Читать статью 'Научные коллективы Г. И. Челпанова: историко-психологическое исследование' в журнале Психология и Психотехника на сайте nbpublish.com
Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1626,   статей на доработке: 222 отклонено статей: 299 
Библиотека
ваш профиль

Вернуться к содержанию

Психология и Психотехника
Правильная ссылка на статью:

Научные коллективы Г. И. Челпанова: историко-психологическое исследование

Артемьева Ольга Аркадьевна

ORCID: 0000-0002-0093-0166

доктор психологических наук

профессор кафедры социальной, экстремальной и пенитенциарной психологии Иркутского государственного университета, руководитель лаборатории методологии и истории психологии

664025, Россия, г. Иркутск, ул. Чкалова, 2, каб. 205

Artemeva Olga Arkadjevna

Doctor of Psychology

Professor, the department of Social, Extreme, and Penitentiary Psychology, Head of the Laboratory of Methodology and History of Psychology, Irkutsk State University

664025, Russia, g. Irkutsk, ul. Chkalova, 2, kab. 205

oaartemeva@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Дубровская Людмила Дмитриевна

ORCID: 0000-0001-9785-5504

магистрант Иркутского государственного университета

664025, Россия, г. Иркутск, ул. Чкалова, 2, каб. 205

Dubrovskaya Lyudmila Dmitrievna

Master's Degree, Irkutsk State University

664025, Russia, g. Irkutsk, ul. Chkalova, 2, kab. 205

mila.dubrovskaya.99@mail.ru

DOI:

10.7256/2454-0722.2021.4.36900

Дата направления статьи в редакцию:

19-11-2021


Дата публикации:

31-12-2021


Аннотация: В контексте проблемы институционализации русской и советской психологии в первой половине ХХ века проведено исследование особенностей организации коллективной научной работы под руководством Г. И. Челпанова. С целью определения состава и характеристик созданных им научных коллективов проведен биографический и библиографический анализ письменных документов личного характера; материалов, характеризующих служебную деятельность ученых и их объединений; историко-психологических работ, посвященных жизни и научной деятельности Г. И. Челпанова. Выделены три научно-образовательных базы оформления научных коллективов под его руководством: Психологическая семинария при кафедре философии Императорского Университета св. Владимира в г. Киеве (1897–1907), Психологический семинарий при Императорском Московском университете (1907–1912) и Психологический институт им. Л. Г. Щукиной (1912–1923); определены члены коллективов. Новизна проведенного исследования состоит в представлении Г. И. Челпанова в качестве одного из первых отечественных организаторов психологической науки и образования, деятельно оценивших значение коллективной работы на этапе становления психологии как большой науки в первой половине ХХ века. Авторы статьи прослеживают преемственность состава коллективов и тематики докладов и исследований, проводившихся сотрудниками под руководством Г. И. Челпанова, согласно разработанному им плану, прежде всего, в русле общей психологии. Показывается, что в ходе выполнения общественно-значимой деятельности в коллективной форме решались задачи подготовки квалифицированных философов и психологов и, позднее, реализации исследовательской программы по разработке общих теоретико-методологических основ эмпирического исследования психики. Подчеркивается значение реализованного руководителем индивидуального подхода в работе с научными сотрудниками для развития их творческих способностей.


Ключевые слова: история психологии, история советской психологии, история русской психологии, научный коллектив, Георгий Иванович Челпанов, научное руководство, ученичество, научная школа, организация науки, институционализация науки

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 20-013-00675 «Ведущие научные коллективы в истории советской психологии первой половины ХХ века: результаты, детерминанты, закономерности и социально-психологические механизмы организации эффективной научной деятельности».

Abstract: In the context of the problem of institutionalization of the Russian and Soviet psychology of the early XX century, the research is conducted on the peculiarities of organizing scientific work under the leadership of G. I. Chelpanov. For determination of the composition and characteristics of the research groups created by him, the author carries out biographical and bibliographic analysis of personal written documents, materials that characterizes the official activity of the scholars and communities, historical-psychological works dedicated to life and research activity of G. I. Chelpanov. The three scientific-educational bases for the creation of research groups headed by Chelpanov are highlighted: the Psychological Seminary at the Department of Philosophy of the Imperial University of St. Vladimir in Kiev (1897–1907), the Psychological Seminary at the Imperial Moscow University (1907–1912), and the Institute of Psychology named after L. G. Shchukina (1912–1923). The staff composition of the research groups is revealed. The novelty of this article lies in the description of G. I. Chelpanov as the pioneer of the Russian psychological science and education, who duly appreciated teamwork at the stage of establishment of psychology as big science in the early XX century. The traces the succession of the staff composition of research groups ,as well as the subject of reports and research conducted by the members of the collective, according to the plan developed by the leader G. I. Chelpanov, primarily in the scope of general psychology. It is demonstrated that in the course of socially significant activity, on the collective basis were resolved the tasks of training of competent philosophers and psychologists, and later of implementation of the research program on the development of theoretical-methodological  fundamentals of the empirical research of psyche. The authors underline the importance of individual approach implemented by Chelpanov in working with the scientific associates aimed at the development of their creative skills.



Keywords:

institutionalization of science, organization of science, school of thought, apprenticeship, scientific leadership, Georgy Ivanovich Chelpanov, scientific collective, history of Russian psychology, history of Soviet psychology, history of psychology

Введение

История становления отечественной психологической науки представляет динамично развивающуюся область психологического исследования. За последние десятилетия предложен ряд концепций ее развития (см., напр.: [3; 16; 22; 43]). Однако все еще мало разработанной остается проблема организационного оформления русской и советской психологии. В этом русле подготовлен ряд работ по истории институционализации психологии на базах отдельных научных и образовательных центров, прежде всего, Московского университета и Психологического института при нем [27; 42], Института психологии РАН (АН СССР) [10], Педагогического университета им. А. И. Герцена [19] и Ленинградского государственного университета [24]. Вместе с тем значение организационного оформления для развития отечественной психологии все еще требует своей конкретизации. Пожалуй, наиболее противоречивый материал представляет история создания и работы коллектива Психологического института в г. Москве под руководством Г. И. Челпанова.

Несмотря на основание и руководство на протяжении 11 лет первым и единственным в России психологическим институтом, участие в подготовке целой плеяды ведущих самобытных отечественных психологов, Г. И. Челпанов был подвергнут критике, отстранен от руководства институтом и заклеймен советской психологией как «идеалист», не имевший своей научной школы. Как же можно описать вклад Г. И. Челпанова в организационное оформление психологической науки в России? Ограничивается ли он созданием института или участием в обучении будущих советских психологов? Удалось ли Г. И. Челпанову создать собственный научный коллектив или коллективы? На каких базах? Кто стал их участниками? Что объединяло сотрудников Г. И. Челпанова и делало их коллективами? Какое значение имели организаторские усилия ученого для становления отечественной психологии? Поиск ответов на эти вопросы определил задачи проведенного исследования.

Научные коллективы Г. И. Челпанова в современных учебниках по истории психологии

Прежде всего, рассмотрим, выделяются ли и как характеризуются научные коллективы Г. И. Челпанова в основных систематизированных изданиях по истории психологии. Авторы наиболее цитируемых учебников по истории психологии на основе собственных историко-психологических исследований представляют свидетельства его научно-исследовательской и организационной деятельности, отчасти отвечая на вопрос о составе научного коллектива Г. И. Челпанова. Так, М. Г. Ярошевский в отношении Психологического института отмечает, что «положительной стороной деятельности института являлась высокая экспериментальная культура проводившихся под руководством Г. И. Челпанова исследований. Из круга молодых сотрудников этого института вышло несколько крупных отечественных психологов (К. Н. Корнилов, Н.А. Рыбников, Б. Н. Северный, В. М. Экземплярский, А. А. Смирнов, Н. И. Жинкин и др.), работавших в советское время» [43, с.343].

А. Н. Ждан дает более высокую оценку вклада Челпанова, отмечая его «исключительный талант и заслуги», проявившиеся «в организации научно-исследовательской работы» [17, с. 268]. «Из руководимого им Психологического института вышли многие известные представители отечественной психологии – H. A. Рыбников, A. A. Смирнов, П. А. Шеварев, С. В. Кравков, В. М. Экземплярский, Н. И. Жинкин, Н. Ф. Добрынин, А. Н. Леонтьев, Б. М. Теплов и др. Заметную роль в отечественной психологии сыграл ученик Челпанова Густав Густавович Шпет» [17, с.268], – пишет автор.

