Читать статью 'Анализ решения Суда Европейского союза по делу Melloni' в журнале Международное право и международные организации / International Law and International Organizations на сайте nbpublish.com
Рус Eng Cn Перевести страницу на:  
Please select your language to translate the article


You can just close the window to don't translate
Библиотека
ваш профиль

Вернуться к содержанию

Международное право и международные организации / International Law and International Organizations
Правильная ссылка на статью:

Анализ решения Суда Европейского союза по делу Melloni

Лебедева Яна Игоревна

ORCID: 0000-0002-2982-5642

младший научный сотрудник, Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации

117218, г. Москва, ул. Б. Черемушкинская, д. 34, Россия, г. Москва, ул. Б. Черемушкинская, 34

Lebedeva Yana Igorevna

Junior Researcher, Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation

117218, g. Moskva, ul. B. Cheremushkinskaya, d. 34, Russia, g. Moscow, ul. B. Cheremushkinskaya, 34

lebedeva.ioanna@yandex.ru

DOI:

10.7256/2454-0633.2022.2.38405

EDN:

LYUVZR

Дата направления статьи в редакцию:

07-07-2022


Дата публикации:

14-07-2022


Аннотация: Предметом настоящей статьи является решение по делу Melloni, которое было вынесено Большой палатой Суда Европейского союза 26 февраля 2013 г. Цель работы – осуществить анализ указанного решения, которое cовременный нидерландский исследователь Л. Бесселинк (L. Besselink) рассматривает в качестве определяющего современные параметры конфликта между правом ЕС и конституционным правом государств-членов. В статье используются такие методологические приемы как анализ и синтез. Структура статьи отражает обстоятельства дела; содержание преюдициального запроса, направленного национальным судом; последовательное рассмотрение вопросов Судом ЕС; а также последующее решение Конституционного суда Испании, которое вынесено на основании позиции суда интеграционного объединения.   Статья завершается выводами, которые представляют собой синтез и последующую оценку автором решения Суда. Делается общий вывод, что «верховенство, единство и эффективность» права ЕС требует, чтобы национальный суд отказал в применении более высоким национальным стандартам в пользу актов Союза, в том числе тем, которые не имеют прямого действия. По своему характеру решение Суда ЕС является довольно глухим в отношении конституционных особенностей государств-членов. Отмечается, что суду следовало бы придерживаться более компромиссной позиции, занятой по делу Omega, Sayn-Wittgenstein и Filipiak. В целом, указанное решение обладает большой теоретической ценностью для специалистов, изучающих право ЕС.


Ключевые слова:

Европейcкий союз, Суд ЕС, наднациональность, верховенство права, национальная идентичность, конституционная самобытность, конституционный суд, конституционное право, право ЕС, суд

Abstract: The subject of this article is the Melloni decision, which was rendered by the Grand Chamber of the Court of Justice of the European Union on February 26, 2013. The purpose of the work is to analyze this decision, which the modern Dutch researcher L. Besselink considers as determining the modern parameters of the conflict between EU law and the constitutional law of the member states. The article uses such methodological techniques as analysis and synthesis. The structure of the article reflects the circumstances of the case; the content of the preliminary request sent by the national Court; the sequential consideration of issues by the EU Court; as well as the subsequent decision of the Constitutional Court of Spain, which was made on the basis of the position of the Court. The article concludes that the "supremacy, unity and effectiveness" of EU law requires that the national court refuse to apply higher national standards in favor of acts of the Union, including those that do not have direct effect. By its nature, the decision of the EU Court of Justice is rather deaf in relation to the constitutional features of the member states. It is noted that the court should have adhered to a more compromise position taken in the case of Omega, Sayn-Wittgenstein and Filipiak. In general, this solution has great theoretical value for specialists studying EU law.



