Рус Eng Cn Перевести страницу на:  
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Библиотека
ваш профиль

Вернуться к содержанию

Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Вопросы правовой квалификации больших данных как цифровых активов

Антипова Ксения Геннадьевна

аспирант, Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

119606, Россия, г. Москва, ул. Пр. Вернадского, 84

Antipova Kseniia

Postgraduate student, Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

119606, Russia, g. Moscow, ul. Pr. Vernadskogo, 84

antipova.xenia@gmail.com
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-7136.2022.11.38928

EDN:

VYZDVX

Дата направления статьи в редакцию:

11-10-2022


Дата публикации:

08-12-2022


Аннотация: В статье рассматривается юридическая природа цифровых активов и больших данных, приводится классификация цифровых активов, дано сравнение и анализ цифровых активов и больших данных. Статья определяет понятие и признаки цифровых активов. Предметом исследования в настоящей статье выступает законодательство Российской Федерации в области искусственного интеллекта, цифровых активов, законодательство Европейского Союза в области регулирования больших данных, нормативно-правовые акты, акты государственного регулирования Российской Федерации и зарубежных стран в области обработки, использования, передачи данных а также правовая доктрина в области исследований, посвященных природе цифровых активов и больших данных. Актуальность исследования обусловлена тем, что в России отсутствует понятийное единство в отношении цифровых активов и больших данных, соотношение указанных понятий в полной мере не исследовано. Целью исследования является выяснение квалификации больших данных в качестве цифровых активов. Задачами исследования является определение понятие и признаков цифровых активов и больших данных, соотношение понятий цифровые активы и большие данные, определение путей квалификации больших данных как цифровых активов. В результате исследования определено понятие и признаки цифровых активов, определено понятие и признаки больших данных. Цифровые активы определяются как собирательная категория объектов, характеризующихся признаками цифровой формы, виртуальностью природы актива, оборотоспособности, экономической ценности, экстерриториальности. В выводе отражено, что большие данные могут выступать в качестве цифрового актива, в случае соответствия результата больших данных признакам цифровых активов.


Ключевые слова:

Цифровые активы, большие данные, правовое регулирование, искусственный интеллект, информационные технологии, информационное общество, цифровые права, цифровые финансовые активы, цифровое имущество, массивы данных

Abstract: The article examines the legal nature of digital assets and big data, provides a classification of digital assets, and provides a comparison and analysis of digital assets and big data. The article defines the concept and features of digital assets. The subject of the research in this article is the legislation of the Russian Federation in the field of artificial intelligence, digital assets, the legislation of the European Union in the field of big data regulation, the judicial and arbitration practice of the Russian Federation in the field of personal data, regulatory legal acts, acts of state regulation of the Russian Federation and foreign countries in the field of data processing, use, transmission and legal doctrine in the field of research on the nature of digital assets and big data. The relevance of the study is due to the fact that in Russia there is no conceptual unity in relation to digital assets and big data, the correlation of these concepts has not been fully investigated. The purpose of the study is to clarify the qualification of big data as digital assets. The objectives of the research are to define the concept and features of digital assets and big data, the relationship between the concepts of digital assets and big data, and the definition of ways to qualify big data as digital assets. As a result of the study, the concept and features of digital assets are defined, the concept and features of big data are defined. Digital assets are defined as a collective category of objects characterized by signs of digital form, virtuality of the nature of the asset, turnover, economic value, extraterritoriality. The conclusion reflects that big data can act as a digital asset, if the result of big data matches the characteristics of digital assets.


Keywords:

Digital assets, big data, legal regulation, artificial intelligence, information technology, information society, digital rights, digital financial assets, digital property, data arrays

Переживаемый человечеством в настоящее время переход к цифровому обществу определяет необходимость разработки и внедрения современных перспективных технологических решений, среди которых одно из центральных мест сегодня занимают технологии на основе искусственного интеллекта и больших данных.

Согласно исследованию компании IDC (International Data Corporation), осуществляющей деятельность в области оказания информационных услуг совокупный годовой темп роста расходов на процессы аналитической обработки больших данных за период с 2021г. по 2025г. Составит 12 % (Global Spending on Big Data and Analytics Solutions Will Reach $215.7 Billion in 2021, According to a New IDC Spending Guide // URL: https://www.idc.com/getdoc.jsp?containerId=prUS48165721). Такие расходы будут увеличиваться по мере восстановления мировой экономики после пандемии COVID-19. В свою очередь мировые доходы от рынка искусственного интеллекта, включая программное обеспечение, оборудование и услуги, вырастут на 19,6 % в годовом исчислении в 2022г. до 432,8 млрд. долларов (IDC Forecasts Companies to Increase Spend on AI Solutions by 19.6% in2022 // URL: https://www.idc.com/getdoc.jsp?containerId=prUS48881422).

Среди множества научных, технических, социальных и других проблем, возникающих при разработке и внедрнеии технологий искусственного интеллекта и больших данных, представляется возможным выделить юридические проблемы, среди которых в свою очередь выделяютя проблемы, связанные с юридическим анализом больших данных и их правовым регулированием. Так как стремительное развитие области информационных технологий требует своевременного включения инновационных объектов в правовое поле. На сегодняшний день в России и в мире цивилистические исследования, посвященные природе и сущности цифровых активов и больших данных, а также исследования в отношении их функциональной взаимосвязи отсутствуют, что усложняет процесс информационно-технологического развития России и мира, замедляет экономический рост страны, усложняет процесс движения товаров, работ, услуг на рынке. Исследование и обобщение российского и мирового опыта в части формы оборотоспособности технологий больших данных, технологий искусственного интеллекта приводит к гармонизации, унификации, единообразию применения норм, регулирующих общественные отношени по созданию, обработке, хранению, использованию, передаче больших данных. Акутальность выбранной темы также обусловлена отсутствием единого научно-теоретического подхода к правовой квалификации больших данных, а также имеющейся проблематикой регулирования в рассматриваевой сфере. В статье автор делает попытку научно-теоретического обоснования правовой квалификации больших данных в качестве цифровых активов. Объектом исследования выступают общественные отношения в области создания, функционирования, правового регулирования цифровых активов и больших данных. Предметом исследования ялвяется законодательство Российской Федерации, законодательство Европейского Союза, регулирующие деятельность в области информационных технологий, искусственного интеллекта, больших данных и цифровых активов, а также правовая доктрина в области исследований, посвященных природе, признакам больших данных и цифровых активов, юридические документы государственных органов, юридических лиц Российской Федерации и зарубежных стран в области использования больших данных и цифровых активов, в частности методические рекомендации, правила, регламенты. Целью представленной работы выступает определение правовой квалификации больших данных в качестве цифровых активов. При написании настоящей статьи были применены следующие научные методы познания: диалектический (исследованы понятия, процессы становления и развития цифровых активов и больших данных в современном мире), метафизический (исследование института обязательственного права, исследование института интеллектуальной собственности, исследование отношений, регулируемых цифровым правом, особенности и взаимосвязь вышеназванных отраслей права), а также применялись специальные методы познания: метод сравнительного анализа, формально-юридический.

