Читать статью 'Музыкальные инновации в философии Аристотеля' в журнале PHILHARMONICA. International Music Journal на сайте nbpublish.com
Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1891,   статей на доработке: 356 отклонено статей: 440 
Библиотека

Вернуться к содержанию

PHILHARMONICA. International Music Journal
Правильная ссылка на статью:

Музыкальные инновации в философии Аристотеля

Орлов Владимир Валерьевич

кандидат искусствоведения

доцент кафедры теории музыки и композиции Саратовской государственной консерватории имени Л.В. Собинова

410012, Россия, Саратовская область, г. Саратов, ул. Проспект Имени С.м., 1

Orlov Vladimir

PhD in Art History

Associate Professor at the Department of the Theory of Music and Composition of Saratov State Conservatoire

410012, Russia, Saratovskaya oblast', g. Saratov, ul. Prospekt Imeni S.m., 1

vladimorl@gmail.com
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2453-613X.2020.2.32366

Дата направления статьи в редакцию:

10-03-2020


Дата публикации:

14-04-2020


Аннотация.

Данная статья посвящена изучению музыкальных инноваций в учении Аристотеля. Объектом настоящей статьи являются философско-эстетические воззрения Аристотеля. Предмет исследования - музыкальные инновации в философии Аристотеля. Цель данной статьи – выявление музыкальных инноваций в философии Аристотеля. Для достижения данной цели нужно выполнить следующие задачи: изучить трактаты Аристотеля и определить его философско-эстетическое отношение к музыке, из которых следуют музыкальные инновации, появившиеся в его учении. В статье уделяется внимание теоретическим воззрениям Аристотеля на музыкальное искусство. Основные методы исследования – аналитический и герменевтический. В статье представлен анализ основных положений о музыке в трактатах Аристотеля и дана трактовка музыкальных инноваций, характерных для его эстетики. Основными выводами проведенного исследования являются наличие в философии и эстетике Аристотеля следующих музыкальных инноваций: музыкальная композиция – важнейшее украшение трагедии, один из ее компонентов; разделение музыки на практическую и теоретическую (музыкальное искусство и наука о музыке); появление системы «композитор – исполнитель», где композитор – автор музыки, а исполнитель – тот, кто ее исполняет или преподает; формирование целостной концепции музыкального произведения; музыка – мелодико-гармоническое отражением бытия и выражение духовно-нравственных свойств и качеств человеческой природы.

Ключевые слова: Аристотель, музыкальные инновации, философия, эстетика, музыкальное произведение, композитор, исполнитель, античность, теоретическая музыка, практическая музыка

Abstract.

The article studies music novations in Aristotle’s philosophy. The object of research is Aristotle’s philosophical and aesthetical views. The research subject is music novations in Aristotle’s philosophy. The purpose of the research is to detect music novations in Aristotle’s philosophy. To achieve this purpose, the author performs the following tasks: to study Aristotle’s essays and to define his philosophic and aesthetical attitude to music resulting in music novations which had appeared in his philosophy. The author gives attention to Aristotle’s theoretical views on music art. The main research methods are the analytical and hermeneutical ones. The article contains the analysis of the main ideas about music in Aristotle’s essays and characterizes music innovations typical for his aesthetics. The author concludes that Aristotle’s philosophy and aesthetics contain the following novations: a music composition is the key jewel of a tragedy, one of its components; music is divided into practical and theoretical (music art and music science); the “composer-performer” system appears in which a composer is the author of the music, and a performer is the one who plays or teaches the music; the formation of a comprehensive concept of a piece of music; music is a melodic and harmonic reflection of life and an expression of spiritual and moral values and properties of humanity. 
 

Keywords:

theoretical music, antiquity, performer, composer, musical composition, aesthetics, philosophy, musical innovation, Aristotle, practical music

Вопросы философии и эстетики музыки позволяют глубоко проникать в содержание музыкальных произведений и понимать их строение. Любое настоящее произведение искусства является воплощением определённых философско-эстетических идей. Именно поэтому для каждого музыканта важно изучение философии и эстетики музыки.

