Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1993,   статей на доработке: 313 отклонено статей: 756 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Инновационное развитие и экономическая безопасность регионов Западного порубежья России
Михайлова Анна Алексеевна

кандидат географических наук

младший научный сотрудник, Институт природопользования, территориального развития и градостроительства, Балтийский федеральный университет им. И. Канта

236022, Россия, Калининградская область, г. Калининград, ул. Зоологическа, 2

Mikhaylova Anna Alekseevna

PhD in Geography

Junior Scientific Associate, Institute of Natural Resource Management, Territorial Development and City Planning, Immanuel Kant Baltic Federal University

236022, Russia, Kaliningradskaya oblast', g. Kaliningrad, ul. Zoologicheska, 2

tikhonova.1989@mail.ru

Аннотация.

Важнейший фактор обеспечения экономической безопасности страны и ее регионов – устойчивый рост национальной экономики. Определяющее значение для экономического роста в долгосрочном периоде имеют уровень инновационной активности хозяйствующих субъектов и производительность труда. Усиление геополитической неопределенности в современных российских реалиях негативно сказывается на ведении инновационной деятельности, характеризующейся высокой степенью неопределенности и рисками. Особенно подвержена влиянию геополитического фактора экономика регионов приграничья. Предметом статьи выступила инновационная безопасность приграничных регионов европейской части России, рассмотренная как важнейшая составляющая их экономической безопасности. Методология исследования базируется на теоретических и практических научных подходах к инновационной безопасности, а также методике оценки инновационной составляющей экономической безопасности, закрепленной в Стратегии экономической безопасности России на период до 2030 г. Выполнен анализ динамики основных показателей инновационной безопасности для семи приграничных субъектов РФ: Смоленская, Калининградская, Ленинградская, Ростовская области, Республика Крым, города федерального значения Санкт-Петербург и Севастополь. Новизной статьи является адаптация методики оценки инновационной безопасности как элемента экономической безопасности страны к уровню региона. Особым вкладом является выявление специфики обеспечения экономической безопасности регионов Западного порубежья России в инновационном аспекте. Сделан вывод о сильных территориальных и структурных различиях инновационных систем этих субъектов, что обусловливает потребность в проведении территориально-адаптивной политики к обеспечению их инновационного развития и экономической безопасности.

Ключевые слова: инновации, инновационная безопасность, экономическая безопасность, экономический рост, приграничный регион, научно-техническое развитие, инвестиции, человеческий капитал, инновационная политика, абсорбирующая способность

DOI:

10.7256/2454-0668.2018.4.27402

Дата направления в редакцию:

15-09-2018


Дата рецензирования:

18-09-2018


Дата публикации:

17-10-2018


Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда (проект № 18-17-00112 «Обеспечение экономической безопасности регионов Западного порубежья России в условиях геополитической турбулентности»)

Abstract.

The paramount factor of ensuring economic security of the country and its regions is the sustainable growth of national economy. The level of innovation potential of economic subjects and workforce productivity are of instrumental importance for the economic growth in long-term perspective. Escalation of geopolitical uncertainty in the current Russian realities negatively influences the conduct of innovation activities, which is characterizes by the high level of ambivalence and risks. The economy of the frontier regions is especially affected by the geopolitical factor. The subject of this research is the innovation security of border regions of the European part of Russia, viewed as a paramount component of their economic security. Methodology is based on the theoretical and practical scientific approaches to innovation security, as well as the method of assessment of innovation component of economic security enshrined in the Russian Federation Economic Security Strategy until 2030. The author analyzes the dynamics of key indexes of innovation security for the seven bordering subjects of the Russian Federation: Smolensk Oblast, Kaliningrad Oblast, Leningrad Oblast, Rostov Oblast, Republic of Crimea, as well as federal cities Saint Petersburg and Sevastopol. The scientific novelty lies in adaptation of assessment methodology of innovation security as an element of economic security of the country to the regional level. The main contribution consists in determination of the specificity of ensuring economic security of the regions of western frontier of Russian in the innovation aspect. A conclusion is made on the strong territorial and structural differences of innovation systems of these subjects, which substantiates the need for conducting the territorial-adaptive policy to ensure their innovation development and economic security.

Keywords:

scientific and technological development, cross-border region, economic growth, economic security, innovation security, innovation, investments, human capital, innovation policy, absorptive capacity

Введение

Экономическая безопасность – стратегический интерес и необходимое условие национальной безопасности страны. Обеспечение экономической безопасности как на национальном, так и на региональном уровнях подразумевает создание благоприятной среды для сбалансированного развития экономики в долгосрочном периоде. Непременным условием этого является экономический рост, который оказывает позитивное воздействие на всю экономическую систему государства, способствуя активизации промышленной деятельности и повышению уровня жизни населения. Устойчивый экономический рост сопровождается увеличением объема инвестиций и инновационной активности, формирующих базис для технологической модернизации экономики и наращивания ее конкурентного потенциала. Снижение конкурентоспособности национальной экономики является прямой угрозой ее экономической безопасности, поэтому государство заинтересовано в проведении активной экономической политики, нацеленной на стимулирование важнейших факторов экономического роста – инноваций и производительности труда.

Целью данного исследования ставилось оценить инновационную безопасность российских регионов как составляющую их экономической безопасности в условиях геополитической турбулентности. В статье сделан акцент на субъектах Западного порубежья России как стратегически значимых регионах, приграничных европейским странам. В методическом разделе делается попытка адаптировать методологию оценки экономической безопасности России, принятую в государственном управлении, для целей оценки инновационной составляющей экономической безопасности субъектов РФ. Результаты исследования представлены в динамике для 7 российских регионов. В обсуждении результатов ведется дискуссия о реальных и потенциальных угрозах экономической безопасности регионов Западного порубежья России в контексте их текущего уровня развития инновационной системы. Делается вывод о том, что, несмотря на неоспоримость самого факта важности инноваций для долгосрочного развития национальной и региональных экономик, ведение инновационной деятельности в равной степени, как и отказ от нее, сопряжены с большим количеством угроз для экономической безопасности, которые должны учитываться при проведении государственной и региональной экономической и инновационной политик.

Теоретическая основа исследования

Связь между инновациями, экономическим ростом, конкурентоспособностью и национальной и региональной безопасностью исследовалась в работах целого ряда отечественных и зарубежных ученых. Значительный вклад в разработку данной проблематики внесли работы Кэрол Коррадо и ее коллег [1, 2], которые доказали определяющую важность для экономического роста нематериальных активов, формирующих основу любой инновационной деятельности. В их состав исследователи включили: программное обеспечение, электронные базы данных, научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР), разведку полезных ископаемых, авторские права, патенты, лицензии, разработку и проектирование продуктов, инжиниринг, экономические компетенции (бренд, человеческий капитал, организационный капитал) и др. Эмпирические работы [3-5] продемонстрировали наличие прямой зависимости между увеличением объемов НИОКР и ростом производительности труда. Результатом инвестиций в новую технику и технологию, как правило, становится повышение эффективности организации производственной деятельности, ведущей к росту общей производительности труда в экономике.