Следует отметить, что во многих странах и на международном уровне принимаются доктринальные документы, призванные стимулировать развитие систем искусственного интеллекта и оборот больших данных. Например, в 2019 г. Советом Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) принят первый межправительственный стандарт в области искусственного интеллекта - Рекомендации по искусственному интеллекту, определившие основополагающие принципы в области сотрудничества по развитию искусственного интеллекта - обеспечение уважения прав человека и демократических ценностей, принципы прозрачности и безопасности (Recommendation of the Council on Artificial Intelligence // URL: https://legalinstruments.oecd.org/en/instruments/OECD-LEGAL-0449). В 2020 г. Европейская комиссия представила Белую книгу по искусственному интеллекту – Европейский подход к совершенству и доверию, целью которой является содействие внедрению искусственного интеллекта и устранение рисков использования новых технологий (White Paper on Artificial Intelligence: a European approach to excellence and trust // URL: https://ec.europa.eu/info/publications/white-paper-artificial-intelligence-european-approach-excellence-and-trust_en). В 2020г. Европейская комиссия также утвердила Европейскую стратегию данных, в которой изложены меры по созданию европейской экономики данных при соблюдении европейских правил и ценностей, а также законодательства о персональных данных, законодательства о защите прав потребителей и соблюдении антимонопольных норм (COMMUNICATION FROM THE COMMISSION TO THE EUROPEAN PARLIAMENT, THE COUNCIL, THE EUROPEAN ECONOMIC AND SOCIAL COMMITTEE AND THE COMMITTEE OF THE REGIONS A European strategy for data // URL: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/?qid=1593073685620&uri=CELEX%3A52020DC0066). В результате в Европе были приняты Регламент (ЕС) 2022/868 Европейского парламента и Совета от 30 мая 2022 г. об управлении данными в Европе, который определяет порядок использования определенных категорий данных, находящихся в распоряжении органов государственного сектора, а так же был принят Регламент (COM/2022/68) Европейского парламента и совета о согласованных правилах справедливого доступа к данным и их использования (Закон о данных), который устанавливает правила предоставления данных, сгенерированных при использовании продукта или соответствующей услуги, пользователю этого продукта или услуги, предоставления данных владельцами данных получателям данных и предоставления данных держателями данных органам государственного сектора или учреждениям, агентствам или органам Европейского союза (Regulation (EU) 2022/868 of the European Parliament and of the Council of 30 May 2022 on European data governance and amending Regulation (EU) 2018/1724 (Data Governance Act) (Text with EEA relevance) // URL: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/?uri=CELEX%3A32022R0868; Proposal for a REGULATION OF THE EUROPEAN PARLIAMENT AND OF THE COUNCIL on harmonised rules on fair access to and use of data (Data Act) // URL: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/?uri=COM:2022:68:FIN).

В Российской Федерации утверждение национальной программы "Цифровая экономика Российской Федерации" определило направления развития инноваций, информационных технологий, технологий искусственного интеллекта (Паспорт национального проекта "Национальная программа "Цифровая экономика Российской Федерации" (утв. президиумом Совета при Президенте РФ по стратегическому развитию и национальным проектам, протокол от 04.06.2019 № 7)). Указом Президента РФ от 10.10.2019 № 490 "О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации" утверждена Национальная стратегия развития искусственного интеллекта на период до 2030 года. Согласно указанному документу задачами развития искусственного интеллекта в России являются поддержка научных исследований в целях обеспечения опережающего развития искусственного интеллекта, создание комплексной системы регулирования общественных отношений, возникающих в связи с развитием и использованием технологий искусственного интеллекта, а также повышение доступности и качества данных, необходимых для развития технологий искусственного интеллекта (Указ Президента РФ от 10.10.2019 № 490 "О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации" вместе с "Национальной стратегией развития искусственного интеллекта на период до 2030 года"). А также 19 августа 2020 года утверждена Концепция развития регулирования отношений в сфере технологий искусственного интеллекта и робототехники до 2024 года, задачами которой являются создание основ правового регулирования новых общественных отношений, формирующихся в связи с применением систем искусственного интеллекта и робототехники, и определение правовых барьеров, затрудняющих разработку и применение систем искусственного интеллекта и робототехники в различных отраслях экономики и социальной сферы (Распоряжение Правительства РФ от 19 августа 2020 г. № 2129-р об утверждении Концепции развития регулирования отношений в сфере технологий искусственного интеллекта и робототехники на период до 2024 г). В рамках проекта "Нормативное регулирование цифровой среды" разрабатываются правовые нормы, регулирующие сбор, хранение, обработку данных (Паспорт национального проекта «Национальная программа "Цифровая экономика Российской Федерации" (утв. президиумом Совета при Президенте РФ по стратегическому развитию и национальным проектам, протокол от 04.06.2019 № 7). А ключевые направления работы в области обеспечения обработки больших объемов данных обозначены в Национальной стратегии развития искусственного интеллекта на период до 2030 года и Указе Президента РФ от 9 мая 2017г. № 203 "О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017 – 2030 годы" (Указ Президента РФ от 10.10.2019 № 490 "О развитии искусственного интеллекта в Российской Федераци" вместе с "Национальной стратегией развития искусственного интеллекта на период до 2030 года"; Указ Президента РФ от 9 мая 2017 г. № 203 "О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы").

Определение правового режима больших данных сегодня характеризуется множеством подходов, среди них: отнесение больших данных к объектам гражданского права, квалификация больших данных в качестве информации, отнесение больших данных к нетрадиционным объектам интеллектуальной собственности, отнесение больших данных к иному имуществу [1],[2].

Особого внимания в контексте развития цифровой экономики и стремительного развития информационных технологий заслуживает концепция отнесения больших данных к категории цифровых активов.

В целях своевременного включения инновационных явлений в гражданско-правовой оборот, автор настоящий статьи ставит перед собой задачи: определить понятие цифровых активов, определить понятие больших данных, исследовать соотношение понятий цифровые активы и большие данные.

Согласно мнению К. Ю. Волковой прилагательные "цифровой" и "электронный" могут употребляться как синонимы при решении теоретических или практических задач библиотечной и информационной деятельности [3]. Л. В. Санникова, Ю. С. Харитонова определяют цифровую сущность через использование передовых цифровых технологий, а понятие "электронный" - с помощью понятий "электронный документооборот", "электронная подпись", то есть через существо электронной формы: "Переход же к электронному формату взаимодействия не требует принципиально новых технологических решений, основанных на цифровых технологиях" [4]. Представляется, что в отношении формы используется прилагательное "электронный", а в отношении сущности объекта – "цифровой".

