Читать статью 'Индивидуально-психологические особенности рассогласованности когнитивного и социально-психологического развития студентов' в журнале Психология и Психотехника на сайте nbpublish.com
Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1613,   статей на доработке: 234 отклонено статей: 279 
Библиотека
ваш профиль

Вернуться к содержанию

Психология и Психотехника
Правильная ссылка на статью:

Индивидуально-психологические особенности рассогласованности когнитивного и социально-психологического развития студентов

Юртаева Марина Николаевна

кандидат психологических наук

доцент, кафедра управления персоналом и психологии, Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина

620002, Россия, Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Мира, 19, оф. И-304

Iurtaeva Marina Nikolaevna

PhD in Psychology

Docent, the department of Human Resource Management and Psychology, Ural Federal University named after the first President of Russia B. N. Yeltsin

620002, Russia, Sverdlovskaya oblast', g. Ekaterinburg, ul. Mira, 19, of. I-304

myurtaeva_82@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Глуханюк Наталья Степановна

доктор психологических наук

профессор, кафедра управления персоналом и психологии, Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина

620002, Россия, Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Мира, 19, оф. И-304

Glukhanyuk Natalya Stepanovna

Doctor of Psychology

Professor, the department of Human Resource Management and Psychology, Ural Federal University named after the first President of Russia B. N. Yeltsin

620002, Russia, Sverdlovskaya oblast', g. Ekaterinburg, ul. Mira, 19, of. I-304

profi.n@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2454-0722.2021.3.35468

Дата направления статьи в редакцию:

10-04-2021


Дата публикации:

15-09-2021


Аннотация: Предметом работы является поиск индивидуально-психологических особенностей рассогласованности когнитивного и социально-психологического развития студентов. Актуальность темы определяется теоретической разноплановостью исследований рассогласованности в психологии и необходимостью формирования в учебном процессе как социокультурных, так и когнитивных навыков. Высказано предположение, что рассогласованность процессов когнитивного и социально-личностного развития будет вариативной, определяя индивидуально-психологические способы ее разрешения. Цель исследования состояла в совместном изучении когнитивных и личностных особенностей для оценки рассогласованности развития студентов. В работе использован корреляционный дизайн, что обусловлено целью исследования и специфичностью выборки. Было обследовано 34 студента Института математики и компьютерных наук УрФУ в возрасте 18-22 лет (M=18,33 SD=0,79), из них 18 юношей и 16 девушек. Психодиагностические опросники: EPI Г. Айзенка, короткая версия шкалы «Темной триады личности» в адаптации М.С. Егоровой и др., характерологический опросник Г. Шмишека, опросник «Рациональный-опытный» С. Эпштайна в адаптации Т.В. Корниловой, А.Ю. Разваляевой. Статистические методы: U-критерий Манна-Уитни, коэффициент корреляции Спирмена. Обнаружены гендерные различия. В группе девушек установлено, что когнитивные и личностные особенности в целом являются более взаимосвязанными, однако выраженные аффективные черты личности, свидетельствуют в пользу возможной напряжённости социальной коммуникации. В группе юношей обнаружена большая способность к рациональной переработке информации и формированию инженерных навыков, но слабость интеграции внутреннего и внешнего Я, что может усиливать нарциссические черты, снижать критичность к себе и порождать трудности в установлении и поддержании социальных контактов. Полученные результаты эмпирически подтверждают значимость социально-психологической компетентности и позволяют дифференцировать технологии ее формирования в образовательном процессе.


Ключевые слова: интуиция, рациональность, характерологические особенности, темная триада личности, экстраверсия-интроверсия, двойственность, амбивалентность, рассогласованность, стиль познания, корреляционный дизайн

Abstract: The subject of this article is the search for individual psychological peculiarities of the inconsistency between cognitive and socio-psychological development of students. The relevance of this topic is substantiated by the theoretical diversity of research on the inconsistency in psychology and the need for the development of socio-cultural and cognitive skills in the educational process. A hypothesis is advanced that the inconsistency between the processes of cognitive and socio-personal development would be variable, determining the individual psychological methods of its resolution. The goal of this research lies in conjoint analysis of cognitive and personal characteristics for assessing the inconsistency of students’ development. The author applies the correlational research design, which is defined by the goal of research and specificity of the sampling. The survey involved 34 students (18 boys and 16 girls) of the Institute of Mathematics and Computer Science of the Ural Federal University aged 18-22 (M=18.3 3 SD=0.79). The article employs the psychodiagnostic questionnaires: Aizenka EPI test; short version of the “Dark Triad of Personality” scale adapted by M. S. Egorova and others; characterological questionnaire by G. Schmishek, “Rational-experiential” questionnaire by S. Epstein adapted by T. V. Kornilova, A. Y. Razvalyaeva; Mann-Whitney U-test, Spearman's rank correlation coefficient. The following gender differences are revealed: for the female students, cognitive and personal characteristics are generally more interrelated, while the pronounced affective personality traits testify to the possible tension in social communication; male students demonstrated greater proneness to rational processing of information and formation of engineering skills, while weakness of integration of the inner and outer Self, which may increase narcissistic traits, reduce self-criticism, and cause difficulties in establishment and maintenance of social contacts. The acquired results empirically  prove the importance of socio-psychological competence, and allow differentiating the technologies of its formation in the educational process.



