Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2000,   статей на доработке: 331 отклонено статей: 802 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Конкретно-речевое употребление понятия «отечество» в русском языке как фактор формирования национальной самоидентичности в России XVIII столетия
Смирнова Галина Евгеньевна

кандидат культурологии

доцент, кафедра региональных исследований, Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова

119192, Россия, г. Москва, ул. Ленинские Горы, д.1, строение 13, ауд. 209

Smirnova Galina Evgen'evna

PhD in Cultural Studies

Docent, the department of Regional Studies, M. V. Lomonosov Moscow State University

119192, Russia, g. Moscow, ul. Leninskie Gory, d.1, stroenie 13, aud. 209

sge@sns.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Предметом данного исследования является русская культура XVIII века, формирование ключевых культурных ценностей в культуре, русский язык как зеркало социокультурных трансформаций, понятия «отечество», «отчизна», «родина» как основа формирования культурной идентичности и национальной самоидентификации. Расширение знаний о базовых константах российской культуры способствует не только лучшему пониманию историко-культурных закономерностей развития общества, но может быть полезной для планирования государственной политики в области сохранения культурного наследия страны в условиях глобализации. В исследовании проводится системно-исторический анализ конкретно-речевого использования понятий «отечество», «отчизна», «родина» в разнообразных текстах. Основной вывод исследования об истоках появления современного значения изучаемых понятий вследствие изменений ментальных моделей самого российского общества указывает на значимое влияние последнего на самоидентификацию жителей страны на определенном историческом этапе, вносит новую информацию о причинах трансформации базовых культурных констант в культуре.

Ключевые слова: русская культура, XVIII век, национальное самосознание, русский язык, культурная самоидентификация, патриотизм, отечество, отчизна, родина, малая родина

DOI:

10.7256/2454-0625.2018.10.27589

Дата направления в редакцию:

04-10-2018


Дата рецензирования:

05-10-2018


Дата публикации:

06-10-2018


Abstract.

The subject of this research is the Russian culture of the XVIIIth century, development of the basic cultural values, the Russian language as the mirror of sociocultural transformations, definitions of the terms 'fatherland', 'motherland', 'native land' as the basis for the development of cultural identity and national self-identification. Extension of the knowledge about the basic constants of the Russian culture does not only improve the understanding of historical and cultural patternns of the society development but might be also useful for planning the state policy in the sphere of cultural heritage preservation under the globalization conditions. In her research Smirnova has applied the method of historical systems analysis of particular cases of the use of 'fatherland', 'motherland', and 'native land' in different texts. The main conclusion of the analysis of how the aforesaid concepts originated under the conditions of changing mental models of the Russian society, the author points out the importance of the latter on the development of self-identification of the Russians at a particular historical stage. The article also presents new information about transformations of the basic cultural constants. 
 

Keywords:

fatherland, patriotism, cultural identity, the Russian Language, national consciousness, XVIII century, Russian culture, motherland, the country, place of birth

В современном глобальном мире все большее значение приобретают процессы, связанные с определением национальной идентичности. Четкое осознания своей связи с местом рождения или проживания, происхождения, со своим Отечеством, становится надежной основой для самоидентификации индивида.

Обостренное национальное самосознание является реакцией социума на усиление влияния глобальной массовой культуры на процессы, происходящие в обществе, и призвано, прежде всего, выработать собственную модель поведения, которая позволит не только годиться собственной культурой, но и соотносить себя с ней. Крайнем и нежелательным проявлением ярко выраженной национальной самоидентификация является национализм и национал-шовинизм. Патриотизм в данном случае приобретает негативную окраску.

В связи с вышесказанным представляется важным рассмотреть, как современники оценивали свое Отечество, соотносили себя с ним в XVIII веке, когда в России только инициировался процесс формирования национального имперского самосознания, а нормы современного русского языка уже сформировались, что было закреплено изданием шеститомного толкового Словаря Академии российской (1789-1794), сделав русский язык одной из важнейших основ и ценностей русской национальной культуры. Важно отметить, что в XVIII веке патриотические настроения в России не носили окраски национал-шовинизма. Это случилось в последующие периоды истории.