Среди знаменитых психологов, начинавших свой научный путь с участия в заседаниях психологической семинарии при университете святого Владимира, Т. Д. Марцинковская называет П. П. Блонского, В. В. Зеньковского и Г. Г. Шпета. Автор описывает активную организаторскую деятельность Г. И. Челпанова в Психологическом институте, основанном при Московском университете. Пишет о приглашении им в институт К. Н. Корнилова, П. П. Блонского, Н. А. Рыбникова, В. М. Экземплярского, Б. Н. Северного и др., а после революции – А. Н. Леонтьева и А. А. Смирнова [25]. Т. Д. Марцинковская – единственная из авторов учебников упоминает о наличии у Г. И. Челпанова «своей научной школы» [25, с. 476], правда, специально не определяя ее состава.

Среди зарубежных источников, изданных на русском языке, следует отметить учебник «История психологии» Р. Смита, в котором Г. И. Челпанов упоминается как основатель «первого официального психологического института» [31, с. 323]. Британский историк науки выделяет двух психологов – К. Н. Корнилова и П. П. Блонского, «ставших влиятельными после революции», которые «учились у Челпанова или работали с ним» [30, с. 323].

Таким образом, в основных систематизированных работах по истории психологии Г. И. Челпанов изображается, прежде всего, как организатор психологической науки и образования в России. Вместе с тем о создании им «научной школы» пишет только Т. Д. Марцинковская. Представляя учеников и сотрудников Г. И. Челпанова, авторы избегают названия «научный коллектив». Для научных публикаций, посвященных научной деятельности основателя Психологического института, характерна та же картина. С той, правда, разницей, что в них чаще можно встретить утверждения о существовании научной школы Г. И. Челпанова (см., напр., [8]). В целом, в историографии отечественной психологии Г. И. Челпанов описывается как организатор научной работы, но группа ученых, работавших под его руководством, в качестве коллектива не рассматривается. С целью преодоления этого противоречия проведено данное исследование.

Методологические основы исследования

Предметом исследования выступили такие характеристики научных коллективов Г. И. Челпанова, как состав, особенности организационного оформления, руководства и совместной деятельности. Методологическую основу исследования составили принцип единства коллективного и индивидуального творчества в развитии науки, принцип периодизации и преемственности в развитии психологического знания, принцип перспективной ориентированности историко-психологического познания, принципы детерминизма и системности в организации историко-психологического исследования, обоснованные В. А. Кольцовой; теория коллектива А. В. Петровского; концепции, предложенные в рамках социальной психологии научного коллектива М. Г. Ярошевским, А. А. Чечулиным и др.; уровневая субъектная концепция социально-психологической детерминации развития коллективного субъекта научной деятельности О. А. Артемьевой.

Использовались методы биографического и библиографического анализа, а также метод анализа историографических источников. Материалом исследования выступили следующие типы источников:

1) письменные документы личного характера (воспоминания учеников и коллег Г. И. Челпанова) [5; 13; 20; 23; 41];

2) материалы, характеризующие служебную деятельность ученых и научных сообществ (архивные документы и отчеты о деятельности психологических семинариев в гг. Киеве и Москве; воспоминания Г. И. Челпанова и его учеников о задачах, создании и работе Психологического института; сборник статей, подготовленный участниками семинариев Г. И. Челпанова в гг. Киеве и Москве, посвященных их руководителю) [1; 11; 28, 29; 34, 35; 36; 37];

3) историко-психологические работы, посвященные жизни и научной деятельности Г. И. Челпанова (монографии и научные статьи, биографические статьи в словарях и книгах) [7; 8; 9; 14; 15; 18; 26; 31; 42].

Использование различных типов письменных источников позволило повысить достоверность и объективность полученных результатов. Поскольку цели отразить все материалы, посвященные научному коллективу Г. И. Челпанова, не ставилось, основной список источников сформирован по принципу достаточности. В количественном отношении в списке репрезентативнопредставлены источники разного типа (научные статьи/монографии, письменные документы личного характера) и относящиеся к разным временным эпохам (советские/современные).

Определение состава научного коллектива проводилось на основе анализа историко-психологических работ; уточнение статуса ученика или сотрудника – на основе анализа письменных документов личного характера и материалов, характеризующих служебную деятельность ученых и научных сообществ. Такая процедура позволила обеспечить репрезентативность выборочного массива историко-психологических источников, а также достоверность результатов и выводов эмпирического исследования.

Научный коллектив рассматривался как «организационно оформленное объединение ученых в связи с выполнением ими социально-значимой деятельности, определяющей характер их межличностных отношений» [2, с.79], «сплоченных содержанием исследовательской программы» [4, с. 90]. Соответственно для присвоения статуса сотрудника научного коллектива в качестве основных критериев рассматривалось наличие общей:

1) научно-образовательной базы, представляющей возможность выполнения совместной социально-значимой деятельности и непосредственного взаимодействия членов научного коллектива;

2) научно-исследовательской тематики, отражающей единую исследовательскую программу научного коллектива.

В качестве дополнительных критериев рассматривалось наличие свидетельств:

1) самоидентификации ученым себя как члена конкретного научно-исследовательского коллектива;

2) причисление ученого к сотрудникам научно-исследовательского коллектива современниками;

3) причисление ученого к сотрудникам научно-исследовательского коллектива историками психологии.

Присвоение статуса «сотрудник» проводилось в том случае, если данные об участнике научного объединения отвечали двум основным критериям и хотя бы двум из трех дополнительных.

Анализ результатов

Анализ источников позволил выделить три научных коллектива, работавших под руководством Г. И. Челпанова. Первой научно-образовательной базой, объединившей его единомышленников, стала Психологическая семинария, организованная при кафедре философии в Киевском университете св. Владимира (1897–1907). По мнению, С. А. Богданчикова, с момента учреждения семинарии в декабре 1897 г. «можно говорить о возникновении научной школы Г. И. Челпанова и реализации ею научно-образовательной функции» [8, с. 38].

Прообразом Психологической семинарии послужили практические занятия по философии, которые Г. И. Челпанов проводил в Киевском университете с 1894 г. Целью этих занятий было систематическое изучение отдельных разделов философии. В начале учебного года определялась тема и составлялся список произведений, необходимых для изучения данной темы. Практические занятия проходили в форме заседаний, на которых студенты выступали с сообщениями. Доклады были представлены такими студентами, как Г. И. Абель, Х. А. Аркин, В. Г. Камбуров, В. Н. Крохмал, И. А. Морачевский, М. Б. Ратнер, Н. Т. Улезко.

В следующем, 1896–1897 уч.г. Г. И. Челпанов организует «психологический кружок», членами которого могли стать только те студенты, которые представляли сочинение на одну из разбираемых на заседаниях тем. Число членов клуба было ограниченным, всего 30 человек. Только эти студенты могли участвовать в заседаниях и выступать с сообщениями. Кроме того, новая форма организации была оснащена «материальными ресурсами» в виде библиотеки, которая была приобретена на пожертвования членов кружка. Среди выступающих в течение 1896-1897 уч. г. отмечаются М. В. Бернацкий, Л. В. Витковский, Я. А. Гальперин, Л. О. Кордыш, И. А. Морачевский, Ш. С. Читадзе, В. С. Шпитальников.

Осенью 1897 г. «психологический кружок» приобретает официальную форму, «получается разрешение от г. Министра Народного Просвещения на открытие Психологической Семинарии при кафедре философии» [35, с. 2]. Для зачисления студенту необходимо было проявить знание тех разделов философии (психологии, теории познания или этики), которые будут изучаться в учебном году, написать небольшое сочинение на одну их указанных тем и владеть немецким языком. В период 1898–1907 гг. среди выступающих на ее заседаниях: О. Н. Берков, П. П. Блонский, Ф. М. Булашевич, Н. И. Бронштейн, А. Э. Вайнштейн, Ф. Л. Векслер, С. А. Гамбаров, Т. Б. Гейликман, А. М. Гневушев, А. Г. Гольдман, Н. С. Долинский, В. Н. Евстафьев, М. Д. Елиу, К. Ф. Жаков, П. Э. Жуковский, Л. Л. Зайцев, В. В. Зеньковский, И. С. Книжник, И. М. Кронштейн, Л. З. Кунцевич, М. П. Кухарчук, Г. А. Максимович, Г. Ц. Марцинчик, С. И. Маслов, И. М. Маховер, К. П. Мезько, Модилевский, С. Л. Неверов, Н. В. Оглоблин, Покасовский, В. Л. Покотило, Л. Л. Попов, А. Е. Преображенский, Г. М. Прессман, Л. П. Салагов, А. Б. Селиханович, Н. Н. Симич, Е. Е. Слуцкий, И. М. Соловейчик, М. И. Тростянский, Н. Г. Холодный, Г. Т. Чирков, И. В. Шаровольский, А. К. Шиманский, Г. Г. Шпет, А. М. Щербина, Л. М. Фельдманн, Я. А. Френкель, М. И. Юдин, Г. Д. Ясинский.