Большое внимание изучению взаимосвязей между конкуренцией и инновационной деятельностью впервые было уделено в исследованиях Й. А. Шумпетера [6]. Ученый пришел к выводу о том, что слишком высокая конкуренция оказывает негативное воздействие на инновации. Подтверждение данному тезису было найдено в работах [7-9], которые показали, что при снижении конкуренции в результате вмешательства в свободный рынок возрастает норма прибыли на НИОКР, а это в свою очередь является катализатором для последующего увеличения инвестиций в эту сферу. Дальнейшие исследования, развивавшие нео-шумпетеровский подход, например [10, 11], продемонстрировали нелинейность связи между конкуренцией и инновациями. При более низком уровне конкуренции стимулы к инновационной деятельности выше: технологические лидеры стремятся инвестировать в инновации, чтобы получить временное монопольное преимущество и сверхдоход, а технологические последователи, чтобы повысить производительность и уровень компетенций. Когда конкуренция становится слишком жесткой, то уровень инновационной активности падает. Этот эффект получил название «эффект Шумпетера». В данном контексте с позиции национальной экономической безопасности государство вправе реализовывать защитную политику, направленную на поддержание стратегически значимых секторов экономики.

В целом взаимосвязь между национальной безопасностью страны и ее инновационным развитием нашла выражение в развитии концепции инновационной безопасности как важнейшего элемента экономической безопасности. В аспектном отношении инновационная безопасность представляет собой состояние защищенности экономики и инновационных процессов, совокупность условий и факторов научно-технического и инновационного развития, а также способность государства к обеспечению высокого уровня развития экономики на основе инноваций [12-16]. Суть обеспечения инновационной безопасности страны заключается в поддержании устойчивого долгосрочного развития национальной инновационной системы через содействие инновационным процессам, соответствующим национальным интересам, и блокировку или снижение влияния факторов, дестабилизирующих, ведущих к деградации и/или распаду инновационной системы [17]. Реализация концепции инновационной безопасности должна производиться в рамках государственной инновационной политики, сочетающей в себе научную, технологическую, экономическую, кластерную политики. Государства с более активной инновационной политикой и механизмами наращивания человеческого капитала, как правило, имеют более благоприятную среду для извлечения конкурентных преимуществ не только из внутренних НИОКР, но и при абсорбции внешних знаний и инновации, сгенерированных в других странах [18-22].

Инновационная деятельность, будучи связана с высокими рисками и неопределенностью, сильно зависима от инновационной среды, в которой она ведется. Ее успех в значительной мере определяется набором экономических, институциональных, культурных, организационных, геополитических и иных факторов и условий, содействующих или препятствующих инновационному процессу [23]. Систематическая генерация инноваций требует стабильно благоприятной в долгосрочном периоде экономической и политической обстановки в стране. Значимую роль для инноваций имеет интегрированность в мировую инновационную систему и наличие международных каналов перетока знаний [24]. Способность использовать внешние источники знаний (например, через совместные коллаборации, НИОКР, совместные предприятия, лицензии, контракты, межфирменные отношения) является определяющей для интернационализации национальных инновационных компаний и их конкурентоспособности на международном рынке [25, 26].

Важность потенциала поглощения знаний для инноваций отмечена во многих тематических исследованиях, например в [27-30]. При этом под абсорбирующей способностью понимается способность воспринимать, оценивать, адаптировать и применять новые знания, полученные из взаимодействия между отдельными лицами, группами, организациями, регионами или странами [31, 32]. Исследование [33] позволило выявить взаимосвязь между прямыми иностранными инвестициями (ПИИ), инновационной активностью и абсорбирующей способностью. Для стран с высокой абсорбирующей способностью отмечена положительная корреляция между оттоком ПИИ и патентной активностью. Такие страны получают выгоды от инвестиций в иностранные инновационные проекты. В странах с низкой абсорбирующей способностью внешние ПИИ играют отрицательную роль для местных инновационных процессов, угнетая зачатки инновационной активности. Импорт инноваций для стран со слабой абсорбцией также важен, как и экспорт, для активизации инноваций.

Методика исследования

В данном исследовании инновационная безопасность получила рассмотрение как значимая составляющая экономической безопасности, определяющая долгосрочную конкурентоспособность и эффективность экономики. Инновационная безопасность региона представлена как производная региональной инновационной безопасности – подсистемы национальной безопасности. В основу оценки инновационной безопасности региона положен методический подход, закрепленный в Стратегии экономической безопасности РФ до 2030 г. [34]. Формально утвержденное определение инновационной безопасности в российской нормативно-правовой практике отсутствует, однако в целом ряде документов (например, [35, 36]) признается важность научно-технологической и инновационной деятельности для экономического развития. В Стратегии 2030 [34] инновационный аспект экономической безопасности косвенно раскрывается через понятия научно-технологического потенциала и конкурентоспособного развития национальной экономики, поддержание которых – одна из шести важнейших целей государственной политики по обеспечению экономической безопасности в долгосрочном периоде.

Среди восьми приоритетных направлений укрепления экономики нами выбраны три, которые напрямую затрагивают инновационную сферу: экономические условия для технологического и инновационного развития; человеческий потенциал; эффективность реализации конкурентных преимуществ экспортно ориентированных отраслей во внешнеэкономическом пространстве. Характеристика эффективности государственной политики по данным направлениям представлена мониторингом 6 из 40 показателей состояния экономической безопасности, утвержденных Стратегий 2030 [34] (таб. 1). Все показатели удельные, имеют годовой период расчета на основе официальных статистических данных Росстата и доступны в агрегации по стране и ее субъектам, что делает возможным их использование в динамической оценке инновационной составляющей экономической безопасности региона.

Таблица 1

Основные показатели состояния инновационной составляющей экономической безопасности России и ее субъектов

Показатель

Характеризует

направление государственной политики

составляющая инновационной системы

1

Доля инвестиций в машины, оборудование в общем объеме инвестиций в основной капитал, %

экономические условия для технологического развития

инфраструктурная

2

Доля инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных товаров, работ, услуг, %

экономические условия для технологического развития

инновационная среда

3

Доля продукции высокотехнологичных и наукоемких отраслей в валовом внутреннем продукте (валовом региональном продукте), %

экономические условия для технологического развития

научно-исследовательская

4

Доля организаций, осуществляющих технологические инновации, %

экономические условия для технологического развития

инновационная среда

5

Доля инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных на экспорт товаров, работ, услуг предприятий промышленного производства, %

эффективность реализации конкурентных преимуществ экспортно ориентированных отраслей во внешнеэкономическом пространстве

инновационная среда

6

Распределение численности занятых в экономике по уровню образования, % от общей численности занятых

человеческий потенциал

кадровая

Источник: составлено на основе [34]

С позиции комплексной оценки инновационной безопасности региона перечень данных показателей не является исчерпывающим. Однако он получил широкое использование в практике [37-43] при анализе инновационной развития и конкурентоспособности, а также является частью системного государственного мониторинга национальной экономической безопасности России – одного из инструментов инновационной политики. Данные индикаторы позволяют провести первичную оценку уровня безопасности развития территориальных инновационных систем по следующим критериям: эффективность использования человеческих ресурсов – носителей неявных знаний, через анализ их качественной структуры; технологическую оснащенность экономики; заинтересованность бизнеса в инновационной деятельности, его включенность в инновационный процесс; степень интернационализациии российских инновационных компаний.

