Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2065,   статей на доработке: 293 отклонено статей: 786 
Библиотека

Вернуться к содержанию

Финансовое право и управление
Правильная ссылка на статью:

Правовое регулирование Интернет-занятости в Великобритании: Основные этапы формирования национального законодательства
Хусяинов Тимур Маратович

Менеджер факультета гуманитарных наук, Национальный исследовательский университет "Высшая школа экономики"

603000, Россия, Нижегородская область, г. Нижний Новгород, ул. Большая Печерская, 25/12, каб. 310

Khusyainov Timur Maratovich

Manager of the faculty of Humanitarian Sciences, National Research University "Higher School of Economics"

603000, Russia, Nizhegorodskaya oblast', g. Nizhnii Novgorod, ul. Bol'shaya Pecherskaya, 25/12, kab. 310

timur@husyainov.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

В данной работе рассматриваются основные этапы формирования и особенности национального трудового законодательства Великобритании затрагивающего регулирование Интернет-занятости и влияние на него норм «Европейского Рамочного соглашения о телеработе» (“European Framework agreement on telework”) - документа принятого в 2002 году Европейским Советом. в ходе диалога с основными европейскими социальными партнёрами.Каждая из европейских стран избрала свой путь имплементации данного Европейского Рамочного соглашения в своё трудовое законодательство. В рамках данной работы мы рассмотрим уникальный путь Великобритании. В качестве методов данного исследования выступили анализ законодательной базы Великобритании и Европейского Союза, российской и зарубежной научной литературы, а также данных социологических и статистических исследований. В рамках данной работы были определены основные этапы формирования норм регулирования Интернет-занятости (Телеработы) в Великобритании, при этом отмечены национальные особенности данного процесса. Автором статьи выделена роль национального и наднационального права при формировании трудового законодательства в области регулирования Интернет-занятости.

Ключевые слова: Интернет-занятость, Телеработа, Дистанционная занятость, Удалённая занятость, Атипичная занятость, Атипичные формы труда, Трудовое право Великобритании, Постиндустриальное общество, Информационное общество, рынок труда

УДК:

349.245:349.23/24

DOI:

10.7256/2454-0765.2017.1.18657

Дата направления в редакцию:

09-04-2016


Дата рецензирования:

11-04-2016


Дата публикации:

11-04-2017


Abstract.

This paper discusses the basic stages of formation and characteristics of national labor UK legislation affecting the regulation of online employment and the impact on it of norms of the "European Framework Agreement on Telework» ( "European Framework agreement on telework") - the document by the European Council adopted in 2002 as a result of a dialogue with the main European social partners.Each European country has chosen its way of implementation of the European framework agreement according to their labor laws. In this work the author considers a unique way of the UK. The research methods include the analysis of the legal framework of Great Britain and the European Union, Russian and foreign scientific literature as well as sociological and statistical studies. As part of this work the author has defined the basic stages of formation of the Internet standards of employment regulation (Telework) in the UK and has marked national characteristics of the process. The author of the article has also highlighted the role of national and supranational laws in the formation of labor legislation in the field of Internet regulation of employment.

Keywords:

labor law in UK, atypical forms of work, atypical employment, remote employment, telework, E-work, post-industrial society, information society, labor market, distance employment

Введение

Техническая революция 1970-х гг. привела к переходу от индустриального к постиндустриальному обществу, и формированию новой экономики основанной на информации - экономике знаний или информационной экономике, где информация это важнейших ресурс.

Изменение, происходящие на современном этапе развития общества, в системе социально-трудовых отношений могут быть характеризованы процессами децентрализации и автономизация работников, информатизации и, как следствие, виртуализации труда. Потребность экономики в более гибком регулировании труда и развитие информационных технологий и компьютерных привели к развитию новых нестандартных (атипичных) форм занятости, так например бурное развитие и распространение Интернет-технологий привело к возникновению новой формы занятости, реализуемой по средствам сети Интернет - Интернет-занятости. Под Интернет-занятость (или телеработой) следует понимать процессы выполнение трудовой деятельности, которая раньше выполнялась на рабочем месте, а теперь с развитием сети Интернет и компьютерных технология стала возможна как надомная или мобильная. В новых условиях работников волен сам выбирать место для выполнения работы, будь то его дом, загородный коттедж, коворкинг-центр или какое-либо общественное место; кроме того, характеристики этой формы занятости позволяют самостоятельно формировать свой график; а также выполнять работу находясь на огромном расстоянии от работодателя, в том числе в другой стране.

