнал. 2013. № 3. (90). С. 100-102.
25.
Фелюст Е. О. Правоохранительная функция государства: проблемы осуществления в современной России // Общество и экономика постсоветсого пространства. Международный сборник научных статей. Отв. ред. А. В. Горбенко. 2014. С. 126-129.
26.
Харченко О. В. Правоохранительная функция как перманентная функция государства // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена. 2009. №. 99. С. 215-222.
27.
Ромашов Р.А. Государство (предпосылки возникновения, механизм функционирования, критерии классификации): учебно-научное пособие. СПб., 1998. 247 с.
28.
Мушкет И.И., Хохлов Е.Б. Полицейское право России: проблемы теории. СПб., 1998. 173 с.
29.
Теория права и государства: учебник / под ред. проф. В.В. Лазарева. М., 1997. 421 с.
30.
Коженевский В.Б. Функции советского общенародного социалистического государства: учебное пособие. Иркутск, 1974. 54 с.
31.
Морозова Л.А. Влияние глобализации на функции государства // Государство и право. 2006. № 6. С. 101-107
32.
Корельский В.М. Функции государства // Теория государства и права / отв. ред. В.Д. Перевалов. М.: Норма, 2006. 616 с.
33.
Григонис Э.П., Харченко О.В. Правоохранительная функция государства и формы ее реализации: монография. СПб., 2007. 208 с.
34.
Шатилов С.П. К вопросу о понятии «правоохранительная функция государства» // Алтайский юридический вестник. 2014. № 7. С. 44-47.
35.
Кириллов В.И., Старченко А.А. Логика: учебник для юридических вузов. М.: Юристь, 2004. 235 с.
36.
Розенталь Д.Э. Справочник по правописанию и литературной правке. М.: Рольф, 1996. 368 с.
37.
Словарь синонимов русского языка: в 2-х т.; т. 1 / под ред. А.П. Евгеньевой. М.: Астрель-АСТ, 2003. 856 с.
38.
Ростовщиков И.В. Права личности в России: их обеспечение и защита. Волгоград, 1997. С. 77-92.
39.
Тихонова Б.Ю. Субъективные права советских граждан, их охрана и защита: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1972. 24 с.
40.
Витрук Н.В. Процессуальные формы реализации и охраны прав и обязанностей граждан // Юридическая процессуальная форма: теория и практика / под ред. П.Е. Недбайло, В.М. Горшенева. М., 1976. С. 104-105.
41.
Основы теории правового положения личности в социалистическом обществе. М., 1979. 229 с.
42.
Тихонова Б.Ю. Субъективные права советских граждан, их охрана и защита: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1972. 22 с.
43.
Малько А.В. Теория государства и права. М., 2001. 187 с.
44.
Хропанюк В.Н. Теория государства и права: учебник. М., 1997. 377.
45.
Литовченко Л.Г. Внешние функции народно-демократической республики и государственно-правовые формы их осуществления (на опыте европейских стран): автореф. дис. … канд. юрид. наук. Алма-Ата, 1965. 24 с.
46.
Чесноков Д.И. О функциях советского социалистического государства // Вопросы философии. 1958. № 7. С. 30-47.
47.
Загайнов Л.И. Экономические функции Советского государства. М.: Юридическая литература, 1968. 263 с.
48.
Теория государства и права / под ред. В.М. Корельского, В.Д. Перевалова. М.: Инфра-М, 1997. 616 с.
49.
Буюкли В.И. Субъектное измерение функции охраны права // Юридические исследования. - 2014. - 1. - C. 1 - 18. DOI: 10.7256/2409-7136.2014.1.10157. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_10157.html
50.
Кулажников В.В. Правоохранительная функция государственного финансового контроля // Финансовое право и управление. - 2016. - 1. - C. 64 - 68. DOI: 10.7256/2310-0508.2016.1.18319.
51.
Шагиева Р.В., Шагиев Б.В. Правоохранительная деятельность: проблемы теоретического обоснования // Административное и муниципальное право. - 2014. - 6. - C. 538 - 549. DOI: 10.7256/1999-2807.2014.6.11376.
References (transliterated)
1.
Mamut L. S. Gosudarstvo v tsennostnom izmerenii. M., 1998. 42 s.
2.
Ekonomiko-matematicheskii entsiklopedicheskii slovar' / pod red. V. I. Danilov-Danil'yan. M., 2003. 688 s.
3.