Темы для изучения объявлялись заранее, в феврале или марте. Как писал в отчете сам Г.И. Челпанов: «философские дисциплины, изучаемые в Семинарии, распределяются по годам так, что они образуют определенный цикл, чтобы студенты, члены Семинарии, имели возможность в течение трех лет ознакомиться при помощи самостоятельной работы с главными философскими дисциплинами: психологией теорией познания и этикой» [35, с. 11].

Заседания Психологической семинарии пользовались успехом у студентов. Так, несмотря на ограничение мест 25 членами, в 1900–1901 уч.г. среди членов семинарии числилось 34 человека. В связи с этим, с 1901–1902 уч.г. было принято решение расширить квоту до 30 человек.

Для «обеспечения должного уровня научной подготовки студентов Семинарии Г. И. Челпановым был разработан цикл методических пособий из 7 наименований, включающих в себя справочно-библиографические и научно-аналитические учебные издания» [18, с. 68]. В частности, «Указатель литературы по вопросу о материализме» и «Обзор новейшей литературы по психологии».

Итоги исследовательской работы под руководством Г. И. Челпанова издавались в «Трудах Психологической Семинарии при Университете св. Владимира: Философские исследования, обозрения и проч.» (1904–1908).

Второй научно-образовательной базой был Психологический семинарий при Императорском Московском университете (1907–1912). Материальное обеспечение этого объединения в несколько раз превосходило предыдущее. «Для Семинария было отведено помещение в три комнаты довольно большого размера. На отпущенные средства были приобретены книги и журналы для библиотеки Семинария, приборы и приспособления для исследований по экспериментальной психологии и равным образом для демонстрации при чтении курса психологии. Впоследствии <…> Семинарий получил еще служителя, который, будучи специалистом-электротехником, исполнял также роль механика» были «приборы и приспособления для исследований по экспериментальной психологии и равным образом для демонстрации при чтении курса психологии» [21, с. 43].

В члены принимались студенты, знавшие немецкий язык, знакомые с пропедевтическим курсом психологии и логики, а также трудами Г. И. Челпанова «Мозг и душа» и «Введение в философию» (Отдел II). Кроме того, будущий член семинарии должен был написать небольшое сочинение на одну из предложенных тем [37].

Среди участников заседаний в отчете за 1907–1912 гг., в том числе только по фамилии, указываются: Алавердов, Б. Н. Бабынин, М. Балабанов, Ф. Ф. Бережков, Битовт, Е. И. Боричевский, Бушуев, Васильев, Виноградов, И.С. Веревкин, Ветчинкин, Викторов, В. А. Вишневский, В. А. Гиляревский, Григоров, Б.А. Грифцов, Голубкин, Г. О. Гордон, Гордеев, И. И. Громека, П. К. Дале, Данелиа, Н. В. Злотникова, Зызин, Иваницкий, Изосимов, А. А. Каэлас, Кейль, Колосов, М. П. Кононова, К. Н. Корнилов, А. А. Кукс, В. Р. Кунце, П. Н. Леин, Ляшкевич, Майгур, Мансуров, И. К. Марков, В. И. Маштаков, К. П. Мезько, К.С. Милашевич, Никифоров, А. И. Огнев, А. Е. Петрова, Победоносцев, Покровский, Протоклитов, В. В. Разевиг, П. А. Рудик, Н. А. Рыбников, И. И. Савостьянов, Самарин, Саушкин, Синайский, Синичкин, Б. Н. Северный, В. Е. Смирнов, М. В. Соколов, Столяров, П. А. Сычев, С. Е. Трубецкой, Трухачев, В. В. Туча, А. Г. Цирес, Шепрок, Шварц, М. В. Шик, В. С. Шилкарский, В. А. Штокмар, И. С. Щукин, Н. П. Ферстер, А. Э. Фриденберг, К. Е. Фридрих, В. М. Экземплярский [37]. Кроме того среди студентов были вольнослушательницы Н. П. Ферстер, А. Е. Петрова, Н. В. Злотникова и др.

При семинарии была лаборатория, в которой с 1907 г. велись практические занятия по экспериментальной психологии. Занятия состояли в общем ознакомлении с приборами, техникой эксперимента и т.д. Изучение шло в соответствии с программой, которую разработал Г. И. Челпанов. В лаборатории работали не все участники семинария. Н. А. Рыбников в автобиографии замечает, что плеяду «челпановских учеников-экспериментаторов» следует начинать с него и К. Н. Корнилова, добавляя, что «Г. И. Челпанов из Киева привез двух своих учеников – П. П. Блонского и Мезько. Но Блонский не стал экспериментатором, а Мезько куда-то пропал, о нем потом ничего не приходилось слышать. Затем в лаборатории стали работать А. А. Каэлас, В. Е. Смирнов, И. П. Тутышкин, Балабанов, К. Е. Фридрих, Гордеев, В. М. Экземплярский и Б. Н. Северный» [20, с.12].

В 1909–1910 уч.г. занятия Психологического семинария были разделены на три потока: 1) семинарий по этике; 2) просеминарий по экспериментальной психологии; 3) лабораторные занятия по экспериментальной психологии. Занятиями по экспериментальной психологии руководили студенты, ознакомившиеся с постановкой и техникой опытов на практических занятиях в 1908–1909 уч.г.: А. А. Каэлас, К. Н. Корнилов, Н. А. Рыбников, В. Е. Смирнов, Н. П. Ферстер, В. М. Экземплярский [37].

В 1910–1911 уч.г. семинарий по этике был заменен семинарием по теоретической психологии. Было введено новое правило отбора в члены Психологического семинария: поступить могли только участники просеминария по экспериментальной психологии, сдавшие коллоквиум по логике (основному курсу). В 1911–1912 уч.г. занятия разделились на четыре потока: 1) семинарий по теоретической психологии; 2) семинарий по экспериментальной психологии; 3) просеминарий по экспериментальной психологии; 4) лабораторные занятия по экспериментальной психологии. Лабораторные занятия по экспериментальной психологии заключались в самостоятельной разработке выбранных тем. Среди студентов отмечаются: Абаев, Алавердов, Дубин, А. А. Каэлас, К. Н. Корнилов, Н. А. Рыбников, В. Е. Смирнов, Б. Н. Северный, Шарманов, Н. П. Ферстер, В. М. Экземплярский [37].

Студенты представляли свои статьи на конкурсы, проводимые Московским университетом. Так, в 1910 г. «премии Володи Павлова» удостоены В. М. Экземплярский с сочинением «Исследование типов представлений», К. Н. Корнилов с работой «Исследование типов реакции», Н. А. Рыбников с сочинением «Об узнавании» [37, с.313]

Результаты научно-исследовательской работы участников семинариев в гг. Киеве и Москве публиковалисьв научных журналах. В качестве примеров можно привести работы А. М. Щербины «Учение Канта о вещи в себе», Г. Г. Шпета «Память в экспериментальной психологии», П. П. Блонский «Проблема реальности у Беркли», изданные типографией университета св. Владимира в 1904–1907 г. Еще одной формой научной публикации были рецензии на работы отечественных и зарубежных исследователей, издаваемые журналами «Критическое обозрение» и «Вопросы философии и психологии»». Так, например, Г. Г Шпетом была подготовлена рецензия на книгу Г. И. Челпанова «Мозг и душа» (1903), П. П. Блонским – на книгу В. С. Серебреникова «Лейбниц и его учение о душе человека» (1909) и многие другие.

Важным свидетельством преемственности и коллективного характера деятельности членов семинариев в гг. Киеве и Москве является изданный в 1916 г. сборник статей по философии и психологии «Георгию Ивановичу Челпанову от участников его семинариев в Киеве и Москве». «В знак признательности учеников к учителю» [11, с. 2] его подготовили: Ф. Ф. Бережков, П. П. Блонский, П. К. Дале, И. Н. Дьяков, А. А. Каэлас, К. Н. Корнилов, А. Ф. Лосев, И. К. Марков, П. С. Попов, Н. А. Рыбников, Л. П. Салагов, Б. Н. Северный, В. Е. Смирнов, Н. П. Ферстер, А. Г. Цирес, Г. Г. Шпет, А. М. Щербина, В. М. Экземплярский. Такое посвящение отражает самоидентификацию исследователей не только как учеников, но и исследователей, работавших под руководством Г. И. Челпанова.