Термин «Телеработа» (Telework), который обозначает удалённую работу по средствам ИКТ, плотно вошёл в научный обиход и законодательные акты во многих странах мира, где был адаптирован в соответствии с национальным языком. Однако в российской  науке данный термин можно встретить лишь в некоторых научных работах, которые рассматривают дистанционные формы трудовой деятельности. Что по мнению Алимовой [1, C. 111] связана с низкой популярностью этого термина, т.к. он не слишком удачен для русского языка. По её мнению это связано с тем, что во многих европейских языках корень “теле” обозначает слово «удаленный», в то время как в русском языке “теле” прочно ассоциируется с телевизором и телевизионными передачами, в результате чего термин “телеработа” воспринимается, в первую очередь, как работа в телевизионной сфере.

Новая форма труда получила широкое распространение за счёт быстрого распространения в мире сети Интернет, которая выступила связующим звеном между работником и работодателем, и имеет различные социальные, экономические и правовые аспекты.

Интернет-занятость в Европейском законодательстве

Одна из объективных закономерностей в развитии современного права в странах Европы, это углубление взаимодействия наднационального и национального права [2, C. 181], а юридическая ценность и эффективность реализации европейских стандартов могут быть обеспечены их имплементацией в национальное право стран-участниц [3].

Создание общеевропейских стандартов, конвенций, соглашений затрагивают существенное число вопросов в различных сферах. Проблема трудовой деятельности является одной из фундаментальных в развитии и функционировании человеческого общества. По этой причине европейский законодатель не обошёл своим вниманием нарастание доли атипичных работников, развитие новых форм занятости, отличных от существовавших ранее и требующих новых мер.

Одним из важнейших документов современного европейского трудового права является “Европейское Рамочное соглашение о телеработе” заключенное в июне 2002 г. между основными европейскими социальными партнёрами. Актуальность данного Соглашения заключается в развитии и активном распространении такой новой атипичной формы занятости как телеработа (telework), иначе называемая Интернет-занятость (E-work), и необходимостью её эффективного регулирования.

Хотя грань, отделяющая «классических» надомных работников от новых Интернет-работников (или телеработников), достаточно тонка, мы можем говорить о том, что она заключается в способе коммуникации с работодателем, Интернет-работники для этого, а также выполнения значительной части своей работы используют компьютеры и другие виды электронной связи. При этом важно определить, к какой именно категории следует относить человека, выполняющего ту или иную работу дома или в любом другом месте вне рабочих помещений работодателя, к работникам, на которых распространяется трудовое законодательство, или к самозанятым, выполняющим работу по гражданско-правовым договорам, или же он - Интернет-предприниматель, который может продавать не свой труд, а его результаты. Договоры о надомной работе и работе по средствам сети Интернет, являясь трудовыми, имеют много общих черт с гражданско-правовыми договорами. В условиях удалённой работы, работодателей не имеет вообще или имеет ограниченные возможности по осуществлению контроля за ходом исполнения работы, поэтому не может в полной мере отвечать за охрану труда или соблюдение норм о максимальной продолжительности рабочего времени в той же степени, как это делается в обычных трудовых правоотношениях.

В контексте формирования Европейской стратегии занятости, Европейский Совет предложил наиболее значимым организациям социального партнерства (представителям работников и работодателей) Европейского Союза заключить соглашение, направленное на модернизацию организации трудовой деятельности занятых в сети Интернет. Стоит выделить основных социальных партнеров в Европейском Союзе на сегодняшний день являются Европейская конфедерация профсоюзов (ETUC), Союз конфедераций промышленников и работодателей Европы (ранее носил название UNICE, теперь BusinessEurope), Европейская ассоциация ремесленных, малых и средних предприятий (UEAPME), а также Европейский центр предприятий с участием государства и предприятий общего экономического интереса (CEEP).

В 2002 году, для того чтобы сбалансировать интересы обеих сторон трудовых отношений, на европейском уровне было разработано Европейское рамочное соглашение о телеработе. Данный документ был совместными усилиями организаций работников и работодателей, а члены Союза промышленников и конфедерации работодателей Европы, Европейской конфедерации профсоюзов и Центра работодателей и предприятий по предоставлению государственных услуг (UNICE, ETUK и CEEP) взяли на себя обязанность по выполнению положений этого соглашения на национальном уровне.

Особенность данного Соглашения состоит в том, что его имплентации не предшествовало принятие соответствующей директивы [4, C. 125], вместо этого было предложено прямое внедрение в национальное право, исходя при этом из специфики правового регулирования трудовых отношений каждой из стран. Преамбула данного Европейского Рамочного соглашения позволяет не только имлементировать положения Соглашения не полностью, но и видоизменять их исходя из потребностей и специфики конкретного национального права. Подобное положение привело к том, что каждое из государств избрало свой путь имплементации, в отдельных случая полностью внедряя положения данного соглашения, в других лишь частично, третьи же отказались от имплементации совсем.