Актуальность исследования непосредственно связана с современной исторической ситуацией в мире, когда возникла реальная опасность сближения понятий «патриотизм» и «национализм», в результате чего резко негативную коннотацию получает употребление как самого термина «патриот», так и всего, что связано с понятиями «государство», «страна», «отечество», «родина».

Язык – зеркало культуры, все социокультурные изменения, идущие в общественном сознании, находят в нем свое отражение. Не стал исключением и процесс формирования национального самосознания: конкретно-речевое использование базового для национальной культуры понятия «отечество» является ярким тому примером. Именно то, как россияне воспринимали и оценивали свое Отечество, что вкладывали в это понятие, какие языковые формы это принимало, на многие века вперед определило форму и сущность самоидентификации жителей нашей страны.

Слова «отечество», «отчизна» или его синоним «отечество» имели, по мнению разных исследователей, различное происхождение. Согласно М. Р. Фасмеру, «православное “otьсь” из “otьkъ”, производное от “otъ” (отец)», произошло от основы «древнерусского, церковнославянского “отьнь” (отчий), а так же диалектического “отик” (самец животного), “отек” (отец), сродни греческого (отец), латинского “atta”» [Фасмер, т. 2, 1986, 170]. Н. М. Шанский и Т. А. Боброва предполагают, что, слово «отчизна» (сродни «отечество») заимствовано в XVI веке из польского языка, где «ojczyzna» – существительное производное от «ojciec» [Шанский, Боброва, 1994, 220]. Соответственно, изначально слово «отечество» отражало соотнесение индивида с родом, семьей, родовым гнездом.

Словарь В. И. Даля XIX века (1880) дает следующее иное толкование слова «отечество»: «Это – родная земля, отчизна, где кто родился, вырос; корень, земля народа, к коему кто принадлежит; государство, в отношении к подданным своим; родина в обширном смысле слова» [Даль, т. 2, 2001,1188]. Современный толковый словарь Д. Н. Ушакова (2001) предлагает рассматривать данное понятие, как «страну, где родился данный человек и к гражданам которой он принадлежит» [Ушаков, т. 2, 2001, 239]. Отечество – это государство, общность людей, занимающих определенную территорию.

Процесс создания государственных политических образований, объединения территорий и создание наций, происходящий в период перехода от средневековья к Новому времени, сопровождался преодолением территориальной феодальной раздробленности, что не могло не найти своего отражения в языке.

Для человека периода феодализма не была характерна привязанность ко всему региону, на территории которого он проживал. Культурная самоидентификация в тот период истории происходила по принадлежности к конкретному социуму, общественной группе, общине, роду. В самом широком смысле индивид мог ассоциировать себя с историко-территориальным образование, которое в современном понимании мы назвали бы «малой родиной», то есть территорией, с которой индивид был генетически связан. До начала формирования русского централизованного государства россиянин ощущал себя москвичом, ярославцем, новгородцем, но не россиянином, поскольку политическое образование подобного рода еще не сформировалось.

П. Я Черных отмечает, что в переходный период сформировался термин «отьчьство». В XV-XVI веках он обозначал и отечество, и избранную страну, и род, и наследственные, родовые права, т. е. вотчину [Черных, т.1, 1993, 611] (или отчину, дедину). Вотчина подразумевала родовое наследственное земельное владение. Оно не соотносилось с владением некими ценностями, но определялось территорией, на которой проживали сородичи. Говорили, например, так: «А женятся не на лепоту зря, токмо по отечеству», что означало, что при выборе спутника жизни обращали внимание не на благосостояние человека, но на его происхождение, его семью [Данилевский, 2000, 203].

Вне всякого сомнения, существовал своеобразный местный патриотизм, характеризующийся привязанностью индивида к месту своего рождения, родственникам, сообществу людей, проживающих с ним на одной территории, тому ареалу, который в современной жизни мы назвали бы малой родиной. Понятия «отечество», «дом», «семья» неразрывно связаны на данном этапе. Существует определенная иерархия ценностей и вертикаль власти, соответствующая данным понятиям, которые впоследствии будут перенесены на новое осмысление понятия «отечество».