Keywords:

cognitive style, intuition, rationality, characterological features, dark triad of personality, extraversion-introversion, ambiguity, ambivalence, inconsistency, correlation design

Введение

Исследования рассогласованности, как свойства психики и поведения человека, имеют давние традиции в науке, но единства в понимании данного явления до сих пор нет. Практически каждое из существующих направлений в психологии обращается к рассогласованности, раскрывая различные грани феномена. Терминологическая избыточность в определении рассогласованности свидетельствует о множестве смыслов, которые скрываются за этим понятием. Понятие рассогласованности обладает большой дисперсией, не имеет четких смысловых границ, имеет различные коннотации, используется для характеристики психических явлений в норме и патологии.
Рассмотрим некоторые смысловые, семантические и логические связи понятий рассогласованности и дивергенции, гетерохронии, конфликта, амбивалентности, двойственности (двусмысленности), несоответствия.
Говоря о рассогласованности, мы подразумеваем наличие расхождений в сопряженности различных психических свойств или подсистем, их регуляции. Рассогласованность сопутствует дивергенции, которая понимается как обнаружение расхождений и является общим эволюционным принципом развития живых и неживых систем [2]. В рассогласованности реализуется генетический принцип развития. Это находит свое подтверждение в гетерохронии, дискоординации психических процессов, вариативности темпов психического развития, индивидуально-психологических различиях.
Рассогласованность, как переживание конфликта, нарушения баланса сил, гармоничного функционирования, угроза равновесию имплицитно включена в динамические концепции. Идеи интериоризированного конфликта и двойственности влечений получили свое развитие в представлениях об амбивалентности [16].
В общем значении амбивалентность символизирует двойственность природы человека, сочетая социальное и биологическое, духовное и физическое, общественное и индивидуальное, идеальное и реальное. В амбивалентности содержится возможность оппозиционных отношений, а, соответственно, дифференциации и автономии.
Содержательно близким понятию амбивалентности является понятие двойственности (двусмысленности). С психологической точки зрения, состояние нерешенности близко амбивалентности в значении амбитендентности, когда противоположные мысли, эмоции, побуждения, смыслы стремятся к реализации в поведении или деятельности.
Восприятие двусмысленности обеспечивается механизмами дифференциации, как способности к разделению, противопоставлению, и интеграции оппозиций, что позволяет регулировать влияние контекста, проявлять мобильность в степени слияния/разделения Я и окружающего мира, а также вырабатывать иные формы обращения с оппозициями [8, 9, 10]. В гиперболизированных патологических формах переживание двойственности (амбивалентности) связано с симптомами психопатологии [16, 23].
Отличия в содержании понятий амбивалентности и двусмысленности состоят в том, что в двусмысленности нет той степени конфликтности переживания, как в случае амбивалентности. Основа амбивалентности — это разделение, тогда как двойственность предполагает еще и связанность, обратимость.
В более поздних исследованиях понятие амбивалентности стало использоваться для демаркации конфликтного (положительное и отрицательное) отношения от безразличного (нейтрального) [17]. Современные исследования амбивалентности свидетельствуют о том, что переживание амбивалентности связано с мотивацией к ее разрешению, т.е. сильным отношением, например, разрывом или конфликтом [17].
Высказываются предложения о необходимости выделения дополнительного конструкта – несоответствия. Несоответствие фокусируется на различиях в оценке когнитивных и аффективных компонентов отношения, отражает несходство без прямой оценки конфликта. Амбивалентность же является функцией величины конфликтности и не конфликтности в отношении. Несоответствие не позволяет оценить силу конфликта, поэтому несоответствие является показателем потенциального конфликта [18].
Анализ феномена рассогласованности позволил обнаружить ее наиболее близкие смысловые корреляты: амбивалентность, двусмысленность, несоответствие. Амбивалентность отражает зону реально действующего внутреннего конфликта или внутренней рассогласованности, поэтому ее переживание сопряжено с дискомфортом, фрустрацией и мотивацией к разрешению противоречия. Двусмысленность (двойственность) является вариантом продуктивного отношения к оппозициям. Несоответствие, наиболее вариативный и мало предсказуемый вид рассогласованности, с точки зрения ее последствий. Причинами для этого выступают множество факторов, как индивидуально-психологических, так и ситуационных, которые одновременно участвуют в выборе способов совладения с рассогласованностью.
В настоящем исследовании, мы будем рассматривать рассогласованность, как несоответствие. В несоответствии, заключается потенциальный конфликт, поэтому его изучение создает возможность для обнаружения сопутствующих видов рассогласованности, их феноменологического описания и прогнозирования возможных вариантов поведения. В данном контексте, наиболее валидным будет квазиэкспериментальный план исследования, который допускает использование в описании и анализе различные по качеству индивидуально-психологические свойства. Настоящее исследование продолжает линию работ, посвященную изучению взаимосвязей когнитивных процессов и черт личности[11].

Цель пилотажного исследования состояла в совместном изучении когнитивных и личностных особенностей для оценки рассогласованности развития студентов.
Определение состава индивидуально-психологических характеристик для изучения рассогласованности, равно как и выборки исследования не явилось случайным. Предпосылками эмпирического исследования выступили: 1) увеличивающийся запрос на подготовку специалистов в области информационных технологий; 2) трудности, которые отмечаются специалистами по управлению персоналом во взаимодействии с этой категорией специалистов на рынке труда (пассивное поведение, требовательность, закрытость контактов, сложность в прямой оценке и др.) [13]; 3) опубликованные эмпирические данные о рассогласованности когнитивных и личностных особенностей профессионалов-программистов [1, 5, 6, 7].
Гипотеза исследования основывалась на предположении, что рассогласованность процессов когнитивного и социально-личностного развития будет вариативной, определяя индивидуально-психологические способы ее разрешения.

Материалы и методы исследования

Выборка исследования. Исследование проводилось на базе Института математики и компьютерных наук УрФУ в 2020 году. В исследовании приняли участие 48 студентов, основную выборку составили 34 студента из них 18 юношей и 16 девушек в возрасте 18-22 лет (M=18,33 SD=0,79).

Организация исследования . В исследовании использован корреляционный дизайн. Сбор диагностической информации осуществлялся в ходе учебной работы с группами студентов. В процессе исследования был произведен отсев 14 испытуемых. Причинами этого послужили отказ студентов неполное заполнение бланков, а также наличие выпадающих вариант.