История западноевропейской музыкальной культуры, показывает, что в каждую эпоху были определенные нововведения, которые индивидуализировали ее и отличали от всех предыдущих исторических периодов. В каждый исторический период были мыслители, которые открывали новые законы бытия искусства. Новые концепции музыки, которые появлялись в трудах ученых, мы называем музыкальными инновациями. Музыкальные инновации – это не только новые произведения, но и новые мысли в философии и эстетике музыки. Они появились еще в эпоху античности.

А.Ф. Лосев указывал, что эстетическое сознание античности «с большим трудом отделялось от практической деятельности, от религии, от морали, от общественной жизни, от техники и ремесла и вообще от чисто жизненного подхода к действительности» [1, 11]. Аналогично и музыка была неразрывно связана с практикой общественной жизни. Однако уже начиная с эпохи античности, музыка получает теоретическое осмысление в учениях Пифагора, Гераклита, Демокрита, в трактатах Платона, Аристотеля, их современников и последователей.

Цель данной статьи – выявление музыкальных инноваций в философии Аристотеля. Для достижения данной цели нужно выполнить следующие задачи: изучить трактаты Аристотеля и определить его философско-эстетическое отношение к музыке, из которых следуют музыкальные инновации, появившиеся в его учении. Основные методы исследования – аналитический и герменевтический. В статье представлен анализ основных положений о музыке в трактатах Аристотеля и дана трактовка музыкальных инноваций, характерных для его эстетики. В контексте данной статьи музыкальные инновации в учении Аристотеля – это те новые философско-эстетические воззрения мыслителя о музыке, которые появились впервые именно у него и остаются актуальными до сих пор.

Первая инновация, которая вытекает из содержания трактата «Поэтика», связана с теоретическим осмыслением прикладного значения музыки. Аристотель указывал на то, что музыкальная композиция является одной из шести составных частей трагедии (другие её части: фабула, характеры, мысли, сценическая обстановка, текст): "Из остальных частей трагедии пятая, музыка, составляет главнейшее из услащений" [5, 653]. Мыслитель полагал, что музыкальная композиция составляет важнейшее украшение трагедии. Он был первым, кто называл музыку необходимым компонентом трагедии. Если провести параллели с современностью, то окажется, что данная мысль весьма актуальна сегодня, поскольку музыка является одним из важнейших компонентов драматического театра и кино. Она помогает современному зрителю чувственно воспринимать действо, происходящее на сцене или экране, что перекликается с суждением Аристотеля о роли музыки в трагедии: "немалую ее часть составляют зрелище и музыка, благодаря которой удовольствие особенно наглядно" [5, 680]. Прикладное значение музыки, которое было теоретически осмысленно еще в античную эпоху, сохранилось до сих пор (наряду с музыкой как автономным видом искусства). Новаторство Аристотеля для его эпохи заключалось именно в теоретическом осмыслении музыки как одной из неотъемлемых частей трагедии и в осознании ее важной роли в развитии действа.

Следующая инновация в учении Аристотеля - разделение музыки на теоретическую и практическую, обозначенное им в трактате «Политика». Теоретическая музыка, выражаясь современным языком, представляет собой музыковедение. Второй род музыки – это то, что мы называем собственно музыкой, то есть музыкальные произведения, которые создает автор с целью последующего исполнения для обучения, воспитания или досуга. Аристотель был первым мыслителем, который, по сути, отделил музыкальное искусство от науки о музыке. Именно Аристотель впервые заговорил о необходимости изучения музыки на практике: "музыкальное воспитание должно быть устроено таким образом, чтобы воспитываемые изучали музыку на практике" [5, 638]. Он считал, что нельзя судить о музыке, не владея ей практически: "люди должны, пока они молоды, сами заниматься этим делом; когда они станут старше, они должны оставить эти занятия, зато они будут в состоянии судить о прекрасном и испытывать надлежащее удовольствие благодаря урокам, полученным ими в молодости" [5, 639].

У Аристотеля впервые появляется мысль о том, что есть автор, создающий музыкальное произведение (композитор), и исполнитель, который либо обучается, либо обучает или воспитывает других, либо самосовершенствуется. Созвучные этому мысли позднее появятся в трудах Б. Яворского и Б. Асафьева (триада: композитор – исполнитель – слушатель). Аристотель был первым, кто теоретически осмыслил функциональность бытия музыкального искусства, связанную с существованием автора (композитора) и исполнителя.

