Читать статью 'Бытовой сюжет хороводных песен русских сел волжской дельты' в журнале PHILHARMONICA. International Music Journal на сайте nbpublish.com
Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1906,   статей на доработке: 357 отклонено статей: 438 
Библиотека

Вернуться к содержанию

PHILHARMONICA. International Music Journal
Правильная ссылка на статью:

Бытовой сюжет хороводных песен русских сел волжской дельты

Иванова Ольга Анатольевна

заведующая секцией, Астраханская государственная консерватория

4140000, Россия, г. Астрахань, ул. Советская, 23

Ivanova Olga Anatol'evna

head of the division at Astrakhan State Conservatory

4140000, Russia, g. Astrakhan', ul. Sovetskaya, 23

nofany4@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2453-613X.2017.1.24974

Дата направления статьи в редакцию:

12-12-2017


Дата публикации:

16-01-2018


Аннотация.

Объектом исследования в данной статье является жанр хороводной песни, бытующий на территории русских сел волжской дельты Астраханской области. Рассматривается его отдельная содержательная константа — бытовой сюжет, проявляющийся в большинстве записанных в ходе экспедиционной работы музыкально-песенных образцов. Особое внимание уделяется соотношению текста и музыки с обрядовой стороной хоровода как знакового для российского фольклора действа. Бытовой сюжет, как правило, включает в себя рассказ, передающийся пением, о нелегкой судьбе простого народа или отдельного человека. Примерами стали образцы, записанные в Камызякском и Лиманском районах Астраханской области. В статье предпринят комплексный подход к изучению хороводной песни, при котором сам объект исследования изучается с разных методологических сторон; основным же методом, используемым в работе, стал метод анализа музыкально-песенного материала. Актуальность и новизну определяет не рассматриваемый ранее экспедиционный материал, расшифрованный автором статьи самостоятельно и внедренный в репертуар некоторых фольклорных ансамблей. Примечательно, что во всех образцах присутствуют все характерные для хороводной песни как жанра жанровые признаки, среди которых главными являются: наличие рефрена, цепного запева, шаговое движение во время исполнения, функциональная закрепленность каждой песни за определенным обрядом — календарным или свадебным.

Ключевые слова: фольклор, традиционная музыка, Астраханская область, дельта Волги, хороводная песня, бытовой сюжет, синтез искусств, экспедиция, жанровые признаки, музыки и текст

Abstract.

The object of the present reserach is the genre of the round-the-clock song popular in the territory of Russian settlements of the Volga delta in the Astrakhan Region. In her research Ivanova anlayzes a particular content constant of such songs which is a household plot that was discovered in the greater part of songs recorded during the field research. The author pays special attention to the balance between text and music in traditional round-the-clock songs as an essential element of Russian action folklore. As a rule, household plots contain a story told through singing. It is a story about uneasy life of plain people or an individual. The research is based on songs recorded in the Kamyzyaksy and Limansky districts of the Astrakhan Region. The author of the article applies the integral approach to studying the round-the-clock song when it is being studied from different methodological bases. However, the main method used by the author in her research is the analysis of music-and-song content. The novelty and rationale of the research are caused by the fact that the author presents the field research material dencoded by the author of the article on her own and introduced by some folklore bands. Noteworthy that all songs studied by the author have the same typical round-the-clock genre features. The main features are refrain, circled solo tune, step movement during performance, and functional attribution of each song to a particular ritual, calendar or wedding rite. 

