Правовые модели ревитализации культурного наследия: европейский опыт и российские перспективы

Майборода Эльвира Тагировна ORCID: 0000-0002-6091-7430 кандидат философских наук доцент; кафедра теории и истории права и государства; Северо-Западный институт управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации 194017, Россия, г. Санкт-Петербург, Выборгский р-н, ул. Дрезденская, д. 4, кв. 48 Mayboroda Elvira Tagirovna PhD in Philosophy Associate Professor; Department of Theory and History of Law and State; North-Western Institute of Management of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration 194017, Russia, Saint Petersburg, Vyborg district, 4 Drezdenskaya str., sq. 48 ellamaiboroda@mail.ru Другие публикации этого автора

Иванов Максим Эдуардович ORCID: 0009-0006-6844-7740 бакалавр; Северо-Западный институт управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации 195276, Россия, г. Санкт-Петербург, ул. Демьяна Бедного, д.30/1, кв. 155 Ivanov Maksim Eduardovich Graduate student; North-Western Institute of Management of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration 195276, Russia, Saint Petersburg, Demyan Bednogo str., 30/1, sq. 155 mivanov-22-04@ranepa.ru

Введение

Актуальность настоящего исследования обусловлена необходимостью модернизации российской системы правового регулирования ревитализации объектов культурного наследия посредством системного изучения и критической адаптации зарубежного опыта с учётом национальной специфики.

Цель исследования – на основе сравнительно-правового анализа выявить наиболее эффективные механизмы правового регулирования ревитализации культурного наследия в европейских странах и разработать обоснованные предложения по совершенствованию российского законодательства.

Методология исследования носит комплексный, многоуровневый характер. На основе методологии сравнительно-правового анализа проведено сопоставление четырёх европейских правовых моделей ревитализации объектов культурного наследия по единой системе критериев: степень государственного участия, правовые инструменты привлечения частных инвестиций, механизмы финансового и налогового стимулирования, процедуры согласования и контроля.

Формально-юридический метод обеспечивает точный догматический анализ структуры и содержания указанных законодательных актов, позволяя выявить права и обязанности субъектов, условия получения льгот, процедурные требования и санкции за нарушения. Системный метод используется при исследовании взаимодействия правовых механизмов ревитализации с более широкими системами государственного управления: налоговой системой, градостроительным регулированием, институтом государственно-частного партнёрства. Историко-правовой анализ задействован при изучении генезиса конкретных правовых моделей – в частности, эволюции французского концессионного законодательства и британской системы градостроительного контроля. Метод правового моделирования применяется при разработке предложений по адаптации зарубежных механизмов в российских условиях с учётом специфики отечественной системы классификации объектов наследия (федеральное, региональное, местное значение) и реальных экономических параметров.

Научная новизна исследования определяется несколькими взаимосвязанными аспектами: Во-первых, в едином исследовательском пространстве осуществлён системный сравнительно-правовой анализ четырёх европейских моделей правового регулирования ревитализации культурного наследия – французской концессионной модели, германской системы налоговой амортизации, итальянского механизма прямого финансирования, а также британской системы listed building consent с институтом разрешённого развития (permitted development) – именно как самостоятельных и структурно различных правовых систем, а не отдельных инструментов.

Во-вторых, новизна состоит в разработке детализированных предложений по реформированию российского законодательства, опирающихся на конкретные правовые конструкции исследуемых моделей. Авторами обосновывается необходимость: упрощения концессионных процедур и создания системы господдержки концессионеров по французскому образцу; введения в Налоговый кодекс РФ специальных положений об ускоренной амортизации реставрационных расходов по германской модели; расширения действующей программы льготного кредитования ДОМ.РФ по итальянскому образцу; введения налогового кредита для меценатов в размере 50–65% от суммы пожертвования с лимитами для физических лиц (15–20% налогооблагаемого дохода) и организаций (0,5–1% годовой выручки); внедрения системы разрешённых видов работ с упрощённым порядком согласования по британской модели.