Рассматривая вопрос о соотношении категорий "имущество" и "актив", Е. Н. Матвеева определяет имущество как "совокупность вещей, имущественных прав и обязанностей, в том числе и исключительных прав", а понятие "актив" как "совокупность ценностей, принадлежащих организациям" [5]. По мнению Е. А. Игнатьевой понятие "актив" обладает способностью приносить экономические выгоды в будущем, что отграничивает это понятие от смежных категорий "имущество" и "собственность" [6].

Расширительное толкование понятия "имущества" встречается в п. 66 Постановления ЕСПЧ от 13.12.2011: "Концепция "имуществ", отраженная в первом абзаце статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, имеет автономное значение, которое не ограничивается правом собственности в отношении материальных вещей и не зависит от формальной классификации по национальному законодательству: некоторые иные права и интересы, представляющие собой активы, могут также рассматриваться как "имущественные права" и, следовательно, как "имущество" по смыслу данного положения" (Постановление ЕСПЧ от 13.12.2011 "Дело "Васильев и Ковтун (Vasilyev and Kovtun) против Российской Федерации" (жалоба № 13703/04). По делу обжалуются конфискация и последующая продажа импортированных заявителями автомобилей, а также отказ рассмотреть иски о возмещении вреда. По делу нарушены требования пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 1 Протокола № 1 к ней). М. А. Рожкова указывает, что: "Следование данной концепции дало судьям ЕСПЧ возможность при разрешении дел рассматривать в качестве имущества (экономического актива), например, будущие доходы, лицензии и разрешения, деловые связи и сложившуюся клиентелу, доменные имена и проч." [7]. Е. Н. Матвеева выстраивает понятия в порядке сужения: «объекты гражданских прав – активы – имущество» [5]. Активы определяются также как ресурсы организации, охватывающие собой все имущество организации [5]. О. В. Болотова по критерию материальности выделяет материальные, нематериальные и финансовые активы: "К материальным активам относят те, которые имеют материально-овеществленную форму, такие как основные средства, материалы, запасы, к нематериальным - результаты интеллектуальной деятельности, такие как товарные знаки, средства индивидуализации, программы для ЭВМ и прочие, к финансовым принято относить высоколиквидные оборотные активы, такие как денежные средства, ценные бумаги и дебиторская задолженность" [8]. Представляется, что необходимо легальное определение терминов "имущество" и "актив" в целях недопущения неоднозначного толкования.

Л. Г. Ефимова предлагает отождествлять понятия "цифровое имущество" и "цифровые активы", определяя их как "не имеющие вещественной формы объекты гражданского оборота, которые представляют собой цифровой код, зафиксированный на электронном носителе длительного пользования, распоряжение которым возможно только в информационной системе" [9]. По мнению М. А. Рожковой: "под понятие "цифровой актив" могут попадать разнообразные объекты, имеющие электронную форму и экономическую ценность, которые не обязательно легально включены в число объектов гражданских прав" [7]. М. А Рожкова относит к цифровым активам как виртуальное имущество, существующее исключительно в электронной форме, но и "уже известные гражданскому праву объекты, если они созданы не "старым", традиционным способом, а при помощи современных технологий в "новой форме", например, объекты цифрового искусства "digital art (цифровая живопись, компьютерная анимация, электронная музыка)" [7].

Л. В. Санникова, Ю. С. Харитонова рассматривают цифровые активы в узком и широком смыслах [4]. В широком смысле к цифровым активам относятся уже существующие объекты в цифровой (электронной) форме, которые имеют особый правовой режим, например, как результаты интеллектуальной деятельности (отдельные виды контента, такие как тексты, видео- и аудиофайлы, графические изображения и т.д.); в узком смысле цифровые активы характеризуются признаками (виртуальности, оборотоспособности, экстерриториальности) и определяются как «новые объекты имущественного оборота, требующие создания правового регулирования в целях отграничения от тех объектов гражданских прав, которые хотя и претерпели видоизменение в результате цифровизации, но не нуждаются в создании нового правового режима» [4]. Цифровые активы в узком смысле понимаются как новые экономические объекты, созданные с использованием цифровых технологий, например, криптоактивы (токены и криптовалюты), большие данные, доменные имена и аккаунты, виртуальное имущество.

А. В. Тумаков, Н. А. Петраков выделяют "цифровое материальное (физическое) имущество" и "цифровое виртуальное имущество": "По природе можно разделить объекты на виртуальные и материальные, по форме представления на цифровые и аналоговые. Виртуальные объекты находят своё выражение преимущественно в цифровой форме, однако могут существовать и в аналоговой, например, мысли, фантазии, идеи и т.п." [10]. К цифровому материальному имуществу относятся существующие объекты гражданского права, созданные в электронной форме, например"компьютерная анимация, электронная музыка, цифровая живопись", а к цифровому виртуальному имуществу - криптовалюта, виртуальные токены, доменные имена [10].

Собирательное понятие цифровые активы включает в себя категории «цифровые права» и «цифровая валюта». По мнению Л. Г. Ефимовой к видам цифровых активов относятся также цифровые знаки (токены), цифровые валюты, иное цифровое имущество [9].

"Цифровые права" относятся к имущественным правам в составе "иного имущества" на основании ст. 128 Гражданского кодекса РФ (Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ). Цифровые права – это предусмотренные законом обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы (п.1 ст.141.1. Гражданского кодекса РФ). Янковский Р.М. говорит о том, что "цифровое право является формой, в которой создаются новые обязательственные и иные права"; "цифровые права могут удостоверять и обязательственные, и корпоративные, и даже исключительные права в зависимости от того, что будет установлено в специальном законодательстве" [11].

К группе цифровых прав относятся утилитарные цифровые права и цифровые финансовые активы, возникающие в связи с инвестированием и привлечением инвестиций с использованием инвестиционных платформ. Утилитарными цифровыми правами признаются:

– право требовать передачи вещи;

– право требовать передачи исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности или прав использования результатов интеллектуальной деятельности;

– право требовать выполнения работ или оказания услуг (п. 1 ст. 8 Федерального закона от 02.08.2019 №259-ФЗ "О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Утилитарное цифровое право удостоверяется цифровым свидетельством. Цифровое свидетельство – это неэмиссионная бездокументарная ценная бумага, не имеющая номинальной стоимости, которая удостоверяет принадлежность ее владельцу утилитарного цифрового права. Распоряжаться утилитарным цифровым правом может депозитарий, а требовать исполнения по распоряжению – владелец (п. 1 ст. 9 Федерального закона от 02.08.2019 №259-ФЗ "О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Цифровые финансовые активы - цифровые права, к которым относятся:

– денежные требования;

– осуществление прав по эмиссионным ценным бумагам;

– права участия в капитале непубличного акционерного общества;

– право требовать передачи эмиссионных ценных бумаг, выпуск, учет и обращение которых возможны только путем внесения (изменения) записей в информационную систему на основе распределенного реестра, а также в иные информационные системы (п.2 ст. 1 ФЗ от 31.07.2020 № 259-ФЗ "О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Следующей категорией цифровых активов является категория "Цифровые деньги". По мнению М. А. Рожковой криптовалюта является "одной из разновидности цифровых денег" [12]. К "цифровым деньгам" М. А. Рожкова относит следующие явления:

"– мобильная фиатная валюта - (безналичные денежные средства, для хранения и осуществления которых используются «электронные кошельки» и банковские смарт-карты, например, системы «электронных» кошельков Pay Pal, ЮMoney);

– валюта виртуальных миров (игровая валюта)имущественную ценность виртуальное имущество имеет не само по себе, а только как составляющая конкретного информационного продукта;

– валюта корпоративного значения – вознаграждения клиентов за лояльность компании, например, бонусы или баллы за каждую покупку, сидка в виде возврата части стоимости покупки (cashback, накопленные мили);

– криптовалюта" [12].