Keywords:

a synthesis of arts, a household plot, a round-the-clock song, the Volga delta, the Astrakhan region, traditional music, folklore, an expedition, genre signs, music and text

«Нельзя сомневаться в том, что фольклор существует с незапамятных времен» — говорил Н.П. Андреев [1, с. 64]. Но вместе с тем, на разном историческом этапе своего развития он видоизменялся и обогащался в соответствии с эпохой. Рассматривая авторское литературное творчество, Н.Г. Чернышевский говорил, что «Поколение народной поэзии заботится о том, чтобы литература проникалась своеобразным содержанием. Народная поэзия принадлежит специально младенческому периоду народной жизни. Только там являлась народная поэзия, где масса народа волновалась сильными и благородными чувствами, где совершались силою народа великие события» [2, с. 21]. Он также говорил об умственной и нравственной жизни человека, а также о возвышенной, благородной настроенности духа в патриархальном укладе общества. Именно с патриархальным, а не с варварским и цивилизованным бытом Чернышевский связывает развитие народной поэзии. С точки зрения современности в устоях патриархального общества однообразными и, тем самым, скудными считаются существующие образы, например, образы красной девицы или доброго молодца. В цивилизационном обществе наибольшее предпочтение отдается индивидуальным особенностям характера отдельного героя, его переживаниям. И все же литература подчиняется времени и является его отражением. Как отмечал Ф.И. Буслаев, «Не жизнь идет по литературным теориям, а литература изменяется сообразно с направлением жизни» [3, с. 42].

Отражение действительности находит свое воплощение не только в виде наглядных форм — картин, представлений, спектаклей и т.д., но и в виде песенного творчества. Рассматриваемый В.Е. Гусевым художественный метод фольклора представляется автором «...как специфический способ познания действительности» [4, с. 99]. По мнению ученого, художественный метод является способом выражения художественного мышления народа, а его создание и дальнейшее развитие происходит под воздействием человеческой практики. Помимо этого, Гусев указывает на принадлежность к конкретной эпохе, о которой можно узнать, исходя из содержания. Но, со временем факты могут изменяться путем привнесения новых элементов окружающей действительности, событий и быта. Так, Н.П. Андреев в статье «Фольклор и его история» на примере былины о Владимире и наступление татар показывает столкновение фактов разных веков: «Еще тут князь Владимир да не ослушался, / А нахватил он ведь кунью шубочку соболью, / Обувал же калоши да на босу нагу, / А побежал да по кружалу государеву » [1, с. 64]. Исходя из примера, очевидно, что рассказ о князе Владимире включает в себя элементы разных эпох: во-первых, упоминание о татаро-монгольском нашествии относится к XIII веку, во-вторых, «кружало государево», то есть кабак является объектом XVI-XVII веков, и, в-третьих, калоши — предмет быта XIX-XX веков. Этот пример свидетельствует о том, что творчество находится в неразрывной связи с историей и временем. О богатстве внутреннего мира народа говорит многообразие жанрового воплощения песенных форм и сюжетов.

Сюжеты фольклора могут отражать не только художественные образы, но также и картины быта, в которых описываются различные жизненные ситуации. Произведения народного творчества пропитаны реалистичностью, правдивостью событий поэтому и являются настолько значимыми для народа. Народ мыслит свое творчество как часть себя. Например, достаточно распространены сюжеты о нелегкой доле молодой девушки, которую выдали замуж за старого или нелюбимого мужа. В песнях описывается желаемое разрешение ситуации, то есть случайная, безвременная смерть ненавистного мужа. Такой предстает песня «Умная-разумная девица» села Россошь Репьёвского района Воронежской области, в которой рассказывается, что девица напоила своего старого мужа вином, положила посреди двора на солому, подожгла ее; сама же вышла на улицу и стала сокрушаться, кричать, оповещать всех соседей плачем, где рассказывала, что налетала буря с громом и молнией; молния ударила в землю рядом с тем местом, где муж лежал, от этого солома загорелась и супруг сгорел. Данный песенный пример реализовывается в форме протяжной песни, о чем свидетельствуют ее характерные признаки — внутрислоговые распевы, структурные вставки, словообрывы. О распространенности бытового сюжета свидетельствует его воплощение и в форме плясовой песни. Конечно, в приведенном примере на уровне сюжета более желаемого, нежели действительного: скорее, это выражение психологического состояния девушки, выступающее в качестве напутствия, а также предостережения молодых девушек от нелегкой судьбы.