Современное наполнение понятие «отечество» получило в XVIII веке. Словарь Академии российской (1789-1794) определяет термин следующим образом: «Отечество (сокращенно же отчество) –

1. страна, государство, место рождения чьего. (Пришед во отечествие свое учаше, любовь к отечеству, защищать отечество);

2. имя отцовское – отчество;

Отечественный – прилагательное, к месту рождения чьего принадлежащий. (Соблюдать отечественныя обыкновения, страна отечественная, отечественный язык).

Отчизна – место, страна, где кто родился (побывать в своей отчизне)» [Словарь Академии российской, т.4, 1794, 665-666].

Самоидентификация отныне происходит не по принципу принадлежности семье, родному дому, общине, но соотнесением себя с государством, то есть общностью людей, населяющих одну единую территории, имеющих один государственный язык, управляемый из единого центра. При этом руководитель государства берет на себя функции старшего в это новой семье, а место его проживания становится естественным центром.

Слово «отечество» начинает употребляться в контекстах, в которых необходимо продемонстрировать определенный пафос, патриотизм, приверженность ценностям государства.

«Отечество мое молчать не будет,

Что мне беззнатный род препятством не был

Чтоб внесть в Италию стихи эольски

И первому звенеть Алцейской лирой».

М. В. Ломоносов. «Я знак бессмертия себе воздвигнул» [Ломоносов, 1961, 247].

«Друзья! Терзаемый сердечною тоскою,

Я собрал вас сюда в час общего покою,

В тот самый час, когда тиранство на цветах

И рабство под ярмом спит крепким сном в цепях,

К отечеству любовь зениц лишь не смыкает

И с плачем край родной из гроба вызывает!

Отечество живет в сердцах своих сынов,

Наш долг – оковы рвать, лить слезы – честь рабов».

Ф. Н. Глинка. «Вельзен, или освобожденная Голландия» [Глинка, 1957, 57-58].

Нельзя сказать, что почитание места рождения, родовых корней совершенно не свойственны эпохе. В данном случае мы должны говорить о термине «родина», использование которого отличается большим лиризмом, который и по сей день особенно очевиден при обращении к «малой родине». Свидетельством этому служат русские поговорки. Например, существует выражение «кости по Родине плачут». Стон обычно раздаётся из могил людей, похороненных на чужбине. Или «Родина – мать, умей за нее постоять». Защита Родины приравнивается к защите своего дома, семьи, родного очага [Снегирев, 248, 1996].

История появления в русском языке понятия «родина» в нынешнем его значении очень напоминает историю генезиса понятия «отечество». До оформления национально-патриотического сознания русские люди совсем не употребляли столь привычное для современного россиянина понятие. М. Р. Фасмер отмечает, что впервые термин «родина» в значении «родная страна» встречается у Державина [Фасмер, 1986, 491].

Однако основное значения слова «родина» (которое писалось с маленькой буквы) в XVIII веке – место рождения, место проживания семьи, родителей, дворянское гнездо. Читаем у Д. И. Фонвизина (журнал «Собеседник»): «В церкви он был с двумя сыновьями, возвратившимися на сих днях на свою родину (читай домой – Г. С.) после двадцатипятилетней воинской службы» [Фонвизин, 1959, 26]. В записках С. Н. Глинки: «[…] по выходе из тогдашнего сухопутного кадетского корпуса отправился я на родину, в Духовщинский уезд» [Глинка, 1957, 382].

Под родиной подразумевали и национальные окраины Российской империи, например, Малороссию. С. В. Скалон, младшая дочь В. В. Капниста, пишет в своих мемуарах: «Отец мой любил страстно родину свою и готов был пожертвовать всем состоянием своим для блага Малороссии» [Русские мемуары, 1988, 466].