Keywords:

European Union, EU Court of Justice, supranationality, rule of law, national identity, constitutional identity, constitutional court, constitutional law, EU law, court

Обстоятельства дела

Согласно обстоятельствам дела гражданин Италии Стефано Меллони был заочно осужден уголовным судом Испании на 10 лет. В августе 2008 г. районным судом г. Феррары (Италия) была запрошена его экстрадиция для приведения приговора в исполнение на основании двух европейских ордеров на арест. Решение о его выдаче было принято 1 октября 1996 г. Национальной аудиенцией (исп. – Audiencia National), одним из высших судов Испании. Меллони скрывался от правосудия, и после поимки испанской полицией в 2008 г. Национальная аудиенция вновь приняла решение о его выдаче.

В п. 1 ст. 4а Рамочного решения о европейском ордере на арест [1] (с поправками 2009 г. [17] указывалось, что исполняющий судебный орган может отказать в исполнении ордера, если лицо не было представлено в личном качестве в рамках судебного разбирательства. Однако в пп. «a» и «b» п. 1 ст. 4а Решения содержалось указание на две правовые гарантии, соблюдения одной из которых достаточно для выдачи заочно осужденного:

a) может быть однозначно установлено, что лицо заранее было проинформировано о дате и месте судебного заседания;

b) в судебном разбирательстве лицо было представлено защитником.

С. Меллони знал о том, что в отношении него ведется судебное разбирательство, однако умышленно скрывался от правосудия. Кроме того, в уголовном суде он был представлен защитниками. Таким образом, после того, как осужденный исчерпал все средства правовой защиты, он должен был быть выдан властям Италии для отбывания наказания без возможности очного пересмотра дела.

Преюдициальный запрос

Впоследствии осужденный подал ходатайство о конституционной защите ( recurso de amparo ) в Конституционный суд Испании, утверждая, что его выдача противоречит абз. 2 ст. 24 Конституции [3, c. 55]. Эта статья провозглашает право на доступ к суду и право защищать себя в суде. В Решении № 91/2000 от 30 марта 2000 г. [25] КС Испании указал, что осуществление выдачи в страны, которые:

1) в случае совершения особо тяжких преступлений допускают заочное вынесение обвинительных приговоров, и

2) не ставят выдачу в зависимость от того, может ли осужденный оспорить ее,

затрагивает саму суть права на справедливое судебное разбирательство до степени посягательства на человеческое достоинство. Указанное, по мнению Суда, является основанием для отказа в выдаче.

Конституционный суд подал преюдициальный запрос в Суд ЕС на основании п. 3 ст. 256 Договора о функционировании Европейского союза (ДФЕС) [16]. КС Испании интересовала общая проблематика того, что Рамочная директива предусматривает исчерпывающий перечень, который состоит всего из двух правовых гарантий, соблюдение одной из которых приводит к невозможности очного пересмотра дела в запрашиваемом государстве.

КС также обратил внимание на то, что право на доступ к суду и право защищать себя в суде гарантируются и на уровне Европейского союза (ст. 47, 48 Хартии). Согласно ст. 51 Хартии государств-члены обязаны соблюдать эти права при претворении в жизни права Союза, источником которого является и Рамочное решение.

Даже если Рамочное решение каким-то образом соответствует Хартии, конституционное право Испании однозначно предоставляет более высокие стандарты защиты. На первый взгляд ст. 53 Хартии разрешает указанный конфликт в пользу более высокого национального стандарта, что типично для международной и европейской системы защиты прав человека (см. ст. 53 ЕКПЧ [2]; абз. 2 ст. 5 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. [4]).

Таким образом, КС Испании интересовался тремя вопросами, которые обозначают отдельные звенья вышеуказанной логической цепочки:

1) возможно ли отказать в выдаче (несмотря на положения Рамочного решения) с целью соблюдения основополагающих прав;

2) совместима ли ст. 4а Решения со ст. 47, 48 Хартии;

3) если да, то можно ли предоставить более высокий уровень защиты на основании положений национального конституционного права.

Вопрос 1

Первый вопрос касался того, возможно ли отказать в выдаче, если она нарушает основополагающие права. Указанное, на первый взгляд, предполагает и само Рамочное решение, которое «не влечет за собой внесения изменений в обязанность уважать основные права… включая право на защиту лиц, подлежащих уголовному преследованию…» (п. 2 ст. 1). Поэтому Конституционный суд и предположил, что уважение основных прав может являться неким «метаусловием» исполнения Рамочного решения.