Объектом исследования выступили 7 субъектов Западного порубежья России: Смоленская, Калининградская, Ленинградская, Ростовская области, Республика Крым, города федерального значения Санкт-Петербург и Севастополь. Данные регионы принадлежат к особому типу – приграничных, характеризующихся выраженной спецификой в обеспечении экономической безопасности. Высокая чувствительность приграничных экономик российских регионов к изменениям во внешнеполитических и внешнеэкономических отношениях с Западными странами делает их уязвимыми в условиях усиления геополитической неопределенности. Наиболее сильное воздействие внешнего фактора ощущает инновационный сектор региональных экономик как наиболее рисковый и сетезированный. Выбор административно-территориальных субъектов для целей исследования обусловлен: во-первых, их экономико-географическим положением в приграничье европейской части России, что предполагает более тесные экономические и научно-технологические связи данных регионов с соседними Западными странами; во-вторых, наличием среди них эксклавов (Калининградская область, Республика Крым, Севастополь), где приграничная специфика в обеспечении экономической безопасности проявляется наиболее ярко; в-третьих, их стратегической важностью для национальной безопасности России; в-четвертых, наличием у них стремления к развитию инновационной экономики.

Статистическая база по Смоленской, Калининградской, Ленинградской, Ростовской областям, Санкт-Петербургу сформирована за период 2011-2016 гг., по Республике Крым и Севастополю – 2014-2016 гг. (с момента подписания договора о принятии в состав России). Для сравнительного анализа включены средние данные по России. Отсутствие исследуемых явлений в рассматриваемом периоде отмечено по трем показателям: доле организаций, осуществляющих технологические инновации (г. Севастополь – 2015 г.); доле инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных на экспорт товаров, работ, услуг предприятий промышленного производства (Смоленская область – 2015 г., Калининградская область – 2013-2015 гг., Республика Крым – 2015 г., г. Севастополь – 2014-2016 гг.); доле занятых в экономике с высшим образованием (Республика Крым, г. Севастополь – 2014 г.).

Результаты исследования

Развитие инновационного сектора экономики, а, следовательно, и укрепление экономической безопасности, напрямую связано с динамикой инвестиций в основной капитал. Важным условием роста инвестиционной активности является политическая и экономическая стабильность условий хозяйствования, когда инвесторы могут прогнозировать доходность своих вложений. Отрицательный тренд объемов инвестиций, как правило, отражает неблагоприятную экономическую обстановку в стране. Недостаток инвестиций отрицательно сказывается на технологическом развитии и конкурентоспособности отраслей экономики, особенно на фоне высокой доли устаревших основных фондов, тем самым снижая общий уровень экономической безопасности. Удельный вес инвестиций в машины, оборудование в общем объеме инвестиций в основной капитал демонстрирует степень заинтересованности хозяйствующих субъектов в модернизации и технологизации собственных производств. Инноватизация экономической деятельности требует роста инвестиций в новые более совершенные машины и оборудование, что позволяет снижать издержки, повышать эффективность технологических и организационных процессов, улучшать качество выпускаемой продукции.

В 2011-2016 гг. для России была характерна отрицательная динамика доли инвестиций в машины, оборудование в общем объеме инвестиций в основной капитал: с 37,9 до 31,5 %. Среди основных факторов – ингибиторов [44]: неопределенность экономической ситуации в стране, в т.ч. из-за санкционной политики стран Запада и введения Россией ответных мер; недостаток собственных финансовых средств у компаний на фоне высокого процента по коммерческому кредиту и сложного механизма его получения. Следствием влияния данных факторов к 2016 г. явилось с одной стороны сокращение инвестиций из привлеченных источников с увеличением доли собственных средств российских компаний до 51%, с другой – снижение количества хозяйствующих субъектов, закупающих иностранные основные средства, до 32% в сравнении с пиковым 2013 г. (46%). Формально уменьшение доли организаций, внедряющих иностранные машины и оборудование, в 2011-2016 гг. – позитивный фактор укрепления инновационной безопасности вследствие сокращения зависимости от иностранных технологий. Однако его рассмотрение в совокупности с отрицательной динамикой общего объема инвестиций, в т.ч. привлеченных вложений; угнетением международной деловой активности на фоне санкций; ростом курса иностранных валют; снижением прибыли компаний делает очевидным тот факт, что отказ от модернизации основных средств за счет зарубежных технологий произошел не в результате выигрыша отечественного производителя в конкурентной борьбе, а ввиду снижения доступа компаний к иностранным рынкам машин и оборудования. Подобное затруднение технологического обмена – одна из угроз инновационной безопасности, поскольку сказывается на эффективности производственной деятельности хозяйствующих субъектов, которым приходится пересматривать и оптимизировать внутренние стратегии модернизации и технического перевооружения.

Большинству регионов Западного порубежья России свойственно повторение общестрановых тенденций в динамике инвестиционных вложений в машины и оборудование с кризисным провалом в 2015 г. (рис. 1). Исключением являются Республика Крым и г. Севастополь, демонстрирующие приток инвестиций в основные средства, что связано с активной реализацией крупного инвестиционного проекта с государственным участием (строительство Керченского моста) и потребностью в форсированной модернизации экономик новых субъектов РФ. Наименьшая доля инвестиций в машины и оборудование среди регионов Западного порубежья России – у Калининградской, Ленинградской и Ростовской областей, которые в 2011-2016 гг. редко достигали среднероссийского уровня по данному показателю. Территориальное распределение инвестиционных вложений в машины и оборудование в расчете на душу населения среди российских субъектов Западного порубежья неоднородно. Могут быть выделены: полюс притяжения с высокой экономической активностью – г. Санкт-Петербург и Ленинградская область (по 40,9 и 48,8 тыс. руб./чел. соответственно); полупериферия со значительным объемом инвестиций в рамках федеральных целевых программ – г. Севастополь и Калининградская область (по 26,4 и 21,2 тыс. руб./чел. соответственно); периферия – Смоленская, Ростовская области и Республика Крым (по 19,1, 17,4, и 10,3 тыс. руб./чел. соответственно).

Рисунок 1 – Доля инвестиций в машины, оборудование в общем объеме инвестиций в основной капитал регионов Западного порубежья России, %

Источник: составлено на основе данных [45]

Для интенсификации инновационных процессов и развития инновационной экономики большое значение имеет не только величина инвестиций, но и их отраслевая концентрация. Распределение инвестиций в основной капитал по видам деятельности демонстрирует, что при сложившейся в России и ее западных регионах к 2016 г. структуре инвестиционных вложений с доминированием непроизводственных секторов нельзя ожидать активного роста технологичных, наукоемких отраслей (таб. 2). Недостаток инвестиций в реальном секторе экономике, в т.ч. направляемых на модернизацию производств, является серьезной угрозой для экономической безопасности исследуемых регионов.