В-третьих, новизна заключается в выявлении общих закономерностей европейских правовых моделей – стремления к балансу государственного контроля и частных инвестиций, дифференциации режимов охраны по категориям значимости, использования многоуровневых экономических стимулов – и обосновании их применимости к российской правовой системе с учётом её специфики: централизованной вертикали управления, трёхуровневой системы классификации объектов наследия и особенностей национальной налоговой системы.

Результаты и их обсуждение

Сохранение объектов культурного наследия остаётся одной из приоритетных задач государственной политики любого цивилизованного государства. В условиях ускоряющейся урбанизации и нарастающего экономического давления на исторически значимые территории особую остроту приобретает проблема ревитализации – раскрытие новых возможностей старых территорий и построек для современного использования при сохранении историко-культурной ценности. Правовое регулирование ревитализации культурного наследия в странах Европы характеризуется существенными различиями в подходах, механизмах и инструментах государственного воздействия ^[2].

В Российской Федерации правовая основа охраны культурного наследия закреплена в Федеральном законе от 25 июня 2002 года № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», который определяет порядок приспособления объекта культурного наследия для современного использования как совокупность научно-исследовательских, проектных и производственных работ, проводимых в целях создания условий для современного использования объекта культурного наследия. Однако эффективность российской системы охраны культурного наследия остается недостаточной, что обусловливает необходимость в изучении и адаптации зарубежного опыта.

Модель «французской концессии» на объекты культурного наследия

Французская система охраны культурного наследия представляет собой одну из наиболее развитых и исторически обусловленных моделей в Европе. Правовую основу охраны памятников во Франции составляет Кодекс наследия (Code du patrimoine), принятый в 2004 году и объединивший законодательные положения в области архивов, библиотек, музеев, археологии и исторических памятников ^[11].

Концессионная модель использования объектов культурного наследия во Франции представляет собой договорную форму государственно-частного партнерства, при которой государство или муниципалитет передает частному инвестору право владения и пользования объектом культурного наследия на длительный срок с сохранением права собственности за публичной стороной ^[10]. Концессионное соглашение предусматривает обязательства концессионера по проведению работ по сохранению объекта, включая консервацию, реставрацию и приспособление для современного использования, при строгом соблюдении требований законодательства об охране культурного наследия ^{[7, с.90]}.

Правовые особенности французской концессионной модели заключаются в следующем:

Во-первых, объект культурного наследия остается в государственной или муниципальной собственности на протяжении всего срока действия концессионного соглашения. Во-вторых, концессионер получает право на коммерческое использование объекта после проведения реставрационных работ, что позволяет ему возместить затраты и получить прибыль. В-третьих, концессионное соглашение заключается на длительный срок, составляющий обычно от 30 до 99 лет, что обеспечивает долгосрочность инвестиций и стабильность правового положения концессионера. Но при этом все работы по сохранению объекта культурного наследия осуществляются под контролем государственных органов и должны соответствовать утвержденной научно-проектной документации.

Концессионная модель доказала свою эффективность на практике. Примером успешного применения концессии является реставрация и приспособление замков Луары, многие из которых были переданы частным инвесторам на условиях концессии с обязательством проведения реставрационных работ и открытия для туристического посещения ^[19]. Концессионная форма позволила привлечь значительные частные инвестиции в сохранение исторических памятников при сохранении государственного контроля за соблюдением требований охраны наследия.

Преимуществом французской концессионной модели выступает сочетание частных инвестиций с сохранением у власти права собственности на объекты культурного наследия, долгосрочность правовых отношений, обеспечивающая стабильность инвестиций, государственный контроль за качеством реставрационных работ, а также возможность коммерческого использования объектов после реставрации для возмещения затрат инвестора. К недостаткам можно отнести сложность и длительность процедуры заключения концессионных соглашений, высокие требования к концессионерам, ограничивающие круг потенциальных инвесторов и риски для концессионера, связанные с длительностью окупаемости инвестиций в объекты культурного наследия ^{[8, с. 150]}.

Немецкий опыт налогового стимулирования частных инвестиций в объекты культурного наследия

Правовое регулирование охраны культурного наследия в Германии характеризуется федеративной структурой, при которой каждая земля имеет собственный закон об охране памятников (Denkmalschutzgesetz). Несмотря на различия в земельных законах, общим для всей Германии является система налогового стимулирования частных инвестиций в реставрацию и модернизацию объектов культурного наследия.