Рассматриваемый нами жанр хороводной песни русских сел Волжской дельты Астраханской области также реализуется с использованием бытового сюжета. В таких песнях описываются взаимоотношения между невесткой и родственниками мужа — свекром, свекровью, деверем, золовкой и т.д. Например, в качестве предостережения молодой невестки в новой семье существует картина взаимоотношения с деверем, когда молодая жена обращает внимание на брата своего супруга, на что тот злится; жена вынуждена просить у деверя защиты от гнева супруга: «если будет целовать, ты прочь ступай, а как бить будет, так на помощь беги »; в результате действия деверя были следующими: «целовал, миловал он тут стоял, а как бить начал, так тот прочь побежал ». Подобный сюжет встречается в селе Успех Камызякского района «А в нас ноня не такие времена»: «А в нас ноня не такия вримяна. / А в девиря не вкарысныя жина. / Палюбила нивестушка дивиря. / Девирь скажит я с тобою. / Я с табою женой маладою » (все материалы записаны нами и С. Тарнавчик в экспедициях 2004-2017 годов). К сожалению, данный образец сохранился не в полном объеме сюжета. Или подобный вариант сюжета встречается в другой хороводной песне того же села — «Маладая бабёнычка»: «1. Маладая бабёнычка / пастель мягку стелит. / 2. Пасылала Дуню мать, / Тятюшу глидати. / 3. Бегить Дуня са дварца, / ана слезна плачить. / 4. Брасай, матка, пить, гулять, / чё батьку-та плачить. / 5. Ана упала застанала, / будто захварала. / 6. Маладова казачка, / с хаты праважала. / 7. Иди, иди, казачок, / крутыми гарами. / 8. Кто встренится, папытаит, / Хадил за валами. / 9. Маи волы чернабровы, / Как твая хазяйка ». Повторяющиеся фразы в данных песенных образцах свидетельствуют о их принадлежности жанру хороводной песни. Сюжет о ревнивом муже воплощается в такой песне, как «Галымба»: «1. Как и едить мой рявнивый муж домой, / Он вязёть, вязёть гастинчик дарагой. / 2. Он вязёть, вязёть гастинчик дарагой, / Шалкавую плётычку с сабой вязёть. / 3. Шалкавую плётачку на лавачку кладёт, / А мине младу за рученьку берёть. / 4. А мине младу за рученьку берёть, / Я не думыла, не чаела за что. / 5. Я не думыла, не чаела за что, / Што в саседа на беседе пробыла. / 6. Што в саседа на беседе пробыла, / Халастому стакан пива паднисла. / 7. Халастому стакан пива паднисла, / А жанатаму стакан зелина вина ». О том, что данный пример относится к жанру хороводной песни говорит также наличие цепного запева, при котором последняя строчка куплета является началом следующего [5].