Р. М. Янковский определяет признаки криптовалюты: " 1) совокупность электронных данных, 2) обладатель которой не получает прав требования к третьим лицам и 3) которую можно использовать в качестве средства платежа или для инвестиций" [11].

Подводя итог, следуя отметить, что понятийный аппарат категории цифровых активов складывается исходя из следующего.

Цифровые активы определяются как собирательная категория объектов, характеризующихся признаками цифровой формы, виртуальностью природы актива, оборотоспособности, экономической ценности, экстерриториальности. Виды цифровых активов на основании классификации по природе объектов включают в себя цифровые виртуальные активы и цифровые материальные активы. В категорию цифровых активов в реалиях действующего законодательства включаются цифровые права в качестве имущественного права требования; цифровые деньги (цифровая валюта), и цифровое имущество, выраженное в цифровой/виртуальной форме, а также удовлетворяющее критериям экономической ценности и оборотоспособности. Правовая квалификация уже существующих объектов цифрового имущества осуществляется на основании гражданского законодательства, например, путем применения положений части четвертой Гражданского кодекса РФ.

Какое место среди указанной выше структуры могут занимать большие данные?

Термин "большие данныхе" в научной литературе возник в 2001-2008 гг., исследователи уже тогда определили основные признаки больших данных, к которым относятся признаки "5 V": Volume (большой объём данных); Velocity (скорость обработки данных); Variety (разнообразие данных); Value (ценность данных); Veracity (достоверность данных) [13]. Однако наиболее актуальными большие данные становятся именно в настоящее время в связи с активным развитием Интернета, искусственного интеллекта, вовлечением многих государств в цифровизацию общества, что определяет необходимость разработки правового регулирования явления больших данных. Благодаря указанным признаками большие данные отграничиваются от иной разнообразной информации. Большие данные используются во многих отраслях общественной экономической жизни, например, промышленное производство, перевозки, торговля, городская инфраструктура, государственной сектор и т.д.

Согласно мнению А.И. Савельева:"Большие данные – динамически изменяющийся массив информации, который представляет собой ценность в силу своих больших объемов и возможности эффективной и быстрой обработки автоматизированными средствами, что, в свою очередь, обеспечивает возможность его использования для аналитики, прогнозирования и автоматизации бизнес-процессов», где массив данных определяется как: "существующая в машиночитаемой форме совокупность данных об окружающем мире и (или) о процессах, происходящих в нем, формируемая на основе источников технического или социального происхождения и обладающая действительной или потенциальной коммерческой ценностью" [1],[14].

Большие данные – это большие массивы данных, отличающиеся главным образом такими характеристиками как объем, разнообразие, скорость обработки и вариативность, которые требуют использования технологии масштабирования для эффективного хранения, обработки, управления и анализа (п. 3.1.2 "ГОСТ Р ИСО/МЭК 20546-2021. Национальный стандарт Российской Федерации. Информационные технологии. Большие данные. Обзор и словарь").

К признакам больших данных относятся:

объем данных - обозначает количественную характеристику данных;

разнообразие данных – диапазон форматов, логических моделей;

скорость обработки данных – скорость потока, с которой данные создаются, передаются, сохраняются, анализируются или визуализируются;

вариативность данных –изменения в скорости передачи, формате или структуре, семантике или качестве массива данных;

достоверность данных – полнота и/или точность данных;

изменчивость данных - характеристика данных, относящаяся к скорости их изменения с течением времени [30].

Первичный элемент больших данных составляет "информация". Информация - сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления (п. 1 ст. 2 Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации"). Вопрос о соотношении понятий информация и данные носит дискуссионный характер.

Например, А. И. Савельев высказывает предположение о перспективе разграничения понятий информация и данные [1]. М. А. Рожкова рассматривает сообщения, сведения, данные через призму концепции двух элементов обработки данных - технический (способы обработки информации) и содержательный (смысловая составляющая информации, аналитика данных) [15]. Следуя концепции, выводы автора следует сформулировать следующим образом:

- сообщение (форма передачи информации, которая не может становиться объектом субъективных гражданских прав);

- сведения (информация, относящаяся к конкретному субъекту, объекту, факту, случаю; критерий "неизвестности содержания третьим лицам" позволяет выделить "(1) общедоступные и общеизвестные сведения; (2) персональные данные (личные сведения) и (3) тайны");

- данные ("совокупность информации, объединенная и упорядоченная по какому-либо признаку, нескольким признакам или критериям"); так, данные следует рассматривать "как один из аспектов информаци" [15].

О природе информации писал В. А. Дозорцев: "В широком смысле под "информацией" можно понимать всякие сведения, передаваемые на любых началах. Сюда попадает, в частности, и передача сведений, относящихся к сфере производства, составляющая лишь предпосылку практического использования и не имеющая самостоятельного значения. Под такое широкое понятие информации подпадут и сведения, представляющие ценность не как таковые, а в связи с их практическим применением, когда сообщение сведений имеет подчиненное или во всяком случае совмещенное значение - и передача данных, и их практическое использование" [16]. В узком смысле В. А. Дозорцев рассматривает "информацию как таковую", т.е. обособленную информацию, характеризующуюся признаками: (1) "объектом являются сведения, информация как таковая, в обособленном виде"; (2) "они (сведения) представляют собой особый товар, передаваемый другим лицам через рынок, как объект экономического оборота, и в этом качестве имеющий коммерческую ценность"; (3) "сведения должны быть необщедоступными, иначе отсутствовал бы объект передачи, объектом были бы не сведения, а их использование" [16].

Европейский подход представляет собой разделение данных на персональные и на не относящиеся к персональным. Персональные данные подразделяются на: "Предоставляемые данные (volunteered data), которые предоставляются самим субъектом (например, размещаются им в социальной сети); наблюдаемые данные (observed data), которые появляются в процессе использования субъектом определенного сервиса (например, геолокационные данные или метаданные); прогнозные данные (inferred data), которые являются результатом анализа данных первых двух групп и представляют собой оценку субъекта (например, кредитный рейтинг) или статистические данные (например, о предпочтениях определенной группы лиц)" [17].