Основой охраны культурного наследия в Германии выступает поощрение собственников культурных объектов существенными налоговыми преференциями при проведении ревитализации. Так, законодательно урегулировано два направления стимулирования: для коммерческих объектов и для объектов, используемых для проживания.

В первом случае допускается полное списание расходов на процедуры восстановления памятника в течение десятилетия. Само списание оформляется в виде налогового вычета, что одновременно удовлетворяет потребность государства и в реставрации памятников, и в формировании чистого налогообложения, исключая «серые» доходы ^[2].

Во втором случае допускается списание расходов в размере 90 процентов, но отмечается, что для получения указанной преференции требуется согласование со специализированными государственными учреждениями. Профильная организация оценивает причастность выполненных работ к ревитализации и выдает разрешение на снижение налогооблагаемой базы ^[18].

Экономическая целесообразность и эффективность достижения государственных целей данной системы не вызывает сомнений. Исследователи утверждают, что полное списание расходов на проведение комплекса процедур по восстановлению памятников позволяет их собственникам не просто поддерживать удовлетворительное состояние культурного наследия, а действительно интегрировать их в современную инфраструктуру и сохранить национальную ценность в первозданном виде. При этом, государство не теряет элемент контроля за данным процессом, ввиду присутствия профильных представителей власти в рассматриваемой системе ^[18].

Более того, для формирования долгосрочного положительного результата немецкое правительство предусмотрело полное освобождение от уплаты земельного налога для собственников объектов культурного наследия, которое интегрировано в социальную инфраструктуру с целью достижения общественно значимых целей ^[12].

В качестве явного преимущества рассматриваемой модели следует отметить сочетание государственного контроля за процессом ревитализации объектов культурного наследия, наряду со стабильно возрастающей экономической привлекательностью вложений собственников в данный процесс. Так, объекты культурного наследия уже не просто сохраняют удовлетворительное состояние, а действительно интегрируются в современную инфраструктуру и выполняют общественно значимые функции. Однако, высокая стоимость соответствующих работ и затяжной процесс возвращения затрат все еще ограничивают круг субъектов, способных стать участниками процесса восстановления объектов культурного наследия.

Итальянская практика использования льготных кредитов и фондов

Италия, обладая выдающимся культурным наследием, включающим, согласно данным ЮНЕСКО, наибольшее число объектов всемирного наследия в мире, выработала специфическую модель правового регулирования ревитализации исторических памятников, основанную на сочетании прямого государственного финансирования, системы льготных кредитов и налоговых стимулов для частных инвесторов.

Правовую основу охраны культурного наследия в Италии составляет Кодекс культурных благ и ландшафта (Codice dei beni culturali e del paesaggio), принятый Законодательным декретом № 42 от 22 января 2004 года. Кодекс устанавливает комплексную систему правовой охраны культурного наследия, включающую меры по консервации, реставрации и приспособлению объектов для современного использования ^[17].

Центральным элементом итальянской модели является система государственного финансирования проектов по сохранению культурного наследия. В 2016 году правительство Италии объявило о выделении 1 миллиарда евро на период до 2020 года на важные проекты по строительству и реконструкции 33 музеев, памятников и археологических объектов по всей стране, включая Помпеи, Уффици во Флоренции, Национальный археологический музей Неаполя и другие значимые объекты. Министр культуры Италии Дарио Франческини охарактеризовал данное финансовое решение как крупнейшее вложение в культурное наследие в истории страны. Данная программа позволила запустить проекты, которые на протяжении многих лет задерживались из-за недостатка финансирования ^[21].

Дополнительным инструментом стимулирования частных инвестиций в культурное наследие является система льготных кредитов. Итальянские банки при поддержке государства предоставляют льготные кредиты на реставрацию объектов культурного наследия на срок до 20 лет с льготным периодом без погашения основного долга и с нулевой или низкой процентной ставкой.