Подобное трактование понятия «родина» сохранилось и в начале XIX века. В. В. Виноградов отмечает, что слово «родина» в языке Пушкина «не имело того острого общественно-политического и притом революционного смысла, который был связан со словом «отечество» (и, отчасти, со словом отчизна)». Автор ссылается на употребление слова «родина» в стихотворениях «На возвращение государя императора из Парижа в 1815 году (Александру)», «К Овидию», в поэмах «Руслан и Людмила», «Кавказский пленник», в «Истории Пугачева». В Дубровском читаем: «Он смотрел вокруг себя с волнением неописанным. Двенадцать лет не видел он своей родины. Березки, которые при нем были только что посажены около забора, выросли и стали теперь высокими ветвистыми деревьями» [Виноградов, 1999, 999]. Почитание места рождения являлось истоком любви к Отечеству в целом, считалось особой добродетелью, основой доблестных начинаний. «Из всех добродетелей самая высшая есть любовь Отечества. Она душа, оплот, крепость, сила и счастье царств. Она матерь славы и бесконечных торжеств. Привязанность к месту рождения […] – суть первейшего основания любви Отечества» [Страхов, 1811, 12].

Синонимом к слову «отечество» являлось в XVIII веке (является и по сей день) слово «государство» (Россия, империя). Идея о служении всеобщему благу, столь близкая сердцу передовых людей эпохи и являвшаяся основой внутренней политики царствующих особ, породила особое отношение к интересам государства, которые были призваны стать основой интересов каждого его жителя. Словарь Академии российской пишет: государство — это «земля или страна, обладаемая государем, царство (обширное, пространное государство); берется иногда вместо: народ (все государство возрадовалось). Государственный – государству принадлежащий (государственные крестьяне, государю принадлежащий, государственные дела, доходы)» [Словарь Академии российской, т.2, 1974, 279].

Народ, населяющий территорию государства, является неотъемлемой составляющей последнего. Глава этого социума – император, именуемый «Отцом Отечества». Петр I получает этот титул Петр I в 1721 году, Екатерине II в 1767 году преподносится звание «Премудрая Матерь Отечества». Иерархия власти строится по образцу семьи.

Интересное замечание по поводу использования различных слов во времена правления Павла I мы находим в записках Н. И. Греча. Посмеиваясь над нововведениями государя, Греч пишет: «Мало ли что предписывалось и исполнялось в то время! Так, например, предписано было не употреблять некоторых слов, например, говорить и писать “государство” вместо “отечество”; “мещанин” вместо “гражданин”; “исключить” вместо “выключить”» [Греч, 1930, 151]. Очевидно, что данное распоряжение стало результатом реакции российского престола на французскую революцию. Желая искоренить из повседневного обихода все связанные с нею атрибуты, даже некоторые неугодные слова, был издан данный указ. Однако, интонация данного высказывания очевидна, реформы Павла не носили долгосрочного характера, новшества не прижились ни в языке, ни в стране.

Соответственно, в сознании современников невозможность отделение таких понятий как Отечество и государство неоспорима.

Таким образом, именно к началу XVIII века относится окончательное формирование понятия «отечество» в современном значении, что стало возможным только благодаря изменению ментальных моделей общества, внутренних процессов, идущих в российской империи под влиянием географических, геополитических изменений, утверждения политики абсолютизма, имперской идеологии, установления православия в качестве государственной религии, а не под влиянием внешних факторов. До XVIII века слово ассоциировалось у современников, прежде всего, с родовым наследственным владением, землей. В XVIII веке и далее слово «отечество» стало обозначать страну, государство, где человек родился, где он проживает, а понятие «родина» будут связывать с местом рождения, имением, малой родиной. Говоря «я – русский», «мое Отечество – Россия», индивид соотносит себя с русским государством, его культурой и духовными ценностями.