Методики исследования . Опросник EPI Г. Айзенка, используемый для диагностики базовых черт (показатели: экстраверсия/интроверсия, нейротизм); короткая версия шкалы «Темной триады личности» в адаптации М.С. Егоровой и др., применяемый с целью выявления черт препятствующих эффективной социальной адаптации и коммуникации (показатели: макиавеллизм, нарциссизм, психопатия) характерологический опросник Г. Шмишека, направленный на диагностику акцентуированных «ведущих» черт характера (показатели: гипертимность, дистимичность, циклоидность, тревожность, эмотивность, демонстративность, застревание, возбудимость, экзальтированность), опросник «Рациональный-опытный» С. Эпштайна в адаптации Т.В. Корниловой, А.Ю. Разваляевой, оценивающий предпочтения в когнитивном функционировании и субъективно-воспринятую диспозициональную эффективность стиля познания (показатели: интуитивная способность, использование интуиции, рациональная способность, использование рациональности) [2, 3].

Методы статистической обработки данных . Статистическая обработка полученных результатов производилась при помощи программы IBM SPSS Statistics26. Сравнительно небольшой объем выборки, обусловленный ее специфичностью и целями исследования определил выбор непараметрических методов обработки данных. Использовался коэффициент ранговой корреляции Спирмена, U-критерий Манна-Уитни для независимых выборок.

Результаты исследования и их обсуждение

Корреляционный анализ переменных в общей выборке позволил обнаружить ряд взаимосвязей, которые целесообразно анализировать последовательно, рассматривая детально отдельные группы свойств.

Взаимосвязи базовых черт и характерологических особенностей личности

Установлена взаимосвязь экстраверсии с демонстративностью (r=,569 p≤,01) гипертимностью (r=,590 p≤,01), дистимичностью (r=,-575 p≤,01). Нейротизма с возбудимостью (r=,410 p≤,05), тревожностью (r=,386 p≤,05), циклотимностью (r=,396 p≤,05).Обнаруженные связи согласуются с конструктной валидностью шкал используемых опросников.

Черты застревания (паранойяльности) обнаруживаются в аффективном реагировании на ситуации межличностных отношений и стойкости этих аффектов. На это указывают корреляции показателей застревания и эмотивности, дистимичности (r=,460 p≤,01; r=,523 p≤,01, соответственно). Психологический смысл обнаруженных взаимосвязей свидетельствует о тенденции к «прилипчивости», интеллектуальной ригидности, эффектах сужения внимания на отдельных мыслях и состояниях, приверженности отдельным идеям и представлениям, в том числе относительного собственного Я. В этом случае мысли о собственной неполноценности или собственном превосходстве будут сочетаться с поиском подтверждающей или опровергающей информации [21].

Свойство циклоидности сочетается с аффективными чертами тревожности, эмотивности, экзальтированности (r=,473 p≤,001 r=,601 p≤,01 r=,540 p≤,01, соответственно). Циклоидность указывает на нестабильность в настроении, базовом ощущении мира, состояниях неустойчивой работоспособности. В поведении это может наблюдаться, как внезапная смена периодов бурной деятельности и апатии, безразличии к срокам сдачи работ и сильной тревожности перед дедлайнами.

Таким образом, нестабильность эмоций, неустойчивость в восприятии себя будут компенсироваться поиском информации, тем самым поддерживая амбивалентностный образ Я.

Взаимосвязи стилевых особенностей познавательной деятельности и личностных черт, препятствующих эффективной социальной адаптации и коммуникации

Корреляционный анализ показателей макиавеллизма, нарциссизма и психопатии обнаружил статистически достоверные положительные связи макиавеллизма и психопатии (r=,439 p≤,01). Сопряженность макиавеллизма и психопатии свидетельствует о тенденции к нарушению социальных норм поведения, стремлении скрыть девиацию, «не оставлять следы», маскироваться. Отсутствие прямых связей нарциссизма и психопатии частично подтверждает данные современных исследований в области нарциссизма, которые указывают на сложную природу этого явления, сочетающую черты Грандиозности-Демонстративности (Grandiosity–Exhibitionism) и Уязвимости-Чувствительности (Vulnerability–Sensitivity) [14, 19, 24]. Используемый нами тест не учитывает эту дифференциацию. Частично этот факт объясняет противоречивые связи показателя нарциссизма и других личностных черт. Выявлены положительные связи показателей нарциссизма с экстраверсией (r=,377 p≤,05), демонстративностью (r=,526 p≤,01), педантичностью (r=,461 p≤,01) и циклоидностью (r=,370 p≤,05).

Характер обнаруженных связей указывает на присутствие в психологическом профиле явных черт нарциссизма, таких, как стремление к значимости и вынесению себя вовне, демонстрации себя другим, так и скрытых нарциссических черт — беспокойства, восприимчивости к незначительным деталям, чувствительности к жизненным травмам, скованности в социальных отношениях и, как следствие, навязчивого стремления избежать возможного непринятия [14].

На примере корреляционных показателя интуитивной способности и психопатии, самооценки личности (r=,-380 p≤,05; r=,352 p≤,05 соответственно) показано, что психопатия отрицательно связана с работой более ранней в своем онтогенетическом становлении системой переработки информации, основанной на аффектах [15]. Адаптивное значение данной системы обработки информации показано работах С. Эпштейна на примере конструкта базисных убеждений личности. Вероятно, что аффективная система переработки информации участвует в контроле над импульсами, способствует формированию психологических границ и их эквивалентов, положительной оценке себя в целом. В дополнение отметим, что показатель самооценки личности отрицательно коррелирует с возбудимостью (r=-,384 p≤,05).

Таким образом, в общей картине, наблюдается двойственность нарциссической позиции Я, которая служит способом совладения с рассогласованностью оценок собственного поведения. Психопатические черты согласуются с интуитивным уровнем переработки информации, что, в том числе, способствует поддержанию положительной самооценки.

Взаимосвязи стилевых особенностей познавательной деятельности и характерологических черт

В дополнение к уже описанным связям установлена сопряженность между оценкой рациональной способности и самооценкой использования рациональности в познавательной деятельности, так называемой диспозициональной эффективностью черты (r=,535 p≤,01). Тоже самое мы можем отметить и для интуитивных процессов (r=,641 p≤,01). Другими словами, существует положительная умеренная связь между степенью интегрированности оценки способности и оценки ее субъективной полезности в познании.