Особое место в итальянской системе стимулирования занимает налоговый механизм «Art Bonus», введенный Законодательным декретом от 31 мая 2014 года № 83 «Срочные меры по защите культурного наследия, развитию культуры и возрождению туризма», преобразованным с изменениями в Закон от 29 июля 2014 года № 106. Art Bonus представляет собой налоговый кредит в размере 65 процентов от суммы денежных пожертвований, совершенных физическими лицами или компаниями в пользу публичного культурного наследия ^[16].

Правовой механизм Art Bonus функционирует следующим образом: Налоговый кредит предоставляется для проектов, направленных на содержание, защиту и реставрацию публичных культурных объектов, в том числе памятников, исторических зданий, произведений искусства, а также на поддержку публичных культурных учреждений, таких как музеи, библиотеки, архивы, археологические зоны и парки, оперные и симфонические фонды. Для физических лиц и некоммерческих организаций налоговый кредит ограничен 15 процентами налогооблагаемого дохода ежегодно. Для предприятий лимит составляет 0,005 процента (пять тысячных) от годового валового дохода.

Налоговый кредит должен быть разделен на три равные годовые части и использован для зачета налогов в течение трех лет или отчетных периодов. Для предприятий налоговый кредит может быть использован для зачета других налогов посредством стандартной формы F24, используемой для уплаты налогов и взносов социального обеспечения. Любой остаток в конце трехлетнего периода может быть перенесен на будущие периоды ^[9].

Преимуществом итальянской модели является сочетание прямого государственного финансирования с механизмами привлечения частных инвестиций, высокая степень налоговых стимулов для меценатов, доступность налоговых льгот как для физических, так и для юридических лиц, развитая система льготных кредитов на реставрацию объектов культурного наследия, возможность использования налогового кредита в течение длительного периода с переносом остатка на будущие периоды. К недостаткам следует отнести ограниченность налоговых льгот пожертвованиями в пользу публичного культурного наследия при исключении частных объектов, зависимость системы от финансовых возможностей государственного бюджета, сложность процедур получения льготных кредитов, связанную с необходимостью согласования проектной документации с органами охраны культурного наследия.

Английская система «planning permission» и гибкого регулирования

Правовое регулирование охраны культурного наследия в Соединенном Королевстве Великобритании и Северной Ирландии основано на системе градостроительного контроля (planning system) и специального режима защиты для памятников архитектуры (listed buildings). Законодательную основу составляет Закон о градостроительстве (Town and Country Planning Act) 1990 года ^[15] и Закон о планировании (памятники архитектуры и охраняемые территории) (Planning (Listed Buildings and Conservation Areas) Act) 1990 года ^[13].

Ключевой особенностью английской системы является необходимость в получении двух типов разрешений для проведения работ на объектах культурного наследия: разрешение на застройку (planning permission), регулирующего использование земли и влияние развития на местность, и согласие на работы с памятником архитектуры (listed building consent), направленного исключительно на защиту исторической ценности, характеристик и особого характера здания. Многие проекты, такие как пристройки к зданиям, требуют обоих типов разрешений. Однако если планируются только внутренние изменения, может потребоваться только согласие на работы с памятником архитектуры.

В Англии памятники архитектуры классифицируются на три категории по степени их исторической и архитектурной значимости. Первая категория присваивается зданиям исключительного национального значения, представляющим собой достопримечательности, и составляет примерно 2,5 процента всех памятников архитектуры. Вторая категория со звездочкой присваивается особенно важным зданиям, представляющим особый интерес, и составляет около 5,8 процента. Вторая категория присваивается зданиям, в отношении которых должны предприниматься все усилия для их сохранения, и составляет около 91,7 процента всех памятников архитектуры. Памятник архитектуры не может быть снесен, достроен или перестроен без специального разрешения местного градостроительного регулятора, который при этом, как правило, взаимодействует с соответствующим органом государственной власти ^{[3, с.217]}.

Английская система градостроительного контроля характеризуется гибкостью. Закон о градостроительстве и застройке (Town and Country Planning Act) 1947 года, вступивший в силу 1 июля 1948 года, предоставил разрешение на застройку для всех существующих зданий, а с этой даты любое новое развитие требует разрешения на застройку. Определенные категории развития получают автоматическое разрешение на застройку в силу закона и поэтому не требуют подачи заявления на получение разрешения. Эти категории называются разрешенным развитием (permitted development) ^[4].