Большие данные по источнику происхождения классифицируются на большие пользовательские данные и большие промышленные (индустриальные) данные. К промышленным данным относится "информация, источником которой являются объекты промышленной, транспортной инфраструктур, инфраструктуры связи" [1], большие промышленные данные представляют собой данные, генерируемые при помощи "интернета вещей" без участия человека, например, информация, считываемая датчиками, сенсорами, электронными устройствами, смартфонами и др. Большие пользовательские данные представляют собой информацию, созданную людьми в процессе осуществления деятельности по использованию устройств и приложений в сети Интернет. А. И. Савельев относит к таким данным данные социальных сетей; информацию, полученную от геолокационных устройств; поведения пользователя в интернете – т.е. любая информация, характеризующая поведение людей [14].

М. А. Рожкова классифицирует большие данные в зависимости от источника на "технические" (данные интернета вещей) и "социальные" (данные из социальных медиа, обуславливающие разнообразные способы электронной коммуникации) [15].

По степени обработки большие данные подразделяют на необработанные (сырые) данные и обработанные, к этой же классификации можно отнести структурированные и неструктурированные данные. Интересно привести здесь мнение О. В. Калятина, согласно которому: "Необработанные данные по своей природе – это всегда сведения об объективной реальности, например, метеоданные, геофизические данные, телефонные номера, адреса и т.д., полученные за счет совершения определенного рода технических операций и не отражающие личность лица, их получившего" [18].

В зависимости от "характеристики" данных или степени обработки М. А. Рожкова выделяет:

"структурированные данные" (например, таблицы);

"неструктурированные данные - разнородные данные, требующие применения специальных приемов извлечения и структуризации с тем, чтобы в отношении них могли осуществляться различные методы машинной обработки…данные из соцсетей, видео- и аудиофайлы, книги и журналы, метаданные, данные GPS, медицинские записи…";

"слабоструктурированные (полуструктурированные) данные –доступные для машинного распознавания, но требующие применения дополнительных приемов для получения конкретной информации (они определенным образом структурированы, но не имеют характерного для структурированных данных формата таблицы" [15].

В соответствии с п. 1 ст. 7 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" общедоступная информация представляет собой общеизвестные сведения и иную информацию, доступ к которой не ограничен. Формой общедоступных данных являются открытые данные, под которыми понимается информация, размещаемая в сети "Интернет" в формате, допускающем автоматизированную обработку без предварительных изменений человеком в целях повторного ее использования (п. 4 ст. 7 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации"). Категория "открытые данны" согласно п. 15 преамбулы Директивы Европейского Парламента и Совета Европейского Союза 2019/1024 от 20 июня 2019г. об открытых данных и о вторичном использовании информации публичного сектора представляет собой данные в открытом формате, которые могут быть свободно использованы, вторично использованы и совместно использованы любым пользователем для любых целей (Directive (EU) 2019/1024 of the European Parliament and of the Council of 20 June 2019 on open data and the re-use of public sector information (recast)). Открытые данные предполагают широкую доступность и вторичное использование информации публичного сектора в частных или коммерческих целях. К открытым данным относятся "открытые правительственные данные", создаваемые учреждениями правительства, например, портал открытых данных Российской Федерации и портал открытых данных Правительства Москвы (Портал открытых данных Российской Федерации // URL: https://data.gov.ru/; Портал открытых данных Правительства Москвы // URL:https://data.mos.ru/). Открытые данные могут публиковаться на различных информационных ресурсах сети Интернет: в частности, открытые научные данные (англ. open science data) или открытые исследовательские данные (англ. open research data) размещаются на сайтах университетов и исследовательских организаций или специально создаваемых сайтах. Поскольку доступ к общедоступным открытым данным не ограничен, то такая категория данных не обладает признаками оборотоспособности и коммерческой ценности. Такое же положение применимо и к необработанным (сырым) данным. Однако представляется возможным распоряжение результатом аналитической или иной обработки таких данных.

А. Н. Лаптева характеризует большие данные как конструкцию имущественного комплекса, представляющую собой совокупность разнородных вещей, имущественных прав (обязательственных, исключительных прав), долгов (обязательств), имеющих общее целевое назначение и образуют единое правовое поле [19]. Большие данные как разновидность имущественного комплекса могут включать: 1) информацию, состоящую из сырых данных (необработанных данных и результатов обработки (которые могут быть в том числе в овеществленной форме); 2) имущественные права (например, исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности программы для электронных вычислительных машин (программы для ЭВМ), базы данных).

Е. А. Суханов утверждает, что единый имущественный комплекс является самостоятельным объектом не любых имущественных, а только обязательственных прав, связанных с передачей этого имущества от одних лиц к другим. Единый имущественный комплекс "не может стать единым объектом вещного права (собственности), ибо в "статике" (состоянии принадлежности, а не передачи) этот комплекс неизбежно юридически распадается на различные объекты с различным гражданско-правовым режимом: вещи, обязательственные и исключительные права и т.д." [20]. Так, применение концепции единого имущественного комплекса в отношении больших данных представляется нецелесообразным, поскольку правовая квалификация элементов больших данных необходима вне зависимости от применения нормы о едином имущественном комплексе.

Л. В. Санникова, Ю. С. Харитонова полагают, что с точки зрения правового обеспечения большие данные рассматриваются в виде цифрового актива: "Информация в цифровой двоичной форме, систематизированная по определенным меткам и выраженная вовне в базе данных" [4].

В соответствии с п. 1 ст. 2 Регламента Европейского парламента и совета о согласованных правилах справедливого доступа к данным и их использования (Закон о данных) от 23 февраля 2022г. данные определяются как любое цифровое представление действий, фактов или информации и любую компиляцию таких действий, фактов или информации, в том числе в форме звуковой, визуальной или аудиовизуальной записи (Proposal for a REGULATION OF THE EUROPEAN PARLIAMENT AND OF THE COUNCIL on harmonised rules on fair access to and use of data (Data Act) // URL: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/?uri=COM:2022:68:FIN).

Большие данные могут иметь обращение в государственном секторе открытых данных, а могут создаваться и иметь обращение в частном секторе. Большие данные частного сектора участвуют в гражданском обороте и могут выступать предметом сделок и договоров, в то время как данные государственного сектора не могут выступать в таком качестве, так как являются общедоступными. Термин большие данные являются многообразным явлением и широко применяется в различных значениях. Сложность в разработке нормативно-правового регулирования обусловлена отсутствием индивидуально-определенного объекта, определив который, можно было бы установить применимые нормы права, поскольку для каждого конкретного случая большие данные определяются на основании объективных критериев – признаков (объем данных, разнообразие данных, скорость обработки), например, в отношении промышленного производства к большим данным относится совокупность устройств, которые собирают, обрабатывают информацию и результат такой обработки, что также обладает своей специфической формой, а в отношении аналитической обработки данных, к большим данным относятся процессы, задействованные в такой обработке и ее результаты.