Таблица 2

Распределение инвестиций в основной капитал регионов Западного порубежья России по видам деятельности, %

Регион

Вид деятельности (ОКВЭД)*

A

B

C

D

E

F

G

H

I

64

J

K

L

M

N

Российская Федерация

4,2

0,1

19,3

14,5

6,4

3,0

4,3

0,7

18,6

2,6

1,6

20,6

1,9

1,4

1,2

Смоленская область

3,7

0,0

0,1

42,8

20,5

0,9

2,7

0,0

19,9

4,2

0,2

3,5

1,5

1,6

1,8

Калинингpадская область

4,7

0,5

6,0

6,8

26,0

1,8

1,8

0,5

22,6

3,0

0,7

7,1

1,0

2,9

1,5

Ленинградская область

2,9

0,0

0,5

23,5

25,5

1,5

1,8

0,0

27,0

2,1

0,0

12,5

2,1

1,1

0,6

г. Санкт-Петербург

0,2

0,0

0,0

15,8

8,3

2,3

5,0

0,5

39,1

3,6

3,7

18,5

0,6

1,9

1,1

Республика Крым

3,1

0,0

1,1

7,9

18,9

1,0

1,4

3,6

18,1

4,2

2,6

7,1

9,1

10,6

11,0

Ростовская область

5,5

0,0

1,5

15,2

17,6

0,5

3,5

0,1

30,5

3,1

1,1

7,1

9,0

2,7

1,6

г. Севастополь

3,6

0,1

0,0

2,3

6,0

1,1

0,8

3,2

6,1

3,0

0,2

2,2

58,0

6,7

8,0

Примечание: * A – Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство; B – Рыболовство, рыбоводство; C – Добыча полезных ископаемых; D – Обрабатывающие производства; E – Производство и распределение электроэнергии, газа и воды; F – Строительство; G – Оптовая и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования; H – Гостиницы и рестораны; I – Транспорт и связь, в т.ч. 64 – связь; J – Финансовая деятельность; K – Операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг; L – Государственное управление и обеспечение военной безопасности; M – Образование; N – Здравоохранение и предоставление социальных услуг.

Источник: составлено на основе данных [46]

Человеческий потенциал еще один значимый фактор развития инновационной экономики наряду с материально-технической оснащенностью, характеризующий возможности субъектов управления по использованию трудовых ресурсов в инновационном процессе в целях повышения конкурентоспососбности экономики региона и качества жизни его населения. Эффективность реализации накопленного человеческого потенциала выражается в величине человеческого капитала как совокупности индивидуальных явных и неявных знаний, компетенций, умений, способностей, физических возможностей, сконцентрированных на территории региона и вовлеченных в его экономику. Образование является одним из элементов человеческого потенциала. Чем выше вовлеченность населения в систему непрерывного образования, тем больше объем инвестиций в трудовые ресурсы и активнее развитие человеческого капитала – важнейшего фактора воспроизводства в инновационной экономике. Результаты ряда научных исследований показали [47, 48], что увеличение образованности населения и расходов на образование стимулируют прирост объема валового внутреннего продукта (ВВП) страны. Данный вывод справедлив и для России: коэффициент корреляции за 2010-2016 гг. в парах «государственные расходы на образование – ВВП» и «доля занятых с высшим образованием – ВВП» стремится к 1.

В 2010-2016 гг. в РФ наблюдалось увеличение в структуре занятых в экономике доли лиц с высшим образованием: с 28,9 до 33,5 %. Среди регионов Западного порубежья РФ наиболее высокий уровень образованности занятого населения Санкт-Петербурга и Севастополя, что объясняется урбанизированностью их экономик (рис. 2). В четырех субъектах (Калининградская, Ростовская области, Санкт-Петербург, Севастополь) отмечены негативные структурные сдвиги в сторону уменьшения удельного веса занятых с высшим образованием. Основные причины – значительный приток низкоквалифицированной рабочей силы и отток «интеллектуальных ресурсов». В рассматриваемом периоде большинство исследуемых субъектов – доноры трудовых ресурсов с превышением численности населения выезжающего на работу над численностью въезжающего. Исключением являлись лишь Санкт-Петербург и Севастополь, выступившие аттракторами трудоспособного населения в Западном порубежье России.

Рисунок 2 – Доля занятых с высшим образованием от общей численности занятых в экономике регионов Западного порубежья России, %

Источник: составлено на основе данных [45]

Экономическая безопасность региона в долгосрочном периоде напрямую связана с заинтересованностью предпринимательского сектора в ведении инновационной деятельности, его включенностью в инновационный процесс. Значимым инновационным полюсом в Западном порубежье РФ является Санкт-Петербург с долей организаций, осуществляющих технологические инновации, существенно выше среднероссийского уровня – 13,8 против 7,3 % в 2016 г. (рис. 3). Показатели близкие к средним значениям по России в 2010 – 2016 гг. демонстрировали Ленинградская и Ростовская области (6,8 и 7,8 % соответственно в 2016 г.), а также с некоторым отставанием – Смоленская область (6,2 % в 2016 г.). Именно у этих трех регионов в структуре инвестиций в основной капитал заметную долю занимала обрабатывающая промышленность – основной драйвер технологических инноваций (таб. 2). Эксклавные регионы (Калининградская область, Республика Крым, Севастополь) попали в инновационную периферию Западного порубежья России.

Рисунок 3 – Доля организаций, осуществляющих технологические инновации, регионов Западного порубежья России, %

Источник: составлено на основе данных [45]

К 2016 г. для РФ и ее субъектов характерно снижение удельного веса организаций, ведущих инновационную деятельность (рис. 3). Решающими факторами [49], препятствующими технологическим инновациям в этот период были преимущественно экономические, связанные с недостатком собственных средств у компаний при высокой стоимости нововведений и растущем экономическом риске. Основной внутренний фактор-ингибитор – недостаток квалифицированного персонала, а рамочный – неразвитость правовой среды, регламентирующей инновационную деятельность. Для регионов Западного порубежья РФ, где инновационная активность хозяйствующих субъектов была выше, влияние отмеченных факторов на экономику оказалось более значительным.

Снижение инновационной активности в России к 2015-2016 гг. нашло отражение в некотором сокращении доли инновационной продукции в общем объеме отгруженных товаров, работ, услуг: с 9,2 % в 2013 г. до 8,5% в 2016 г. (рис. 4). Позитивная динамика на протяжении исследуемого периода наблюдалась лишь в Ростовской области, где к 2016 г. объем инновационной продукции вырос в 3 раза – до 14,5 % от общей величины отгруженных товаров, работ, услуг. Локомотивами, обеспечившими данный рост, стали среднетехнологичные отрасли: производство транспортных средств и оборудования; металлургическое производство и производство готовых металлических изделий; производство кокса и нефтепродуктов. Положительный тренд величины удельного веса инновационной продукции в Республике Крым и Севастополе во многом связан с реализацией на их территории государственной программы «Экономическое развитие и инновационная экономика» на 2015-2017 гг. Однако в абсолютном выражении объем производимых в этих субъектах инновационных товаров, работ, услуг по-прежнему невелик. Географически ведущими регионами производства инновационных товаров на территории Западного порубежья являются Санкт-Петербург и Ростовская область, на которые в 2016 г. приходилось 6,1 и 3,1 % всей инновационной продукции России. Суммарный вклад остальных исследуемых регионов в общероссийский показатель – менее 1%.