Также Аристотель стал первым теоретиком, попытавшимся сформировать целостную концепцию музыкального произведения. Согласно его учению о материи и форме, сначала возникает бесформенная звуковая масса, которая преобразуется в формы теоретических музыкальных идей, а затем воплощается в эмпирические формы музыкальных произведений. В своей "Метафизике" Аристотель писал о том, что мерой и началом "служит нечто единое и неделимое <...>, в учении о небесных светилах за начало и меру берется <...> наиболее быстрое движение - движение неба <...>, в музыке - четверть тона" [2, 254]. Следовательно, от четверти тона измеряются все остальные созвучия по Аристотелю.

Ещё одно новаторство Аристотеля заключается в осмыслении им причин получения удовольствия от музыкального произведения и творческого удовлетворения. Если музыка, созданная композитором, становится впоследствии предметом деятельности исполнителей и слушателей, то удовольствие создателя растет, расширяется, а затем трансформируется в чувство творческого удовлетворения. Стагирит говорит, что это происходит потому, что «всякий любит собственное творение больше, чем оно, оживши, полюбило бы его; и, наверное, в первую очередь так бывает с поэтами, потому что они обожают собственные сочинения, словно своих детей» [5, 255]. Сказанное можно отнести и к композиторам. Итак, Аристотель был первым, кто заговорил о творце и его творении, не отказывая музыке в праве называться видом искусства в современном для нас понимании этого слова. До Аристотеля ни Пифагор, ни Гераклит, ни Демокрит не рассматривали музыку как самостоятельный вид искусства, но рассуждали о музыке как о науке. Основная причина этого – отсутствие внутренней дифференциации в таких понятиях, как музыкальное искусство и музыкальная наука.

Рассуждая в «Политике» о месте музыки в системе общепринятых у греков занятий, таких как грамматика, гимнастика, рисование, Аристотель отводил музыке роль источника чистого наслаждения во время досуга. Если грамматика обучает грамотности, гимнастика «служит к укреплению здоровья и развитию телесных сил» [5, 631], рисование позволяет адекватно оценивать произведения искусства, то музыка является тем средством, при помощи которого человек может на время отвлечься от обыденных трудов, от повседневности и окунуться в мир прекрасных созвучий, благотворно воздействующих через его слух на душу и тело. «Поэтому остается принять одно, что музыка служит для заполнения нашего досуга, ради чего ее, очевидно, и ввели в обиход воспитания» [5, 631], – писал Аристотель. В его учении впервые появляется взгляд на музыку как средство заполнения досуга (ранее ни один философ не рассматривал ее подобным образом).

Аристотель также указывал, что музыка является мелодико-гармоническим отражением бытия и выражает духовно-нравственные свойства и качества человеческой природы. Он справедливо считал, что музыка в состоянии радикально изменить состояние души в любой момент времени и в любой точке пространства. Эта мысль во многом сходна с платоническим отношением к музыке, в котором также уделяется особое внимание воздействию музыки на человека. «Ритм и мелодия, – писал Аристотель, – содержат в себе более всего приближающиеся к действительности отображения гнева и кротости, мужества и воздержанности и всех противоположных им свойств, а также и прочих нравственных качеств (это ясно и из опыта: когда мы воспринимаем ухом ритм и мелодию, мы изменяемся в душе). Привычка же испытывать огорчение или радость при восприятии того, что подражает действительности, ведет к тому, что мы начинаем испытывать те же чувства и при столкновении с действительностью» [5, 636–637].

В заключении подведем некоторые итоги. В философии Аристотеля был выявлено пять музыкальных инноваций. Во-первых, музыкальная композиция по Аристотелю – важнейший компонент античной трагедии. Он считал, что музыка – одна из ее частей. Прикладное значение музыки до сих пор остается актуальным, поскольку она является неотъемлемой составляющей театра и кино.

Во-вторых, философ был первым мыслителем, который разделил музыку на теоретическую и практическую (наука о музыке и музыка как вид искусства). Именно с Аристотеля началась дифференциация науки о музыке и музыкального искусства. Это разделение актуально до сих пор: музыковедение – наука, изучающая музыку, а музыка – один из видов искусства.