В сюжете может реализоваться ссора мужа и жены, как, например, в песне «А я пойду лугом, лугом»: «1. А я пайду лугам, / где мой милый арёть плугам / 2. Панясу ему я ести, / чи ни скажит са мной сести. / 3. Ай, напилса, тай наелса, / дай на руду пахилилса. / 4. Што, ты милый, думаешь, / са мною не гаворишь. / 5. А лижу, тай думаю, / што пагану жину маю. / 6. Я пагана, а ты гарный, / я намажу брови сажей. / 7. А падвиду я брови сажей, / тай гарныму ни уважу. / 8. Брови сажей намулюю, / тай гарнаму ни уважу. / 9. А ты мне сватыл ни у ночи, / ни вылизли тибе очи. / 10. А ты мне сватыл у денину, / Всю сабрал сваю радину ». В песне жена укоряет мужа за то, что он сожалеет о выборе второй половины: «Што пагану жину маю », на что жена припоминает мужу о том, что сватовство проходило при всех родственниках и с его добровольного согласия: «Ты мне сватыл у денину, всю сабрал сваю радину ». Фраза же, выступающая в песне в виде рефрена «ну да я, ну дая», относит этот пример к жанру хороводной песни. В песнях села Успех были записаны сюжеты о плохих хозяйках, скорее всего, как предостережение молодых невесток от разгильдяйства и халатности в семейных отношениях: «Ехал милый из дороги, а я впала ему в ноги. / Что ж я, милый, наробила, я ж коровку прадала »; или «1. В воскресенье пью, / в панидельник жну, / а во вторник снапов сорак пшаниченьку жала. / 2. В середу вазила, / в четверг малатила, / в пятницу веяла, а в субботу мерила. / 3. В васкрисенья прадала, / с хлопцами прапила. / Пришла, мужу пакланилась, чем я тибе ни жина ». В песне «Как на лужку, на лужку» рассказывается о достойной жизни с хозяйственным мужем: «за харошим мужиком жинка маладеит » и о нелегкой жизни с плохим: «за пршивым мужиком жинка прападаит ». Обрамляется весь сюжет песни рефреном: «тира-ра, рира-ра, тира-рира, рай-ра », который причисляет данный образец к числу песен хороводного жанра. Песня «Не обессудьте, гостеньки» повествует о семейных отношениях и нормах поведения супруга с молодой женой: «1. Не бессудьте, гостеньки, за малую честь, / а я рада, радёхынька, што у мня гости есть, / а я рада, радёхынька, што у мня гости есть. / 2. А первыя гостинька — маменька радная, / а другая гостинька — миленький дружочек, / а другая гостинька — миленький дружок. / 3. А третия гостинька — братец, да сястрица, / четвёртыя гостинька — кум(ы), да кума. / Четвёртыя гостинька — кум(ы), да кума. / 4. Как и с маменткай радной ни нагаварюся, / а и с миленьким дружком век ни растаюся. / А и с миленьким дружком век ни растаюсь. / 5. А и братцем и сястрой пьяная напьюся, / а и с кумам и с кумой рана пахмелюся. / А и с кумам и с кумой рана пахмелюсь. / 6. Сею редьку, сею мак, сею-пасеваю. / Расти, редька, расти, мак, на зиму схаваю. / Расти, редька, расти, мак, на зиму схаваю. 7. Как же тибя, редька, есть, кагда ты гарченька, / как же тибя, жинка, бить, кагда маладенька. / Как же тибя, жинка, бить, кагда маладенька. / 8. Как и вдарил жену раз, она пачёрнела, / кохал её целый год да коль пабелела. / Кохал её целый год да коль пабелела ». В песне дается напутствие супругу, что бить жену нельзя, она от этого «пачёрнела », но и обхаживать и нежить все время тоже плохо, она — «пабелела ». Повторяющиеся фразы выполняют роль рефрена в песне и, тем самым, она приобретает черты хороводного жанра.

