Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1990,   статей на доработке: 326 отклонено статей: 783 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Регулирующая функция таможенной пошлины как средство обеспечения финансовой безопасности
Разгильдиева Маргарита Бяшировна

доктор юридических наук

профессор кафедры финансового, банковского и таможенного права Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования "Саратовская государственная юридическая академия"

410056, Россия, Саратовская область, г. Саратов, ул. Чернышевского, 104, каб. 206

Razgildieva Margarita

Doctor of Law

Professor of the Department of Financial, Banking and Customs Law at Saratov State Law Academy

410056, Russia, Saratovskaya oblast', g. Saratov, ul. Chernyshevskogo, 104, kab. 206

Razgildieva@yandex.ru

Аннотация.

Предметом являются понятия регулирующей и фискальной функций таможенной пошлины. Цель обращения к этой проблематике связана с уяснением юридических аспектов регулирующей функции таможенной пошлины, поскольку данное понятие широко применяется в юридической доктрине, но при этом понимание о его юридических характеристиках не сформировано. Предпринята попытка ответить на вопросы о достаточности экономико-теоретических представлений о регулирующей функции пошлин для сферы юриспруденции, а также о правовой форме этой функции. Использованы научные методы, базирующиеся на диалектической теории познания: формально-логический (анализ, синтез, обобщение, сопоставление, дедукция, индукция), системный, структурно-функциональный. Экономико-теоретические представления о регулирующей функции не отражают юридических аспектов и особенностей пошлин, поэтому не достаточны для разработки научно-практических рекомендаций в сфере установления и взимания подобных фискальных платежей.Предложено действие регулирующей функции в юридическом аспекте рассматривать в системной связи с основной функцией пошлины – фискальной: регулирующая функция реализуется тогда, когда не действует фискальная, т. е. в случае освобождения от ее уплаты отдельных категорий плательщиков. Основная задача регулирующей функции фискального платежа как специфического юридического средства – обеспечение базовых принципов налогово-правового регулирования: экономической обоснованности установленных пошлин, а также баланса частных и публичных интересов при их установлении и взимании. Фискальная функция обязательных платежей призвана обеспечивать публичный интерес в виде формирования соответствующих публичных фондов, а регулирующая – интерес частный в виде установления освобождения от уплаты при отсутствии экономической обоснованности взимания.

Ключевые слова: Функции таможенной пошлины, баланс интересов, функции налогов, регулирующая функция, фискальная функция, финансовая безопасность, экономическая обоснованность налогообложения, цели налогообложения, функции финансов, угрозы финансовой безопасности

DOI:

10.25136/2409-7802.2018.3.27222

Дата направления в редакцию:

23-08-2018


Дата рецензирования:

24-08-2018


Дата публикации:

26-08-2018


Abstract.

The subject of the research is the regulating and fiscal functions of the customs duty. The aim of appealing to this topic is that there is a need to clarify legal aspects of the regulating function of the customs duty. This is a widely used term in the law doctrine but at the same time it still lacks a developed concept and definition. Razgildieva makes an attempt to answer the questions about sufficiency of economic and theoretical models in the definition of the regulating function of the customs duty for legal science as well as the legal form of that function. The researcher has applied research methods that are based on the dialectical theory of knowledge: formal law (analysis, synthesis, generalisation, deduction, induction), systems approach, and structural-functional analysis. Economic and theoretical definitions of the regulating function do not cover the legal aspects and peculiarities of the customs and therefore are not sufficient for developing theoretical and practical recommendations for establishing and collecting such fiscal payments. The researcher suggests to view the regulating function in terms of the main (fiscal) function of the customs duty. The regulating function is executed when the fiscal function is not applicable any more, i.e. when particular categories of payers are relieved from paying it. The main task of the regulating function of the customs duty as a specific legal means of fulfilling the basic principles of the tax regulation: economic feasibility of imposed duties, and the balance between public and private interests during their imposing and collection. The fiscal function of the customs duty is meant to satisfy the public interest by developing public funds, and the regulating function satisfies the private interest by relief from the customs duty whenever there are no economic grounds for collecting it. 
 