Суд ЕС проигнорировал указанное предположение – он руководствовался буквальным прочтением первого вопроса [13, п. 51]. В дальнейшем он руководствовался телеологическим (целевым) толкованием Рамочного решения. В частности, целью европейского ордера на арест является создание упрощенной и эффективной системы экстрадиции, основанной на принципе взаимного доверия между государствами-членами. В основе такого доверия лежит вера в то, что все европейские государства имеют высокие стандарты защиты основных прав.

Поэтому Рамочное решение содержит только две минимальные гарантии, соблюдения даже одной из которых достаточно для осуществления выдачи при заочном осуждении. А две вышеуказанные оговорки пп. «a» и «b» как раз и предусмотрены «с тем, чтобы гарантировать право на защиту заинтересованного лица» [15, п. 65, 70].

Вопрос 2

Вторым является вопрос о том, совместимы ли правовые гарантии Решения с положениями ст. 47, 48 Хартии – правом на доступ к суду и правом защищать себя в суде. Суд ЕС со ссылкой на принятое ранее решение по делу Trade Agency [12] указал, что право личного присутствия на судебном заседании является важным компонентом права на справедливое судебное разбирательство. Однако это право не может рассматриваться в качестве абсолютного. Суд пишет, что «обвиняемый может отказаться от этого права по собственной воле, прямо или косвенно, при условии, что отказ установлен недвусмысленным образом и сопровождается минимальными гарантиями, которые соответствуют важности (этого права – прим. автора)… . В частности, нарушение права на справедливое судебное разбирательство не устанавливалось, даже если обвиняемый не явился лично, но был проинформирован о дате и месте судебного разбирательства или защищен юрисконсультом…» [13, п. 49]. Такой подход, по мнению Суда, соответствует и прецедентной практике ЕСПЧ [18, 19, 20]. Таким образом, пп. «a» и «b» как раз и закрепляют такой «добровольный и недвусмысленный отказ» от права на участие в судебном разбирательстве. Лицо, предоставившее такой отказ, должно быть выдано без права на очный пересмотр дела в запрашиваемом государстве.

Вопрос 3

Выводы Суда по третьему вопросу представлены в п. 58-62 Решения. Суд указывает, что разрешение государству-члену не применять нормы права ЕС, которые полностью соответствуют Хартии, но нарушают основные права, гарантированные конституцией, «подрывает принцип верховенства» (п. 58). Суд также указывает, что никакая норма, даже конституционного порядка не может подорвать эффективность права ЕС на территории государства-члена (п. 59). В данном случае «to be effective» является весьма неоднозначным выражением – оно может пониматься как «быть эффективным», но скорее означает «быть действенным» или просто – «действовать».

Суд соглашается с тем, что при исполнении права ЕС, государства могут принимать во внимание соответствующие национальные стандарты защиты основных прав. Однако такое применение не должно затрагивать «уровень защиты, предусмотренный Хартией». Иными словами, государства должны сначала ориентироваться на стандарты Хартии, а затем – на собственные конституционные стандарты. Указанное опять же необходимо для того, чтобы «не ставить под угрозу верховенство, единообразие и эффективность права ЕС» (п. 60).

Практическим последствием данного подхода стало то, что Суд обязал осуществлять выдачу при соблюдении одной из гарантий п. 1 ст. 4а (п. 61). Дополнительным аргументом стало то, что Рамочное решение было принято Советом, который состоит из министров государств-членов. Иными словами, его принятие «отражает консенсус относительно объема [правовой защиты – прим. автора], который должен быть предоставлен» (п. 62). Расширение стандарта защиты «подрывает принцип взаимного доверия и взаимного признания», а также «эффективность Рамочного решения» (п. 63).

Таким образом, Суд настаивает на приоритете стандартов защиты, предусмотренных Хартией, даже если они ниже национальных стандартов. Преимущественное применение последних, при их противоречии Хартии, подрывает триаду принципов «верховенства, единства, эффективности» права ЕС и взаимное доверие между государствами-членами, или же более конкретно – систему выдачи, основанную на взаимном признании между государствами-членами.