Рисунок 4 – Доля инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных товаров, работ, услуг регионов Западного порубежья России, %

Источник: составлено на основе данных [45]

Объем инновационных товаров, работ, услуг, поступающих на экспорт, отражает востребованность и конкурентоспособность продукции, производимой в стране, на международных рынках. Менее 10 % всех российских инновационных промышленных товаров экспортируется в зарубежные страны (рис. 5). В разрезе высокотехнологичных отраслей этот показатель выше – 28,9%. Пик экспорта инновационной продукции в рассматриваемом периоде приходился на 2013 г. с последующим спадом к 2016 г. до уровня 2011 г. Для большинства регионов Западного порубежья (за исключением Ростовской области) характерно повторение общестрановой тенденции (рис. 5). Наиболее сильно экспорт инновационных товаров промышленного производства сократился в Смоленской области (с 8,7 до 0%) и в Санкт-Петербурге (с 14,7 до 2,1%). В целом практически все рассматриваемые субъекты характеризуются низкой или нулевой долей инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных на экспорт товаров, работ, услуг предприятий промышленного производства. К 2016 г. ведущим экспортным центром на территории Западного порубежья РФ стала Ростовская область, нарастившая объем экспорта высоко- и среднетехнологичной продукции в 22 раза с 1,7 до 37,5 %. Драйверами роста выступили машиностроение, пищевая и текстильная промышленность, производства прочих неметаллических минеральных продуктов, резиновых и пластмассовых изделий, транспортных средств и оборудования.

Рисунок 5 – Доля инновационных товаров, работ, услуг в общем объеме отгруженных на экспорт товаров, работ, услуг предприятий промышленного производства регионов Западного порубежья России, %

Источник: составлено на основе данных [45]

Глобальное технологическое лидерство и конкурентоспособность российских компаний на международных и новых национальных рынках необходимое условие экономической и инновационной безопасности РФ и ее субъектов [50]. Важнейшим показателем, отражающим технологичность экономики страны / региона, является вклад высокотехнологичных и наукоемких отраслей в ВВП/ВРП (рис. 6). В 2010-2016 гг. в среднем около 21% ВВП России обеспечивалось наукоемкими, высокого и среднего высокого технологического уровня видами деятельности. Рост доли продукции данных отраслей за 7 лет составил 1,1 раза, что ниже планового показателя долгосрочной государственной экономической политики (1,3 раза) [51]. Лидерами среди регионов Западного порубежья России по вкладу высокотехнологичных и наукоемких отраслей в ВРП к 2016 г. являются Санкт-Петербург (29,8%), Севастополь (24,3%) и Республика Крым (23,5%), Калининградская область (23,0%). В 2016 г. в сравнении с 2010 г. снижение удельного веса продукции данных отраслей было отмечено лишь для Санкт-Петербурга.

Рисунок 6 – Доля продукции высокотехнологичных и наукоемких отраслей в валовом региональном продукте регионов Западного порубежья России, %

Источник: составлено на основе данных [45]

Обсуждение результатов и выводы

Полученные результаты сравнительного анализа динамики важнейших показателей инновационной безопасности продемонстрировали высокую степень неоднородности инновационного пространства Западного порубежья России. Главным инновационным полюсом и аттрактором человеческих и инвестиционных ресурсов является Санкт-Петербург. Регион занимает ведущие позиции по уровню инновационной активности, производству инновационных товаров и развитости высокотехнологичных отраслей. К инновационной полупериферии может быть отнесена Ростовская область, выступающая главным экспортным центром инновационной продукции среди западных приграничных регионов РФ. Остальные 5 субъектов (Смоленская, Калининградская, Ленинградская, области, Республика Крым, Севастополь) являются периферийными относительно уровня своего инновационного развития.

Ухудшение геополитической ситуации в последние годы отрицательно сказалось на инвестиционной привлекательности инновационной экономики исследуемых регионов и привело к общему снижению инновационной активности в приграничье европейской части России вследствие роста экономических рисков. Недостаток инвестиционных вложений в реальный сектор, который является основным потребителем и генератором технологических инноваций, выступает серьезным лимитирующим фактором к технологической модернизации экономик регионов Западного порубежья РФ. В свою очередь, это – прямая угроза инновационной и в целом экономической безопасности, сопровождающаяся снижением конкурентоспособности их инновационных систем. Особенно сильно страдает экономика эксклавных регионов, что частично компенсируется государственной поддержкой.

Еще одной угрозой экономической безопасности является нехватка квалифицированных специалистов. Результаты исследования показали, что для приграничья европейской части России, в большей степени, характерны отток трудовых ресурсов и их поляризация вокруг двух центров урбанизации – Санкт-Петербурга и Севастополя. Последние, в свою очередь, сталкиваются с проблемой растущего притока дешевой рабочей силы, что также не соответствует интересам развития инновационной высокотехнологичной экономики.

Третья значимая угроза для инновационной безопасности для регионов Западного порубежья России – слабая степень интернационализации их инновационных систем. Активную экспортную деятельность ведут лишь инновационные компании Ростовской области, реализующие высоко- и среднетехнологичную продукцию. Экспортная доля 6 других субъектов РФ в национальном масштабе мала. Кроме того, в связи с общим снижением инвестиций в основной капитал (в т.ч. сокращение покупки иностранных технологий и оборудования) вследствие геополитической нестабильности, замедлился международный технологический обмен – один из важнейших каналов перетока знаний.

Таким образом, по результатам исследования было выявлено, что среди регионов Западного порубежья России наблюдается дифференциация по уровню инновационного развития и включенности в мировые инновационные процессы. Существует разность в наборе и силе влияния факторов, оказывающих позитивное и негативное воздействие на их инновационные системы. В этой связи, считаем целесообразным, чтобы реализация государственной политики по обеспечению экономической безопасности в аспекте содействия инновационному развитию российских регионов была территориально-адоптивной и учитывала существующую неоднородность инновационного пространства приграничья.