Keywords:

functions of finance, taxation purposes, economic validity of the taxation, financial safety, fiscal function, the regulating function, tax functions, balance interests, Functions of the customs duty, threats of financial safety

Регулирующая функция таможенной пошлины как средство

обеспечения финансовой безопасности

Подходы к понятию финансовой безопасности, представленные в теоретических источниках, разнообразны, что определяется широтой взглядов на более широкое понятие безопасности. Так, безопасность определяется через различные базовые характеристики: как совокупность условий и факторов [1, с. 5], как способность [6, с. 11], защищенность [11, с. 116] или состояние защищенности [10, с. 6],[19]. В целом, безусловно, безопасность есть одно из условий существования всякого объекта, одна из форм реализации его бытия [14, с. 29], базовая ценность, стремление к которой является естественным процессом для всякого индивидуального или коллективного субъекта, в том числе государства.

Понятия финансовой безопасности, предложенные в юридической литературе, в данной статье не являются основным объектом изучения. Однако они заслуживаются внимания для отражения проблематики, заявленной в ее названии.

Так, Е. Н. Кондрат определяет финансовую безопасность как состояние защищенности финансово-экономических интересов государства от различных угроз, выступающее средством обеспечения ряда задач [19]. По мнению Н. А. Саттаровой и С. О. Шохина, финансовая безопасность выступает одним из важнейших условий обеспечения национальной безопасности государства как средство противодействия рискам и угрозам финансовым интересам государства [30, с. 167-169]. И. И. Кучеров понятие финансовой безопасности связывает с состоянием защищенности финансовой системы Российской Федерации, базирующимся на финансовой устойчивости государства, позволяющей осуществлять непрерывное и достаточное финансовое обеспечение государственных полномочий и функций посредством формирования публичных фондов денежных средств [21, с. 69-71].

В представленных позициях понятие финансовой безопасности соотносится исключительно с интересами государства или публичными интересами в сфере финансов. Не отрицая значимости этого направления в осмыслении финансовой безопасности, следует подчеркнуть, что содержание финансовой безопасности гораздо многограннее. Как справедливо отмечают А. В. Швецов и Ф. Ф. Ханафеев, данное понятие настолько же широкое, как и толкование финансов, представляя собой многоуровневую систему, состоящую из ряда подсистем, каждая из которых, в свою очередь, имеет автономную структуру и логику развития [37, ч. 383].

Представляется, что рассмотрение финансовой безопасности не должно концентрироваться исключительно на интересах публичного субъекта, игнорируя интересы частные. Безусловно, мы можем различать интересы социального целого и индивида или хозяйствующего субъекта, однако, понятно, что эти виды безопасности неразрывно взаимосвязаны, различаясь достаточно условно. Верно указывает А. Ю. Моздаков, что безопасность представляет собой сложное социальное явление, в рамках которого возможны противоречивые отношения между субъектами, когда одни из них стремятся обеспечить свою безопасность за счет других, либо в своей деятельности по обеспечению безопасности не учитывают интересы иных социальных групп и их потребности в безопасности [25, с. 102].

Такое понимание соответствует содержанию, определенному в Федеральном законе от 28 декабря 2010 г. № 390-ФЗ (в ред. от 5 октября 2015 г.) «О безопасности». Согласно ст. 1 данного закона понятия безопасность, национальная безопасность охватывают безопасность государства, общественную безопасность, экологическую безопасность, безопасность личности и иные видов безопасности, предусмотренные законодательством Российской Федерации. При этом среди основных принципов обеспечения безопасности, перечисленных в ст. 2 этого закона, указывается на соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина.

Таким образом, следует заключить, что несмотря на публично-значимый характер финансовых отношений, складывающихся при взимании фискальных платежей, в том числе таможенной пошлины, правовое регулирование этих отношений должно базироваться на принципах баланса частных и публичных интересов и устранение угроз финансовой безопасности в этой части также должно осуществляться с учетом этого базового принципа правового регулирования.

Обращение к вопросу о правовых формах и содержании регулирующей функции таможенной пошлины в аспекте обеспечения финансовой безопасности на основе принципа баланса частных и публичных интересов обусловлено тем, что в научной литературе (и практике применения таможенного законодательства) имеет место смешение содержания понятия регулирующая функция таможенной пошлины как правового средства и как экономической задачи, которая может решаться посредством данного платежа. Яркая иллюстрация этой тенденции описана в диссертации А. И. Маслий [23].