Сравнивая показатели оценки соотношения в функционировании интуитивного и рационального стилей, мы не наблюдаем существенных смещений в сторону переоценки того или иного стиля. В терминах когнитивно-экспериментальной теории Я (CEST) С. Эпштейна мы наблюдаем ситуацию, когда две системы переработки информации функционируют независимо, но находятся в состоянии дополнения, аддитивности по отношению друг к другу [15, 20].

Обнаруженные отрицательные связи между показателями рациональной способности и тревожности (r=-381 p≤,01), эмоциональности (r=,-491 p≤,01) свидетельствуют о регулирующей роли рациональной способности в отношении эмоциональных состояний и черт.

Сравнение личностных черт и особенностей познавательной деятельности у девушек и юношей

Представленность в выборке как юношей, так и девушек в приблизительно равных пропорциях позволяет контролировать фактор «пол». Соответственно, существует вероятность обнаружения рассогласованности, сцепленной с переменной «пол». Использование U-критерия Манна-Уитни для независимых выборок позволило обнаружить статистические различия между девушками и юношами по ряду переменных. Так девушки в сравнении с юношами статистически достоверно отличаются по выраженности таких черт, как нейротизм (p=, 029), дистимичность (p=, 019), тревожность (p=, 019), эмоциональность (p=, 001), циклоидность (p=, 004). В свою очередь, юноши демонстрируют большую выраженность в показателях оценки рациональной способности (p=, 001) и использования рациональности (p=, 001). С учетом полученных результатов целесообразно развернуть корреляционный анализ данных отдельно в женской (n=16) и мужской подвыборках (n=18).

Корреляционный анализ показателей личностных и когнитивных свойств в группах юношей и девушек

Анализ корреляционных связей в подвыборках показал, что фактор «пол» для одних показателей выступает в роли медиатора, тогда для других в роли модератора. В последующем анализе будут обсуждаться те взаимосвязи, которые не получили своего рассмотрения в контексте общей выборки.

Итак, в группе девушек обнаружены статистически значимые взаимосвязи между показателями макиавеллизма и психопатии (r=,585 p≤,05), нарциссизма и демонстративности (r=,848 p≤,01), дистимичности (r=-,548 p≤,05), а также психопатии и педантичности (r=-,614 p≤,05).

Из результатов следует, что черты нарциссизма личности сочетаются с со стремлением к значимости, в большем количественном выражении тенденции к нарушению внешних барьеров, границ, моральных норм. В то время как этическая позиция, которая соответствует представлениям К. Леонгарда о дистимичности, предполагает следование нормам «внутреннего» закона. Данный ракурс анализа нарциссизма делает более понятным его связь с психопатией в комплексе темной триады. В группе девушек наряду В группе девушек обнаружено, что неустойчивость личности сдерживается ростом организованности и стремлением к порядку, нарциссические черты поддерживаются слабостью нравственной позиции.

В этой связи вполне логична оценка степени интегрированности интуитивной системы переработки информации (r=,818 p≤,01), основанной на аффектах. Обнаружено взаимосвязь оценки интуитивной способности и самооценки личности (r=,649 p≤,01), оценки использования интуиции и черт подозрительного характера (r=-,546 p≤,05).

Таким образом, система переработки информации, основанная на аффектах, позволяет девушкам интегрировать в единое целое различные оценки себя, преодолевать тревогу и проявлять доверие. В свою очередь, использование рациональности позволяет более эффективно выстраивать близкие эмоционально-значимые отношения, отсюда обнаруживается связь диспозициональной эффективности рациональности и эмотивности (r=,585 p≤,05). Оценка рациональной способности и педантичности взаимосвязаны отрицательно (r=, -611 p≤,01). Другими словами, чем выше оценивается рациональная способность, тем меньше потребность контролировать тревогу посредством навязчивости и ее психических эквивалентов.

При анализе корреляционных связей в группе юношей было установлено отсутствие линейных связей между чертами комплекса «Темная триада». Однако выявлены связи нарциссизма и застревания (r=,484 p≤,05), гипертимности (r=,496 p≤,05), педантичности (r=,626 p≤,01). Представляют интерес связи показателей нейротизма и самооценки (r=-,559 p≤,05), демонстративности (r=-,488 p≤,05). В контексте полученных результатов целесообразно вернуться к обсуждению различных взглядов на природу нарциссизма.

Для группы юношей более характерен скрытый нарциссизм, который сопряжен с большей чувствительностью к угрозам для самооценки и потребностью в подтверждении чувства собственной значимости. Они скрывают себя и навязчиво ищут информацию, позволяющую нейтрализовать непринятие себя. Неуверенность в себе, фрустрации чувства значимости могут выступать источниками эмоциональной нестабильности и, наоборот.

Внешний мир переоценивается, поскольку с ним связана наибольшая активность как физическая, так и ментальная. Этим объясняются связи экстраверсии с гипертимностью (r=,686 p≤,01) и оценкой интуитивной способности (r=,502 p≤,05). Аффективная система переработки информации необходима для того, чтобы сканировать внешние впечатления о собственной личности. Вероятно, такие действия обусловлены потребностью в самоподтверждении и снижении тревоги. В то время, как у девушек эта же система служит интеграции различных оценок о себе в единое целое. Стоит указать и на отсутствие связи между оценкой интуитивной способности и ее репрезентацией. Аналогичная ситуация наблюдается для оценок рациональной способности. Другими словами, оценка способности и оценка ее адаптивности изолированы.

Несмотря на достоверные различия в выраженности показателей рациональной способности и использования рациональности у юношей и девушек, в корреляционном анализе зафиксирована умеренная связь между ними (r=,513 p≤,05). Ориентация на рациональность, недоверие интуиции могут служить сигналом о некоем «расколе» между различными источниками формирования представлений о мире и самом себе, слабой интеграции внутреннего и внешнего, специфических особенностях познания характерных для ригидных личностей, наличии трудностей в выстраивании межличностных отношений.