Последующее решение Конституционного суда Испании

13 февраля 2014 г. Конституционный суд также вынес решение по делу С. Меллони [24]. В нем решение Суда ЕС рассматривается в качестве «очень полезного», однако указывается на необходимость дополнить его соображениями, которые КС ранее высказывал по делу о ратификации Конституции для Европы [23]. Согласно позиции КС передача полномочий в соответствии с Конституцией Испании имеет предел (лимит), которым выступает «уважение суверенитета государства, основных конституционных структур и системы основополагающих принципов и ценностей, закрепленных в Конституции, в которой основные права приобретают надлежащее содержание» [23, c. 9]. По этой причине Конституционный суд заявил, что верховенство права ЕС основано на уважении основных национальных конституционных структур, которые включают в себя и основные права.

Тем не менее, далее в решении указывается, что договоры по правам человека, в том числе ЕКПЧ и Хартия, являются существенными элементами толкования содержания прав, признанных в абз. 2 c. 24 Конституции. Игнорирование толкования компетентных органов, учрежденных в соответствии с этими договорами, «будет представлять собой косвенное нарушение основных прав испанскими властями» [21, разд. 2, п. 4]. Рассмотрев большое число постановлений ЕСПЧ и прецедентное право Суда ЕС, КС Испании также указал, что они «в значительной степени совпадают», а значит представляют собой надлежащую правовую основу толкования для принятия решения по делу.

По этой причине Конституционный суд вынужден был пересмотреть свое толкование в отношении доступа к суду и права защищать себя в суде, установленного в уже рассмотренном Решении № 91/2000. По аналогии с позицией Суда ЕС было решено, что «заочное осуждение не влечет за собой нарушения абсолютного содержания основного права на справедливое судебное разбирательство… когда обвиняемый принял добровольное и недвусмысленное решение отсутствовать, и если он должным образом был вызван в суд и эффективно защищен назначенным адвокатом» [21, разд. 2, п. 4].

Далее Конституционный суд применил эти выводы к практической стороне вопроса. Он указал, что Национальная аудиенция установила, что защитник, назначенный С. Меллони, не прекращал представлять его интересы, в то время как подсудимый был надлежащим образом осведомлен о проходившем в отношении него судебном разбирательстве, но предпочел скрываться от правосудия. В таких обстоятельствах, согласно Рамочному решению и толкованию, предложенному Судом ЕС, указанное лицо должно быть выдано без права очного пересмотра дела запрашивающим государством, то есть Италией.

Выводы

Преамбула Хартии указывает, что Европейский союз «помещает человеческую личность в центр своей деятельности» (абз. 2). Однако решение по делу Melloni говорит об обратном: основные права не могут затронуть целый ряд соображений, которые, таким образом, приобретают преобладающее значение.

В первую очередь, это «намерение законодателя» (в данном случае министров, представленных в Совете), когда они принимают акты вторичного права. Указанное прямо противоречит пониманию прав человека, наряду с верховенством права, как главных ограничителей при государственной и иной власти. Подход Суда позволяет министрам при осуществлении внешних связей, в том числе действии в качестве законодателей в Совете ЕС, не принимать во внимание ограничения, установленные национальной конституцией (в толковании соответствующего конституционного суда), то есть действовать ultra vires. Представленная ситуация также является противоречием между позицией и деятельностью исполнительной и судебной власти, Конституционным судом и профильными министрами.

Во-вторых, ст. 53 имела важнейшее значение, которое заключалось в том, что достояние прав человека, выраженное в национальных и международных актах, не будет толковаться в сторону понижения правовых стандартов со ссылкой на Хартию [22, c. 1524]. На практике случилось абсолютно обратное – «верховенство, единство и эффективность» права ЕС потребовали, чтобы национальный суд отказал в применении более высоким национальным стандартам в пользу очень скромных гарантий Рамочного решения.