Третья научно-образовательная база – Психологический институт им. Л. Г. Щукиной (1912–1923) при Московском университете. Согласно «Временным правилам», утвержденным Министерством народного просвещения в 1912 г., он являлся «учено-учебным учреждением университета, имеющим целью научную разработку психологии и распространение знаний в этой области» [38, с. 278]. Для создания института Г. И. Челпанов ознакомился с устройством психологических институтов в Германии и США. А сам институт стал «первым в мире выстроенным именно как психологическое научно-исследовательское и учебное учреждение» и «одним из лучших по оснащенности оборудованием и по количеству применявшихся исследовательских технологий» [31, с. 72].

Занятия в Психологическом институте, также как и в Психологическом семинарии, были разделены на потоки: 1) семинарий по теоретической психологии; 2) семинарий по экспериментальной психологии; 3) просеминарий по экспериментальной психологии; 4) лабораторные занятия по экспериментальной психологии. В отчете института за 1912–1913 гг. среди выступавших на заседаниях семинариев по теоретической и экспериментальной психологии, нередко только по фамилии, отмечаются: Аристов, Ф. Ф. Бережков, В. А. Гиляревский, Голубкин, П. К. Дале, Н. Ф. Добрынин, И. Н. Дьяков, Иваницкий, Изосимов, Кейль, К. Н. Корнилов, Локс, А. Ф. Лосев, И. К. Марков, Милицин, Г. В. Мурашов, Д. Н. Никифоров, Н. В. Петровский, П. С. Попов, Протоклитов, П. А. Рудик, В. Е. Смирнов, Столяров, П. А. Сычев, Трухачев, С. В. Шенрок. Среди студентов, самостоятельно разрабатывавших темы в рамках лабораторных занятий по экспериментальной психологии, называются: Алавердов, И. С. Веревкин, Ветчинкин, В. А. Гиляревский, Н. Ф. Добрынин, Зызин, А. А. Каэлас, М. И. Кононова, К. Н. Корнилов, А. А. Кукс, И. К. Марков, Г. В. Мурашов, Д. Н. Никифоров, Н. В. Петровский, П. А. Рудик, Н. А. Рыбников, Б. Н. Северный, В. Е. Смирнов, П. А. Сычев, Н. П. Ферстер, К. Г. Шарманов, В. М. Экземплярский [37].

В 1914–1915 гг. в экспериментальном семинарии проводились исследования по 28 темам [28], в разработке которых, в том числе в качестве испытуемых, участвовали 52 студента и сотрудника. Среди наиболее активных и позднее ставших известными исследователей: П. П. Блонский, Б. М. Волкович, Л. Р. Дунаевский, П. И. Иваницкий, А. А. Каэлас, М. П. Кононова, А. Ф. Лосев, Н. В. Макеев, Г. В. Мурашев, П. С. Попов, Н. А. Рыбников, Б. Н. Северный, А. А. Смирнов, В. Е. Смирнов, С. В. Кравков, К. И. Уссит, Н. П. Ферстер, Г. А. Фортунатов, П. А. Шеварев, В. М. Экземплярский.

В целом, к «самой первой плеяде российских экспериментальных психологов» О. Е. Серова и Е. П. Гусева относят челпановских студентов М. Балабанова, С. Н. Беляеву-Экземплярскую, Н. Гордеева, Н. И. Жинкина, В. П. Зубова, А. А. Каэласа, К. Н. Корнилова, С.В. Кравкова, А. Ф. Лосева, Н. А. Рыбникова, Б. Н. Северного, А. А. Смирнова, В. Е. Смирнова, Б. М. Теплова, И. П. Тутышкина, Н. П. Ферстер, К. Фридрих, П. А. Шеварева, Б. В. Холчева и В. М. Экземплярского [28, с. 66].

Открытие Психологического института и расширение коллектива сотрудников Г. И. Челпанова имело не только положительные последствия. Согласно Н. А. Рыбникову, в худшую сторону изменились межличностные отношения: «переход в новое помещение, привлечение новых многолюдных кадров, выдвижение Г. И. Челпановым своих правоверных учеников (Б. Н. Северного и В. М. Экземплярского) – все это повело к потере той близости и исключительности, которые имели место в старой маленькой лаборатории» [20, с. 13].

Изменилась и тематика научных исследований. В первые годы деятельности института, по воспоминаниям Н. А. Рыбникова, экспериментальные работы были посвящены проблемам общей психологии (памяти, представлениям, эмоциям, реакциям и т.д.). Их результаты «были опубликованы в первых трудах института. Эти работы продолжали традиции школы Вундта, стояли на позициях эмпирической психологии» [29, с. 9]. Совершенно не рассматривались вопросы детской и педагогической психологии, «руководство сознательно отводило эти темы. Больше того, оно возражало против такой увязки лабораторной работы с запросами педагогики. Когда некоторые из членов института сделали попытку такой увязки, это вызвало противодействие со стороны руководства» [29, с. 9]. В качестве примера Н. А. Рыбников представляет «резко отрицательную» рецензию Г. И. Челпанова на его работы «Деревенский школьник» и «Идеалы гимназисток» [29].

Такое положение, по словам Н. А. Рыбникова, вынуждало сотрудников лаборатории, чьи исследовательские интересы в институте уже не удовлетворялись, создавать отдельные научные объединения для развития собственных идей: «так постепенно отпочковывались лаборатории при Московском учительском доме (Н. А. Рыбников), при Московском педагогическом собрании (А. А. Каэлас), при Московском отделе народного образования (Е. В. Гурьянов), при Институте дошкольного воспитания (К. Н. Корнилов) и др. Впоследствии такие ячейки создавались не только в Москве, но и на периферии, где в качестве руководителей работы выступали лица, получившие подготовку в Психологическом институте» [29, с. 9]. Эти комментарии Н. А. Рыбникова свидетельствуют о проведении членами научных объединений Г. И. Челпанова самостоятельных исследователей. Накопленные под руководством Г. И. Челпанова знания и опыт позволяли его ученикам создавать собственные научные коллективы. С другой стороны, приведенные слова свидетельствуют о реализации в коллективах Г. И. Челпанова определенной исследовательской программы, отклонение от которой порицалось руководителем.

Важным показателем продуктивности коллективной деятельности под руководством Г. И. Челпанова является упомянутое Н. А. Рыбниковым издание «Трудов Психологического института имени Л. Г. Щукиной при Императорском Московском университете. Психологические исследования» в 1914 г. Другим достижением коллективной работы сотрудников института стало издание в 1917–1918 гг. журнала «Психологическое обозрение» под редакцией Г. И. Челпанова и Г. Г. Шпета. С. А. Богданчиков полагает, что это издание было «самым ценным свидетельством, подтверждающим функционирование школы Г. И. Челпанова как исследовательского коллектива» [8, с. 42].

В эти же годы Г. Г. Шпет начал издавать собственный философский ежегодник «Мысль и слово». В нем также активно публиковались самостоятельные исследования и рецензии, подготовленные учениками Г. И. Челпанова.

В 1921 г. началась реорганизация Психологического института; он был присоединен к факультету общественных наук, который в 1921 и 1924 гг. закончили представители следующего поколения сотрудников института – А. Р. Лурия и А. Н. Леонтьев соответственно. В институте было четыре секции: экспериментальной, прикладной, физиологической психологии, а также общей психологии и истории психологии. Хотя на протяжении нескольких послереволюционных лет Г. И. Челпанову удавалось сохранять собственные позиции и оберегать институт от фатальных преобразований, в 1923 г. на волне идеологической критики и борьбы за внедрение марксистских идей в психологию он был уволен. Институт возглавил К. Н. Корнилов.

Более последовательные ученики Г. И. Челпанова, среди которых С. В. Кравков, П. А. Рудик, Б. Н. Северный, П. А. Шеварев, В. М. Экземплярский и др., были вынуждены покинуть институт [28]. Благодаря за поддержку и выражение сочувствия в связи с увольнением в «черновом автографе ответного слова» [14] смещенный руководитель выражал беспокойство по поводу будущей научной жизни своих учеников и в то же время призывал: «Покидая Институт, мы лишаемся возможности вести коллективную работу и вместе с этим, конечно, утрачиваем те высокие импульсы, которые с ней связаны, но мы не будем предаваться унынию. Отдадимся временно индивидуальной работе» [39]. В этих словах можно видеть значение, которое Г. И. Челпанов придавал коллективной научной работе.

При этом в реализации собственной исследовательской программы разработки эмпирической психологии Г. И. Челпанов не зависел от учеников. Его основными задачами было построение «общей психологии», создание организационной базы научных исследований и воспитание плеяды ученых, способных к разработке психологической науки в России. Создавая и обустраивая институт, Г. И. Челпанов стремился к «удержанию внутреннего единства психологии как науки», при котором «общая психология и ее основные принципы будут иметь руководящее значение для всех возможных видов психологического исследования: для психологии детского возраста, для зоопсихологии и др.» [34, с.10]. Такими словами еще в Речи на открытие института в 1914 г. он высказывал идеи, которые в 1926–1927 гг. повторит Л. С. Выготский в своей известной методологической работе «Исторический смысл психологического кризиса».