Важно отметить то, что речь не идет об интеллектуальной фиксированности личности в привычном смысле. Скорее, наоборот, такие люди обнаруживают высокую скорость переработки информации, высокие показатели интеллектуальной продуктивности в тестах IQ, явление фотографической памяти. Ригидность понимается как раздробленность различных подобластей опыта, характерная для догматических личностей, в данном случае когнитивного и аффективного, физического и социального, внутреннего и внешнего [22].

В характерологическом профиле отмечены сопряженность показателей экзальтации c эмоциональностью (r=,642 p≤,01) и циклоидностью (r=,719 p≤,01), эмоциональности и дистимичности (r=,645 p≤,01). Психологический смысл установленных взаимосвязей проявляется в поведении: в эффектах эмоциональной поляризации, эмоциональных «качелях», идеализации объекта близких отношений.

Ранее в работах С. Эпштейна феномен смещения в сторону аффективной оценки описывался в экспериментальной парадигме предвзятого отношения (the ratio-bias experimental paradigm), как субъективное суждение о событии с низкой вероятностью (например, p = .10) как более вероятном. Вероятность в данном случае представлена в виде отношения больших чисел (например, 10/100) в сопоставлении с меньшими числами (например, 1/10) [15]. Нами показано смещение в сторону рациональной оценки, которое может быть описано в терминах рассогласованности.

Подводя промежуточный итог работе, отметим, что психологические особенности девушек отличает большая согласованность. Расхождения в Я (Я-реальное и Я-идеальное) преодолеваются на интуитивном, ассоциативном уровне, что позволяет поддерживать положительную самооценку, но без глубинной смысловой переработки противоречий. Аффективные черты, по всей видимости, позволяют им чувствовать, но не понимать себя. Рациональная обработка, в большей степени связана с пониманием значимых отношений. Нарциссическая позиция Я держится на отрицании, пассивности, не исключает защитных диссоциативных реакций. В настоящем случае внешняя согласованность маскирует дефензивность.

Познавательная деятельность юношей строится на принципах рациональной системы переработки информации, которая является более сознательной, произвольной, логической. Соответственно им легче воспринимать и обрабатывать отношения между числами, поскольку они более артикулированы в этой системе обработки. Именно с ростом дифференцированности в познании ассоциируется развитие абстрактного мышления и использование языка. Однако для успешного функционирования интеллекта и личности помимо дифференциации психических функций не менее важна их интеграция [9,10].

В группе юношей показано показано, что оценки способности к обработке информации и оценки использования способностей не связаны, т.е. разделены. В эмоциональной сфере аналогично наблюдаются проявления интрапсихической амбивалентности (уровень чувств) - эмоциональная поляризация, идеализация объекта близких отношений.
Расхождение в Я вызывает тревогу, делает его более чувствительным к восприятию угрозы, что предполагает более тщательную обработку информации и затраты психической энергии. Возможно поэтому оценка способностей не связана с оценкой ее адаптивных свойств, поскольку она работает на предотвращение неприятия себя. Это попытка личности механистически добиться равновесия в оценках Я.
Итак, риски рассогласованности когнитивного и социально-психологического развития в данном случае, сопряжены со слабостью интеграции внутреннего и внешнего, скованностью Я, действием защитного механизма опровержения, как способа избегания несоответствия в Я.

Выводы

1. В результате анализа обнаружены смысловые корреляты рассогласованности - амбивалентность, двусмысленность, несоответствие. Амбивалентность как зона реально действующего внутреннего конфликта или внутренней рассогласованности, двусмысленность как вариант продуктивного отношения к оппозициям и несоответствие как вариативный и мало предсказуемый вид рассогласованности, с точки зрения ее последствий.
2. Рассогласованность в исследовании, рассматривалась как несоответствие, (потенциальный конфликт), изучение которого позволило обнаружить сопутствующие виды рассогласованности: рассогласованность в Я, рассогласованность в системах переработки информации.
3. Эмпирически обнаружена рассогласованность процессов когнитивного и социально-личностного развития, определены при этом индивидуально-психологические способы ее разрешения, сцепленные с полом. У девушек нарциссическая позиция Я связана с демонстративностью и переработкой информации на имплицитном ассоциативном уровне, без смыслового осознания. У юношей нарциссическая позиция Я согласуется с чертами закрытости, стремлением скрывать себя, работой защитного механизма опровержения, инициацией навязчивого поиска информации о себе. Выявлена изолированность в оценках рациональной и интуитивных способностей и их использования.
4. Выявлено, что риски рассогласованности когнитивного и социально-психологического развития, сопряжены с неаддитивностью стилей познания, со слабостью интеграции внутреннего и внешнего, скованностью Я, действием защитного механизма опровержения, как способа избегания несоответствия в Я.
5. Полученные данные позволяют прогнозировать дальнейший исследовательский поиск и информационно-консультативную работу со студентами в рамках профессионально-образовательного процесса.