Действующим в настоящее время Таможенным кодексом ЕАЭС предусматривается взимание таможенной пошлины со стоимости ремонтных операций, выполненных за пределами таможенной территории Евразийского экономического союза (далее – Союза). При этом подп. 1 п. 1 ст. 277 ТК ЕАЭС предусматривается освобождение от уплаты таможенных пошлин в отношении выполненных за пределами территории Союза операций по текущему и (или) среднему ремонту или техническому обслуживанию (далее – заграничных ремонтов) при условии, что потребность в них возникла за пределами таможенной территории Союза. Аналогичное освобождение предусматривалось и в ранее действовавших Таможенных кодексах: оно было закреплено Таможенном кодексе РФ (1993), Таможенном кодексе РФ (2003), а также в Таможенном кодексе Таможенного союза (2010).

Установление обязанности по уплате таможенных пошлин со стоимости заграничных ремонтов было продиктовано задачей государственной поддержки отечественной судостроительной отрасли. Советский Союз входил в десятку стран с самым развитым гражданским судостроением, обеспечивая 50-80 % от потребностей страны в морских, речных и рыбопромысловых судах [22, с. 46]. Однако к 2000-м годам в результате отсутствия государственного финансирования отрасль утратила былые мощности, продолжая находится в кризисной ситуации и в настоящее время [17, с. 46]. Следует отметить, что и объем морского флота России сокращался: если в Советском Союзе советскими судами обеспечивалась перевозка 65 % грузооборота [28, с. 20], то в настоящее время судами, зарегистрированными в российских судовых реестрах, – только 3 % [23, с. 3].

Изменялось и правовое регулирование освобождения судовладельцев от указанных пошлин. Так, согласно Таможенному кодексу РФ (1993) от обложения освобождались заграничные ремонты, если они осуществлялись безвозмездно или если они были необходимы для восстановления судна после аварии. В Таможенном кодексе РФ (2003) правовое регулирование освобождения было дополнено: не стали облагаться пошлинами также заграничные ремонты, если они были необходимы для обеспечения сохранности морского судна или его эксплуатации, а также для поддержания судна в состоянии, в котором оно находилось на день помещения под таможенный режим временного вывоза. Однако достаточно быстро положения п. 1 ст. 276 ТК РФ (2003) стали предметом значительного числа судебных споров: таможенные органы издавали директивные и информационные письма, в которых разъяснялись дополнительные, не предусмотренные в п. 2 ст. 276 ТК РФ (2003) критерии применения установленного освобождения в целях «соблюдения интересов российских организаций, осуществляющих ремонтные работы на территории России, что соответствует интересам российской экономики в целом» [9]. В Таможенном кодексе ТС (2010) данное освобождение также было предусмотрено, однако его редакция претерпела существенные изменения: в тексте п. 1 ст. 347 было закреплено значительное число условий и критериев, содержавшихся ранее в информационных и директивных письмах Федеральной таможенной службы, ограничивающие виды освобождаемых от уплаты пошлины операций. Так, согласно подп. 1 п. 1 ст. 347 ТК ТС освобождению подлежали заграничные ремонты только при условии, что потребность в них возникла во время использования транспортных средств в международной перевозке. В настоящее время, согласно ст. 277 ТК ЕАЭС от обложения, помимо безвозмездного (гарантийного) и «аварийного» ремонта, освобождаются заграничные ремонты, необходимые для обеспечения сохранности, эксплуатации и поддержания судна в состоянии, в котором оно находилось на день вывоза с таможенной территории Союза, если потребность в таких операциях возникла во время использования судна за пределами таможенной территории Союза.