В-третьих, Аристотель впервые заговорил о том, что в музыке есть композитор и исполнитель. Композитор – автор, создающий музыкальные произведения, а исполнитель – тот, кто обучается или обучает, либо самосовершенствуется. Эта позиция также не утратила актуальности сегодня. Музыкальное произведение создают композиторы, творчество которых исполняют музыканты, исследуют музыковеды, изучают обучающиеся и преподаватели. Многие современные исполнители сочетают концертную деятельность с педагогической.

В-четвертых, в его учении сформировалась целостная концепция музыкального произведения: сначала возникает бесформенная звуковая масса, которая преобразуется в формы теоретических музыкальных идей, а затем воплощается в эмпирические формы музыкальных произведений. Данная концепция также получила развитие в современном музыкознании. Целостный анализ музыкального произведения предполагает исследование его формы и всех элементов музыкального языка, выявление их взаимодействия между собой, определение концепции опуса и роли средств музыкальной выразительности в воплощении идеи композиции. Почти все это предвидел Аристотель.

В-пятых, мыслитель указывал на то, что музыка – это мелодико-гармоническое отражение бытия и выражение духовно-нравственных свойств и качеств человеческой природы, что также как и предыдущие инновации не утратило актуальности в наше время: все виды искусства отражают и внутренний мир человека, и бытие с помощью средств выразительности, в музыке такими средствами являются в числе прочих мелодия и гармония. В настоящее время и мелодия, и гармония продолжают оставаться важнейшими средствами музыкальной выразительности. Конечно, они не являются главными во всей современной музыке, но их наличие во многих музыкальных произведениях нельзя отрицать.

Таким образом, Аристотель в своём понимании музыки и своим отношением к ней приближен к современным теоретическим моделям ее интерпретации: музыка рассматривается как вид искусства и как наука, сформирована целостная концепция музыкального произведения, которая впоследствии стала применяться в трансформированном виде при анализе музыкальных произведений. Музыкальные инновации, появившиеся в философии Аристотеля, получили дальнейшее развитие и продолжение в трудах не только его античных последователей, но также мыслителей последующих эпох.