Наиболее полно отражает многообразие понятия больших данных высказывание М. А. Рожковой: "Когда речь идет о сборе, накоплении, хранении и иной обработке данных, термин big data может быть использован для обозначения, во-первых, огромных объемов разнообразной информации и, во-вторых, новейших технологий и инструментов сбора, накопления, хранения и иной обработки данных, альтернативных тем, которые используются для баз данных" [15]. Так, в широком смысле под большими данными понимается деятельность по сбору, обработке и использованию больших объемов данных, удовлетворяющая критериям большой скорости обработки данных, разнообразию данных, ценности данных. В узком смысле большие данные представляют собой конкретно-определенную совокупность данных, обладающую большим объемом, разнообразием данных, отличающиеся скоростью обработки данных.

В завершение проведенного исследования следует отметить, что правовая квалификация больших данных возможна в случае рассмотрения больших данных не как технологии или явления, а только при определении результата больших данных. Следует определить такой результат (объект) обработки больших данных или иной деятельности больших данных. Так, возможно применение норм об ином имуществе, о результатах интеллектуальной деятельности в рамках гражданско-правового регулирования, а также норм информационного регулирования в соответствии с Федеральным законом "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" от 27.07.2006 № 149-ФЗ. Таким образом, расширительное толкование данных в рамках европейского подхода позволяет понимать под данными любой объект обработки или использования технологии больших данных, соответствующий признакам больших данных (скорость обработки, большой объем данных, коммерческая ценность). Представляется, что подход к определению больших данных как цифровых активов может быть применим к конкретно-определенному результату обработки больших данных, соответствующему признакам цифровых активов, а именно - цифровой формы, виртуальностью природы актива, оборотоспособности, экономической ценности, экстерриториальности. Так, большие данные могут быть определены как в качестве цифрового виртуального имущества, так и цифрового материального имущества. Цифровое виртуальное имущество имеет место при существовании в исключительно цифровой форме, сюда относится например, оборот криптовалюты, токены, блокчейн реестры и др. Результат обработки больших данных также можно отнести к цифровому материальному имуществу, в случае если результат такой обработки (объект) возможно квалифицировать как результат интеллектуальной деятельности на основании ст. 1225 Гражданского Кодекса РФ, например, произведения науки, литературы и искусства; программы для ЭВМ; базы данных; секреты производства (ноу-хау) и др.