Ученики и современники отмечают, что для Г. И. Челпанова была характерна определенная лояльность к иным точкам зрения, отличным от его собственной. Возможно, это было связано с тем, что Г. И. Челпанов не оформил своих идей в единой концепции психического. По воспоминаниям П. П. Блонского, «будучи сам без ярко выраженных собственных взглядов, он не нажимал на своих учеников, чтобы они непременно имели такие-то определенные взгляды» [6, с. 65]. Можно предположить, что Г. И. Челпанов стремился скорее вооружить студентов арсеналом существующих методов и концепций, чем задать конкретный вектор их научного поиска.

Такова была общая установка Г. И. Челпанова: «изложить рассматриваемую проблему с различных точек зрения, не акцентируя внимания на собственной позиции» [7, с. 123]. Именно эта установка позволяла ученикам Г. И. Челпанова развивать собственные взгляды, автономность и независимость в проведении исследований. П. П. Блонский также писал: «Больше того: я считаю счастьем для себя, что учился именно у него, популяризатора, педагога, а не философа. Именно благодаря этому я получил редкую в тех условиях возможность идти своим собственным путем» [6, с. 65].

В целом, по результатам проведенного анализа сформирован следующий список сотрудников Г. И. Челпанова: С. Н. Беляева-Экземплярская, Ф. Ф. Бережков, П. П. Блонский, Г. О. Гордон, Н. Ф. Добрынин, Н.И. Жинкин, В. В. Зеньковский, А. А. Каэлас, К. Н. Корнилов, С. В. Кравков, Н. Н. Ладыгина-Котс, А. Ф. Лосев, Н. В. Петровский, П. А. Рудик, Н. А. Рыбников, Б. Н. Северный, А. А. Смирнов, В. Е. Смирнов, Б. М. Теплов, И. П. Тутышкин, Н. П. Ферстер, К. Е. Фридрих, Б. В. Холчев, П. А. Шеварев, Г. Г. Шпет, А. М. Щербина, В. М. Экземплярский.

В список вошли как психологи, так и философы. Названные ученики Г. И. Челпанова разрабатывали темы в рамках работы семинариев или лабораторных занятий, выступали с докладами по утвержденному им плану и тематике; проводили научные исследования на созданных Г. И. Челпановым научно-образовательных базах; готовили и издавали публикации по результатам проведенной работы, в том числе с успехом представляя их на конкурсы университетов.

Ряд бывших учеников продолжили свою работу в Московском университете в качестве преподавателей. Многие в дальнейшем предложили собственные научные концепции. Активно занимались организационной деятельностью в разных областях науки и образования. Например, К. Н. Корнилов создал концепцию реактологии, возглавлял Психологический институт в 1923–1931 гг. П. П. Блонский разработал генетическую теорию памяти, признается одним из основоположников отечественной педологии, написал первый учебник по педологии в России; был одним из организаторов Академии социального воспитания в г. Москве, ее первым преподавателем и профессором в 1919–1931 гг. Н. А. Рыбников разработал биографический метод в психологии, организовал кабинет истории психологии при Психологическом институте, был директором института в первые годы Великой Отечественной войны.

В своей работе бывшие студенты в значительной степени следовали исследовательской линии, избранной под руководством Г. И. Челпанова в годы обучения. Как пишут об этом О. Е. Серова и Е. П. Гусева, «научные разработки многих тем, выдвинутых в первые годы существования Института в 1913–1914 гг., нашли свое продолжение (как например, изучение проблемы психологии памяти в научном творчестве А. А. Смирнова, Н. А. Рыбникова, В. М. Экземплярского) и позднее оформились в большие исследования, на основе результатов которых были написаны известные монографии: К. Н. Корниловым – о реакциях человека, Н. Ф. Добрыниным – по проблемам изучения внимания, С. В. Кравковым – ощущения и зрительного восприятия» [28, с. 74].

Заключение

Полученные результаты демонстрируют возможности приложения отечественных концепций коллектива и научного коллектива к характеристике становления советской психологии. Выделены три научно-образовательных базы оформления научных коллективов под руководством Г. И. Челпанова: Психологическая семинария при кафедре философии Императорского Университета св. Владимира в г. Киеве (1897–1907), Психологический семинарий при Императорском Московском университете (1907–1912) и Психологический институт им. Л. Г. Щукиной (1912–1923). В первый научно-исследовательский коллектив Г. И. Челпанова, согласно проанализированным на основе выделенных критериев источникам, входили: П. П. Блонский, В. В. Зеньковский, Г. Г. Шпет и А. М. Щербина. Во второй – Ф. Ф. Бережков, П. П. Блонский, Г. О. Гордон, А. Ф. Лосев, А. А. Каэлас, К. Н. Корнилов, П. А. Рудик, Н. А. Рыбников, Б. Н. Северный, В. Е. Смирнов, И. П. Тутышкин, Н. П. Ферстер, К. Е. Фридрих, Г. Г. Шпет, В. М. Экземплярский. В третий – С. Н. Беляева-Экземплярская, Ф. Ф. Бережков, П. П. Блонский, Н.Ф. Добрынин, Н. И. Жинкин, А. А. Каэлас, К. Н. Корнилов, С. В. Кравков, Н. Н. Ладыгина-Котс, А. Ф. Лосев, Н. В. Петровский, П. А. Рудик, Н. А. Рыбников, Б. Н. Северный, А. А. Смирнов, В. Е. Смирнов, Б. М. Теплов, Н. П. Ферстер, К. Е. Фридрих, Б. В. Холчев, П. А. Шеварев, Г. Г. Шпет, В. М. Экземплярский.

Наличие общих баз для совместного обучения и организации научных исследований под руководством Г. И. Челпанова позволяло его сотрудникам выполнять совместную деятельность, общаться и взаимодействовать друг с другом по поводу выполняемой деятельности, строить межличностные отношения – как непосредственные, так и опосредованные содержанием научной деятельности. Обнаружены свидетельства самоидентификации участников семинариев Г. И. Челпанова как членов единого научно-образовательного объединения. Вместе с тем по результатам анализа источников можно предположить, что увеличение числа сотрудников коллектива Психологического семинария в г. Москве ослабило межличностные связи сотрудников друг с другом и с руководителем, сплоченность и удовлетворенность членством в группе, а также возможности реализации творческого потенциала членов коллектива. Данные показатели коллективной деятельности, очевидно, еще более снизились в условиях послереволюционной реформы системы образования и науки.

Для состава и тематики научно-исследовательской деятельности членов объединений, созданных на трех базах университетов в гг. Киеве и Москве, характерна преемственность. В частности, участники Психологической семинарии при Киевском университете П. П. Блонский, Г. Г. Шпет и А. М. Щербина, как и Г. И. Челпанов, переехали в г. Москву в 1905–1907 гг.; стали преподавателями философии и психологии в Московском университете, продолжили совместную работу под руководством ученого; спустя годы, в 1916 г. участвовали в подготовке сборника к его юбилею. Тем более участники московского семинария Г. О. Гордон, К. Н. Корнилов, П. А. Рудик, Н. А. Рыбников, Б. Н. Северный, В. М. Экземплярский и др. продолжили исследовательскую деятельность в стенах открывшегося в 1912 г. Психологического института.

Основная тематика докладов и исследований, проводившихся сотрудниками под его руководством, согласно разработанному Г. И. Челпановым плану, охватывала разные области общей психологии: психофизическую проблему, теорию познания, психические процессы, эмпирические методы исследования психического и др. Важной характеристикой коллективов, собравшихся вокруг Г. И. Челпанова, был общественно-значимый характер деятельности по решению задач подготовки квалифицированных философов и психологов и, позднее, разработке общих теоретико-методологических основ эмпирического исследования психики.

Собранные данные также позволяют говорить о наличии у научно-образовательных объединений под руководством Г. И. Челпанова такого признака научного коллектива, как возможность развития творческих способностей членов и их реализации в научной деятельности [40]. Такая возможность обеспечивалась за счет реализации руководителем индивидуального подхода в работе с сотрудниками. Г. И. Челпанов распределял тематику работ согласно задаткам и интересам студентов. Благодаря этому русская и советская философия и психология обогатились именами таких различных, самобытных мыслителей и ученых, как Г. Г. Шпет, Н. Н. Ладыгина-Котс, П. П. Блонский, Н. И. Жинкин, С. В. Кравков, П. А. Рудик, Б. М. Теплов и многие другие.