Sovetskii entsiklopedicheskii slovar' / pod red. A.M. Prokhorova. M., 1984. 1600 s.
4.
Kratkii slovar' inostrannykh slov / sost. S. M. Lokshina. M., 1971. 384 s.
5.
Filosofskii slovar' / pod red. M. M. Rozentalya. M., 1975. 495 s.
6.
Filosofskaya entsiklopediya / pod red. F. V. Konstantinova. M., 1970. 3002 s.
7.
Setrov M. I. Osnovy funktsional'noi teorii organizatsii. Filosofskii ocherk. L., 1972. 163 s.
8.
Sintez znaniya i problemy upravleniya / pod red. A. D. Ursula, G. I. Ruzavina. M., 1978. 199 s.
9.
Afanas'ev V. G. Sistemnost' i obshchestvo. M., 1980. 368 s.
10.
Perevalov V. D. VLKSM v politicheskoi sisteme razvitogo sotsializma (politiko-pravovye osnovy deyatel'nosti). Krasnoyarsk, 1985. 158 s.
11.
Marks K., Engel's F. Sochineniya. M., 1961. T. 25. Ch. I. 414 s.
12.
Lenin V. I. Polnoe sobranie sochinenii. M., 1960. T. 26. 344 s.
13.
Chernogolovkin N. V. Funktsii sotsialisticheskogo gosudarstva. M., 1970. 215 s.
14.
Kask L. I. Funktsii i struktura gosudarstva. L., 1969. 64 s.
15.
Valynkina I. A., Shatilov S. P. K voprosu o ponyatii funktsii gosudarstva // Vestnik Altaiskoi akademii ekonomiki i prava. Barnaul: Izd-vo «Altaiskaya akademiya ekonomiki i prava», 2008. S. 75-78
16.
Kask L. I., Nikolaeva L. V. O nekotorykh voprosakh ponyatiya funktsii gosudarstva // Vestnik Leningradskogo universiteta. № 11. Ekonomika, filosofiya, pravo. L., 1971. Vyp. 2. 105 s.
17.
Filosofskii slovar' / pod red. I. T. Frolova. M., 1987. 719 s.
18.
Morozova L. A. Funktsii Rossiiskogo gosudarstva na sovremennom etape // Gosudarstvo i pravo. 1993. № 6. S. 98-108
19.
Funktsii i struktura gosudarstva. L., 1969. 64 s
20.
Babaev V.K., Babaev S.V. Funktsii sovremennogo Rossiiskogo gosudarstva: uchebnoe posobie. N. Novgorod, 2001. S. 5–13
21.
Baltabaev S. A. Ponyatiya «pravookhranitel'naya funktsiya», «pravookhranitel'naya deyatel'nost'», pravookhranitel'nye organy» i ikh sootnoshenie // Problemy sovremennoi nauki i obrazovaniya. 2016. №3 (45). S. 128-132.
22.
Kochergin V. P., Shelyakin N. D. Pravookhranitel'naya funktsiya gosudarstva kak teoretiko-prikladnaya kategoriya // Trudy Akademii upravleniya MVD Rossii. 2009. №2. S.53-56.
23.
Maksimenko E. A. Obshchaya kharakteristika mekhanizma realizatsii pravookhranitel'noi funktsii pravovogo gosudarstva v Rossii // Pravo i praktika. 2014. № 2. S. 43-48.
24.
Nekhaichik V. K. Pravookhranitel'naya funktsiya sovremennogo rossiiskogo gosudarstva: problemy realizatsii i pravovogo regulirovaniya // Rossiiskii yuridicheskii zhurnal. 2013. № 3. (90). S. 100-102.
25.
Felyust E. O. Pravookhranitel'naya funktsiya gosudarstva: problemy osushchestvleniya v sovremennoi Rossii // Obshchestvo i ekonomika postsovetsogo prostranstva. Mezhdunarodnyi sbornik nauchnykh statei. Otv. red. A. V. Gorbenko. 2014. S. 126-129.
26.
Kharchenko O. V. Pravookhranitel'naya funktsiya kak permanentnaya funktsiya gosudarstva // Izvestiya Rossiiskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta im. A. I. Gertsena. 2009. №. 99. S. 215-222.
27.
Romashov R.A. Gosudarstvo (predposylki vozniknoveniya, mekhanizm funktsionirovaniya, kriterii klassifikatsii): uchebno-nauchnoe posobie. SPb., 1998. 247 s.
28.