Одним из примеров подобного закрепления является правовая система Великобритании, которая и стало объектом данного исследования.

По данным на июнь 2006 г. вышеназванное Рамочное соглашение о телеработе от 23 мая 2002 г. было имплементировано большинством стран – членов Европейского Союза. При этом способы и процедуры имплементации, выбранные социальными партнерами, различны и обусловлены особенностями национального законодательства и практики его применения. На данный момент практически все страны в той или иной мере имплементировали его положения в своё национальное право, однако остаются те, где это ещё не сделано.

Формирование национального законодательства Великобритании в области регулирования Интернет-занятости

В отличие от других стран (например, Франции и Италии [5]), в Великобритании при подготовке к реализации законодательства, регулирующего Интернет-занятость были активно задействованы как социальные партнёры, так и государственные органы. Организации TUC (The Trades Union Congress), которая представляет 52 профсоюзные организации, и CBI (Confederation of British Industry's), представляющая интересы 240000 коммерческих организацией Великобритании, взяли на функции по разработке руководящих принципов, в то время как правительство обеспечивало посредничество, финансирование и мониторинг [6, P. 193].

Подобная форма диалога является относительно новой для Великобритании, и накоплен ещё небольшой опыт социального диалога на межотраслевом уровне, при этом создание 1970-е британских ассоциаций работодателей и промышленников вызвало насмешки со стороны современников [7, P. 452], а попытки к коллективным переговорам столкнулись с барьером волюнтаризма правительства. Хотя в конце 1970-х трёхсторонние переговоры приобретают огромное значение, правительство Тэтчер, которая была избрана в 1979 году, стремилось искоренить любые формы корпоративности.

В следствии этого трехсторонние переговоры, где социальные партнеры берут на себя ведущую роль, являются относительно необычным явлением для британской политической системы, где правительство обладающее, как правило, парламентским большинством может осуществлять реформы рынка труда в одностороннем порядке без участия иных акторов [6]. Участие социальных партнёров в принятие каких-либо решений возможно только на уровне консультаций.

В ситуации с имплементацией “Европейского Рамочного соглашения о телеработе” в национальное право Великобритании, сыграл существенную роль принцип добровольности и саморегулируемости внедрения этого Соглашения странами. В связи с этим правительство Великобритании не сочло необходимым законодательно закреплять положения этого Соглашения, а вступило в переговоры с британскими социальными партнёрами TUC и CBI, которые инициировали последние. Активность CBI во многом связана с опасением оказаться вне этого процесса, где правительство будет вести переговоры только с TUC, чьи интересы существенно отличаются [6].

На базе Рамочного соглашения в Великобритании было составлено руководство по телеработе (Интернет-занятости), согласованное с CBI, TUC и CEEP. Данное руководство было опубликовано Департаментом по торговле и промышленности Великобритании в августе 2003 года [8]. Текст руководства был организован по той же схеме, что и Рамочное соглашение, охватывая такие аспекты, как добровольный характер Интернет-занятости, условия труда, охрана здоровья, безопасность и организация работы.

В ряде случаев власти Великобритании разрабатывают нормы по применению положений Европейского рамочного соглашения в свете законодательства и практики Великобритании, т.е. адаптируя их под национальное законодательство. Так, например, с апреля 2003 года в Великобритании, согласно Закону «О занятости», в соответствии с правами работников на гибкий график (UK0304104F), работающие родители имеют право требовать изменения в их условиях работы, в связи с необходимостью ухода за ребенком, при этом предложенные меры могут включать переход на Интернет-занятость. Работодателю вменяется в обязанность предоставлять такую работу, а право отказа на подобные запросы работников определены лишь в отношении отдельных видов деятельности (там, где для Интернет-занятости нет организационных условий) [9].

В двух аспектах, охваченных Европейским рамочным соглашением - “оборудование” и “представление коллективных прав” - воспроизводятся без изменений. Кроме того, в национальном руководстве предоставляется информация о налоговых особенностях данной формы занятости.