Библиография
1.
Античная музыкальная эстетика: собр. текстов / предисл. и общ. ред. В. П. Шестакова, А. Ф. Лосева. М.: Гос. муз. изд-во, 1960. 304 с.
2.
Аристотель. Сочинения в 4 т. Т.1. М.: Мысль, 1979. 549 с.
3.
Аристотель. Сочинения в 4 т. Т.2. М.: Мысль, 1978. 685 с.
4.
Аристотель. Сочинения в 4 т. Т.3. М.: Мысль, 1981. 613 с.
5.
Аристотель. Сочинения в 4 т. Т.4. М.: Мысль, 1983. 830 с.
6.
Лосев А. Ф. Диалектика мифа. М.: Мысль, 2001. 558 с.
7.
Лосев А.Ф. История античной эстетики в 8 т. Т.IV. М.: Фолио; ACT, 2000. 880 с.
8.
Татаркевич В. Античная эстетика. М.: Искусство, 1977. 327 с.
9.
Фомина 3.В. Философия музыки. Саратов: СГК им. Собинова, 2004. 208 с.
10.
Шестаков В.П. От этоса к аффекту. История музыкальной эстетики от античности до XVIII века. М.: Музыка, 1975. 352 с.
References (transliterated)
1.
Antichnaya muzykal'naya estetika: sobr. tekstov / predisl. i obshch. red. V. P. Shestakova, A. F. Loseva. M.: Gos. muz. izd-vo, 1960. 304 s.
2.
Aristotel'. Sochineniya v 4 t. T.1. M.: Mysl', 1979. 549 s.
3.
Aristotel'. Sochineniya v 4 t. T.2. M.: Mysl', 1978. 685 s.
4.
Aristotel'. Sochineniya v 4 t. T.3. M.: Mysl', 1981. 613 s.
5.
Aristotel'. Sochineniya v 4 t. T.4. M.: Mysl', 1983. 830 s.
6.
Losev A. F. Dialektika mifa. M.: Mysl', 2001. 558 s.
7.
Losev A.F. Istoriya antichnoi estetiki v 8 t. T.IV. M.: Folio; ACT, 2000. 880 s.
8.
Tatarkevich V. Antichnaya estetika. M.: Iskusstvo, 1977. 327 s.
9.
Fomina 3.V. Filosofiya muzyki. Saratov: SGK im. Sobinova, 2004. 208 s.
10.
Shestakov V.P. Ot etosa k affektu. Istoriya muzykal'noi estetiki ot antichnosti do XVIII veka. M.: Muzyka, 1975. 352 s.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Замечания: «Все новое, что было характерно для музыки конкретного исторического периода мы называем музыкальными инновациями. Именно они являются объектом настоящей статьи.  » Не совсем отвечает заявленной названием теме (Музыкальные инновации в философии Аристотеля). То же — относительно следующей дефиниции: «В качестве предмета исследования выступает философия Аристотеля.» Иными словами, объект исследования — «все новое, что было характерно для музыки конкретного (?) исторического периода», предмет — «философия Аристотеля». Достаточно сомнительно с точки зрения точности формулировок. Следует изложение общеизвестных сведений относительно Ликея, и затем: «Философия и эстетика Аристотеля часто становились предметом многих исследований (часто — многих — не лучшее сочетание). Лосев, сравнивая учения Платона и Аристотеля, отмечал, что у обоих философов искусство являлось подражанием объективному бытию [1, 46].  » Очевидно, автор всерьез намерен дать очерк «философии Аристотеля». Но упоминаемого в такой связи во второй раз А.Ф. Лосева для решения подобной задачи — «маловато будет». И далее: «При этом понимание объективного бытия у каждого из них различно. Для Платона это «жизнь и космос, основанные на особом и самостоятельном мире идей» [1, 46], а для Аристотеля «объективно существующие идеи имманентны самим вещам и являются их формой» [1, 46–47]. » Различию позиций Платона и Аристотеля сам Лосев посвящает сотни страниц текста. При этом его вывод вкратце сводится к совпадению их позиций по наиболее принципиальным вопросам. Сопоставлять — и противопоставлять — их взгляды, основываясь на приведенный куцых выжимках, не слишком корректно. И, несколько ниже: «Аналогичные суждения можно обнаружить у В.П. Шестакова, который указывал на то, что Аристотель «выступал против платоновского учения об идеях, признавая, в противовес Платону, самостоятельное бытие вещей, их независимость от идей» [10, 30]. » Что ж здесь «аналогичного»? Ничто в приведенных выписках из Лосева к подобному заключению не подводит. И сразу далее: «Особое внимание философ (?) уделял искусству, в частности, музыке и театру.  » Лучше — не философ, но Аристотель; в противном случае может возникнуть путаница. Продолжение фразы: «З.В. Фомина писала о связи музыки с философией в контексте учения Аристотеля: «музыка способна излечить и очистить душу от разного рода аффектов и восстановить в душе "строгость", "умеренность" и "пристойность" чувств» [9, 23]. » Но мнение Фоминой начатое не продолжает (особое внимание философа), но начинает несколько иную тему (в весьма замысловатой формулировке: «связи музыки с философией в контексте (?) учения Аристотеля»; так в чем заключается упомянутая связь?). «Мыслитель полагал, что музыкальная композиция составляет важнейшее украшение трагедии. Если провести параллели с современностью, то окажется, что данная мысль весьма актуальна сегодня, поскольку музыка является одним из важнейших компонентов драматического театра и кино. » Предельно нестрогое суждение. Очевидно, драматургическое искусство и становление музыки исторически тесно связаны. В рамках суждения данная связь выступает своего рода «заслугой Аристотеля». Завершение мысли: «Таким образом, прикладное значение музыки, идущее от античности (почему именно от античности? Иные источники отсутствуют?), сохранилось до сих пор (наряду с музыкой как автономным видом искусства). » ??? При чем здесь Аристотель (и инновации)? «Именно у него впервые появляется мысль о том, что есть автор, создающий музыкальное произведение (композитор) и исполнитель, который либо обучается, либо обучает или воспитывает других, либо самосовершенствуется. Таким образом, мы видим, что философ относится к музыке именно как к искусству (? а как к ней относились его современники, и тот же Платон?), и у него впервые появляются мысли о сущностных характеристиках произведения искусства (если и так, то они не приведены). Созвучные этому мысли (?) позднее появятся в трудах Б. Яворского и Б. Асафьева (триада: композитор – исполнитель – слушатель). » Чрезвычайно аморфный в логическом отношении фрагмент, насыщенный множеством бездоказательных утверждений (автор, кажется, ни разу не обратился к Аристотелю напрямую). И т. д. Посмотрим, чем это все завершается. «Таким образом, Аристотель в своём понимании музыки и своим отношением к ней приближен к современным теоретическим моделям ее интерпретации (к каким именно? Их достаточно непросто перечислить, не то что приблизиться — во всем их разнообразии; но, как бы то ни было, это не раз встречающееся в тексте утверждение звучит предельно абстрактно; эти «модели и интерпретации» следует упоминать гораздо более предметно). Все музыкальные инновации, появившиеся в философии Аристотеля, получили дальнейшее развитие и продолжение в трудах не только его античных последователей, но также мыслителей последующих эпох. » Недостает конкретики и последовательности в аргументации позиций. Заключение: работа в целом отвечает требованиям, предъявляемым к научному изложению, но как в стилистическом, так и в структурно-логическом отношении требует доводки, и рекомендована к публикации по ее завершению.