Библиография
1. Савельев А. И. Гражданско-правовые аспекты регулирования оборота данных в условиях попыток формирования цифровой экономики // «Вестник гражданского права», 2020, N 1;
2. Сергеев А.П., Терещенко Т.А. Большие данные: в поисках места в системе гражданского права // Закон. 2018. N 11. С. 106 — 123.
3. Волкова К.Ю., Зверевич В.В. Цифровой или электронный (Digital vs Electronic). Научные и технические библиотеки. 2020;(12):159-172.
4. Санникова Л.В., Харитонова Ю.С. Цифровые активы: правовой анализ: монография // Москва: 4 Принт, 2020. 304 с.
5. Матвеева Е.Н. Проблемы определения и взаимосвязь понятий «имущество», «активы», «конкурсная масса» // LEX RUSSICA (НАУЧНЫЕ ТРУДЫ МГЮА), 2006, № 1, с. 155-158.
6. Игнатьева Е.А. О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИЙ «АКТИВ», «СОБСТВЕННОСТЬ», «ИМУЩЕСТВО» В РОССИЙСКОМ ПРАВЕ// Вестник Волгоградского государственного университета // 2011, № 2 (15), Серия 5, с. 204-209.
7. Рожкова М.А. Цифровые активы и виртуальное имущество: как соотносится виртуальное с цифровым [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2018. 13 июня. URL: https://zakon.ru/blog/2018/06/13/cifrovye_aktivy_i_virtualnoe_imuschestvo_kak_sootnositsya_virtualnoe_s_cifrovym
8. Болотова О.В. Понятие и виды финансовых активов. Особенности квалификации // Финансовое право. 2022. N 2. С. 29 – 32
9. Ефимова Л. Г. Альтернативный взгляд на правовое регулирование гражданско-правовых отношений в условиях цифровой экономики // Актуальные проблемы российского права. — 2021. — Т. 16. — № 8. — С. 52–62. — DOI: 10.17803/1994-1471.2021.129.8.052-062.
10. Тумаков А.В., Петраков Н.А. Гражданско-правовые аспекты цифрового имущества. Вестник Московского университета МВД России. 2021;(4):67-72.
11. Янковский Р.М. Криптовалюты в российском праве: суррогаты, «иное имущество» и цифровые деньги // Российский право: состояние, перспективы, комментарии, – с. 43 – 77.
12. Рожкова М. А. КАТЕГОРИИ «ЦИФРОВОЕ ПРАВО», «ЦИФРОВЫЕ ПАРВА» И «ЦИФРОВАЯ ВАЛЮТА» В РОССИЙСКОМ ПРАВЕ // ПРАВО ЦИФРОВОЙ ЭКОНОМИКИ – 2021. Выпуск 17. Ежегодник-антология.-Москва,-2021,-С. 10 – 68.
13. Laney D. 3D Data Management: Controlling Data Volume, Velocity, and Variety. Current business conditions and mediums are pushing traditional data management principles to their limits, giving rise to novel, more formalized approaches // File: 949. Meta Group. Date: 6 February 2001 // [Электронный ресурс] URL: https://pdfcoffee.com/ad949—3d—data—management—controlling—data—volume—velocity—and—varietypdf—pdf—free.html. (дата обращения 08.10.2022).
14. Савельев А. И. Направления регулирования Больших данных и защита неприкосновенности частной жизни в новых экономических реалиях. «Закон», 2018, № 5 // СПС КонсультантПлюс.
15. Рожкова М.А. LegalTech, FinTech, RegTech ect.: правовые аспекты использования цифровых технологий в коммерческой деятельности: коллективная монография/ рук. Авт. Кол. И науч. Ред. М. А. Рожкова. – Москва: Статут, 2021. С. 119-149.
16. Дозорцев В.А. Интеллектуальные права: Понятие; Система; Задачи кодификации: Сборник статей// Исследовательский центр частного права.-М. : Статут,2003.-416 с.
17. Савельев А.И. НА ПУТИ К КОНЦЕПЦИИ РЕГУЛИРОВАНИЯ ДАННЫХ В УСЛОВИЯХ ЦИФРОВОЙ ЭКОНОМИКИ //-Журнал «Закон». – № 4 апрель 2019.-Теория и практика. – С. 174-195.
18. Калятин, В. О. Проблема охраны "сырых" данных / В. О. Калятин // Патенты и лицензии. Интеллектуальные права. – 2020. – № 2. – С. 18-29. – EDN WHZHIN.
19. Лаптева А.М. Правовой режим цифровых активов (на примере Big Data) // Журнал российского права. 2019. №4. С. 94 – 104.
20. Суханов Е. А. Российское гражданское право: учебник: в 2 т. / В.С. Ем, И.А. Зенин, Н.В. Козлова и др.; отв. ред. Е.А. Суханов. 2-е изд., стереотип. М.: Статут, 2011. Т. 1. Общая часть. Вещное право. Наследственное право. Интеллектуальные права. Личные неимущественные права. 958 с.
References
1. Savelyev A. I. Civil-legal aspects of data turnover regulation in the conditions of attempts to form a digital economy // "Bulletin of Civil Law", 2020, N 1;
2. Sergeev A.P., Tereshchenko T.A. Big data: in search of a place in the system of civil law // Law. 2018. N 11. pp. 106 — 123.
3. Volkova K.Yu., Zverevich V.V. Digital or electronic (Digital vs Electronic). Scientific and technical libraries. 2020;(12):159-172.
4. Sannikova L.V., Kharitonova Y.S. Digital assets: legal analysis: monograph // Moscow: 4 Print, 2020. 304 p.
5. Matveeva E.N. Problems of definition and interrelation of the concepts "property", "assets", "competitive mass" // LEX RUSSICA (SCIENTIFIC WORKS OF THE Moscow State University), 2006, No. 1, pp. 155-158.
6. Ignatieva E.A. ON THE RELATIONSHIP OF THE CONCEPTS "ASSET", "PROPERTY", "PROPERTY" In RUSSIAN LAW// Bulletin of Volgograd State University // 2011, № 2 (15), Series 5, pp. 204-209.
7. Rozhkova M.A. Digital assets and virtual property: how the virtual correlates with the digital [Electronic resource] URL: https://zakon.ru/blog/2018/6/13/cifrovye_aktivy_i_virtualnoe_imuschestvo_kak_sootnositsya_virtualnoe_s_cifrovym. (accessed 08.10.2022).
8. Bolotova O.V. The concept and types of financial assets. Features of qualification // Financial law. 2022. N 2. p. 29 – 32
9. Efimova L. G. Alternative view on the legal regulation of civil law relations in the digital economy // Actual problems of Russian law. — 2021. — Vol. 16. — No. 8. — pp. 52-62. — DOI: 10.17803/1994-1471.2021.129.8.052-062.
10. Tumakov A.V., Petrakov N.A. Civil and legal aspects of digital property. Bulletin of the Moscow University of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2021;(4):67-72.
11. Yankovsky R.M. Cryptocurrencies in Russian law: surrogates, "other property" and digital money // Russian law: state, prospects, comments, – pp. 43-77.
12. Rozhkova M. A. CATEGORIES "DIGITAL LAW", "DIGITAL PARVA" AND "DIGITAL CURRENCY" IN RUSSIAN LAW // LAW OF DIGITAL ECONOMY – 2021. Issue 17. The yearbook is an anthology.-Moscow,-2021,-p. 10 – 68.
13. Laney, D. (2001). 3D Data Management: Controlling Data Volume, Velocity, and Variety. META Group Research Note, 6. Retrieved from https://pdfcoffee.com/ad949-3d-data-management-controlling-data-volume-velocity-and-varietypdf-pdf-free.html. (accessed 08.10.2022).
14. Savelyev A. I. Directions of Big data regulation and protection of privacy in the new economic realities. "Law", 2018, No. 5 // SPS ConsultantPlus.
15. Rozhkova M.A. LegalTech, FinTech, RegTech ect.: legal aspects of the use of digital technologies in commercial activities: a collective monograph/ Author's hand. And scientific Ed. by M. A. Rozhkov. – Moscow: Statute, 2021. pp. 119-149.
16. Dozortsev V.A. Intellectual rights: Concept; System; Tasks of codification: Collection of articles// Research Center of Private Law.-M. : Statute, 2003.-416 p.
17. Savelyev A.I. ON THE WAY TO THE CONCEPT OF DATA REGULATION IN THE DIGITAL ECONOMY //-Journal "Law". – No. 4 April 2019.-Theory and practice. – pp. 174-195.
18. Kalyatin, V. O. The problem of protection of "raw" data / V. O. Kalyatin // Patents and licenses. Intellectual property rights. – 2020. – No. 2. – pp. 18-29. – EDN WHZHIN.
19. Lapteva A. M. Legal Regime of the Digital Assets (on Example Big Bata)// Journal of Russian law.- No. 4 2019. -pp. 94-104.
20. Sukhanov E. A. Russian Civil Law: textbook: in 2 volumes / V.S. Em, I.A. Zenin, N.V. Kozlova et al.; ed. by E.A. Sukhanov. 2nd ed., stereotype. M.: Statute, 2011. Vol. 1. General part. Property law. Inheritance law. Intellectual property rights. Personal non-property rights. 958 p

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования. Формирование глобального цифрового общества и электронного государства требует новых правовых норм, соответствующим образом регулирующих те технологические процессы, которые объективно происходят. Рецензируемая статья "Вопросы правовой квалификации больших данных как цифровых активов" посвящена формированию новых правовых подходов к решению "проблем, возникающих при разработке и внедрении технологий искусственного интеллекта и больших данных".
Методология исследования. В ходе написания статьи использовались современные методы исследования, как общенаучные, так и частные. Методологический аппарат составили следующие диалектические приемы научного познания: абстрагирование, индукция, дедукция, гипотеза, аналогия, синтез, исторический, теоретико-прогностический, формально-юридический, системно-структурный правового моделирования, а также, применение типологии, классификации, систематизации и обобщения. Применение современных методов позволило изучить сложившиеся подходы, взгляды на предмет исследования статьи, выработать авторскую позицию и аргументировать ее. В статье использовалось сочетание теоретической и эмпирической информации.
Актуальность исследования. Как правильно отмечает автор: " Переживаемый человечеством в настоящее время переход к цифровому обществу определяет необходимость разработки и внедрения современных перспективных технологических решений, среди которых одно из центральных мест сегодня занимают технологии на основе искусственного интеллекта и больших данных". Глобальная цифровизация порождает юридические проблемы. Надлежащее правовое регулирование новых общественных отношений отсутствует. Правовые нормы наделяются техническими элементами, многие технические термины трансформируются в юридические. По этим причинам актуальность темы статьи не вызывает никакого сомнения
Научная новизна. Автором представлена новая позиция по необходимости правового регулирования общественных отношений, связанных с разработками и внедрением технологий искусственного интеллекта и больших данных, а именно подняты вопросы правовой квалификации больших данных как цифровых активов.
Стиль, структура, содержание. В целом статья написана научным стилем, материал изложен последовательно, грамотно и ясно. Предпринята автором попытка структурировать статью. Однако введение следует доработать: изложить цель, методы исследования. Статья по содержанию соответствует заявленной теме.
Библиография. Автором изучено достаточное количество библиографических источников, включая публикации по теме последних лет. Много ссылок в работе на интернет-ресурсы. Однако сами ссылки на источники оформлены с нарушений требований ГОСТ.
Апелляция к оппонентам. Автор в качестве аргументов собственной позиции по поднятой в статье проблеме правовой квалификации больших данных как цифровых активов обращается к авторитетным мнениям ученых. Все обращения автора к оппонентам ведутся весьма корректно, а именно в форме цитирования со ссылками на источник опубликования.
Выводы, интерес читательской аудитории. Статья" Вопросы правовой квалификации больших данных как цифровых активов" при условии доработки может быть опубликована в научном журнале "Юридические исследования" (доработать введение; исправить список библиографии; при обращении к оппонентам сначала указывать инициалы, потом фамилию; а также вычитать статью, чтобы не было опечаток и грамматических ошибок). Тема статьи актуальная, обладает научной новизной и является практически значимой, по этим мотивам будет представлять интерес для специалистов в области информационного, цифрового, гражданского, финансового права, а также широкого круга читателей.

