Читать статью 'Банкротство физического лица как основание прекращения участия в хозяйственном обществе' в журнале Право и политика на сайте nbpublish.com
Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1957,   статей на доработке: 337 отклонено статей: 580 
Библиотека

Вернуться к содержанию

Право и политика
Правильная ссылка на статью:

Банкротство физического лица как основание прекращения участия в хозяйственном обществе

Абдулкадиров Тавус

аспирант, кафедра Департамент правового регулирования экономической деятельности, Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации

125993, Россия, Москва, г. Москва, Ленинградский просп., 49

Abdulkadyrov Tavus

Post-graduate student, the department of Legal Regulation of Economic Activity, Financial University under the Government of the Russian Federation

125993, Russia, Moskva, g. Moscow, Leningradskii prosp., 49

tavusqa@gmail.com

DOI:

10.7256/2454-0706.2019.2.28877

Дата направления статьи в редакцию:

05-02-2019


Дата публикации:

25-02-2019


Аннотация.

Статья посвящена анализу возможности прекращения участия лица в хозяйственном обществе в связи с признанием такого лица банкротом (несостоятельным). В особенности затрагиваются вопросы допустимости и обоснованности ограничения участника (акционера) хозяйственного общества в осуществлении права участия, включая права на управление делами хозяйственного общества. Кроме того, в предмет исследования входят ситуации, которые предшествуют необходимости принудительного исключения того или иного лица из состава участников хозяйственного общества без учета его воли. В частности, исследуется правоприменительная судебная практика по вопросу отказа участнику осуществлять управление хозяйственным обществом после окончания процедуры реализации имущества гражданина банкрота. Доказано, что действующее гражданское законодательство содержит положения , которые предоставляют возможность участникам (акционерам) непубличного хозяйственного общества изолировать участника, а именно физического лица, признанного банкротом, от управления обществом в альтернативном порядке. В свою очередь, подобные положения исключают необходимость реализации затратного и длительного судебного порядка исключения участника,а именно физического лица, признанного банкротом, из хозяйственного общества.

Ключевые слова: хозяйственное общество, участник, акционер, банкротство, реализация имущества, управление, исключение, принудительное прекращение, право на участие, утрата доверия

Abstract.

This article is dedicated to the analysis of the possibility of removal an individual from participation in the corporate decision-making due to personal bankruptcy of this individual. In particular, the article explores the questions of allowability and justification of limitation of a stakeholder in a company with regards to exercising the right of participation, including the right to run the company. Moreover, the subject of research includes situations that precede the necessity to remove the individual from the board without vote of the individual. The work also examines the case law on the question of refusal to allow a partner to carry out administration of the company after the conclusion of liquidation of their personal property. It is proved that the current civil legislation contains positions, which enable the stakeholders of privately held company to exclude a member, an individual declared bankrupt from the board.

Keywords:

compulsory termination, exception, management, sale of property, bankruptcy, shareholder, participant, business company, right to participate, loss of confidence

Действующая редакция Гражданского кодекса Российской Федерации[1] (далее по тексту – ГК РФ) позволят в принудительном порядке прекратить участия лица в непубличном хозяйственном обществе. Непосредственно сам процесс исключения лица из хозяйственного общества проходит в судебном порядке, а основанием является судебный акт о принудительном исключении участника из общества с ограниченной ответственностью (далее по тексту – ООО) или непубличного акционерного общества (далее по тексту – АО). Основания, в результате которых участник может лишиться своего права на участие в ООО или АО содержаться в статье 67 ГК РФ и разъяснениях Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»[2]. При этом, как положения законодательства, так и положения разъяснений высших судебных инстанций Российской Федерации не содержат указания на то, что данный перечень является исчерпывающим. В особенности, на принятие судом решения об исключении лица из ООО или АО влияет как его действия отражаются на введение нормальной хозяйственной деятельности. Обстоятельствами, которые способны оказать влияние на нормальную хозяйственную деятельности ООО или АО могут быть самыми разными. В тоже время, они должны быть связаны с поведением участника в отношении которого подано исковое заявление о его исключении из состава участников. В одном из случаев, в судебно-арбитражной практике, суд усмотрел, наличие связи между поведением участника непубличного хозяйственного общества и способностью общества вести хозяйственную деятельности. В выводах судом было отмечено, что уменьшение достаточного уровня доверительных взаимоотношений лиц входящих в состав участников ООО или АО является одним из факторов, существенно влияющих на возможность осуществления беспрепятственной хозяйственной деятельности[3]. Действительно, стоит согласиться с таким утверждением, о значимости достаточного уровня доверительных взаимоотношений лиц входящих в состав участников ООО или АО. Поскольку, именно взаимопонимание между лицами, входящими в состав участников ООО или АО позволяет принимать решение о будущих направлениях развития предприятие, о том какими качествами должно обладать лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа, а также какую из планируемых сделок стоит одобрить с ожиданием того, что она позволит получить определенный доход.