Система разрешенного развития обеспечивает баланс между необходимостью охраны наследия и практическими потребностями собственников зданий. Закон о градостроительстве (общее разрешенное развитие) (Town and Country Planning (General Permitted Development) (England) Order) 2015 года является основным нормативным актом, устанавливающим классы развития, для которых автоматически предоставляется разрешение на застройку при условии отсутствия ограничительных условий. Однако в определенных районах страны, известных как обозначенные территории (designated areas), включая зоны охраны (Conservation Areas), национальные парки, районы выдающейся природной красоты, объекты всемирного наследия, права на разрешенное развитие более ограничены, и требуется подача заявления на получение разрешения на застройку для определенных типов работ.

При рассмотрении заявления на получение согласия на работы с памятником архитектуры местный орган планирования должен уделять особое внимание в отношении сохранения здания, его окружения и тех характеристик, которые делают его особенным. Национальная политика градостроительства (National Planning Policy Framework, NPPF) устанавливает цель сохранения объектов наследия способом, соответствующим их значимости, чтобы ими могли наслаждаться нынешнее и будущие поколения ^{[6, с.37]}.

Преимуществом английской системы является гибкость правового регулирования, обеспечивающая баланс между охраной наследия и практическими потребностями, дифференцированный подход к объектам различных категорий значимости, система разрешенного развития, снижающая административную нагрузку для рутинных работ, дискреционные полномочия местных органов планирования, позволяющие учитывать специфику каждого конкретного случая, возможность отмены прав разрешенного развития в особо ценных районах через директивы. К недостаткам следует отнести сложность и многоступенчатость процедур получения разрешений, требующих в большинстве случаев получения двух отдельных согласований, высокая степень дискреционности может приводить к непредсказуемости решений и различиям в практике применения в разных муниципалитетах, строгость требований к работам с памятниками архитектуры категорий Grade I и Grade II, значительно увеличивающая сроки и стоимость реализации проектов, уголовная ответственность за проведение несанкционированных работ создает высокие риски для собственников.

Возможности адаптации положительного опыта в российских условиях

Анализ зарубежного опыта правового регулирования ревитализации культурного наследия позволяет выявить возможности адаптации наиболее эффективных механизмов в российской правовой системе с учетом национальных особенностей и существующей нормативной базы.

В качестве первого направления адаптации можно выделить внедрение концессионных механизмов по французской модели. Стоит отметить, что в России уже предприняты первые шаги в этом направлении. Федеральным законом от 19 июля 2018 года № 212-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены изменения в Федеральный закон от 21 июля 2005 года № 115-ФЗ «О концессионных соглашениях» и Федеральный закон от 13 июля 2015 года № 224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», направленные на распространение действия законодательства о концессионных соглашениях и законодательства о государственно-частном и муниципально-частном партнерстве на объекты культурного наследия, находящиеся в неудовлетворительном состоянии, за исключением определенных достопримечательностей, объектов науки и техники, объектов археологического наследия, памятников религиозного назначения и иных объектов культурного наследия. На концессионера или частного партнера возлагается обязанность соблюдать требования законодательства Российской Федерации и законодательства субъектов Российской Федерации об объектах культурного наследия и проводить за свой счет работы по сохранению объекта культурного наследия.

При этом, для достижения значимых результатов при применении концессионной модели было бы уместно утверждение специальных модельных контрактов для различных отраслей, в которых предполагается использование концессионных механизмов, что позволит, с одной стороны, в целях обеспечения прозрачности всех процедур, связанных с заключением и выполнением концессионных соглашений, максимально подробно прописать в законодательстве права и обязанности сторон концессионного соглашения, а с другой – уникальность каждого конкретного концессионного соглашения и разнообразие сфер применения концессионных механизмов позволят оперативно утвердить их Правительством РФ или соответствующим ведомством.

Необходимо учесть, что важна не столько степень детализации соглашения, сколько механизмы разрешения конфликтных ситуаций, которые должны прописываться как в самом концессионном соглашении, так и обеспечиваться внешними по отношению к концессии арбитражными механизмами. Это обусловливалось тем, что, как правило, не удается предвидеть все возможные варианты изменения обстоятельств на весь период действия соглашения в момент его заключения. Такая практика, например, наблюдается в последние годы во Франции, когда многие муниципалитеты стали отказываться от практики заключения так называемых полных контрактов.