В селе Караванное Лиманского района было записано небольшое количество хороводных песен бытового сюжета, каждая из которых реализует свое сюжетное направление. В песне «На печи сижу, заплаты плачу» рассказывается о взаимотношениях мужа и жены, когда жена ругает мужа и просит продать хозяйство чтобы нарядиться: «прадай, муж, каровку с лашадачкаю, купи, муж, шубёнку шелковинькую »; муж сделал как просила жена, но когда пришла пора ехать за дровами вместо лошади запряг жену: «Запригайся жина да в лес пы драва », после чего жена образумилась и больше мужа не ругала: «я мужа хвалю, прихваливаю ». Данный сюжет учит разумному поведению в семейной жизни. Сюжет песни «Воля-воля, волюшка» рассказывает о беззаботной жизни в отцовском доме: «1. Воля-воля, волюшка / у радимыва батюшки. / Ой, ли да, ой, да люли, / у радимыва батюшки, да / 2. Уш ты, батюшка радной, / падиржи ищё годок, / Ой, ли да, ой, да люли, / падиржиищё годок. / 3. Падиржиищё годок, / купи алинький платок, / Ой, ли да, ой, да люли, / купи алинький платок. / 4. Я платочик павижу, да, / напирёт канцы завяжу, да / Ой, ли да, ой, да люли, / напирёт канцы завяжу. / 5. Нипирёт канцы завижу, / пайду улицей прайду. / Ой, ли да, ой, да люли, / пайду улицей прайду. / 6. Я вдоль улицы прайду, да, / заиграю, запляшу. / Ой, ли да, ой, да люли, / заиграю, запляшу. / 7. Заиграю, запляшу, / рявнивых жён падражню. / Ой, ли да, ой, да люли, / рявнивых жён падражню. / 8. Как рявнивая жана / перед мужем стаяла. / Ой, ли да, ой, да люли, / перед мужем стаяла. / 9. Перед мужем стаяла, / в глаза ему глидела. / Ой, ли да, ой, да люли, / в глаза ему глидела. / 10. В глаза ему глидела, / целавать ево хатела. / Ой, ли да, ой, да люли, / целавать ево хатела ». Здесь бытовой сюжет тоже реализуется в жанре хороводной песни, поскольку в ней применяются приемы цепного запева — последняя строка является началом следующего куплета, а также в тексте присутствует алилёшный рефрен: «Ой, ли да, ой, да люли », что является одним из главных признаков жанра хороводной песни в целом. В песенном образце «Вы послушайте, донцы» разворачиваются две сюжетные линии. В первой рассказывается о службе воина вдали от дома: «Вы паслушайти, данцы, я вам песинку спаю пра службицу пра сваю. / Как три года мы служили, ни а чём ни тужили. / Стал читвёртый наступать, стали думать и гадать как бы дома пабывать. / Время страшная настала, нашему палку дамой вдоль дарошки сталбавай. / Мы ишли, ишли, ишли, к Дону речки падашли »; а во второй — как жена мужа встречала: «Здраствуй, милая жина, либёдушка белыя, чай скучала без миня. / Жила я харашо, паслужил ба год ищё. / Хоть бы годик, хоть бы два, хоть ба годик-палтара. / Хоть ба годик, палтара, я бы домик нажила ». Жанр хороводной песни проявляет себя в виде цепного запева и алилёшного припева: «1. Хоть бы годик, хоть бы два, / хоть ба годик-палтара. / Люли, ой да люли, / хоть ба годик-палтара. / 2. Хоть ба годик, палтара, / я бы домик нажила. / Люли, ой да люли, / я бы домик нажила. / 3. Я бы домик нажила, / я б хазяюшкый была. / Люли, ой да люли, / я б хазяюшкый была ». Песня же «Тёща для зятюшки удобрилыся» передает поведение и взаимоотношение в быту тещи и зятя, а также традиционные приготовления в определенный календарный период — на Масленицу: «1. Тёща для зятюшки удобрилыся. / 2. Купила муки на читыри рубли. / 3. Сахыру изюму на восимь рублей. / 4. Стал ей пирог ва двенацыть рублей. / 5. Тёща не думыла всем миром пирог съесть. / 6. Зятюшка пришёл, за присест он пирог съел. / 7. Тёща па горенки пахаживает. / 8. Коса на зятюшку паглядывает. / 9. Што ш тибе, зятюшка, ни розарвала. / 10. Розырви, розырви тёщу маю. / 11. Тёщу маю, да и сваячину. / 12. Прихади-ка, тёща, на Масленицу. / 13. Масленца пришла, тёща в гости пашла. / 14. Зятюшка пастрел, серет поля тёщу встрел. / 15. Хаживыл, хаживал тёщу сваю. / 16. Тёщу сваю да и сваячиницу. / 17. Четыри дубины асинывые. / 18. Тут тёща сырвалас и на печку взыбралас ». В песне каждая строчка куплета повторяется дважды, что является одним из признаков жанра хороводной песни, а также в песне присутствует цепной запев: «1. Розырви, розырви тёщу маю, / Розырви, розырви тёщу маю. / 2. Тёщу маю, да и сваячину. / Тёщу маю, да и сваячину ».