В изложенном примере таможенный орган для обоснования своей позиции акцентирует внимание на том, что таможенная пошлина со стоимости заграничных ремонтов имеет регулирующий характер, направлена на стимулирование развития судоремонтной отрасли России. Этот довод, видимо, существенно определил и характер судебной практики, и последующие изменения таможенного законодательства, направленные на все большее ужесточение использования льготы в виде освобождения от уплаты таможенных пошлин со стоимости заграничных ремонтов. В этой связи А. И. Маслий приходит к выводу о нарушении баланса частных и публичных интересов в таком правовом регулировании, что проявляется в экономически необоснованном ограничении круга освобождаемых от обложения таможенной пошлиной операций в силу невозможности применения данной льготы при выполнении обычных и обязательных в силу нормативных требований для безопасной технической эксплуатации морских судов операций [23, с. 14-15]. Действительно, в эффективности реализации регулирующей функции таможенной пошлины в данном случае можно усомниться, т. к. ни судостроительная отрасль России, ни ее морской флот в результате взимания таможенной пошлины с заграничных ремонтов не имеют положительной динамики в своем развитии. Но важно при этом определиться в терминах: что именно подразумевается под регулирующей функцией таможенной пошлины?

В юридических аналитических работах часто встречается указание на отсутствие баланса между фискальной и регулирующей функциями тех или иных платежей [5, с. 48]. Например, на том основании, что налог на добычу полезных ископаемых занимает третье место по объему доходов, поступающих от его уплаты в федеральный бюджет одни авторы делают вывод о превалировании фискальной функции данного налога над регулирующей [36, с. 29-30], а другие указывают на наличие огромных убытков в этом же бюджете от действия множества льгот по этому же налогу [12, с. 70]. Не оспаривая процитированные выводы, все же следует отметить, что понятия фискальной и, в особенности, регулирующей функций налогов и пошлин используются в юридической доктрине в достаточно размытом значении: с одной стороны, интуитивно понятно о чем идет речь, с другой – отсутствует понимание о юридических аспектах этих понятий, равно как и о том, есть ли таковые аспекты вообще.

Это формирует ряд вопросов о юридических аспектах регулирующей функции таможенной пошлины и иных фискальных платежей (налогов, сборов). В частности, в какой правовой форме может быть реализована регулирующая функция пошлины? Достаточны ли экономико-теоретические представления о регулирующей функции налогов и пошлин для сферы юриспруденции?

Представление о фискальной и регулирующей функциях налогов и пошлин широко распространено в юридической литературе, однако понимание регулирующей функции не имеет четких правовых очертаний. В отношении фискальной функции все ясно, ее реализация определяется поступлением уплаченных налогов в бюджет, что оформляется юридическими документами, может быть зафиксировано. Применительно к реализации регулирующей функции не всегда возможна юридическая ее фиксация.

Так, отмечается, что в налогах заложены большие возможности по регулированию социально-экономических процессов со стороны государства [35, с. 374-375],[27]. Д. В. Тютин полагает, что регулирующая функция проявляется в повышении или снижении экономической привлекательности какой-либо правомерной деятельности [32]. По мнению М. О. Клейменовой регулирующая функция налога реализуется в снижении ставок отдельных налогов, налоговых льготах, нацеленных на улучшение условий хозяйствования в отдельных сферах [18].

Интересно отметить, что представления о функциях налогов и пошлин в финансово-правовой доктрине базируются на данных экономической науки, в частности, науки о финансах [3],[7], в рамках которой сложилось две тенденции в понимании функций налогообложения: зауженная и расширительная. Первая исходит из того, что налоги выполняют только одну функцию – фискальную. Вторая предлагает широкий перечень, включающий в себя стимулирующую, контрольную, административные и ряд других функций. В этой связи В. Г. Князев полагает, и его позиция представляется бесспорной, что попытки чрезмерного расширения количества функций обедняют экономическую категорию налогов, размывают их сущность. В реальности, кроме фискальной, налоги выполняют распределительную функцию [13, с. 251-252].

Несмотря на это понятие регулирующей функции в сочетании с фискальной функцией налогов и пошлин широко используется в юридической доктрине.

Так, на разграничении фискальной и регулирующей функций выстраивается система отличий между разными платежами. Например, Н. Н. Злобин полагает, что пошлины не обладают налоговой природой, поскольку, в отличие от налогов, выполняют, в первую очередь, не фискальную, а защитную функцию [16, с. 84]. Л. П. Ануфриева считает, что таможенная и антидемпинговая пошлины различаются по функциям: таможенная выполняет фискальную, а антидемпинговая – защитную [4]. С. П. Коростелев утверждает, что для налога на недвижимость фискальная функция не является определяющей [20, с. 58-60].