Результаты процедуры повторного рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Представленная статья посвящена разбору ряда идей, представленных в трудах Аристотеля, с позиций музыкальной эстетики. Актуализируя значение изучения философии и эстетики музыки, автор статьи ставит цель - выявить новые подходы к осмыслению музыки как феномена во взглядах античного мыслителя. Автор выделяет в качестве основных методов исследования аналитический и герменевтический методы. В сопоставлении со взглядами предшественников в работах Аристотеля автор статей выделяет и разбирает пять позиций, характеризующих музыкальное искусство, которые именует «музыкальные инновации». Однако у рецензента возник ряд вопросов по прочтении статьи. Прежде всего, на взгляд рецензента, содержательно и стилистически неудачно выбран термин «музыкальные инновации» для обозначения новых тенденций в античных трудах. Ряд идей, представленных в статье, трактован своеобразно. Характеризуя оценку Аристотелем роли музыки как составной части древнегреческой трагедии, автор статьи сопоставляет это с воздействием музыки в современном театре и кино. При этом возникает ощущение, что автор статьи не знаком со спецификой синкретического единства искусств и строением античной трагедии. Сомнительно воспринимается мысль автора (в контексте античных музыкальных воззрений) о выделении Аристотелем фигуры композитора и разделении функций композитора и исполнителя. Тем более странным и безосновательным видится сопоставление идей Аристотеля с идеями музыковедов уже ХХ века (Б. Яворского и Б. Асафьева). Тезис автора статьи о том, что «Аристотель стал первым теоретиком, попытавшимся сформировать целостную концепцию музыкального произведения», не получает подкрепления и развития; и также, на взгляд рецензента, является спорным. Характеризуя идею Аристотеля, «что музыка является мелодико-гармоническим отражением бытия», автор статьи опирается на идеи и терминологию общепризнанной в философии и музыкальной эстетике по отношению к Аристотелю теории мимесиса. Автор в общих приближениях показывает, в чем именно взгляды Аристотеля отличаются от позиций предшественников. При этом, автор слишком «грубо», «напрямик» сопоставляет идеи Аристотеля с подходами современного музыкознания, пропуская ряд исторических этапов развития музыкально-теоретической мысли (то есть подобное сопоставление воспринимается неправомерным). Также в статьи есть некоторые редакторские неточности (например, лишние запятые: «История западноевропейской музыкальной культуры, показывает») и стилистически не очень удачные обороты («Вопросы философии и эстетики музыки позволяют глубоко проникать в содержание музыкальных произведений и понимать их строение»). В целом обозначаемые автором позиции музыкальной эстетики Аристотеля уже представлены в исследовательской литературе. Несмотря на ряд недостатков статью все-таки можно опубликовать.