Библиография
1.
Долныкова А.А., Чудова Н.В. Психологические особенности суперпрограммистов // Психологический журнал. 1997. Т. 18. № 1.С. 113–121.
2.
Дорфман Л. Дивергенция и конструкт Я // Личность, креативность, искусство / Отв. ред. Е. А. Малянов, Н. Н. Захаров, Е. М. Березина, Л. Я. Дорфман, В. М. Петров, К. Мартиндейл. – Пермь: Пермский государственный институт искусства и культуры, Прикамский социальный институт. 2002. – С. 141–184.
3.
Егорова М.С., Ситникова М.А., Паршикова О.В. Адаптация Короткого опросника Темной триады // Психологические исследования. 2015. Т. 8, № 43. С. 1. URL: http://psystudy.ru (дата обращения: 10.04.2021).
4.
Корнилова Т.В., Разваляева А.Ю. Апробация русскоязычного варианта полного опросника С. Эпштайна «Рациональный-Опытный (Rational-Experiential Inventory) // Психологический журнал. 2017. Т. 38, № 3. С. 92–107.
5.
Кукушкина Ю.А., Спиридонов В.Ф. Критическое мышление как фактор профессиональной компетентности программистов // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2008. Т. 5. № 1. С. 165–174.
6.
Орел Е. А. Вербальные способности как фактор успешности в программировании // Вестник Московского университета. Серия 14: Психология. 2007. № 2. С. 70–78.
7.
Орел Е. А. Исследование способности к усвоению искусственных языков у программистов // Организационная психология. 2012. Т. 2. № 2. С. 34–48.
8.
Старовойтенко Е.Б., Исаева А.Н. Модель анализа отношений личности на основе принципа оппозиций // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2016. Т. 13. № 4. С. 741–762.
9.
Чуприкова Н. И. Психология умственного развития: Принцип дифференциации. М.: АО «Столетие», 1997 — 480 с.
10.
Холодная М.А. Психология интеллекта. Парадоксы исследования. СПб.: Питер, 2002. —272с.
11.
Юртаева М. Н., Глуханюк Н. С. Медиативно-модеративные взаимодействия когнитивных процессов и черт личности как детерминанта различных форм преодоления неопределенности // Известия Уральского федерального университета. Серия 3: Общественные науки. 2012. Т.2 (103). С. 95-98.
12.
Bursten B. Some narcissistic personality types // The International Journal of Psychoanalysis. 1973. V. 54. №3. Р. 287–300.
13.
Developer Survey Results 2020 // stack overflow URL: https://insights.stackoverflow.com/survey/2020 (дата обращения:10.04.2021).
14.
Engyel M., Urbán R., Bandi S. et al. Dimensionality of narcissism: a Bifactorial model of the Narcissistic Personality Inventory using single-stimulus response formats // Current Psychology. 2020. https://doi.org/10.1007/s12144-020-00971-2.
15.
Epstein S., Pacini R., Denes-Raj V., Heier H. Individual differences in intuitive–experiential and analytical–rational thinking styles // Journal of Personality and Social Psychology. 1996. V. 71. № 2. P. 390–405.
16.
Graubert D.N., Miller J.S.A. On ambivalence // Psych Quar. 1957. V.31. P. 458–464. https://doi.org/10.1007/BF01568741
17.
Hoffarth M.R., Hodson G. Аmbivalence. In: Zeigler-Hill V., Shackelford T. (eds) // Encyclopedia of Personality and Individual Differences. Springer Cham. 2016. https://doi.org/10.1007/978-3-319-28099-8_2271-1
18.
Maio G. R., Esses V. M., & Bell D. W. Examining conflict between components of attitudes: Ambivalence and inconsistency are distinct constructs // Canadian Journal of Behavioural Science / Revue canadienne des sciences du comportement. 2000. V. 32 (2). P. 71-83, 92. https://doi.org/10.1037/a0027768
19.
Marcus D. K., Zeigler-Hill V. A Big Ten of Dark Personality Traits // Social and Personality Psychological Compass. 2015. V.9. №8. P. 434-446. https://doi.org/10.1111/spc3.12185
20.
Pacini R., & Epstein S. The relation of rational and experiential information processing styles to personality, basic beliefs, and the ratio-bias phenomenon // Journal of Personality and Social Psychology. 1999.V. 76. P. 972-987.
21.
Riketta M., Ziegler R. Self-ambivalence and self-esteem // Current Psychology. 2006. V.25. P. 192–21. https://doi.org/10.1007/s12144-006-1003-7
22.
Rokeach M. The nature and meaning of dogmatism // Psychological Review. 1954.V. 61. №3. P. 194–204.
23.
Seah R., Fassnacht D., & Kyrios M. Attachment anxiety and self-ambivalence as vulnerabilities toward Obsessive Compulsive Disorder // Journal of Obsessive-Compulsive and Related Disorders. 2018. V. 18. P. 40-46. https://doi.org/10.1016/j.jocrd.2018.06.002
24.
Wink P. Two Faces of Narcissism // Journal of Personality and Social Psychology. 1991. V. 61, №3 4. P.590-597. https://doi.org/10.1037/0022-3514.61.4.590
References
1.