На этой основе можно сделать вывод, что фискальная функция может быть второстепенной. Трудно с этим согласиться, прежде всего потому, что каждый из перечисленных платежей поступает в бюджетную систему, формируя соответствующие доходы, т. е. реализуя свою фискальную задачу. Кроме того, не ясно, чем обоснован вывод о второстепенности фискальной функции какого-либо платежа. Возможно, об этом можно было бы вести речь на основе анализа изменений налогового и таможенного законодательства, в условиях снижения размера того или иного платежа или освобождения от его уплаты некоторых категорий плательщиков. Однако налоговое реформирование последних лет оснований для таких выводов не дает. А пример, описанный выше, показывает, что и действующие освобождения от уплаты таможенных пошлин ограничиваются.

В качестве характеристики регулирующей функции часто указывается на те цели, которые достигаются посредством нее. Так, регулирующая функция способствует удорожанию ввозимых товаров, защите отечественных производителей, изменению баланса импорта и экспорта, обеспечению государственного контроля за грузами, пересекающими границу [2, с. 166-168] и др.

Однако вполне очевидно, что достижение перечисленных целей осуществляется именно в процессе взимания пошлины или налога, т.е. реализации их фискального потенциала. Иной вывод возможен лишь в том случае, когда речь идет об освобождении от уплаты обязательного платежа отдельных категорий плательщиков. В этой связи, в целом, можно согласиться с утверждением, что регулирующие возможности налогов проявляются через фискальную функцию, именно взимая налоги, можно воздействовать на экономические процессы в нужном для государства направлении [15, с. 31].

Думается, для того чтобы уяснить юридические аспекты регулирующей функции фискальных платежей, необходимо акцентировать внимание на различии между понятиями функции и цели.

Цель предполагает некое желаемое будущее событие или состояние, представление о результате действия [34, с. 506]; предварительное идеальное представление о конечном результате, предопределяющее выбор соответствующих средств ее достижения [33, с. 646]. Согласимся с мыслью А. В. Реут, что в правовом регулировании именно цели помогают лучше раскрыть содержание и значение правовых средств [29, с. 17-19], оценить их адекватность и эффективность.

Функция – это роль, выполняемая различными процессами и структурами по поддержанию целостности и устойчивости систем, частями которых они являются [33, с. 636]. Функция, выступая характеристикой действия конкретного правового средства, является неотъемлемым его свойством, в то время как цель не относится к свойствам самого правового средства, представляя собой то будущее состояние или событие, которое должно быть достигнуто. Однако вероятностный характер цели означает, что реализация функции не гарантирует ее достижения. Именно этот вариативный характер достижения цели обусловливает необходимость оценки эффективности применяемого правового средства.

Налог, будучи юридической обязанностью, обладает регулирующей функцией как всякое правовое средство – регулируя общественные отношения, в том числе и экономические. При этом данное правовое средство способно решать и экономические задачи, однако как их постановка, так и их достижение носит вероятностный характер. Например, А. Ю. Мацкевич отмечает, что налог на недвижимость является инструментом воздействия на развитие рынка недвижимости, в том числе способен его обрушить, может ухудшить социальное положение отдельных групп населения, а может служить ресурсом для развития местной структуры и жилищного строительства [24, с. 111-118]. Экономическая наука давно констатировала: государство может содействовать экономическому развитию, а может и тормозить его, либо одновременно воздействовать на него в этих противоположных направлениях [38, с. 329], причем далеко не всегда это воздействие будет осознанным и заранее предполагаемым.

Это наталкивает на мысль, что нужно выделять цель экономического регулирования, которое может достигаться посредством установления юридической обязанности по уплате налогов или пошлин. Западная теория финансов использует именно целевой инструментарий: налогообложение преследует фискальную цель, однако она не должна быть единственной. Фискальная цель связана с другими целями и не может рассматриваться отдельно от них [8, с. 186]. Указывалось на это и в дореволюционной русской литературе по финансам [31, с. 179].

Еще раз подчеркнем, что разграничение фискальной и регулирующей функций обязательных платежей, с одной стороны, и фискальной и регулирующей целей, с другой, представляется важным именно в рамках уяснения юридических параметров таких платежей. То, что чаще всего описывается в юридической литературе как регулирующая функция налогов и пошлин, представляет собой именно цель или эффект, запланированный или нет, но достигаемый посредством реализации фискальной функции этих платежей.