Итак, во всех песенных примерах наблюдается следующая закономерность: в хороводных песнях русских сел Волжской дельты Астраханской области бытовой сюжет имеет жанровое подчинение. Во-первых, в хороводной песне присутствуют ее жанровые признаки: наличие рефрена («алилёшного» или «не алилёшного»), цепного запева, исполнительская реализация с плясовым или шаговым движением. Во-вторых, появляется функциональная закрепленность, как в свадебном (песня «Ехал милый из дороги» села Успех), так и в календарном (песня «Теща для зятя удобрилась» села Караванное) обрядах.

Библиография
1.
Андреев Н.П. Фольклор и его история // Русское народное поэтическое творчество. Хрестоматия по фольклористике: Учеб. пособие для филол. спец. пед. ин-тов / Сост. Ю.Г. Круглов. М.: Высшая школа, 1986. С. 64-77.
2.
Чернышевский Н.Г. Песни разных народов // Русское народное поэтическое творчество. Хрестоматия по фольклористике: Учеб. пособие для филол. спец. пед. ин-тов / Сост. Ю.Г. Круглов. М.: Высшая школа, 1986. С. 20-25.
3.
Буслаев Ф.И. Общие понятия о свойствах эпической поэзии // Русское народное поэтическое творчество. Хрестоматия по фольклористике: Учеб. пособие для филол. спец. пед. ин-тов / Сост. Ю.Г. Круглов. М.: Высшая школа, 1986. С. 40-45.
4.
Гусев В.Е. Художественный метод фольклора // Русское народное поэтическое творчество. Хрестоматия по фольклористике: Учеб. пособие для филол. спец. пед. ин-тов / Сост. Ю.Г. Круглов. М.: Высшая школа, 1986. С. 99-109.
5.
Иванова О.А. Система жанров песенного фольклора астраханских липован // Музыковедение. 2016. № 11. С. 30-35.
References (transliterated)
1.
Andreev N.P. Fol'klor i ego istoriya // Russkoe narodnoe poeticheskoe tvorchestvo. Khrestomatiya po fol'kloristike: Ucheb. posobie dlya filol. spets. ped. in-tov / Sost. Yu.G. Kruglov. M.: Vysshaya shkola, 1986. S. 64-77.
2.
Chernyshevskii N.G. Pesni raznykh narodov // Russkoe narodnoe poeticheskoe tvorchestvo. Khrestomatiya po fol'kloristike: Ucheb. posobie dlya filol. spets. ped. in-tov / Sost. Yu.G. Kruglov. M.: Vysshaya shkola, 1986. S. 20-25.
3.
Buslaev F.I. Obshchie ponyatiya o svoistvakh epicheskoi poezii // Russkoe narodnoe poeticheskoe tvorchestvo. Khrestomatiya po fol'kloristike: Ucheb. posobie dlya filol. spets. ped. in-tov / Sost. Yu.G. Kruglov. M.: Vysshaya shkola, 1986. S. 40-45.
4.
Gusev V.E. Khudozhestvennyi metod fol'klora // Russkoe narodnoe poeticheskoe tvorchestvo. Khrestomatiya po fol'kloristike: Ucheb. posobie dlya filol. spets. ped. in-tov / Sost. Yu.G. Kruglov. M.: Vysshaya shkola, 1986. S. 99-109.
5.
Ivanova O.A. Sistema zhanrov pesennogo fol'klora astrakhanskikh lipovan // Muzykovedenie. 2016. № 11. S. 30-35.