В-третьих, в указанном деле верховенство было придано акту, который не имеет прямого действия, что является революционным в связи с общеизвестной позицией Суда по делам Van Gend и Costa [10, 11]. Согласно формуле Суда, выработанной в указанных ранних делах, акт права Сообществ обладает верховенством после того, как он приобретает прямое действие в национальном правовом порядке.

В более общем плане дело Melloni показывает, что целью защиты основных прав не всегда является сама забота о личности. В более позднем деле Siragusa со ссылкой на дело Melloni указывается на «необходимость избегать ситуации, при которой уровень защиты основных прав варьируется в зависимости от соответствующего национального права таким образом, чтобы подорвать единство, верховенство и эффективность права ЕС» [8, п. 31-32]. Это может свидетельствовать о том, что парадигма Суда от защиты прав человека в исключительных терминах все более смещается в сторону проблематики взаимодействия правовых порядков.

Нет гарантии, что более «строптивые» конституционные суды на территории Европы последуют пути КС Испании в отношении снижения конституционных стандартов. В данной связи, можно напомнить позицию Федерального конституционного суда Германии по делу Solange II [21], согласно которой защита основных прав на уровне Союза является одним из условий, на которых государства-члены соглашаются придать праву ЕС искомое верховенство. Необходимость соблюдать основные права на уровне Союза также признана самим судом ЕС в решении по делу Internationale Handelsgesellschaft 1970 г. [9].

Решение по делу Melloni кажется довольно «глухим» по отношению к конституционным особенностям государств-членов. В данной связи можно отметить, что Суду можно было бы вернуться к более компромиссному и сбалансированному подходу по делам Omega, Sayn-Wittgenstein и Filipiak [6, 7, 14]. После решения по делу Melloni шансов на это становится все меньше и меньше.