Д. Брюммерхофф отмечает, что достижение определенного количества целей, предполагает по крайней мере столько же инструментов. Однако если есть инструменты, это не означает, что цели будут достигнуты. По отношению к друг другу цели могут быть нейтральными, комплементарными или конкурирующими. При комплементарности целей реализация одной из них оказывает желаемое влияние и на другие. Главной проблемой является конкуренция целей, т. к. между ними возникает конфликт, реализация одной затрудняет достижение другой [8, с. 12].

Фискальная и регулирующая цель могут быть как конкурирующими (когда преследуется задача, например, развития отрасли за счет снижения налогообложения получаемых в ней доходов), так и комплементарными (например, когда налогообложение направлено на дестимулирование каких-либо социальных или экономических процессов). Сообразно этому будут различаться и правовые средства, используемые для их достижения: льготы и снижение ставок либо, напротив, отказ от льготных режимов и повышение ставок. Однако подчеркнем, что и тот и другой набор правовых средств будет реализовывать фискальную функцию, обеспечивая взимание платежа в большем или меньшем размере.

Таким образом, фискальная цель обеспечивается фискальной функцией (взиманием платежа) и эта же функция способна обеспечить достижение цели регулирования социальных и экономических процессов. Возникает закономерный вопрос, в чем же тогда проявляется регулирующая функция платежа?

Выше было указано, что регулирующая функция юридической обязанности по уплате налога связана с регулированием общественных отношений. Однако, это общеправовая функциональная характеристика, она не отражает особенностей функционала налогов и пошлин по сравнению с другими юридическими обязанностями.

Представляется, что регулирующая функция обязательного фискального платежа (обобщенно обозначим так все платежи, поступающие в бюджет на основе законно установленной обязанности, подпадающей по действие ст. 57 Конституции РФ) действует в системной связи с основной его функцией – фискальной – и реализуется тогда, когда не действует фискальная. Это имеет место только в одном случае – в случае освобождения от уплаты данного платежа отдельных категорий плательщиков. Эта функция также направлена на цель экономического урегулирования. Однако представляется, что эта целевая установка – не основная. Основная задача регулирующей функции фискального платежа как специфического юридического средства – обеспечение базовых принципов налогово-правового регулирования: экономической обоснованности установленных налогов и пошлин, а также баланса частных и публичных интересов при их установлении и взимании.

В приведенном выше примере о взимании таможенных пошлин с заграничных ремонтов можно увидеть угрозы финансовой безопасности именно в том, что неэффективно реализуется регулирующая функция таможенной пошлины – освобождение от ее уплаты затрудняется установлением экономически необоснованных условий, не учитывающих особенностей технической эксплуатации морских судов, а также особенностей морских перевозок как вида предпринимательской деятельности [23, с. 23-29]. Учитывая цели государственной политики по созданию благоприятной экономической и организационной среды для развития и поддержания российского флота и судостроения, заявленные в Морской доктрине Российской Федерации [26], правовое регулирование таможенной пошлины с заграничных ремонтов должно обеспечивать реализацию и фискальной и регулирующей функций. Судостроительная отрасль не является плательщиком таможенных пошлин с этих операций, следовательно, ее развитие может быть обеспечено посредством фискальной функции таможенной пошлины, стимулирующей судовладельцев производить ремонты в России. Однако нужно учитывать реальности экономической ситуации: судостроительная отрасль России не может предоставить необходимый объем и качество ремонтных услуг, совершение которых является для судовладельцев обязательными в силу требований технических регламентов и иных нормативов в целях обеспечения безопасности перевозок. В этих условиях освобождение от уплаты таможенной пошлины по ремонтным операциям экономически обосновано, т.к. учитывает потребности морского флота в современных условиях. Финансовое обременение расходов на заграничные ремонты в условиях объективной невозможности их получения в России влечет негативные последствия: судовладельцы переходят в иностранные юрисдикции, сокращается не только российский морской флот и соответствующие экономические отрасли, в том числе и судостроительная, но и потенциальные доходы бюджетной системы.