Данное руководство поясняет важные вопросы, возникающие при реализации Интернет-занятости, и поясняет, как Европейское рамочное соглашение может лучше работать в контексте трудового права Великобритании. Кроме того, TUC призывал к разработке и заключению коллективных договоров, а не разработке специальных норм в рамках трудового права или полного имплементирования Европейского рамочного соглашения, что связано прежде всего с тем, что работники занятые в сети Интернет были в значительной степени уже защищены существующими законами о труде [6, P. 194], в этом случае возможно учесть развитие новых форм трудовых отношений, а не какой-то одной категории. Правительство эти аргументы поддержало, однако на отраслевом уровне это мало проявилось.

Отметим, что по состоянию на 2007 год, уже 46% компаний в Великобритании готовы представить своим работникам возможность работать по средствам сети Интернет, однако это не значит, что они могут полностью выполнять всю работу в таком формате и не появляться в офисе, вероятно часть из этих компаний готовы использовать такие формы в особых случаях, например когда работник вынужден пропустить работу из-за болезни ребёнка или предоставляя сотрудникам возможность в определённые дни работать из дома. При этом наибольшее число удалённых сотрудников наблюдается в финансовой сфере и сфере оказания услуг.

Заключение

Таким образом, мы видим, что Великобритания выбрала свой путь внедрения положений “Европейского рамочного соглашения о телеработе” - путём создания собственного документа - Руководства о телеработе, в который были включены переработанные и дополненные положения Европейского Рамочного соглашения, хотя и не в полном виде, при этом должны были быть учтены нормы национального трудового права, что в результате позволило совместить в создаваемом руководстве общеевропейские положения и национальные нормы, включая особенности налоговых отчислений. Данный процесс происходил в условиях трёхсторонних переговоров, при участии представителей государства, профсоюзов и работодателей.

Сам опыт организации трёхсторонних переговоров - довольно новое явление для политики Великобритании, и проведение подобных переговоров при обсуждении национального законодательства о регулировании Интернет-занятости может оказать существенное влияние на развитие дальнейшего социального диалога как в области трудовых отношений, так и в других сферах социальной политики страны.

Также, стоит отметить, что регулирование Интернет-занятости в Великобритании существенно отличается от ряда европейских стран. С одной стороны есть те, где были разработаны поправки для Трудового кодекса и включены новые статьи (Чехия) и целые главы (Польша), посвящённые регулированию Интернет-занятости, с другой стороны есть те, кто вовсе не стали внедрять подобные нормы (Румыния), полностью опираясь на существующее законодательство. Великобритания пошла по пути заключения национального рамочного соглашения, которое приобрело форму Руководства по управлению и внедрению Интернет-занятости, при этом в отличие от других стран (Бельгии) в это соглашение вошли и нормы разработанные на национальном уровне, было учтено национальное законодательство страны.