Библиография
1.
/584/JHA: Council Framework Decision of 13 June 2002 on the European arrest warrant and the surrender procedures between Member States // OJ L 190, 18.7.2002, p. 1–20.
2.
Конвенция о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.).
3.
Конституции государств Европы: В 3 т. Т. 2 / Под общей реакцией и со вступительной статьей директора Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации Л.А. Окунькова. – М.: Издательство НОРМА, 2001 – 840 с.
4.
Международный пакт о гражданских и политических правах (Принят резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной Ассамблеи от 16 декабря 1966 г.).
5.
Besselink, L. F. M. The Parameters of Constitutional Conflict after Melloni. European Law Review. Vol. 39, No 4. P. 531-552.
6.
CJEC (First Chamber). Case C-36/02. Omega Spielhallen- und Automatenaufstellungs-GmbH v Oberbürgermeisterin der Bundesstadt Bonn. Judgment of 14 October 2004.
7.
CJEC (Second Chamber). Case C-208/09. Ilonka Sayn-Wittgenstein v Landeshauptmann von Wien. Judgment of 22 December 2010.
8.
CJEC (Tenth Chamber). Cruciano Siragusa v Regione Sicilia. Judgment of 6 March 2014.
9.
CJEC. Case 11-70. Internationale Handelsgesellschaft mbH v Einfuhr- und Vorratsstelle für Getreide und Futtermittel. Judgment of 17 December 1970.
10.
CJEC. Case 26-62. NV Algemene Transport- en Expeditie Onderneming van Gend & Loos v Netherlands Inland Revenue Administration. Reference for a preliminary ruling: Tariefcommissie, Pays-Bas. Judgment of 5 February 1963.
11.
CJEC. Case 6-64. Flaminio Costa v E.N.E.L. Reference for a preliminary ruling: Giudice conciliatore di Milano, Italy. Judgment of 15 July 1964.
12.
CJEU (First Chamber). C-619/10. Trade Agency Ltd v Seramico Investments Ltd. Judgment of 6 September 2012.
13.
CJEU (Grand Chamber). Case C‑399/11. Stefano Melloni v Ministerio Fiscal. Judgment of 26 February 2013.
14.
CJEU (Third Chamber). Case C-314/08. Krzysztof Filipiak v Dyrektor Izby Skarbowej w Poznaniu. Judgment of the Court of 19 November 2009. Judgment of 19 November 2009.
15.
CJEU. Case C-399/11. Stefano Melloni v Ministerio Fiscal. Opinion of Mr Advocate General Bot delivered on 2 October 2012.
16.
Consolidated version of the Treaty on the Functioning of the European Union // OJ C 326, 26.10.2012, p. 47–390.
17.
Council Framework Decision 2009/299/JHA of 26 February 2009 amending Framework Decisions 2002/584/JHA, 2005/214/JHA, 2006/783/JHA, 2008/909/JHA and 2008/947/JHA, thereby enhancing the procedural rights of persons and fostering the application of the principle of mutual recognition to decisions rendered in the absence of the person concerned at the trial // OJ L 81, 27.3.2009, p. 24–36.
18.
ECtHR (Grand Chamber). Sejdovic v Italy. Application no. 56581/00. Judgment of 1 March 2006.
19.
ECtHR (Second Section). Medenica v Switzerland. Application no. 20491/92. Judgment of 14 June 2001.
20.
ECtHR. Haralampiev v. Bulgaria. Application no. 29648/03. Judgment of 24 April 2012.
21.
Re Wünsche Handelsgesellschaft (22 October 1986) BVerfGE 73, 339, 1987 3 CMLR 225.
22.
The EU Charter of Fundamental Rights: a commentary ed. by S. Peers, T. Hervey, J. Kenner, A. Ward. München/Oxford/ BadenBaden: C.H.Beck/Hart/Nomos, 2014. 1865 p.
23.
Tribunal Constitutional de España. Declaración del Pleno del Tribunal Constitucional de 1/2004, de 13 de diciembre de 2004. Requerimiento 6603-2004 // Boletín Oficial de l’Estado núm. 3, de 4 de enero de 2005, páginas 5 a 21.
24.
Tribunal Constitutional de España. Sentencia 26/2014 de 13 de febrero de 2014 // Boletín Oficial de l’Estado, núm. 60, de 11 marzo de 2014 , páginas 85 a 106.
25.
Tribunal Constitutional de España. Sentencia 91/2000 de 30 de marzo de 2000 // Boletín Oficial de l’Estado, núm. 107, de 4 de mayo de 2000, páginas 99 a 118.
References