В тоже время, к акционеру АО или участнику ООО доверие может быть утрачено в силу разных причин и обстоятельств. Например, статья 213.30 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»[4] (далее по тексту – Закон о банкротстве), которая предусматривает ограничение права на управление хозяйственным обществом в связи с признанием гражданина банкротом и завершением процедуры реализации его имущества. Начало действия настоящего положения вступило в силу с 28 января 2018 г.[5] В тоже время, Ю.С. Харитонова в своем исследовании[6] обращает внимание на то, что введением изменений в положения законодательства о банкротстве, законодатель своими действиями ввел новое понятие «управление корпорацией». Довольно трудно согласиться с такими выводами и суждениями автора в виду следующего. В соответствии с положениями ст. 65.2 ГК РФ, доля в уставном капитале ООО или акции в уставном капитале АО предоставляют участникам (акционерам) участвовать в управлении делами хозяйственного общества. В свою очередь, еще в 2014 году законодатель ввел понятие «управление делами корпорации», что подразумевает возможность участника (акционера) своей волей и своими решениями (действиями) влиять на хозяйственную деятельность хозяйственного общества, то есть осуществлять управление обществом[7]. Следовательно, положения гражданского законодательства уже раскрыли понятие «управление делами хозяйственного общества», из чего можно понять к каким случаям применяется ограничение гражданина банкрота в управлении делами хозяйственного общества. По сути, законодатель ввел ограничение гражданина банкрота на прямое участие в хозяйственном обществе через владение долей или акцией в уставном капитале хозяйственного общества. При этом, этим же положением законодательства о банкротстве ограничивается и любое возможное иное средство или способ управления хозяйственным обществом. Предлагаю остановиться на вопросе прямого участия в управлении делами хозяйственного общества путем владения долей или акцией в уставном капитале ООО или АО.

Во-первых, возникает вопрос каким образом необходимо действовать гражданину банкроту, если после процедуры реализации имущества гражданина банкрота у него осталось право владение долей или акцией в ООО и АО соответственно. Исходя из буквального содержания статьи 213.30 Закона о банкротстве, такому участнику следует воздерживаться от участия в управлении делами хозяйственного общества. Одним из самых очевидных вариантов является подачи заявление о выходе из состава участников в ООО и направление требования о выкупе его акций самим АО (или любой другой вариант отчуждения долей или акций гражданином банкротом). В обычных случаях использования таких права участником (акционером), предполагается, что такое решение принимается лицом добровольно на основании собственного желания и волеизъявления. Вместе с тем, в случаи признания гражданина банкротом, законодатель требуется от него в принудительном порядке не участвовать в управлении делами хозяйственным общества, а значит решение о выходе из ООО и направление требования о выкупе его акций в АО будет совершаться против его воли и исключает добровольный характер. Отсюда, можно сделать вывод, что это является один из вариантов внесудебного порядка принудительного прекращения участия в хозяйственном обществе.

Таким образом, отсутствие достаточного уровня доверительных отношений между лицами, входящими в состав участников ООО или АО предполагает возможность не только судебного порядка исключения лица, к которому утрачено доверие. В свою очередь, обоснованно полагать, что акционеры АО или участники ООО не могут доверять лицу, которое признано банкротом и в отношении, которого проведена процедуры реализации имущества должника. В следствии, такому лицу ограничивают право на участие в управлении деятельностью хозяйственного общества, что по сути не требует реализации судебного порядка принудительного исключения лица из общества, а предоставляет возможность оставшимся участниками (акционерам) изолировать такое лица от управления обществом в альтернативном порядке.

Во-вторых, может возникнуть ситуация, когда гражданин, признанный банкротом, является единственным участником или акционером хозяйственного общества. Учитывая, запрет на совершение действий в результате которых в хозяйственном обществе не остается ни одного участника (акционера), то осуществить выход из ООО или продать акций самому АО не представляется возможным. При таких обстоятельствах, участник (акционер) который одновременно является гражданином банкротом будет вынужден совершать действия по ликвидации хозяйственного общества в связи с императивным ограничением в законодательстве о банкротстве. Подобные действия, связанные с необходимостью ликвидировать хозяйственное общество могут быть довольно затратными и продолжительными по времени, а участнику общества стоит рассматривать другие способы и средства отчуждения долей в ООО или акций в АО. Таким образом, рекомендуется предпринимать действия по ликвидации хозяйственного общества как крайнюю меру соблюдения положений законодательства о банкротстве и последствиях признания гражданина банкротом.

Резюмируя изложенное, предполагается, что только благодаря разъяснениям правоприменительных органов (включая судебную систему Российской Федерации и систему регистрирующих органов), субъекты гражданского оборота смогут получить развернутые и обоснованные рекомендации по вопросам правовых последствий для лиц, признанных гражданами банкротами и прошедшими процедуру реализации имущества.