Библиография
1.
Алимова Н.К. Развитие нетипичных видов занятости для устойчивого инновационного развития страны // Международный электронный журнал. Устойчивое развитие: наука и практика. – 2011. – №2 (7).-С. 107-114. URL: http://www.yrazvitie.ru
2.
Дзыбова С.Г. Общие закономерности норм международного права в национальное законодательство // Вестник Адыгейского государственного университета. Серия 1: Регионоведение: философия, история, социология, юриспруденция, политология, культурология. 2010. №1. С.180-185.
3.
Павлова Л.В. Формы и методы имплементации стандартов Совета Европы в национальное законодательство. URL: http://www.evolutio.info/content/view/1969/5/
4.
Радевич Е.Р. Имплементация Рамочного соглашения о телеработе в странах Евросоюза // Правовые проблемы укрепления российской государственности: сб.статей / под ред. В.М. Лебедева, Г.Л. Осокиной, С.К. Соломина, В.С. Аракчеева, Н.Д. Титова. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2013. Ч. 56. С. 124-126.
5.
Хусяинов Т.М. Регулирование Интернет-занятости в законодательстве Италии: влияние национального и наднационального права // Международное право. — 2016. – № 1. – С.34-41. DOI: 10.7256/2306-9899.2016.1.16321. URL: http://e-notabene.ru/wl/article_16321.html
6.
Larsen T.P., Andersen S.A. A New Mode of European Regulation? The Implementation of the Autonomous Framework Agreement on Telework in Five Countries // European Journal of Industrial Relations. 2007. Vol. 13. №2. pp. 181-198. DOI: 10.1177/0959680107078252
7.
Prosser T. Europeanization through ‘procedures and practices’? The implementation of the telework and work-related stress agreements in the UK and Denmark // Transfer: European Review of Labour and Research. 2012. №18. pp. 447-460. DOI: 10.1177/1024258912458874
8.
Hall M. Social partners agree telework guidance // Eurofound. 2003. URL: http://www.eurofound.europa.eu/observatories/eurwork/articles/social-partners-agree-telework-guidance
9.
Лиджиева Г. Правовое регулирование дистанционного труда в Великобритании // Сравнительное трудовое право. 2011. №5. С. 1-8.
10.
European framework agreement on telework. URL: http://resourcecentre.etuc.org/linked_files/documents/Telework%20Final%20Implementation%20report%202
11.
Parker J. Telework in the United Kingdom // Eurofound. URL: http://www.eurofound.europa.eu/observatories/eurwork/articles/telework-in-the-united-kingdom
12.
Шаповалова Г.М. Предоставление государственных и муниципальных услуг в электронной форме на этапе формирования информационного общества // Административное и муниципальное право. - 2016. - 1. - C. 99 - 106. DOI: 10.7256/1999-2807.2016.1.17308.
13.
Клейменова М.О. К вопросу об административно-правовом регулировании защиты исключительного права на средства индивидуализации. // Административное и муниципальное право. - 2014. - 11. - C. 1202 - 1205. DOI: 10.7256/1999-2807.2014.11.13459.
References (transliterated)
1.
Alimova N.K. Razvitie netipichnykh vidov zanyatosti dlya ustoichivogo innovatsionnogo razvitiya strany // Mezhdunarodnyi elektronnyi zhurnal. Ustoichivoe razvitie: nauka i praktika. – 2011. – №2 (7).-S. 107-114. URL: http://www.yrazvitie.ru
2.
Dzybova S.G. Obshchie zakonomernosti norm mezhdunarodnogo prava v natsional'noe zakonodatel'stvo // Vestnik Adygeiskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya 1: Regionovedenie: filosofiya, istoriya, sotsiologiya, yurisprudentsiya, politologiya, kul'turologiya. 2010. №1. S.180-185.
3.
Pavlova L.V. Formy i metody implementatsii standartov Soveta Evropy v natsional'noe zakonodatel'stvo. URL: http://www.evolutio.info/content/view/1969/5/
4.
Radevich E.R. Implementatsiya Ramochnogo soglasheniya o telerabote v stranakh Evrosoyuza // Pravovye problemy ukrepleniya rossiiskoi gosudarstvennosti: sb.statei / pod red. V.M. Lebedeva, G.L. Osokinoi, S.K. Solomina, V.S. Arakcheeva, N.D. Titova. Tomsk: Izd-vo Tom. un-ta, 2013. Ch. 56. S. 124-126.
5.
Khusyainov T.M. Regulirovanie Internet-zanyatosti v zakonodatel'stve Italii: vliyanie natsional'nogo i nadnatsional'nogo prava // Mezhdunarodnoe pravo. — 2016. – № 1. – S.34-41. DOI: 10.7256/2306-9899.2016.1.16321. URL: http://e-notabene.ru/wl/article_16321.html
6.
Larsen T.P., Andersen S.A. A New Mode of European Regulation? The Implementation of the Autonomous Framework Agreement on Telework in Five Countries // European Journal of Industrial Relations. 2007. Vol. 13. №2. pp. 181-198. DOI: 10.1177/0959680107078252
7.
Prosser T. Europeanization through ‘procedures and practices’? The implementation of the telework and work-related stress agreements in the UK and Denmark // Transfer: European Review of Labour and Research. 2012. №18. pp. 447-460. DOI: 10.1177/1024258912458874
8.
Hall M. Social partners agree telework guidance // Eurofound. 2003. URL: http://www.eurofound.europa.eu/observatories/eurwork/articles/social-partners-agree-telework-guidance
9.
Lidzhieva G. Pravovoe regulirovanie distantsionnogo truda v Velikobritanii // Sravnitel'noe trudovoe pravo. 2011. №5. S. 1-8.
10.
European framework agreement on telework. URL: http://resourcecentre.etuc.org/linked_files/documents/Telework%20Final%20Implementation%20report%202
11.
Parker J. Telework in the United Kingdom // Eurofound. URL: http://www.eurofound.europa.eu/observatories/eurwork/articles/telework-in-the-united-kingdom
12.
Shapovalova G.M. Predostavlenie gosudarstvennykh i munitsipal'nykh uslug v elektronnoi forme na etape formirovaniya informatsionnogo obshchestva // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. - 2016. - 1. - C. 99 - 106. DOI: 10.7256/1999-2807.2016.1.17308.
13.
Kleimenova M.O. K voprosu ob administrativno-pravovom regulirovanii zashchity isklyuchitel'nogo prava na sredstva individualizatsii. // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. - 2014. - 11. - C. 1202 - 1205. DOI: 10.7256/1999-2807.2014.11.13459.