1.
/584/JHA: Council Framework Decision of 13 June 2002 on the European arrest warrant and the surrender procedures between Member States // OJ L 190, 18.7.2002, p. 1-20.
2.
Конвенция о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.).
3.
Конституции государств Европы: В 3 т. Т. 2 / Под общей реакцией и со вступительной статьей директора Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации Л.А. Окунькова. – М.: Издательство НОРМА, 2001 – 840 с.
4.
International Covenant on civil and political rights (Adopted by General Assembly resolution 2200 A (XXI) of December 16, 1966.).
5.
Besselink, L. F. M. The Parameters of Constitutional Conflict after Melloni. European Law Review. Vol. 39, No. 4. P. 531-552.
6.
CJEC (First Chamber). Case C-36/02. Omega Spielhallen- und Automatenaufstellungs-GmbH v Oberbürgermeisterin der Bundesstadt Bonn. Judgment of 14 October 2004.
7.
CJEC (Second Chamber). Case C-208/09. Ilonka Sayn-Wittgenstein v Landeshauptmann von Wien. Judgment of 22 December 2010.
8.
CJEC (Tenth Chamber). Cruciano Siragusa v Regione Sicilia. Judgment of 6 March 2014.
9.
CJEC. Case 11-70. Internationale Handelsgesellschaft mbH v Einfuhr- und Vorratsstelle für Getreide und Futtermittel. Judgment of 17 December 1970.
10.
CJEC. Case 26-62. NV Algemene Transport- en Expeditie Onderneming van Gend & Loos v Netherlands Inland Revenue Administration. Reference for a preliminary ruling: Tariefcommissie, Pays-Bas. Judgment of 5 February 1963.
11.
CJEC. Case 6-64. Flaminio Costa v E.N.E.L. Reference for a preliminary ruling: Giudice conciliatore di Milano, Italy. Judgment of 15 July 1964.
12.
CJEU (First Chamber). C-619/10. Trade Agency Ltd v Seramico Investments Ltd. Judgment of 6 September 2012.
13.
CJEU (Grand Chamber). Case C-399/11. Stefano Melloni v Public Prosecutor's Office. Judgment of 26 February 2013.
14.
CJEU (Third Chamber). Case C-314/08. Krzysztof Filipiak v Dyrektor Izby Skarbowej w Poznaniu. Judgment of the Court of 19 November 2009. Judgment of 19 November 2009.
15.
CJEU. Case C-399/11. Stefano Melloni v Public Prosecutor's Office. Opinion of Mr Advocate General Bot delivered on 2 October 2012.
16.
Consolidated version of the Treaty on the Functioning of the European Union // OJ C 326, 26.10.2012, p. 47-390.
17.
Council Framework Decision 2009/299/JHA of 26 February 2009 amending Framework Decisions 2002/584/JHA, 2005/214/JHA, 2006/783/JHA, 2008/909/JHA and council framework decision 2008/947/JHA, thereby enhancing the procedural rights of persons and fostering the application of the principle of mutual recognition to decisions rendered in the absence of the person concerned at the trial // OJ L 81, 27.3.2009, p. 24-36.
18.
ECtHR (Grand Chamber). Sejdovic v Italy. Application no. 56581/00. Judgment of 1 March 2006.
19.
ECtHR (Second Section). Medenica v Switzerland. Application no. 20491/92. Judgment of 14 June 2001.
20.
ECtHR. Haralampiev v. Bulgaria. Application no. 29648/03. Judgment of 24 April 2012.
21.
Re Wünsche Handelsgesellschaft (22 October 1986) BVerfGE 73, 339, 1987 3 CMLR 225.
22.
The EU Charter of Fundamental Rights: a commentary ed. by S. Peers, T. Hervey, J. Kenner, A. Ward. München/Oxford/ BadenBaden: C.H.Beck/Hart/Nomos, 2014. 1865 p.
23.
Constitutional Court of Spain. Declaration of the Plenary of the Constitutional Court of 1/2004, of December 13, 2004. Requirement 6603-2004 // Official State Gazette No. 3, of January 4, 2005, pages 5 to 21.
24.
Constitutional Court of Spain. Judgment 26/2014 of February 13, 2014 // Official State Gazette, No. 60, of March 11, 2014, pages 85 to 106.
25.
Constitutional Court of Spain. Judgment 91/2000 of March 30, 2000 // Official State Gazette, No. 107, of May 4, 2000, pages 99 to 118.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