Обобщая изложенное, сформулируем ответы на поставленные выше вопросы. Представляется, что экономико-теоретические представления о регулирующей функции налогов и пошлин, безусловно, являются базовыми для сферы финансово-правового регулирования, могут и должны иметь широкое применение в рамках юридических научных разработок. Однако они не отражают юридических аспектов и особенностей налогов и пошлин, поэтому не достаточны для разработки научно-практических рекомендаций в сфере установления и взимания подобных фискальных платежей.

Представляется необходимым в юридической доктрине развивать концепцию юридических функций налога и пошлины. Фискальная их функция призвана обеспечивать публичный интерес в виде формирования соответствующих публичных фондов, а регулирующая – интерес частный в виде установления освобождения от уплаты при отсутствии экономической обоснованности взимания. Идея юридического аспекта регулирующей функции налога (пошлины), таким образом, тесно связана с концепцией экономической обоснованности обложения обязательными платежами.

Библиография
1.
Абалкин Л. Экономическая безопасность России: угрозы и их отражение // Вопросы экономики. 1994. № 12. С. 3-8.
2.
Андриашин Х. А., Свинухов В. Г., Балакан В. В. Таможенное право: учебник. М. : Магистр, 2008. 367 с.
3.
Антонова М. Е. Роль регулирующей функции налогов в налоговой системе Российской Федерации : Дис. ... канд. экон. наук. М., 2009. 159 с.
4.
Ануфриева Л. П., Жданов В. А., Колиниченко П. А. Право ВТО: теория и практика применения. Монография. М.: Норма, ИНФРА-М, 2016. 528 с.
5.
Беликов Е. Г., Химичева Н. И. Принцип справедливости в правовом регулировании налогообложения доходов физических лиц // Налоги (журнал). 2016. № 2. С. 45-48.
6.
Бельков О. А. О концепции военной безопасности // Безопасность. 1993. № 4. С. 8-14.
7.
Берестюк Е. В. Регулирующая функция налогообложения в формировании условий экономического роста : Дис. ... канд. экон. наук. М., 2002. 186 с.
8.
Брюммерхофф Д. Теория государственных финансов/Пер.седьмого немецкого издания/ Под общей ред. А. Л. Кудрина, В. Д. Дзгоева. Владикавказ: Пионер-Пресс, 2001. 480 с.
9.
Войтенко М. Российских моряков заставляют уйти «под флаг»
10.
Глебов И. Н. Правовые проблемы обеспечения национальной безопасности Российской Федерации: Автореф. дисс. ... докт. юрид. наук. М., 1999. 36 с.
11.
Гончаров И. В. О соотношении понятий "национальная безопасность", "государственная безопасность", "конституционная безопасность" // Актуальные проблемы российского права. 2009. № 1. С. 116-122.
12.
Горбунова Е. Н. Реализация бюджетной, налоговой, и таможенно-тарифной политики государства в условиях реформирования налогового законодательства в нефтяной отрасли // Юрист. 2018. № 3. С. 66-72.
13.
Государственные и муниципальные финансы : учебник / под ред. проф. С. И. Лушина, проф. В. А. Слепова. М.: Экономистъ, 2006. Автор главы 6 – В. Г. Князев. 763 с.
14.
Демин И. В. Сущность и содержание понятий «безопасность», «общественная безопасность» и «национальная безопасность» // Вестник Екатерининского института. 2009. № 1. С. 29-30.
15.
Зарипова Н. Д. Исторический опыт развития регулирующей функции налогов // Налоговая политика и практика. 2009. № 10/1. С. 27-31.
16.
Злобин Н. Н. Понятия «налог», «сбор» и «пошлина». Позиция доктрины и подход законодателя // Фискальные сборы: правовые признаки и порядок регулирования: По материалам науч.-практ. конф., Москва, июнь 2003 года / Под ред. С. Г. Пепеляева. М. : Статус-Кво97, 2003. 166 с.
17.
Исаев А. Г. Судостроительная промышленность России и Дальнего Востока: состояние и перспективы развития // Электронный журнал «Регионалистика». 2016. Том 3. № 2. С. 36-47.
18.