Библиография
1.
«Собрание законодательства РФ», 05.12.1994, № 32, ст. 3301.
2.
«Бюллетень Верховного Суда РФ», № 8, август, 2015.
3.
Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2016 № 17АП-4955/2016-ГК по делу № А60-41230/2015 // СПС КонсультантПлюс.
4.
«Российская газета», № 209-210, 02.11.2002.
5.
Федеральный закон от 29.07.2017 N 281-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования обязательных требований к учредителям (участникам), органам управления и должностным лицам финансовых организаций» // СПС КонсультантПлюс.
6.
Андреев В.К. Корпорация как самостоятельный субъект права // Гражданское право. 2015. № 1. С. 7-13.
7.
Харитонова Ю.С. Ограничение правоспособности гражданина, признанного банкротом // Законы России: опыт, анализ, практика. 2015. № 9. С. 24-29
References (transliterated)
1.
«Sobranie zakonodatel'stva RF», 05.12.1994, № 32, st. 3301.
2.
«Byulleten' Verkhovnogo Suda RF», № 8, avgust, 2015.
3.
Postanovlenie Semnadtsatogo arbitrazhnogo apellyatsionnogo suda ot 30.05.2016 № 17AP-4955/2016-GK po delu № A60-41230/2015 // SPS Konsul'tantPlyus.
4.
«Rossiiskaya gazeta», № 209-210, 02.11.2002.
5.
Federal'nyi zakon ot 29.07.2017 N 281-FZ «O vnesenii izmenenii v otdel'nye zakonodatel'nye akty Rossiiskoi Federatsii v chasti sovershenstvovaniya obyazatel'nykh trebovanii k uchreditelyam (uchastnikam), organam upravleniya i dolzhnostnym litsam finansovykh organizatsii» // SPS Konsul'tantPlyus.
6.
Andreev V.K. Korporatsiya kak samostoyatel'nyi sub''ekt prava // Grazhdanskoe pravo. 2015. № 1. S. 7-13.
7.
Kharitonova Yu.S. Ogranichenie pravosposobnosti grazhdanina, priznannogo bankrotom // Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika. 2015. № 9. S. 24-29

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования - одно из оснований прекращения участия в хозяйственном обществе - банкротство физического лица. Методология исследования совокупность методов: формально-юридический, сравнительно-правовой, анализ, синтез и обобщение. Актуальность статьи несомненна в связи с неопределенностью позиции законодателя по ограничению (запрещению) после признания гражданина банкротом его участия в управлении юридическим лицом. Научная новизна присутствует и заключается в теоретическом обосновании различных вариантов поведения при признании гражданина банкротом. Стиль, структура, содержание. Соответствуют статьям и исследованиям такого рода. Можно остановиться лишь на некоторых моментах статьи. Интересны суждения автора «о значимости достаточного уровня доверительных взаимоотношений лиц входящих в состав участников ООО или АО». Автор также предметно исследует вопрос прямого участия в управлении делами хозяйственного общества путем владения долей или акцией в уставном капитале ООО или АО и делает вывод, что это является одним из вариантов внесудебного порядка принудительного прекращения участия в хозяйственном обществе. Им также рекомендуется предпринимать действия по ликвидации хозяйственного общества в таких случаях. Это будет крайней мерой соблюдения положений законодательства о банкротстве и последствиях признания гражданина банкротом. Вероятно, законодатель не имел в виду распространение данного ограничения на участие граждан-банкротов в деятельности общих собраний акционерных обществ или обществ с ограниченной ответственностью, на участие граждан в деятельности собраний пайщиков жилищных кооперативов и т. д. Представляется, что дисквалификация наступает в связи с неспособностью вести оперативную хозяйственную деятельность. Поэтому разумно было бы распространить запрет занимать должности не во всех органах управления юридическим лицом, а только в исполнительных органах юридических лиц. Признанный банкротом не может быть директором, членом коллегиального исполнительного органа, совета директоров (наблюдательного совета) и т. д. в зависимости от вида юридического лица. Именно такой подход заложен в КоАП РФ. Между тем бесспорной видится потребность в непосредственной регламентации затронутой проблематики в законе. Однако автор правильно отмечает, что только правоприменитель или сам законодатель должен внести ясность в этом вопросе. Библиография мгла бы быть приведена более полная. Опубликовано определенной количество работ по данной теме. Тем более, что есть и судебные решения, в которых суд пришел к заключению, что "...законодатель, предусмотрев ограничения для гражданина-банкрота, являющегося участником общества... дает такому участнику альтернативный способ реализации прав... а именно... возможность участвовать в деятельности общества через доверительного управляющего...". Апелляция к оппонентам в той мере, когда они есть в статье, присутствует. Выводы работа может быть опубликована, интерес читательской аудитории будет присутствовать.