В качестве следующего направления релевантно рассмотреть интеграцию налоговых вычетов за процедуры ревитализации культурного наследия собственниками. В действующем российском налоговом законодательстве отсутствуют специальные налоговые льготы для собственников объектов культурного наследия, осуществляющих их реставрацию и сохранение, что очевидно снижает мотивацию к участию в подобных инициативах. Адаптация немецкого опыта могла бы включать введение в Налоговый кодекс Российской Федерации специальных положений об ускоренной амортизации расходов на реставрацию и приспособление объектов культурного наследия.

Третьим направлением адаптации является развитие системы льготного кредитования по итальянской модели. В 2025 году в России была запущена программа льготного кредитования проектов по сохранению объектов культурного наследия от ПАО «ДОМ.РФ», направленная на поддержку инвесторов проектов по восстановлению объектов культурного наследия, находящихся в неудовлетворительном состоянии, и приспособлению их к современному использованию^[22]. Инвесторам предоставляются средства на проведение работ по сохранению памятников по льготной ставке не более 9 процентов. Кредит может быть выдан на разработку проектной документации, реставрацию, приспособление объекта для современного использования. Для удобства потенциальных инвесторов создана платформа, где собрана актуальная информация о более чем 1600 требующих реставрации объектов из 81 региона России. До 2030 года на льготное кредитование проектов по сохранению объектов культурного наследия из бюджета планируется направить более 50 миллиардов рублей.

Вопрос спектра необходимых изменений остается дискуссионным, ввиду совсем недавнего старта программы, однако представляется, что в случае достижения положительного результата, может потребоваться адаптация административных процедур и расширение возможностей кредитования.

Четвертым направлением является адаптация налоговых стимулов для меценатов по модели итальянского Art Bonus. Адаптация итальянского опыта в России могла бы предусматривать введение специального налогового кредита для физических лиц и организаций, осуществляющих пожертвования на цели сохранения объектов культурного наследия, в размере не менее 50-65 процентов от суммы пожертвования. Налоговый кредит мог бы быть использован для зачета налога на доходы физических лиц, налога на прибыль организаций и других налогов в течение трех лет равными долями с возможностью переноса неиспользованного остатка на последующие периоды. Для физических лиц целесообразно установить лимит в размере 15-20 процентов годового налогооблагаемого дохода, для организаций – 0,5-1 процент от годовой выручки. Обязательным условием предоставления налогового кредита должно являться целевое использование пожертвованных средств на проведение работ по сохранению объектов культурного наследия. Это использование должно подтверждаться документами, выданными получателем пожертвования. В целях повышения прозрачности и общественной вовлечённости представляется целесообразным создать публичный реестр меценатов культурного наследия. Такая мера будет способствовать укреплению общественного признания благотворительной деятельности и развитию корпоративной социальной ответственности.

Но тем не менее, при интеграции зарубежного опыта особое внимание нужно уделять и существенным различиям в сравниваемых правопорядках, а также потенциалу гибкости государственного устройства в Российской Федерации. С полной уверенностью можно сказать, что делегирование полномочий широкому кругу представителей органов публичной власти будет затруднительно, ввиду законодательно урегулированного перечня их обязанностей и массивного административного барьера. Обращая внимание на высокую степень централизации государственного управления, внедрение зарубежных инструментов ревитализации потребует значительных изменений в законодательство РФ, связанное с охраной культурного наследия и адаптации государственного аппарата к новым спецификам.

Более того, разница в экономических потенциалах регионов нашей страны повлечет за собой дифференциацию качества проведения процедур ревитализации, что спровоцирует локальные бюджетные проблемы. Для формирования унифицированного подхода, представляется необходимым формирование единого финансового поля в виде фонда, либо госкорпорации, ответственной за выделение средств на нужды результатов реформирования.

Итоги исследования:

Сравнительно-правовой анализ зарубежного опыта регулирования ревитализации культурного наследия в европейских странах даёт основания для ряда обобщений.