Библиография
1.
Corrado C. A., Hulten C. R., Sichel D. E. Measuring capital and technology: an expanded framework / C. A. Corrado, J. Haltiwanger and D. E. Sichel (eds.), Measuring capital in the new economy. – Chicago: University of Chicago Press, 2005. – P. 11-46.
2.
Corrado C. A., Hulten C. R., Sichel D. E. Intangible capital and US economic growth // The Review Of Income and Wealth. – 2009. – Vol. 55, №3. – P. 661-685.
3.
Cincera M., van Pottelsberghe de la Potterie B. International R&D spillovers: a survey // Brussels economic review. – 2001. –№ 169. P. 3-32.
4.
Mohnen P. International R&D spillovers and economic growth / M. Pohjola (ed.), Information Technology, productivity, and economic growth: International evidence and implications for economic Development. – Oxford: Oxford University Press, 2001. – P. 50-71.
5.
Los B., Verspagen B. Technology spillovers and their impact on productivity / H. Hanusch, A. Pyka (eds.), Elgar companion to neo-schumpeterian economics. – Cheltenham: Edward Elgar, 2007. – P. 574-593.
6.
Шумпетер Й. А. Теория экономического развития. Капитализм, социализм и демократия. – М.: Эксмо, 2007. – 864 с.
7.
Hall B. H. Innovation and Market Value / R. Barrell, G. Mason, M. O’Mahoney (eds). Productivity, Innovation and Economic Performance. – Cambridge: Cambridge University Press, 2000.
8.
Blundell R., Griffith R., van Reenen J. Market share, market value and innovation in a panel of British manufacturing firms // Review of Economic Studies. – 1999. – № 66. – P. 529-554.
9.
Greenhalgh C., Rogers M. The value of innovation: The interaction of competition, R&D and IP // Research Policy. – 2006. – № 35. – P. 562-580.
10.
Arrow K. J. Economic welfare and the allocation of resources for invention / R. R. Nelson (ed.), The rate and direction of inventive activity. – Princeton, New Jersey: Princeton University Press, 1962.
11.
Aghion P., Bloom N., Blundell R., Griffith R., Howitt P. Competition and innovation: an inverted-U relationship // Quarterly Journal of Economics. – 2005. – Vol. 120, № 2. – P. 701-728.
12.
Николина Ю. П. Инновационная безопасность в системе национальной экономической безопасности: научно-методический аспект // Экономика и управление: проблемы, решения. – 2018. – Т. 4, № 1. – С. 13-19.
13.
Афонасова М. А., Богомолова А. В. Инновационная безопасность региона в контексте проблемы развития интеграционных процессов // VII международная заочная научно-практическая конференция «Инновационное развитие социально-экономических процессов», 2013. URL: http://econf.rae.ru/article/8028 (дата обращения: 03.04.2017).
14.
Багаряков А. В., Никулина Н. Л. , Быстрай Г. П., Печеркина М. С. Инновации в контексте экономической безопасности региона // Управленец. – 2014. – № 6(52). – С. 54-59.
15.
Куклин А. А., Багаряков А. В., Никулина Н. Л. Инновационная безопасность и качество жизни населения региона // Вестник ЮУРГУ. – 2013. – № 4. – С. 20-25.
16.
Суховей А. Ф. Проблемы обеспечения инновационной безопасности в Российской Федерации // Экономика региона. – 2014. – №4. – С. 141-152.
17.
Михайлова А. А. Инновационная безопасность региона: научная конструкция или политическая необходимость? // Инновации. – 2018. – № 231(1). – С. 79-86.
18.
Cohen W., Levinthal D. Innovation and learning: The two faces of R&D // Economic Journal. – 1989. – № 99. – P. 569–596.
19.
Griffith R., Redding S., van Reenen J. Mapping the two faces of R&D: productivity growth in a panel of OECD industries // Review of Economics and Statistics. – 2004. – Vol. 86, № 4. – P. 883-895.
20.
Guellec D., van Pottelsberghe de la Potterie B. From R&D to productivity growth: do the Institutional settings and the source of funds of R&D matter? // Oxford Bulletin of Economics and Statistics. – 2004. – Vol. 66, № 3. P. 353-378.
21.
Khan M., Luintel K. B. Sources of knowledge and productivity: how robust is the relationship? OECD Science, Technology and Industry Working Papers, № 2006/6. – Paris: OECD, 2006.
22.
Smith N., Thomas E. Regional conditions and innovation in Russia: the impact of foreign direct investment and absorptive capacity // Regional Studies. – 2017. – Vol. 51, № 9. – P. 1412-1428.
23.
Boschma R. Proximity and Innovation: A critical Assessment // Regional Studies. – 2005. – Vol. 39, № 1. – P. 61-74.
24.
Bathelt H., Malmberg A., Maskell P. Clusters and knowledge: local buzz, global pipelines and the process of knowledge creation // Progress in Human Geography. – 2004. – Vol. 28, № 1. – P. 31-56.
25.
Zahra S. A., George G. Absorptive capacity: a review, reconceptualization, and extension // Academy of Management Review. – 2002. – Vol. 27, № 2. – P. 185-203.
26.
Fosfuri A., Tribo J. A. Exploring the antecedents of potential absorptive capacity and its impact on innovation performance // Omega. – 2008. – Vol. 36, № 2. – P. 173-187.
27.
Cohen W. M., Levintha D. A. Absorptive capacity: A new perspective on learning and innovationl // Administrative Science Quarterly. – 1990. – Vol. 35, № 1. – P. 128-152.
28.
Lau A. K. W., Lo W. Regional innovation system, absorptive capacity and innovation performance: An empirical study // Technological Forecasting and Social Change. – 2015. – Vol. 92. – P. 99-114.
29.
Kostopoulos K., Papalexandris A., Papachroni M., Ioannou G. Absorptive capacity, innovation, and financial performance // Journal of Business Research. – 2011. – Vol. 64, № 12. – P. 1335-1343.
30.
Zobel A. K. Benefiting from open innovation: A multidimensional model of absorptive capacity // Journal of Product Innovation Management. – 2017. – Vol. 4, № 3. – P. 269-288.
31.
Murray K., Roux D. J., Nel J. L., Driver A., Freimund W. Absorptive capacity as a guiding concept for effective public sector management and conservation of freshwater ecosystems // Environmental Management. – 2011. – Vol. 47, № 5. – P. 917-925.
32.
Miguélez E., Moreno R. Knowledge flows and the absorptive capacity of regions // Research Policy. – 2015. – Vol. 44, № 4. – P. 833-848.
33.
Filippetti A., Marion F., Grazia I.-G. The impact of internationalization on innovation at countries’ level: the role of absorptive capacity // Cambridge Journal of Economics. – 2017. – Vol. 41, № 2. – P. 413-439.
34.
Стратегия экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года. Указ Президента Российской Федерации № 208, от 13.05.2017.