Представленные результаты опираются и согласуются с позициями современных исследователей научного творчества и наследия Г. И. Челпанова – А. Н. Ждан, О. Е. Серовой и Е. П. Гусевой, С. А. Богданчикова, М. С. Гусельцевой и др. Получены данные, свидетельствующие в пользу современного представления о научно-образовательном характере научной школы Г. И. Челпанова. Выявлено, что в научных коллективах под руководством Г. И. Челпанова велась подготовка самостоятельных исследователей, которые в большей степени были ориентированы на генерацию собственных идей, а не развитие идей научного руководителя. Г. И. Челпанов поощрял автономность и независимость в проведении научно-исследовательской работы членами своего коллектива. В результате, многие из них стали самобытными психологами и философами, создали собственные научные коллективы, определили основные достижения советской психологии первой половины ХХ века и не только.

Новизна представленного подхода состоит во внимании к содержательной стороне работ по организации деятельности научно-исследовательских коллективов и научного руководства Г. И. Челпанова. Данные исследования свидетельствуют о том, что Г. И. Челпанов не только организовал первый научный психологический институт, но и обеспечил получение психологического образования ведущими представителями советской психологии 1920–1960-х гг. Его студенты владели передовыми психологическими теориями и методами экспериментального и эмпирического исследования.

Институционализация советской психологии в значительной степени проходила с опорой на достижения созданных им коллективов. Опыт, накопленный Г. И. Челпановым при организации коллективной работы Психологической семинарии в Киевском университете, был эффективно использован для создания и сплочения коллектива студентов Московского университета, ставших сотрудниками Психологического института. Благодаря Г. И. Челпанову первый психологический институт получил не только помещения, оборудование и квалифицированных сотрудников, но и исследовательскую программу. Заявленная им в 1912 г. задача построения общей психологии определялась в качестве основной в работе Л. С. Выготского 1927 г., направляла усилия А. Н. Леонтьева и С. Л. Рубинштейна в 1930-х и 1940-х гг. Выдающееся решение этой задачи дано последним в отмеченной Сталинской премией работе «Основы общей психологии» (1940).

Проведенное исследование вносит вклад в своеобразную реабилитацию Г. И. Челпанова. Представленные результаты позволяют высветить его личность как ведущего отечественного ученого, мыслителя и экспериментатора, а не только успешного педагога, управленца или «менеджера». Г. И. Челпанов был вынесен историей отечественной гуманитарной мысли в число первых организаторов психологической науки и образования в России, осознающих значение коллективной работы на этапе становления психологии как большой науки в первой половине ХХ века.