Mushket I.I., Khokhlov E.B. Politseiskoe pravo Rossii: problemy teorii. SPb., 1998. 173 s.
29.
Teoriya prava i gosudarstva: uchebnik / pod red. prof. V.V. Lazareva. M., 1997. 421 s.
30.
Kozhenevskii V.B. Funktsii sovetskogo obshchenarodnogo sotsialisticheskogo gosudarstva: uchebnoe posobie. Irkutsk, 1974. 54 s.
31.
Morozova L.A. Vliyanie globalizatsii na funktsii gosudarstva // Gosudarstvo i pravo. 2006. № 6. S. 101-107
32.
Korel'skii V.M. Funktsii gosudarstva // Teoriya gosudarstva i prava / otv. red. V.D. Perevalov. M.: Norma, 2006. 616 s.
33.
Grigonis E.P., Kharchenko O.V. Pravookhranitel'naya funktsiya gosudarstva i formy ee realizatsii: monografiya. SPb., 2007. 208 s.
34.
Shatilov S.P. K voprosu o ponyatii «pravookhranitel'naya funktsiya gosudarstva» // Altaiskii yuridicheskii vestnik. 2014. № 7. S. 44-47.
35.
Kirillov V.I., Starchenko A.A. Logika: uchebnik dlya yuridicheskikh vuzov. M.: Yurist', 2004. 235 s.
36.
Rozental' D.E. Spravochnik po pravopisaniyu i literaturnoi pravke. M.: Rol'f, 1996. 368 s.
37.
Slovar' sinonimov russkogo yazyka: v 2-kh t.; t. 1 / pod red. A.P. Evgen'evoi. M.: Astrel'-AST, 2003. 856 s.
38.
Rostovshchikov I.V. Prava lichnosti v Rossii: ikh obespechenie i zashchita. Volgograd, 1997. S. 77-92.
39.
Tikhonova B.Yu. Sub''ektivnye prava sovetskikh grazhdan, ikh okhrana i zashchita: avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk. M., 1972. 24 s.
40.
Vitruk N.V. Protsessual'nye formy realizatsii i okhrany prav i obyazannostei grazhdan // Yuridicheskaya protsessual'naya forma: teoriya i praktika / pod red. P.E. Nedbailo, V.M. Gorsheneva. M., 1976. S. 104-105.
41.
Osnovy teorii pravovogo polozheniya lichnosti v sotsialisticheskom obshchestve. M., 1979. 229 s.
42.
Tikhonova B.Yu. Sub''ektivnye prava sovetskikh grazhdan, ikh okhrana i zashchita: avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk. M., 1972. 22 s.
43.
Mal'ko A.V. Teoriya gosudarstva i prava. M., 2001. 187 s.
44.
Khropanyuk V.N. Teoriya gosudarstva i prava: uchebnik. M., 1997. 377.
45.
Litovchenko L.G. Vneshnie funktsii narodno-demokraticheskoi respubliki i gosudarstvenno-pravovye formy ikh osushchestvleniya (na opyte evropeiskikh stran): avtoref. dis. … kand. yurid. nauk. Alma-Ata, 1965. 24 s.
46.
Chesnokov D.I. O funktsiyakh sovetskogo sotsialisticheskogo gosudarstva // Voprosy filosofii. 1958. № 7. S. 30-47.
47.
Zagainov L.I. Ekonomicheskie funktsii Sovetskogo gosudarstva. M.: Yuridicheskaya literatura, 1968. 263 s.
48.
Teoriya gosudarstva i prava / pod red. V.M. Korel'skogo, V.D. Perevalova. M.: Infra-M, 1997. 616 s.
49.
Buyukli V.I. Sub''ektnoe izmerenie funktsii okhrany prava // Yuridicheskie issledovaniya. - 2014. - 1. - C. 1 - 18. DOI: 10.7256/2409-7136.2014.1.10157. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_10157.html
50.
Kulazhnikov V.V. Pravookhranitel'naya funktsiya gosudarstvennogo finansovogo kontrolya // Finansovoe pravo i upravlenie. - 2016. - 1. - C. 64 - 68. DOI: 10.7256/2310-0508.2016.1.18319.
51.
Shagieva R.V., Shagiev B.V. Pravookhranitel'naya deyatel'nost': problemy teoreticheskogo obosnovaniya // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. - 2014. - 6. - C. 538 - 549. DOI: 10.7256/1999-2807.2014.6.11376.