35.
Стратегия инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года. Распоряжение Правительства Российской Федерации № 2227-р, от 8.12.2011.
36.
Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года. Указ Президента Российской Федерации № 537, от 12.05.2009.
37.
Меньщикова В. И., Синополец Н. В. Система индикаторов оценки устойчивого развития экономики региона // Социально-экономические явления и процессы. – 2011. – №5-6. – С.155-160.
38.
Сорокина Н. С. Система индикаторов устойчивого сбалансированного развития региона // Ползуновский альманах. – 2011. – № 4(2). – С. 224-228.
39.
Заусаев В. К., Быстрицкий С. П., Криворучко Н. Ю. Инновационный потенциал восточных регионов России // ЭКО. – 2005. – № 10. – С. 40-53.
40.
Бахтизин А. Р., Акинфеева Е. В. Сравнительные оценки инновационного потенциала регионов Российской Федерации // Проблемы прогнозирования. – 2010. – № 3. – С. 73-81.
41.
Алексеев А. А., Дятлова Е. С., Фомина Н. Е. Метод оценки инновационного потенциала региона с позиции формирования кластерной политики // Вопросы экономики и права. –2012. – № 54. – С. 106-111.
42.
Егорова С. Е., Кулакова Н. Г. Инновационный потенциал региона: сущность, содержание, методы оценки // Вестник ПсковГУ. – 2014. – № 4, Серия «Экономические и технические науки». – С. 54-67.
43.
Сеньков В. И. Выбор и структурирование индикаторов регионального инновационно-устойчивого развития // Вестник ЧГУ. – 2008. – № 3. – С. 459-464.
44.
Инвестиции в России. 2017: Стат.сб. Росстат. – М., 2017. – 188 с. URL: http://www.gks.ru/free_doc/doc_2017/invest.pdf (дата обращения: 03.08.2018).
45.
Информация для анализа показателей состояния экономической безопасности Российской Федерации. Росстат.URL: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/besopasn/pok-besopasn.htm (дата обращения: 03.08.2018).
46.
Регионы России. Социально-экономические показатели – 2017 г. Росстат. URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b17_14p/Main.htm (дата обращения: 10.08.2018).
47.
Maddison A. Dynamic Forces in Capitalist Development: A Long-Run Comparative View. New York: Oxford University Press, 1991. – 333 p.
48.
Агранович М. Л. Связь качества образования и социально-экономических показателей. Межрегиональная ассоциация мониторинга и статистики образования. 2012. URL: www.mamso.ru/files/в%20сб%20ЦИОП-2012%20-маг.pdf (дата обращения: 11.07.2018).
49.
Статистика науки и образования. Выпуск 4. Инновационная деятельность в Российской Федерации. Инф.-стат. мат. – М.: ФГБНУ НИИ РИНКЦЭ, 2017. – 92 с. URL: http://csrs.ru/archive/stat_2017_inno/innovation_2017.pdf (дата обращения: 23.07.2018).
50.
Михайлов А.С. Международные кластеры как важный фактор развития пространственной экономики // Управление экономическими системами: электронный научный журнал. – 2013. – № 10 (58). URL: http://www.uecs.ru (дата обращения: 20.07.2018).
51.
О долгосрочной государственной экономической политике. Указ Президента Российской Федерации № 596, от 07.05.2012
References (transliterated)
1.
Corrado C. A., Hulten C. R., Sichel D. E. Measuring capital and technology: an expanded framework / C. A. Corrado, J. Haltiwanger and D. E. Sichel (eds.), Measuring capital in the new economy. – Chicago: University of Chicago Press, 2005. – P. 11-46.
2.
Corrado C. A., Hulten C. R., Sichel D. E. Intangible capital and US economic growth // The Review Of Income and Wealth. – 2009. – Vol. 55, №3. – P. 661-685.
3.
Cincera M., van Pottelsberghe de la Potterie B. International R&D spillovers: a survey // Brussels economic review. – 2001. –№ 169. P. 3-32.
4.
Mohnen P. International R&D spillovers and economic growth / M. Pohjola (ed.), Information Technology, productivity, and economic growth: International evidence and implications for economic Development. – Oxford: Oxford University Press, 2001. – P. 50-71.
5.
Los B., Verspagen B. Technology spillovers and their impact on productivity / H. Hanusch, A. Pyka (eds.), Elgar companion to neo-schumpeterian economics. – Cheltenham: Edward Elgar, 2007. – P. 574-593.
6.
Shumpeter I. A. Teoriya ekonomicheskogo razvitiya. Kapitalizm, sotsializm i demokratiya. – M.: Eksmo, 2007. – 864 s.
7.
Hall B. H. Innovation and Market Value / R. Barrell, G. Mason, M. O’Mahoney (eds). Productivity, Innovation and Economic Performance. – Cambridge: Cambridge University Press, 2000.
8.
Blundell R., Griffith R., van Reenen J. Market share, market value and innovation in a panel of British manufacturing firms // Review of Economic Studies. – 1999. – № 66. – P. 529-554.
9.
Greenhalgh C., Rogers M. The value of innovation: The interaction of competition, R&D and IP // Research Policy. – 2006. – № 35. – P. 562-580.
10.
Arrow K. J. Economic welfare and the allocation of resources for invention / R. R. Nelson (ed.), The rate and direction of inventive activity. – Princeton, New Jersey: Princeton University Press, 1962.
11.
Aghion P., Bloom N., Blundell R., Griffith R., Howitt P. Competition and innovation: an inverted-U relationship // Quarterly Journal of Economics. – 2005. – Vol. 120, № 2. – P. 701-728.
12.
Nikolina Yu. P. Innovatsionnaya bezopasnost' v sisteme natsional'noi ekonomicheskoi bezopasnosti: nauchno-metodicheskii aspekt // Ekonomika i upravlenie: problemy, resheniya. – 2018. – T. 4, № 1. – S. 13-19.
13.
Afonasova M. A., Bogomolova A. V. Innovatsionnaya bezopasnost' regiona v kontekste problemy razvitiya integratsionnykh protsessov // VII mezhdunarodnaya zaochnaya nauchno-prakticheskaya konferentsiya «Innovatsionnoe razvitie sotsial'no-ekonomicheskikh protsessov», 2013. URL: http://econf.rae.ru/article/8028 (data obrashcheniya: 03.04.2017).
14.
Bagaryakov A. V., Nikulina N. L. , Bystrai G. P., Pecherkina M. S. Innovatsii v kontekste ekonomicheskoi bezopasnosti regiona // Upravlenets. – 2014. – № 6(52). – S. 54-59.
15.
Kuklin A. A., Bagaryakov A. V., Nikulina N. L. Innovatsionnaya bezopasnost' i kachestvo zhizni naseleniya regiona // Vestnik YuURGU. – 2013. – № 4. – S. 20-25.
16.
Sukhovei A. F. Problemy obespecheniya innovatsionnoi bezopasnosti v Rossiiskoi Federatsii // Ekonomika regiona. – 2014. – №4. – S. 141-152.
17.
Mikhailova A. A. Innovatsionnaya bezopasnost' regiona: nauchnaya konstruktsiya ili politicheskaya neobkhodimost'? // Innovatsii. – 2018. – № 231(1). – S. 79-86.