Прежде всего, единой модели здесь не существует – каждое государство выстроило собственную конфигурацию отношений между публичным и частным началом. Французская концессионная модель строится на передаче объектов наследия в долгосрочное пользование частным инвесторам: государство сохраняет право собственности и жёсткий контроль за реставрационными работами, уступая лишь управление.

Полностью противоположно устроена система в Германии. В то время как объекты культурного достояния находятся в частной собственности, порядок их ревитализации обретает экономическую привлекательность, вследствие налогового вычета, полностью покрывающего затраты. При этом, его получение контролируется государственными органами, путем декларирования качества и порядка проведения всех процедур, что сохраняет публичное присутствие. Система в Италии выстроена путем соединения экономических стимулов, к которым относится выделение средств из бюджета как напрямую, так и путем снижения процентной ставки по кредитованию в сфере ревитализации. Подход в Великобритании выделяется жестким государственным контролем на каждом этапе оптимизации объектов культурного наследия, что нивелируется послаблениями для определенной группы объектов.

Несмотря на многообразие подходов к работе с объектами культурного наследия, анализ зарубежных решений отражает унифицированное направление законодательной мысли: необходимо привлечь свободный частный капитал в область охраны культурного наследия, но аналогично установить единые требования к качеству выполненных работ и сохранить контроль. На фоне этого характерна и дифференциация требований в зависимости от категории объекта: чем выше историко-культурная ценность памятника, тем строже регуляторный режим. Наконец, нормативные конструкции, как правило, сконструированы достаточно гибко, чтобы адаптироваться к разнородным типам объектов и специфике конкретных проектов.

Применительно к российской правовой системе результаты исследования указывают на системный характер имеющихся регуляторных дефицитов. Действующая нормативная база, при всей её содержательной проработанности в части охранных требований, обнаруживает очевидную асимметрию: развитая система запретов и ограничений не подкреплена сопоставимой по масштабу системой экономических стимулов и правовых гарантий для частных инвесторов. Запущенная в 2025 году программа льготного кредитования ДОМ.РФ, равно как и поправки 2018 года к законодательству о концессионных соглашениях, свидетельствуют о движении законодателя в верном направлении, однако означают лишь начало, а не завершение институциональной реформы. Системное совершенствование российского законодательства требует одновременного продвижения по нескольким взаимосвязанным направлениям: упрощение и стандартизация концессионных процедур применительно к объектам наследия; введение специального налогового режима ускоренной амортизации реставрационных расходов; расширение и диверсификация программ льготного кредитования; внедрение налогового кредита для меценатов в размере 50–65% от суммы пожертвования с обоснованными лимитами для физических и юридических лиц; наконец, формирование перечня разрешённых видов работ с упрощённым порядком согласования по британской модели. Принципиально важно при этом, что адаптация зарубежных конструкций не должна носить механического характера: российская трёхуровневая система классификации объектов наследия, сложившаяся вертикаль государственного управления и специфика национального налогового права задают обязательные параметры, в координатах которых только и возможна эффективная правовая рецепция.

Резюмируя, проведённое исследование ставит вопрос более широкого теоретического порядка, выходящий за рамки сугубо прикладной сравнительно-правовой задачи. Ревитализация объектов культурного наследия обнаруживает себя как точка пересечения нескольких правовых подсистем – охранного законодательства, налогового права, градостроительного регулирования и института государственно-частного партнёрства, – и именно это межотраслевое измерение во многом определяет эффективность или неэффективность конкретных регуляторных решений. В этом смысле разрозненное реформирование отдельных элементов законодательства, сколь бы технически грамотным оно ни было, едва ли способно обеспечить качественный сдвиг без осмысленной межотраслевой координации. Формирование целостной стратегии правового регулирования ревитализации культурного наследия в России требует, следовательно, не просто заимствования отдельных инструментов, но концептуального переосмысления места и роли охраны наследия в системе национальной правовой политики – как задачи, имеющей самостоятельную конституционную ценность и потому заслуживающей соответствующего регуляторного внимания в условиях нарастающего урбанизационного и экономического давления на исторически значимые территории.