Результаты процедуры повторного рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

РЕЦЕНЗИЯ на статью на тему «Вопросы правовой квалификации больших данных как цифровых активов».
Предмет исследования. Предложенная на рецензирование статья посвящена вопросам «…правовой квалификации больших данных как цифровых активов». Автором выбран особый предмет исследования: предложенные вопросы исследуются с точки зрения международного и гражданского права, при этом автором отмечено, что «…представляется возможным выделить юридические проблемы, среди которых в свою очередь выделяютя проблемы, связанные с юридическим анализом больших данных и их правовым регулированием». Изучаются законодательство России и ЕС, «…а также правовая доктрина в области исследований, посвященных природе, признакам больших данных и цифровых активов…», различные документы РФ и зарубежных стран, имеющие отношение к цели исследования. Также изучается и обобщается большой объем научной литературы по заявленной проблематике, анализ и дискуссия с авторами-оппонентами присутствует. При этом автор отмечает, что «…во многих странах и на международном уровне принимаются доктринальные документы, призванные стимулировать развитие систем искусственного интеллекта и оборот больших данных».
Методология исследования. Цель исследования определена названием и содержанием работы: «На сегодняшний день в России и в мире цивилистические исследования, посвященные природе и сущности цифровых активов и больших данных, а также исследования в отношении их функциональной взаимосвязи отсутствуют, что усложняет процесс информационно-технологического развития России и мира, замедляет экономический рост страны, усложняет процесс движения товаров, работ, услуг на рынке», «автор настоящий статьи ставит перед собой задачи: определить понятие цифровых активов, определить понятие больших данных, исследовать соотношение понятий цифровые активы и большие данные». Они могут быть обозначены в качестве рассмотрения и разрешения отдельных проблемных аспектов, связанных с вышеназванными вопросами и использованием определенного опыта. Исходя из поставленных цели и задач, автором выбрана определенная методологическая основа исследования. Автором используется совокупность общенаучных, специально-юридических методов познания. В частности, методы анализа и синтеза позволили обобщить некоторые подходы к предложенной тематике и отчасти повлияли на выводы автора. Наибольшую роль сыграли специально-юридические методы. В частности, автором применялся формально-юридический метод, который позволил провести анализ и осуществить толкование норм действующего российского и зарубежного (ЕС) законодательства. При этом в контексте цели исследования формально-юридический метод применен в совокупности со сравнительно-правовым методом. В частности, делаются такие выводы: «Особого внимания в контексте развития цифровой экономики и стремительного развития информационных технологий заслуживает концепция отнесения больших данных к категории цифровых активов» и др. Таким образом, выбранная автором методология в полной мере адекватна цели статьи, позволяет изучить все аспекты темы.
Актуальность заявленной проблематики не вызывает сомнений. Данная тема является одной из важных в мире и России, с правовой точки зрения предлагаемая автором работа может считаться актуальной, а именно он отмечает, что она «…обусловлена отсутствием единого научно-теоретического подхода к правовой квалификации больших данных, а также имеющейся проблематикой регулирования в рассматриваевой сфере». И на самом деле здесь должен следовать анализ работ оппонентов и НПА, и он следует и автор показывает умение владеть материалом. Тем самым, научные изыскания в предложенной области стоит только приветствовать.
Научная новизна. Научная новизна предложенной статьи не вызывает сомнения. Она выражается в конкретных научных выводах автора. Среди них, например, такой: «…в широком смысле под большими данными понимается деятельность по сбору, обработке и использованию больших объемов данных, удовлетворяющая критериям большой скорости обработки данных, разнообразию данных, ценности данных. В узком смысле большие данные представляют собой конкретно-определенную совокупность данных, обладающую большим объемом, разнообразием данных, отличающиеся скоростью обработки данных». Как видно, указанный и иные «теоретические» выводы могут быть использованы в дальнейших научных исследованиях. Таким образом, материалы статьи в представленном виде могут иметь интерес для научного сообщества.
Стиль, структура, содержание. Тематика статьи соответствует специализации журнала «Юридические исследования», так как посвящена вопросам «…правовой квалификации больших данных как цифровых активов». В статье присутствует аналитика по научным работам оппонентов, поэтому автор отмечает, что уже ставился вопрос, относительно близкий к данной теме и автор использует их материалы, дискутирует с оппонентами. Содержание статьи соответствует названию, так как автор рассмотрел заявленные проблемы, достиг цели своего исследования. Качество представления исследования и его результатов следует признать доработанным. Из текста статьи прямо следуют предмет, задачи, методология, результаты юридического исследования, научная новизна. Оформление работы соответствует требованиям, предъявляемым к подобного рода работам. Существенные нарушения данных требований не обнаружены, кроме некоторых грамматических описок «выделяютя», «рассматриваевой» и др.
Библиография. Следует очень высоко оценить качество представленной и использованной литературы. Присутствие современной научной литературы и НПА, говорит о многом и показывает обоснованность выводов автора. Труды приведенных авторов соответствуют теме исследования, обладают признаком достаточности, способствуют раскрытию многих аспектов темы.
Апелляция к оппонентам. Автор провел серьезный анализ текущего состояния исследуемой проблемы. Автор описывает разные точки зрения оппонентов на проблему, аргументирует более правильную по его мнению позицию, опираясь на работы оппонентов, предлагает варианты решения отдельных проблем.
Выводы, интерес читательской аудитории. Выводы являются логичными, конкретными «Представляется, что подход к определению больших данных как цифровых активов может быть применим к конкретно-определенному результату обработки больших данных, соответствующему признакам цифровых активов, а именно - цифровой формы, виртуальностью природы актива, оборотоспособности, экономической ценности, экстерриториальности». Статья в данном виде может быть интересна читательской аудитории в плане наличия в ней систематизированных позиций автора применительно к заявленным в статье вопросам, что должно быть характерно для юридических исследований. На основании изложенного, суммируя все положительные и отрицательные стороны статьи рекомендую «опубликовать».