Dolnykova A.A., Chudova N.V. Psikhologicheskie osobennosti superprogrammistov // Psikhologicheskii zhurnal. 1997. T. 18. № 1.S. 113–121.
2.
Dorfman L. Divergentsiya i konstrukt Ya // Lichnost', kreativnost', iskusstvo / Otv. red. E. A. Malyanov, N. N. Zakharov, E. M. Berezina, L. Ya. Dorfman, V. M. Petrov, K. Martindeil. – Perm': Permskii gosudarstvennyi institut iskusstva i kul'tury, Prikamskii sotsial'nyi institut. 2002. – S. 141–184.
3.
Egorova M.S., Sitnikova M.A., Parshikova O.V. Adaptatsiya Korotkogo oprosnika Temnoi triady // Psikhologicheskie issledovaniya. 2015. T. 8, № 43. S. 1. URL: http://psystudy.ru (data obrashcheniya: 10.04.2021).
4.
Kornilova T.V., Razvalyaeva A.Yu. Aprobatsiya russkoyazychnogo varianta polnogo oprosnika S. Epshtaina «Ratsional'nyi-Opytnyi (Rational-Experiential Inventory) // Psikhologicheskii zhurnal. 2017. T. 38, № 3. S. 92–107.
5.
Kukushkina Yu.A., Spiridonov V.F. Kriticheskoe myshlenie kak faktor professional'noi kompetentnosti programmistov // Psikhologiya. Zhurnal Vysshei shkoly ekonomiki. 2008. T. 5. № 1. S. 165–174.
6.
Orel E. A. Verbal'nye sposobnosti kak faktor uspeshnosti v programmirovanii // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 14: Psikhologiya. 2007. № 2. S. 70–78.
7.
Orel E. A. Issledovanie sposobnosti k usvoeniyu iskusstvennykh yazykov u programmistov // Organizatsionnaya psikhologiya. 2012. T. 2. № 2. S. 34–48.
8.
Starovoitenko E.B., Isaeva A.N. Model' analiza otnoshenii lichnosti na osnove printsipa oppozitsii // Psikhologiya. Zhurnal Vysshei shkoly ekonomiki. 2016. T. 13. № 4. S. 741–762.
9.
Chuprikova N. I. Psikhologiya umstvennogo razvitiya: Printsip differentsiatsii. M.: AO «Stoletie», 1997 — 480 s.
10.
Kholodnaya M.A. Psikhologiya intellekta. Paradoksy issledovaniya. SPb.: Piter, 2002. —272s.
11.
Yurtaeva M. N., Glukhanyuk N. S. Mediativno-moderativnye vzaimodeistviya kognitivnykh protsessov i chert lichnosti kak determinanta razlichnykh form preodoleniya neopredelennosti // Izvestiya Ural'skogo federal'nogo universiteta. Seriya 3: Obshchestvennye nauki. 2012. T.2 (103). S. 95-98.
12.
Bursten B. Some narcissistic personality types // The International Journal of Psychoanalysis. 1973. V. 54. №3. R. 287–300.
13.
Developer Survey Results 2020 // stack overflow URL: https://insights.stackoverflow.com/survey/2020 (data obrashcheniya:10.04.2021).
14.
Engyel M., Urbán R., Bandi S. et al. Dimensionality of narcissism: a Bifactorial model of the Narcissistic Personality Inventory using single-stimulus response formats // Current Psychology. 2020. https://doi.org/10.1007/s12144-020-00971-2.
15.
Epstein S., Pacini R., Denes-Raj V., Heier H. Individual differences in intuitive–experiential and analytical–rational thinking styles // Journal of Personality and Social Psychology. 1996. V. 71. № 2. P. 390–405.
16.
Graubert D.N., Miller J.S.A. On ambivalence // Psych Quar. 1957. V.31. P. 458–464. https://doi.org/10.1007/BF01568741
17.
Hoffarth M.R., Hodson G. Ambivalence. In: Zeigler-Hill V., Shackelford T. (eds) // Encyclopedia of Personality and Individual Differences. Springer Cham. 2016. https://doi.org/10.1007/978-3-319-28099-8_2271-1
18.
Maio G. R., Esses V. M., & Bell D. W. Examining conflict between components of attitudes: Ambivalence and inconsistency are distinct constructs // Canadian Journal of Behavioural Science / Revue canadienne des sciences du comportement. 2000. V. 32 (2). P. 71-83, 92. https://doi.org/10.1037/a0027768
19.
Marcus D. K., Zeigler-Hill V. A Big Ten of Dark Personality Traits // Social and Personality Psychological Compass. 2015. V.9. №8. P. 434-446. https://doi.org/10.1111/spc3.12185
20.
Pacini R., & Epstein S. The relation of rational and experiential information processing styles to personality, basic beliefs, and the ratio-bias phenomenon // Journal of Personality and Social Psychology. 1999.V. 76. P. 972-987.
21.
Riketta M., Ziegler R. Self-ambivalence and self-esteem // Current Psychology. 2006. V.25. P. 192–21. https://doi.org/10.1007/s12144-006-1003-7
22.
Rokeach M. The nature and meaning of dogmatism // Psychological Review. 1954.V. 61. №3. P. 194–204.
23.
Seah R., Fassnacht D., & Kyrios M. Attachment anxiety and self-ambivalence as vulnerabilities toward Obsessive Compulsive Disorder // Journal of Obsessive-Compulsive and Related Disorders. 2018. V. 18. P. 40-46. https://doi.org/10.1016/j.jocrd.2018.06.002
24.
Wink P. Two Faces of Narcissism // Journal of Personality and Social Psychology. 1991. V. 61, №3 4. P.590-597. https://doi.org/10.1037/0022-3514.61.4.590