РЕЦЕНЗИЯ на статью на тему «Анализ решения Суда Европейского союза по делу Melloni».
Предмет исследования. Предложенная на рецензирование статья посвящена анализу «…решения Суда Европейского союза по делу Melloni». Автором выбран особый предмет исследования: предложенные вопросы исследуются с точки зрения международного права, при этом автором отмечено, что «Меллони скрывался от правосудия, и после поимки испанской полицией в 2008 г. Национальная аудиенция вновь приняла решение о его выдаче». Изучаются НПА Испании и ЕС, Конвенция о защите прав человека и основных свобод, судебные решения, имеющие отношение к цели исследования. Также изучается и обобщается определенный объем научной литературы по заявленной проблематике. Правда необходимо отметить отсутствие ссылки на одну работу [5] оппонента. При этом автор отмечает, что «…исполняющий судебный орган может отказать в исполнении ордера, если лицо не было представлено в личном качестве в рамках судебного разбирательства».
Методология исследования. Цель исследования определена названием и содержанием работы «Преамбула Хартии указывает, что Европейский союз «помещает человеческую личность в центр своей деятельности» (абз. 2). Однако решение по делу Melloni говорит об обратном: основные права не могут затронуть целый ряд соображений, которые, таким образом, приобретают преобладающее значение». Она может быть обозначена в качестве рассмотрения и разрешения отдельных проблемных аспектов, связанных с вышеназванными вопросами. Исходя из поставленных цели и задач, автором выбрана определенная методологическая основа исследования. В частности, автором используется совокупность общенаучных, специально-юридических методов познания. В частности, методы анализа и синтеза позволили обобщить различные подходы к предложенной тематике (только очень относительно). Наибольшую роль сыграли специально-юридические методы. В частности, автором применялся формально-юридический метод, который позволил провести анализ и осуществить толкование норм действующего законодательства, НПА и, что очень важно, судебных решений. В частности, делаются такие выводы: «В первую очередь, это «намерение законодателя» (в данном случае министров, представленных в Совете), когда они принимают акты вторичного права. Указанное прямо противоречит пониманию прав человека, наряду с верховенством права, как главных ограничителей при государственной и иной власти…» и др. При этом в контексте цели исследования формально-юридический метод применен в совокупности со сравнительно-правовым методом, так как автор рассматривает различные судебные дела и делает свои выводы. Таким образом, выбранная автором методология в полной мере адекватна цели статьи, позволяет изучить определенные аспекты темы.
Актуальность заявленной проблематики не вызывает сомнений. Данная тема является одной из наиболее важных в мире, с правовой точки зрения предлагаемая автором работа может считаться актуальной, а именно он отмечает, что «…целью европейского ордера на арест является создание упрощенной и эффективной системы экстрадиции, основанной на принципе взаимного доверия между государствами-членами. В основе такого доверия лежит вера в то, что все европейские государства имеют высокие стандарты защиты основных прав». Тем самым, научные изыскания в предложенной области стоит только приветствовать.
Научная новизна. Научная новизна предложенной статьи не вызывает сомнения. Она выражается в конкретных научных выводах автора. Среди них, например, такой: «В более общем плане дело Melloni показывает, что целью защиты основных прав не всегда является сама забота о личности. В более позднем деле Siragusa со ссылкой на дело Melloni указывается на «необходимость избегать ситуации, при которой уровень защиты основных прав варьируется в зависимости от соответствующего национального права таким образом, чтобы подорвать единство, верховенство и эффективность права ЕС» [8, п. 31-32]». Как видно, указанный и иные «теоретические» выводы могут быть использованы в дальнейших научных исследованиях. Таким образом, материалы статьи в представленном виде могут иметь определенный интерес для научного сообщества.
Стиль, структура, содержание. Тематика статьи соответствует специализации журнала «Международное право и международные организации / International Law and International Organizations», так как она посвящена анализу «…решения Суда Европейского союза по делу Melloni». В статье присутствует очень краткая аналитика по научным работам оппонентов, но автор не отметил, что уже ставился вопрос, близкий к данной теме или в ином аспекте. Содержание статьи соответствует названию, так как автор рассмотрел заявленные проблемы, достиг цели своего исследования. Качество представления исследования и его результатов следует признать доработанным. Из текста статьи прямо следуют предмет, задачи, методология, результаты юридического исследования, научная новизна. Оформление работы в целом соответствует требованиям, предъявляемым к подобного рода работам. Существенных нарушений данных требований не обнаружено.
Библиография. Следует высоко оценить качество представленной и использованной литературы (за исключением отсутствия в тексте ссылки на работу 5). Труды приведенных авторов и судебные решения соответствуют теме исследования, обладают признаком достаточности, способствуют раскрытию отдельных аспектов темы.
Апелляция к оппонентам. Автор провел серьезный анализ текущего состояния исследуемой проблемы. Автор описывает разные точки зрения на проблему, пытается аргументировать более правильную по его мнению позицию опираясь на судебные решения, предлагает варианты решения проблемы.
Выводы, интерес читательской аудитории. Выводы являются логичными, конкретными, они получены с использованием общепризнанной методологии. Статья в данном виде может быть интересна читательской аудитории в плане наличия в ней систематизированных позиций автора применительно к заявленным в статье вопросам, что характерно для юридических исследований. На основании изложенного, суммируя все положительные и отрицательные стороны статьи рекомендую «опубликовать».