18.
Cohen W., Levinthal D. Innovation and learning: The two faces of R&D // Economic Journal. – 1989. – № 99. – P. 569–596.
19.
Griffith R., Redding S., van Reenen J. Mapping the two faces of R&D: productivity growth in a panel of OECD industries // Review of Economics and Statistics. – 2004. – Vol. 86, № 4. – P. 883-895.
20.
Guellec D., van Pottelsberghe de la Potterie B. From R&D to productivity growth: do the Institutional settings and the source of funds of R&D matter? // Oxford Bulletin of Economics and Statistics. – 2004. – Vol. 66, № 3. P. 353-378.
21.
Khan M., Luintel K. B. Sources of knowledge and productivity: how robust is the relationship? OECD Science, Technology and Industry Working Papers, № 2006/6. – Paris: OECD, 2006.
22.
Smith N., Thomas E. Regional conditions and innovation in Russia: the impact of foreign direct investment and absorptive capacity // Regional Studies. – 2017. – Vol. 51, № 9. – P. 1412-1428.
23.
Boschma R. Proximity and Innovation: A critical Assessment // Regional Studies. – 2005. – Vol. 39, № 1. – P. 61-74.
24.
Bathelt H., Malmberg A., Maskell P. Clusters and knowledge: local buzz, global pipelines and the process of knowledge creation // Progress in Human Geography. – 2004. – Vol. 28, № 1. – P. 31-56.
25.
Zahra S. A., George G. Absorptive capacity: a review, reconceptualization, and extension // Academy of Management Review. – 2002. – Vol. 27, № 2. – P. 185-203.
26.
Fosfuri A., Tribo J. A. Exploring the antecedents of potential absorptive capacity and its impact on innovation performance // Omega. – 2008. – Vol. 36, № 2. – P. 173-187.
27.
Cohen W. M., Levintha D. A. Absorptive capacity: A new perspective on learning and innovationl // Administrative Science Quarterly. – 1990. – Vol. 35, № 1. – P. 128-152.
28.
Lau A. K. W., Lo W. Regional innovation system, absorptive capacity and innovation performance: An empirical study // Technological Forecasting and Social Change. – 2015. – Vol. 92. – P. 99-114.
29.
Kostopoulos K., Papalexandris A., Papachroni M., Ioannou G. Absorptive capacity, innovation, and financial performance // Journal of Business Research. – 2011. – Vol. 64, № 12. – P. 1335-1343.
30.
Zobel A. K. Benefiting from open innovation: A multidimensional model of absorptive capacity // Journal of Product Innovation Management. – 2017. – Vol. 4, № 3. – P. 269-288.
31.
Murray K., Roux D. J., Nel J. L., Driver A., Freimund W. Absorptive capacity as a guiding concept for effective public sector management and conservation of freshwater ecosystems // Environmental Management. – 2011. – Vol. 47, № 5. – P. 917-925.
32.
Miguélez E., Moreno R. Knowledge flows and the absorptive capacity of regions // Research Policy. – 2015. – Vol. 44, № 4. – P. 833-848.
33.
Filippetti A., Marion F., Grazia I.-G. The impact of internationalization on innovation at countries’ level: the role of absorptive capacity // Cambridge Journal of Economics. – 2017. – Vol. 41, № 2. – P. 413-439.
34.
Strategiya ekonomicheskoi bezopasnosti Rossiiskoi Federatsii na period do 2030 goda. Ukaz Prezidenta Rossiiskoi Federatsii № 208, ot 13.05.2017.
35.
Strategiya innovatsionnogo razvitiya Rossiiskoi Federatsii na period do 2020 goda. Rasporyazhenie Pravitel'stva Rossiiskoi Federatsii № 2227-r, ot 8.12.2011.
36.
Strategiya natsional'noi bezopasnosti Rossiiskoi Federatsii do 2020 goda. Ukaz Prezidenta Rossiiskoi Federatsii № 537, ot 12.05.2009.
37.
Men'shchikova V. I., Sinopolets N. V. Sistema indikatorov otsenki ustoichivogo razvitiya ekonomiki regiona // Sotsial'no-ekonomicheskie yavleniya i protsessy. – 2011. – №5-6. – S.155-160.
38.
Sorokina N. S. Sistema indikatorov ustoichivogo sbalansirovannogo razvitiya regiona // Polzunovskii al'manakh. – 2011. – № 4(2). – S. 224-228.
39.
Zausaev V. K., Bystritskii S. P., Krivoruchko N. Yu. Innovatsionnyi potentsial vostochnykh regionov Rossii // EKO. – 2005. – № 10. – S. 40-53.
40.
Bakhtizin A. R., Akinfeeva E. V. Sravnitel'nye otsenki innovatsionnogo potentsiala regionov Rossiiskoi Federatsii // Problemy prognozirovaniya. – 2010. – № 3. – S. 73-81.
41.
Alekseev A. A., Dyatlova E. S., Fomina N. E. Metod otsenki innovatsionnogo potentsiala regiona s pozitsii formirovaniya klasternoi politiki // Voprosy ekonomiki i prava. –2012. – № 54. – S. 106-111.
42.
Egorova S. E., Kulakova N. G. Innovatsionnyi potentsial regiona: sushchnost', soderzhanie, metody otsenki // Vestnik PskovGU. – 2014. – № 4, Seriya «Ekonomicheskie i tekhnicheskie nauki». – S. 54-67.
43.
Sen'kov V. I. Vybor i strukturirovanie indikatorov regional'nogo innovatsionno-ustoichivogo razvitiya // Vestnik ChGU. – 2008. – № 3. – S. 459-464.
44.
Investitsii v Rossii. 2017: Stat.sb. Rosstat. – M., 2017. – 188 s. URL: http://www.gks.ru/free_doc/doc_2017/invest.pdf (data obrashcheniya: 03.08.2018).
45.
Informatsiya dlya analiza pokazatelei sostoyaniya ekonomicheskoi bezopasnosti Rossiiskoi Federatsii. Rosstat.URL: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/besopasn/pok-besopasn.htm (data obrashcheniya: 03.08.2018).
46.
Regiony Rossii. Sotsial'no-ekonomicheskie pokazateli – 2017 g. Rosstat. URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b17_14p/Main.htm (data obrashcheniya: 10.08.2018).
47.
Maddison A. Dynamic Forces in Capitalist Development: A Long-Run Comparative View. New York: Oxford University Press, 1991. – 333 p.
48.
Agranovich M. L. Svyaz' kachestva obrazovaniya i sotsial'no-ekonomicheskikh pokazatelei. Mezhregional'naya assotsiatsiya monitoringa i statistiki obrazovaniya. 2012. URL: www.mamso.ru/files/v%20sb%20TsIOP-2012%20-mag.pdf (data obrashcheniya: 11.07.2018).
49.
Statistika nauki i obrazovaniya. Vypusk 4. Innovatsionnaya deyatel'nost' v Rossiiskoi Federatsii. Inf.-stat. mat. – M.: FGBNU NII RINKTsE, 2017. – 92 s. URL: http://csrs.ru/archive/stat_2017_inno/innovation_2017.pdf (data obrashcheniya: 23.07.2018).
50.
Mikhailov A.S. Mezhdunarodnye klastery kak vazhnyi faktor razvitiya prostranstvennoi ekonomiki // Upravlenie ekonomicheskimi sistemami: elektronnyi nauchnyi zhurnal. – 2013. – № 10 (58). URL: http://www.uecs.ru (data obrashcheniya: 20.07.2018).
51.
O dolgosrochnoi gosudarstvennoi ekonomicheskoi politike. Ukaz Prezidenta Rossiiskoi Federatsii № 596, ot 07.05.2012