Библиография
1.
Виноградов В. В. История слов. М.: Институт русского языка им. В. В. Виноградова РАН, 1999, с. 99.
2.
Глинка Ф. Н. Избранные произведения. Л: Советский писатель, 1957.
3.
Греч Н. И. Записки о моей жизни. М. – Л.:1930, с. 151.
4.
Даль В. И. Толковый словарь живого великого русского языка. Современное написание: В 4 т. М.: АСТ, 2001, т. 2, с. 1188.
5.
Данилевский И. Н. Русские земли глазами современников и потомков (ХII-ХIV вв.). М.: Аспект пресс, 2000, с. 203.
6.
Ломоносов М. В. Сочинения. М. – Л.: Издательство Академии наук СССР, 1961, с. 247.
7.
Русские мемуары. Избранные страницы. XVIII век. М.: Издательство «Правда», 1988, с. 466.
8.
Словарь Академии российской: В 6 т. СПб.: При Императорской Академии Наук, 1789-1794, т. 4, с. 665-666, т 2, с. 279.
9.
Снегирев И. Словарь русских пословиц и поговорок. Русские в своих пословицах. Н. Новгород: «Русский купец» и «Братья славяне» из Нижнего Новгорода, 1996.
10.
Страхов Н. И. Рассматривание жизни и нравов XVIII в. СПб., 1811, с. 12.
11.
Ушаков Д. Н. Толковый словарь русского языка: В 3 т. М.: Вече. Мир книги, 2001, т. 2, с. 239.
12.
Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 2 т. М.: Прогресс, 1986, т. 2, с. 170.
13.
Фонвизин Д. И. Собрание сочинений: В 2 т. М. – Л.: Государственное издательство Художественной литературы, 1959, т.2, с. 26.
14.
Черных П. Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка. В 2 т. М.: Русский язык, 1993, т.1, с. 611.
15.
Шанский Н. М., Боброва Т. А. Этимологический словарь русского языка. М.: Прозерпина: Школа, 1994, с.220.
References (transliterated)
1.
Vinogradov V. V. Istoriya slov. M.: Institut russkogo yazyka im. V. V. Vinogradova RAN, 1999, s. 99.
2.
Glinka F. N. Izbrannye proizvedeniya. L: Sovetskii pisatel', 1957.
3.
Grech N. I. Zapiski o moei zhizni. M. – L.:1930, s. 151.
4.
Dal' V. I. Tolkovyi slovar' zhivogo velikogo russkogo yazyka. Sovremennoe napisanie: V 4 t. M.: AST, 2001, t. 2, s. 1188.
5.
Danilevskii I. N. Russkie zemli glazami sovremennikov i potomkov (KhII-KhIV vv.). M.: Aspekt press, 2000, s. 203.
6.
Lomonosov M. V. Sochineniya. M. – L.: Izdatel'stvo Akademii nauk SSSR, 1961, s. 247.
7.
Russkie memuary. Izbrannye stranitsy. XVIII vek. M.: Izdatel'stvo «Pravda», 1988, s. 466.
8.
Slovar' Akademii rossiiskoi: V 6 t. SPb.: Pri Imperatorskoi Akademii Nauk, 1789-1794, t. 4, s. 665-666, t 2, s. 279.
9.
Snegirev I. Slovar' russkikh poslovits i pogovorok. Russkie v svoikh poslovitsakh. N. Novgorod: «Russkii kupets» i «Brat'ya slavyane» iz Nizhnego Novgoroda, 1996.
10.
Strakhov N. I. Rassmatrivanie zhizni i nravov XVIII v. SPb., 1811, s. 12.
11.
Ushakov D. N. Tolkovyi slovar' russkogo yazyka: V 3 t. M.: Veche. Mir knigi, 2001, t. 2, s. 239.
12.
Fasmer M. Etimologicheskii slovar' russkogo yazyka: V 2 t. M.: Progress, 1986, t. 2, s. 170.
13.
Fonvizin D. I. Sobranie sochinenii: V 2 t. M. – L.: Gosudarstvennoe izdatel'stvo Khudozhestvennoi literatury, 1959, t.2, s. 26.
14.
Chernykh P. Ya. Istoriko-etimologicheskii slovar' sovremennogo russkogo yazyka. V 2 t. M.: Russkii yazyk, 1993, t.1, s. 611.
15.
Shanskii N. M., Bobrova T. A. Etimologicheskii slovar' russkogo yazyka. M.: Prozerpina: Shkola, 1994, s.220.