Статья публикуется в одобренном рецензентами варианте (после получения положительной рецензии, рекомендующей рукопись к публикации) с исправлениями автора (внесенными им после получения замечаний редактора, если такие были). Рецензия опубликована в открытом доступе непосредственно за текстом самой статьи. Все варианты авторских исправлений хранятся в депозитарии издательства и могут быть доступны по требованию уполномоченных организаций.
Прочитать рецензию на эту статью

Результаты процедуры рецензирования статьи

Рецензент: Трофимец Ирина Александровна, кандидат юридических наук; доцент; кафедра семейного и жилищного права; Московский государственный юридический университет им. О.Е. Кутафина

DOI:10.25136/review.34288

Предмет исследования. В рецензируемой статье «Правовые модели ревитализации культурного наследия: европейский опыт и российские перспективы» предметом исследования являются «механизмы правового регулирования ревитализации культурного наследия в европейских странах».
Методология исследования. Основной метод исследования - сравнительно-правовой. Также отмечается применение других современных методов научного познания, таких как: формально-логический, теоретико-юридический и историко-правовой. Методологический аппарат составили следующие диалектические приемы и способы: анализ, абстрагирование, индукция, дедукция, гипотеза, аналогия, синтез, типология, классификация, систематизация и обобщение и др.
Актуальность исследования. Полагаем, что тема данной статьи актуальна. В статье верно отмечается, что «актуальность настоящего исследования обусловлена необходимостью модернизации российской системы правового регулирования ревитализации объектов культурного наследия посредством системного изучения и критической адаптации зарубежного опыта с учётом национальной специфики». Действительно доктринальные разработки по данной тематике необходимы для совершенствования правового регулирования «с целью «разработать обоснованные предложения по совершенствованию российского законодательства» в этой сфере общественных отношений.
Научная новизна. Не подвергая сомнению важность проведенных ранее научных исследований, послуживших теоретической базой для данной работы, тем не менее, можно отметить, что в этой статье тоже сформулированы положения, которые указывают на новизну и важность этого исследования для юридической науки и его практическую значимость, например: «...формирование целостной стратегии правового регулирования ревитализации культурного наследия в России требует, следовательно, не просто заимствования отдельных инструментов, но концептуального переосмысления места и роли охраны наследия в системе национальной правовой политики – как задачи, имеющей самостоятельную конституционную ценность и потому заслуживающей соответствующего регуляторного внимания в условиях нарастающего урбанизационного и экономического давления на исторически значимые территории». В статье представлены и иные положения, которые можно расценивать как вклад в юридическую науку.
Стиль, структура, содержание. Статья по содержанию соответствует своему названию. Тема раскрыта. Можно отметить, что соблюдены требования к объему материала, а также тот факт, что статья написана научным стилем, использована специальная юридическая терминология. Материал изложен последовательно, грамотно и ясно. Удачно предпринята попытка структурировать статью: статья состоит из введения, в котором обоснована актуальность темы исследования, обозначены его цель и методология; основной части; заключения. В основной части статьи представлена актуальная аргументированная авторская позиция со ссылками на авторитетные мнения ведущих специалистов в данной области научных знаний. В заключительной части статьи изложены итоги исследования. Замечаний по содержанию нет.
Библиография. При подготовке статьи использовано достаточное количество доктринальных источников, включая публикации последних лет. Ссылки на научные публикации оформлены с соблюдением требований библиографического ГОСТа.
Апелляция к оппонентам. По спорным вопросам заявленной тематики представлена научная дискуссия, обращения к оппонентам корректные. Все заимствования оформлены ссылками на автора и источник опубликования.
Выводы, интерес читательской аудитории. Статья «Правовые модели ревитализации культурного наследия: европейский опыт и российские перспективы» рекомендована к опубликованию. Статья соответствует тематике журнала «Юридические исследования». Статья написана на актуальную тему, отличается научной новизной и имеет практическую значимость. Данная статья могла бы представлять интерес для широкой читательской аудитории, прежде всего, специалистов в области компаративистики, государственного права, административного права, гражданского права, а также, была бы полезна для преподавателей и обучающихся юридических вузов и факультетов.

Полный текст рецензии на сайте
Национального Института Научного Рецензирования

QR код для проверки
подлинности рецензии