Библиография
1.
Альманах Научного архива Психологического института: Юбилейный выпуск к 150-летию со дня рождения Георгия Ивановича Челпанова. Вып. 5 / Сост. и отв. ред. О. Е. Серова, Е. П. Гусева. М.: ПИ РАО, МГППУ, 2012. 326 c.
2.
Артемьева О. А. Ведущие научные коллективы в истории советской психологии: перспективы исследования // Наука как общественное благо: сборник научных статей / Научн. ред. и сост. И. Т. Касавин, Л. В. Шипилова: В 7 т. Т. 2. [Электронный ресурс]. М.: «Русское общество истории и философии науки», 2020. С. 76–80.
3.
Артемьева О. А. Социально-психологическая детерминация отечественной психологии как становление и развитие коллективного субъекта научной деятельности в первой половине ХХ столетия: автореф. дис. … д-ра психол. н. Москва: Институт психологии РАН, 2013. 45 с.
4.
Артемьева О. А., Синёва О. В. В поисках научного коллектива Л. С. Выготского // Психология и Психотехника. 2020. № 4. С. 89–102. DOI: 10.7256/2454-0722.2020.4.34639
5.
Бердяев Н. А. Самопознание. М.-Берлин: Директ-Медиа, 2016. 451 с.
6.
Блонский П. П. Мои воспоминания. М.: Педагогика, 1971. 175 с.
7.
Богданчиков С. А. Открывая Г. И. Челпанова (Г. И. Челпанов и его школа в контексте истории российской психологии: исследования и материалы): научная монография. М.: Директ-Медиа, 2013. 428 с.
8.
Богданчиков С. А. Сквозь время: школа Г. И. Челпанова в ее развитии, основных чертах и историческом значении // Методология и история психологии. 2008. Т. 3. Вып. 2. С. 33–50.
9.
Большой психологический словарь / под ред. Б. Г. Мещерякова, В. П. Зинченко. М.: АСТ; СПб.: Прайм-Еврознак, 2009. 811 с.
10.
Выдающиеся ученые Института психологии РАН: Биографические очерки / Под ред. А. Л. Журавлева. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2020. 419 с.
11.
Георгию Ивановичу Челпанову от участников его семинариев в Киеве и Москве. 1891–1916: Статьи по философии и психологии. М.: т-во тип. А.И. Мамонтова, 1916. 425 с.
12.
Гладкова И. В. Г. И. Челпанов глазами современников: портрет на фоне эпохи: научная монография / сост. И. В. Гладкова. Екатеринбург: Уральский государственный горный университет, 2013. 207 с.
13.
Гордон Г. О. Из воспоминаний о Г. И. Челпанове // Вопросы психологии. 1995. № 1. С. 84–96.
14.
Гусева Е. П., Серова О. Е. К 150-летию со дня рождения Георгия Ивановича Челпанова // Теоретическая и экспериментальная психология. 2012. Т. 5. №1. С. 62–85.
15.
Гусельцева М. С. Г. И. Челпанов и его исследовательская программа: взгляд из современности // Психологический институт в современном научно-психологическом пространстве: Международные Челпановские чтения 2014: Московская научно-практическая конференция к 100-летию Торжественного открытия Психологического института им. Л. Г. Щукиной (1914–2014). М.: Алькор Паблишер, 2014. С. 82–86.
16.
Гусельцева М. С. Культурно-аналитический подход к изучению эволюции психологического знания: автореф. дис. … д-ра психол. н. М.: Психологический институт РАО, 2015. 22 с.
17.
Ждан А. Н. История психологии: от античности к современности: учеб. для студентов психол. специальностей вузов. М.: Акад. Проект ; Екатеринбург : Деловая книга, 2002. 526 с.
18.
Ждан А. Н. Профессор Московского университета Георгий Иванович Челпанов // Вестник Московского университета. Сер. 14. Психология. 2012. № 3. С. 4–17.
19.
Игнатенко М. С., Семикин В. В. К истории психологической науки и психологического образования в Герценовском университете // От истоков к современности : 130 лет организации психологического общества при Московском университете: сб. мат-лов / Отв. ред. Д. Б. Богоявленская. М.: Когито-Центр, 2015. С. 156–159.
20.
Из автобиографии Н. А. Рыбникова – одного из первых сотрудников психологического института // Вопросы психологии. 1994. № 1. С. 11–16.
21.
Из истории русской психологии // Вопросы психологии. 1992, №3. С. 43–50
22.
Кольцова В. А. Системный подход и разработка проблем истории Отечественной психологической науки // Психологический журнал. 2002. Т. № 2. С. 6–18.
23.
Котс А. Ф. Автобиография Н. Н. Ладыгиной-Котс // Сооснователи и сотрудники Государственного Дарвиновского музея: собр. соч. в 5 т. Т. 4. М.: Государственный Дарвиновский музей, 2016. С. 8–45.
24.
Логинова Н. А. Новые страницы истории Петербургской психологической школы // Вестник Российского фонда фундаментальных исследований. Гуманитарные и общественные науки. 2020. № 4(101). С. 101–112. DOI 10.22204/2587-8956-2020-101-04-101-112.
25.
Марцинковская Т. Д. История психологии: учеб. пособ. М.: Академия, 2004. 538 с.
26.
Марцинковская Т. Д., Ярошевский М. Г. Неизвестные страницы творчества Г. И. Челпанова // Вопросы психологии. 1999. № 3. С. 99–106.
27.
Московская психологическая школа: История и современность : в 4-х т. / Под общ. ред. В.В. Рубцова. М.: МГППУ; ПИ РАО, 2007.
28.
Психологический институт в Москве: российский центр психологической науки, культуры и образования. Документальная летопись к 100-летию со дня основания / Отв. ред. О. Е. Серова, Е. П. Гусева, В. И. Козлов. М.; СПб.: Нестор История, 2013. 280 с.
29.
Рыбников Н. А. Как создавался Психологический институт // Вопросы психологии. 1994. № 1. С. 5–11.
30.
Смит Р. История психологии: учеб. пособ. / пер. с англ.; науч. ред. И. Е. Сироткина. М.: Академия, 2008. 416 с.
31.
Степанов С. С. Век психологии: имена и судьбы. М.: ЭКСМО, 2002. 590 с.
32.
Челпанов Г. И. Введение в экспериментальную психологию. М. : типо-лит. т-ва И. Н. Кушнерев и К°, 1915. 294 с.
33.
Челпанов Г. И. Мозг и душа: критика материализма и очерк современных учений о душе. М.: URSS, 2007. 323 с
34.
Челпанов Г. И. О задачах Московского Психологического института // Теоретическая и экспериментальная психология. 2014. Т.7. № 2. С. 9–11.
35.
Челпанов Г. И. Отчет о деятельности Психологической Семинарии при Университете св. Владимира за 1897–1902 годы // Труды Психологической Семинарии при Университете св. Владимира. Философские исследования, обозрения и проч. 1904. Т. 1. Вып. 1. №. 2. С. 1–11.
36.
Челпанов Г. И. Отчет о деятельности Психологической Семинарии при Университете св. Владимира за 1902-1906 годы // Университетские Известия. 1907. № 3. С. 1–11.
37.
Челпанов Г. И. Отчет о деятельности Психологического Семинария // Ученые записки Имп. Моск. ун-та. Вып. 43. Труды Психологического института им. Л. Г. Щукиной. Психологические исследования. 1914. Т. 1. Вып. 1–2. С. 299–327.
38.
Челпанов Г. И. Психологический институт при Московском университете // Теоретическая и экспериментальная психология. 2014. № 3. С. 1–11.
39.
Челпанов Георгий Иванович. Отдел рукописей РГБ. Ф. 326. К. 37. Ед. хр. 60.
40.
Чечулин А. А. Микросреда в системе социальных связей и отношений ученого. Новосибирск: Наука, 1989. 238 с.
41.
Шпет Г. Г. Предисловие // История как проблема логики: Критические и методологические исследования. Изд. 3-е. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2011. 488 с.
42.
Энциклопедия Московского университета. Факультет психологии: Биографический словарь / Ред.-сост. А. Н. Ждан. М.: Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова, 2006. 228 с.
43.
Ярошевский М. Г. История психологии: от античности до середины ХХ века: учеб. пособ. для вузов. М.: Академия, 1997. 409 с.
References
1.
Al'manakh Nauchnogo arkhiva Psikhologicheskogo instituta: Yubileinyi vypusk k 150-letiyu so dnya rozhdeniya Georgiya Ivanovicha Chelpanova. Vyp. 5 / Sost. i otv. red. O. E. Serova, E. P. Guseva. M.: PI RAO, MGPPU, 2012. 326 c.
2.
Artem'eva O. A. Vedushchie nauchnye kollektivy v istorii sovetskoi psikhologii: perspektivy issledovaniya // Nauka kak obshchestvennoe blago: sbornik nauchnykh statei / Nauchn. red. i sost. I. T. Kasavin, L. V. Shipilova: V 7 t. T. 2. [Elektronnyi resurs]. M.: «Russkoe obshchestvo istorii i filosofii nauki», 2020. S. 76–80.
3.
Artem'eva O. A. Sotsial'no-psikhologicheskaya determinatsiya otechestvennoi psikhologii kak stanovlenie i razvitie kollektivnogo sub''ekta nauchnoi deyatel'nosti v pervoi polovine KhKh stoletiya: avtoref. dis. … d-ra psikhol. n. Moskva: Institut psikhologii RAN, 2013. 45 s.
4.
Artem'eva O. A., Sineva O. V. V poiskakh nauchnogo kollektiva L. S. Vygotskogo // Psikhologiya i Psikhotekhnika. 2020. № 4. S. 89–102. DOI: 10.7256/2454-0722.2020.4.34639
5.
Berdyaev N. A. Samopoznanie. M.-Berlin: Direkt-Media, 2016. 451 s.
6.
Blonskii P. P. Moi vospominaniya. M.: Pedagogika, 1971. 175 s.
7.
Bogdanchikov S. A. Otkryvaya G. I. Chelpanova (G. I. Chelpanov i ego shkola v kontekste istorii rossiiskoi psikhologii: issledovaniya i materialy): nauchnaya monografiya. M.: Direkt-Media, 2013. 428 s.
8.
Bogdanchikov S. A. Skvoz' vremya: shkola G. I. Chelpanova v ee razvitii, osnovnykh chertakh i istoricheskom znachenii // Metodologiya i istoriya psikhologii. 2008. T. 3. Vyp. 2. S. 33–50.
9.
Bol'shoi psikhologicheskii slovar' / pod red. B. G. Meshcheryakova, V. P. Zinchenko. M.: AST; SPb.: Praim-Evroznak, 2009. 811 s.
10.
Vydayushchiesya uchenye Instituta psikhologii RAN: Biograficheskie ocherki / Pod red. A. L. Zhuravleva. M.: Izd-vo «Institut psikhologii RAN», 2020. 419 s.
11.
Georgiyu Ivanovichu Chelpanovu ot uchastnikov ego seminariev v Kieve i Moskve. 1891–1916: Stat'i po filosofii i psikhologii. M.: t-vo tip. A.I. Mamontova, 1916. 425 s.
12.
Gladkova I. V. G. I. Chelpanov glazami sovremennikov: portret na fone epokhi: nauchnaya monografiya / sost. I. V. Gladkova. Ekaterinburg: Ural'skii gosudarstvennyi gornyi universitet, 2013. 207 s.
13.
Gordon G. O. Iz vospominanii o G. I. Chelpanove // Voprosy psikhologii. 1995. № 1. S. 84–96.
14.
Guseva E. P., Serova O. E. K 150-letiyu so dnya rozhdeniya Georgiya Ivanovicha Chelpanova // Teoreticheskaya i eksperimental'naya psikhologiya. 2012. T. 5. №1. S. 62–85.
15.
Gusel'tseva M. S. G. I. Chelpanov i ego issledovatel'skaya programma: vzglyad iz sovremennosti // Psikhologicheskii institut v sovremennom nauchno-psikhologicheskom prostranstve: Mezhdunarodnye Chelpanovskie chteniya 2014: Moskovskaya nauchno-prakticheskaya konferentsiya k 100-letiyu Torzhestvennogo otkrytiya Psikhologicheskogo instituta im. L. G. Shchukinoi (1914–2014). M.: Al'kor Pablisher, 2014. S. 82–86.