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Рецензия на статью
«Индивидуально-психологические особенности рассогласованности когнитивного и социально-психологического развития студентов»

Предмет исследования – не заявлен автором напрямую. Кроме того, отсутствие методологической стройности в работе (не связаны цель, гипотеза, инструментарий и пр.) не позволяет понять суть предмета, который раскрывается в статье.
Цель исследования – эмпирически показать значимость баланса между «знаниевой» подготовкой, которая быстро устаревает, потому требует постоянного пересмотра, и формированием способности личности профессионала к саморазвитию и успешной адаптации в условиях динамично меняющегося мира.
Название статьи в целом отражает предмет исследования, но не вполне коррелирует с другим её методологическим элементом – гипотезой исследования, которая направлена на оценку трудностей работы с ИТ-специалистами на рынке труда.
Методология исследования соответствует традиционной структуре психологических исследований. Автор полноценно описывает методологию представленного исследования.
Для теоретической части исследования применён метод обзора и анализа литературы, обобщения результатов исследования в области профессиональной подготовки ИТ-специалистов.
Прикладная часть работы построена на анализе основных личностных особенностей – показатели экстраверсии/интроверсии и нейротизма, анализ черт, препятствующих социальной адаптации и коммуникации, показатели ведущих черт характера. В основном методики направлены на оценку личностных черт испытуемых:
1. Опросник EPI Г. Айзенка,
2. короткая версия шкалы «Темной триады личности» в адаптации М.С. Егоровой,
3. характерологический опросник Г. Шмишека,
4. опросник «Рациональный-опытный» С. Эпштайна в адаптации Т.В. Корниловой, А.Ю. Разваляевой.
Статистический анализ данных проведён с помощью коэффициента ранговой корреляции Спирмена и U-критерия Манна-Уитни для независимых выборок.
В исследовании приняли участие 34 респондента, из которых 14 человек впоследствии были отсеяны. Также при описании эмпирической части работы автор ещё делит выборку на группы юношей и девушек. Что окончательно ставит под сомнение результаты, полученные на таких малочисленных группах. Следует отметить, что такая небольшая по объёму выборка не может быть репрезентативной. Кроме того, цель и гипотеза исследования заявлены как весьма глобальные (в том числе про рынок труда, про «устаревание» знаниевой подготовки специалистов) и пр. Таким образом, в рамках заявленной методологии требуется увеличение выборки испытуемых, либо при сохранении такой малочисленной выборки необходимо скорректировать цель, гипотезу исследования, показывая его как пилотное.
При описании выборки также есть неточность. Так, автор по ходу статьи регулярно использует термин «специалист», а студенты-участники исследования являются бакалаврами. По этой позиции также требуется корректировка терминологии.
Актуальность работы не вызывает сомнений. Идея об изучении рассогласованности когнитивных и социально-психологических особенностей студентов кажется вполне актуальной. Но требуется, во-первых, применить доказательную базу при описании актуальности (статистика, примеры исследований и пр.), во-вторых, более чётко прописать сам факт актуальности. В рамках описанного введения непонятно, что всё-таки планирует изучать автор – особенности рассогласованности заявленных феноменов (как звучит в теме статьи) или трудности работы с ИТ-специалистами на рынке труда (как заявлено в гипотезе).
Рекомендуется более детально прописать авторскую точку зрения по поводу актуальности выбранной темы. Необходимо привести аргументы в пользу этого.
Новизна представленной статьи вызывает вопросы. Возможно, её следует структурировать или напрямую описать в тексте.
Стиль, структура, содержание
Статья четко структурирована. Открывает статью введение с обоснованием темы. Во вводной части автор недостаточно аргументированно раскрывает актуальность темы, и значимость ее изучения с точки зрения современной науки – и теории, и практики.
В основной части автор описывает результаты эмпирической части исследования. Требуется представить данные в таблицах, графиках, а не только в виде описательного материала.
При описании статистических данных требуется уточнение по цифрам, характеризующим вероятность ошибки. Например, автор указывает «r=-,384 p≤,05», но по факту р может быть либо больше, либо меньше 0,05, но никак не одновременно и то, и другое!
Выводы, которые делает автор по результатам исследования, не связаны с тем материалом, который представлен в статье. Непонятно, как решена гипотеза. А вывод 3 не раскрыт в статье.
Оформление работы в целом соответствует требованиям, предъявляемым к научным статьям. По тексту статьи присутствуют ссылки на библиографию.
Библиография вполне достойная. Представлены 14 литературных источников, среди которых книги, монографии, статьи в периодических изданиях. Литература содержит отечественные и зарубежные источники, в том числе на английском языке. В целом представленный подбор литературных источников весьма качественный. Но следует отметить, что список требуется расширить и представить в нем наработанные в психологической науке и практике исследования по схожей тематике. Список литературы оформлен в соответствии с требованиями ГОСТа.
Апелляция к оппонентам:
Название статьи не раскрывает ее содержание. Рекомендуется представить в названии статьи предметность и выборку. Статья может быть рекомендована к публикации после исправления замечаний, особенно тех, которые касаются методологической части (связать название-предмет-цель-гипотезу) и малочисленности выборки.
Выводы, интерес читательской аудитории: интерес читательской аудитории данная статья может вызвать, но после исправления замечаний. Особо интересна статья может быть преподавателям вузов, практикующим психологам, HR-специалистам, рекрутёрам.

Результаты процедуры повторного рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

В статье, направленной на рецензирование, представлены: результаты теоретического анализа феномена рассогласованности, который обнаруживает себя в широком диапазоне поведенческого, когнитивного и аутопсихического опыта человека; данные пилотажного квазиэкспериментального исследования когнитивных и личностных особенностей студентов, с учетом их полоспецифичности и степени сопряженности.
В разделе «Введение» обосновывается актуальность исследования, кратко раскрывается феноменология рассогласованности и схожих с ней состояний, проявляющихся в поведенческом, когнитивном и аффективном опыте человека, рассматриваются смысловые корреляты конструкта «рассогласованность»: амбивалентность, двусмысленность, несоответствие.Также в разделе представлены цель и гипотеза пилотажного исследования.Предмет исследования понятен исходя из названия статьи и содержания введения.
В разделе «Материалы и методы исследования» последовательно описаны выборка, общий дизайн, методы и методики сбора эмпирических данных и их последующей математической обработки. Необходимо отметить, что эмпирические показатели социально-психологического развития студентов, судя по комплекту диагностических методик, изучались более обстоятельно (конструкт «социально-психологическое развитие» был операционализирован более детально), нежели показатели когнитивного развития.
В разделе «Результаты исследования и их обсуждение» описаны и проанализированы взаимосвязи: «базовых черт и характерологических особенностей личности»; «стилевых особенностей познавательной деятельности и личностных черт, препятствующих эффективной социальной адаптации и коммуникации»; «стилевых особенностей познавательной деятельности и характерологических черт». Помимо констатации выявленных взаимосвязей, автор последовательно раскрывает их психологический смысл в контексте общего замысла собственного исследования и проводит интересные параллели с работами С. Эпштейна. Наряду с анализом общих для всей выборки взаимосвязей, автор анализирует их полоспецифичность, проводит «сравнение личностных черт и особенностей познавательной деятельности у девушек и юношей» (учитывая тем самым константную переменную «пол»). Представлены очень интересные предположения и рассуждения о регулятивных функциях аффективной и рациональной систем (в зависимости от степени их комплементарности) переработки юношами и девушками информации о себе и мире, о полоспецифичных способах преодоления расхождений в опыте Я на интуитивном и рациональном уровне.
В разделе «Выводы» последовательно изложены наиболее существенные результаты исследования и соответствующие обобщения по всем содержательным разделам статьи. Автор акцентирует внимание на рисках рассогласованности когнитивного и социально-психологического развития студентов и на том, как они могут проявляться при формировании целостного образа мира и преодолении амбивалентности в опыте Я.
В целом работа выполнена в стиле эмпирического исследования. Она оригинальна, интересна и по замыслу, и по конкретному содержательному наполнению. Библиографический список включает в себя работы отечественных и зарубежных исследователей, которые полностью соответствуют теме и предмету исследования.