16.
Gusel'tseva M. S. Kul'turno-analiticheskii podkhod k izucheniyu evolyutsii psikhologicheskogo znaniya: avtoref. dis. … d-ra psikhol. n. M.: Psikhologicheskii institut RAO, 2015. 22 s.
17.
Zhdan A. N. Istoriya psikhologii: ot antichnosti k sovremennosti: ucheb. dlya studentov psikhol. spetsial'nostei vuzov. M.: Akad. Proekt ; Ekaterinburg : Delovaya kniga, 2002. 526 s.
18.
Zhdan A. N. Professor Moskovskogo universiteta Georgii Ivanovich Chelpanov // Vestnik Moskovskogo universiteta. Ser. 14. Psikhologiya. 2012. № 3. S. 4–17.
19.
Ignatenko M. S., Semikin V. V. K istorii psikhologicheskoi nauki i psikhologicheskogo obrazovaniya v Gertsenovskom universitete // Ot istokov k sovremennosti : 130 let organizatsii psikhologicheskogo obshchestva pri Moskovskom universitete: sb. mat-lov / Otv. red. D. B. Bogoyavlenskaya. M.: Kogito-Tsentr, 2015. S. 156–159.
20.
Iz avtobiografii N. A. Rybnikova – odnogo iz pervykh sotrudnikov psikhologicheskogo instituta // Voprosy psikhologii. 1994. № 1. S. 11–16.
21.
Iz istorii russkoi psikhologii // Voprosy psikhologii. 1992, №3. S. 43–50
22.
Kol'tsova V. A. Sistemnyi podkhod i razrabotka problem istorii Otechestvennoi psikhologicheskoi nauki // Psikhologicheskii zhurnal. 2002. T. № 2. S. 6–18.
23.
Kots A. F. Avtobiografiya N. N. Ladyginoi-Kots // Soosnovateli i sotrudniki Gosudarstvennogo Darvinovskogo muzeya: sobr. soch. v 5 t. T. 4. M.: Gosudarstvennyi Darvinovskii muzei, 2016. S. 8–45.
24.
Loginova N. A. Novye stranitsy istorii Peterburgskoi psikhologicheskoi shkoly // Vestnik Rossiiskogo fonda fundamental'nykh issledovanii. Gumanitarnye i obshchestvennye nauki. 2020. № 4(101). S. 101–112. DOI 10.22204/2587-8956-2020-101-04-101-112.
25.
Martsinkovskaya T. D. Istoriya psikhologii: ucheb. posob. M.: Akademiya, 2004. 538 s.
26.
Martsinkovskaya T. D., Yaroshevskii M. G. Neizvestnye stranitsy tvorchestva G. I. Chelpanova // Voprosy psikhologii. 1999. № 3. S. 99–106.
27.
Moskovskaya psikhologicheskaya shkola: Istoriya i sovremennost' : v 4-kh t. / Pod obshch. red. V.V. Rubtsova. M.: MGPPU; PI RAO, 2007.
28.
Psikhologicheskii institut v Moskve: rossiiskii tsentr psikhologicheskoi nauki, kul'tury i obrazovaniya. Dokumental'naya letopis' k 100-letiyu so dnya osnovaniya / Otv. red. O. E. Serova, E. P. Guseva, V. I. Kozlov. M.; SPb.: Nestor Istoriya, 2013. 280 s.
29.
Rybnikov N. A. Kak sozdavalsya Psikhologicheskii institut // Voprosy psikhologii. 1994. № 1. S. 5–11.
30.
Smit R. Istoriya psikhologii: ucheb. posob. / per. s angl.; nauch. red. I. E. Sirotkina. M.: Akademiya, 2008. 416 s.
31.
Stepanov S. S. Vek psikhologii: imena i sud'by. M.: EKSMO, 2002. 590 s.
32.
Chelpanov G. I. Vvedenie v eksperimental'nuyu psikhologiyu. M. : tipo-lit. t-va I. N. Kushnerev i K°, 1915. 294 s.
33.
Chelpanov G. I. Mozg i dusha: kritika materializma i ocherk sovremennykh uchenii o dushe. M.: URSS, 2007. 323 s
34.
Chelpanov G. I. O zadachakh Moskovskogo Psikhologicheskogo instituta // Teoreticheskaya i eksperimental'naya psikhologiya. 2014. T.7. № 2. S. 9–11.
35.
Chelpanov G. I. Otchet o deyatel'nosti Psikhologicheskoi Seminarii pri Universitete sv. Vladimira za 1897–1902 gody // Trudy Psikhologicheskoi Seminarii pri Universitete sv. Vladimira. Filosofskie issledovaniya, obozreniya i proch. 1904. T. 1. Vyp. 1. №. 2. S. 1–11.
36.
Chelpanov G. I. Otchet o deyatel'nosti Psikhologicheskoi Seminarii pri Universitete sv. Vladimira za 1902-1906 gody // Universitetskie Izvestiya. 1907. № 3. S. 1–11.
37.
Chelpanov G. I. Otchet o deyatel'nosti Psikhologicheskogo Seminariya // Uchenye zapiski Imp. Mosk. un-ta. Vyp. 43. Trudy Psikhologicheskogo instituta im. L. G. Shchukinoi. Psikhologicheskie issledovaniya. 1914. T. 1. Vyp. 1–2. S. 299–327.
38.
Chelpanov G. I. Psikhologicheskii institut pri Moskovskom universitete // Teoreticheskaya i eksperimental'naya psikhologiya. 2014. № 3. S. 1–11.
39.
Chelpanov Georgii Ivanovich. Otdel rukopisei RGB. F. 326. K. 37. Ed. khr. 60.
40.
Chechulin A. A. Mikrosreda v sisteme sotsial'nykh svyazei i otnoshenii uchenogo. Novosibirsk: Nauka, 1989. 238 s.
41.
Shpet G. G. Predislovie // Istoriya kak problema logiki: Kriticheskie i metodologicheskie issledovaniya. Izd. 3-e. M.: Knizhnyi dom «LIBROKOM», 2011. 488 s.
42.
Entsiklopediya Moskovskogo universiteta. Fakul'tet psikhologii: Biograficheskii slovar' / Red.-sost. A. N. Zhdan. M.: Moskovskii gosudarstvennyi universitet im. M. V. Lomonosova, 2006. 228 s.
43.
Yaroshevskii M. G. Istoriya psikhologii: ot antichnosti do serediny KhKh veka: ucheb. posob. dlya vuzov. M.: Akademiya, 1997. 409 s.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Данная статья выполнена на историко-психологическую тему, в которой исследовано наследие Г.И. Челпанова по формированию и руководству научными коллективами. Сам по себе историко-психологический подход актуален постоянно, поскольку меняется отношение к фактам, возникают их новые трактовки и т.д. Но актуальность такого рода исследований требует и особого обоснования с учетом складывающихся обстоятельств на момент исследования. В данной статье обоснование актуальности этого исследования явно недостаточно. Автор пишет с самого начала, что «История становления отечественной психологической науки представляет динамично развивающуюся область психологического исследования. За последние десятилетия предложен ряд концепций ее развития. Однако все еще мало разработанной остается проблема организационного оформления русской и советской психологии».
Автор верно пишет, что «За последние десятилетия предложен ряд концепций ее развития». Но десятилетия – это очень расплывчатое временное понятие. Надо уточнить временной интервал и показать в связи с чем возникла необходимость в новых концепциях развития. Чем не устраивали старые концепции? То есть, с самого начала изложения текста важно придерживаться совсем другого стиля изложения материала, а именно критико – аналитического стиля. Ведь для исторической науки именно такой стиль содержит наибольший потенциал научности. Простая реферативная констатация фактов больше подходит для учебного стиля.
К тому же вызывает сомнение, что «все еще мало разработанной остается проблема организационного оформления русской и советской психологии». Что втор имеет в виду в этом смысле? Необходимо пояснить. Рецензент согласен насчет русской психологии, что ее оформление не совсем достаточно, поскольку в историко-психологической науке считалось чуть ли не модным исследовать достижения западных психологов. Если бы не психологи МГУ, которые бережно относятся к своей истории, многие имена были бы безвозвратно забыты. Именно это обстоятельство вызывает уважительное отношение к данной работе, в которой автор очень детально и убедительно проанализировал, и предложил к рассмотрению огромный пласт деятельности научных коллективов под руководством русского психолога Г. И. Челпанова.
Сразу следует отметить, что материал статьи производит очень хорошее впечатление и свидетельствует о большом объеме работы, проделанной автором по исследованию научно-организационного наследия Г.И. Челпанова. В статье детально рассмотрены периоды деятельности Г.И. Челпанова, его учеников, единомышленников и последователей.
Рецензируя данную статью, возникает ощущение, что по ее содержанию каких-либо замечаний не возникает. Дело в том, что по тексту видна глубина знания проблемы автором и его умение представить материал и раскрыть тему систематизированным образом. Все это является несомненным достоинством и статьи, и самого автора.
Например, автор пишет, что важным показателем продуктивности коллективной деятельности под руководством Г.И. Челпанова является упомянутое Н.А. Рыбниковым издание «Трудов Психологического института имени Л.Г. Щукиной при Императорском Московском университете. Психологические исследования» в 1914 г. Другим достижением коллективной работы сотрудников института стало издание в 1917-1918 гг. журнала «Психологическое обозрение» под редакцией Г.И. Челпанова и Г.Г. Шпета. С.А. Богданчиков полагает, что это издание было «самым ценным свидетельством, подтверждающим функционирование школы Г. И. Челпанова как исследовательского коллектива». То есть, очевидно, что предметом данного исследования является коллективная деятельность Г.И. Челпанова, что полностью соответствует материалу данной статьи.
Отмечается, что ряд бывших учеников Г.И. Челпанова продолжили свою работу в Московском университете в качестве преподавателей. Многие в дальнейшем предложили собственные научные концепции. Активно занимались организационной деятельностью в разных областях науки и образования. Например, К.Н. Корнилов создал концепцию реактологии, возглавлял Психологический институт в 1923-1931 гг. П.П. Блонский разработал генетическую теорию памяти, признается одним из основоположников отечественной педологии, написал первый учебник по педологии в России; был одним из организаторов Академии социального воспитания в г. Москве, ее первым преподавателем и профессором в 1919–1931 гг. Н.А. Рыбников разработал биографический метод в психологии, организовал кабинет истории психологии при Психологическом институте, был директором института в первые годы Великой Отечественной войны.
Только по этим фамилиям и результатам их деятельности, можно судить о потенциале научного наследия Г.И. Челпанова. Более того, многие направления научной деятельности учеников Г.И. Челпанова продолжают активно развиваться в научном направлении и применяться на практике (например, биографический метод, концепция реактологии и др.).
Заключение в статье целесообразно несколько сократить и представить в более систематизирующем, обобщающем виде. Но это на усмотрение автора.
Библиографический список включает литературные источники по теме исследования и каких-либо возражений не вызывает.
После незначительной доработки с учетом отмеченных замечаний, данная статья может быть рекомендована к опубликованию как представляющая интерес для читающей аудитории.