Клейменова М. О. Налоговое право. Учебное пособие. М.: Московский финансово-промышленный университет «Синергия», 2013. 368 с.
19.
Кондрат Е. Н. Правонарушения в финансовой сфере России. Угрозы финансовой безопасности и пути противодействия. М.: Юстицинформ, 2014. 928 с.
20.
Коростелев С. П. Концептуальные проблемы налогообложения недвижимости в Российской Федерации // Имущественные отношения в Российской Федерации. 2017. № 7. С. 58-69.
21.
Кучеров И. И. Слагаемые финансовой безопасности и ее правовое обеспечение // Журнал российского права. 2017. № 6. С. 69-79.
22.
Логачев С. И. Необходимость государственной поддержки российского судостроения // Судостроение. 1999. № 2. С. 46-51.
23.
Маслий А. И. Финансово-правовое регулирование освобождения от уплаты таможенных пошлин в отношении временно вывезенных транспортных средств международной перевозки (на примере российских морских судов). Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2018. 32 с.
24.
Мацкевич А. Ю. Налог на недвижимость и его регулирующая функция // Журнал российского права. 2012. № 4. С. 111-119.
25.
Моздаков А. Ю. Социальная безопасность и безопасность личности // Государство и право. 2008. № 6. С. 102-105.
26.
Морская доктрина Российской Федерации, утв. Президентом РФ 26.07.2015. Документ опубликован не был. Содержится в СПС «Консультант Плюс».
27.
Налоговое право: Учебник для бакалавров. Под ред. И. А. Цинделиани. М.: Проспект, 2016. 528 с.
28.
Осипов В. А., Глупак А. С., Лось Е. С. Перспективы развития судостроения в РФ до 2030 года // Территория новых возможностей. Вестник Владивостокского государственного университета экономики и сервиса. 2014. № 3. С. 18-24.
29.
Реут А. В. Фискальная и регулирующая функции утилизационного сбора // Финансовое право. 2013. № 3. С. 17-20.
30.
Саттарова Н. А., Шохин С. О. Отдельные вопросы государственного администрирования в сфере обеспечения финансовой безопасности // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2018. № 2. С. 167-185.
31.
Тургенев Н. И. Опыт теории налогов. СПб., 1818. URL: http://avidreaders.ru/download/opyt-teorii-nalogov.html?f=pdf (дата обращения: 01.06.2018)
32.
Тютин Д. В. Налоговое право: Курс лекций. СПС КонсультантПлюс. 2017.
33.
Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. 7-е изд., перераб. и доп. М.: Республика, 2001. 719 с.
34.
Философский энциклопедический словарь / под ред. Е. Ф. Губского, Г. В. Кораблева, В. А. Лутченко. М.: Инфра-М, 1998. 576 с.
35.
Финансовое право: Учебник / отв. ред. Н. И. Химичева, Е. В. Покачалова. М.: Норма, ИНФРА-М, 2017. 800 с.
36.
Черникова Е. В., Леднева Ю. В., Судавичюс Б. Налоги за пользование природными ресурсами в России и Литве: сравнительно-правовой анализ // Финансовое право. 2017. № 3. С. 28-34.
37.
Швецов А. В., Ханафеев Ф. Ф. Финансовая безопасность и ее обеспечение в бюджетно-налоговой сфере // Инновационное развитие экономики. 2017. № 2. С. 381-384.
38.
Щебарова Н. Н. Характеристика регулирующей функции государства в концепциях фритридерства и протекционизма // Вестник Мурманского государственного технического университета. 2003. № 2. С. 326-329.
References (transliterated)
1.
Abalkin L. Ekonomicheskaya bezopasnost' Rossii: ugrozy i ikh otrazhenie // Voprosy ekonomiki. 1994. № 12. S. 3-8.
2.
Andriashin Kh. A., Svinukhov V. G., Balakan V. V. Tamozhennoe pravo: uchebnik. M. : Magistr, 2008. 367 s.
3.
Antonova M. E. Rol' reguliruyushchei funktsii nalogov v nalogovoi sisteme Rossiiskoi Federatsii : Dis. ... kand. ekon. nauk. M., 2009. 159 s.
4.
Anufrieva L. P., Zhdanov V. A., Kolinichenko P. A. Pravo VTO: teoriya i praktika primeneniya. Monografiya. M.: Norma, INFRA-M, 2016. 528 s.
5.
Belikov E. G., Khimicheva N. I. Printsip spravedlivosti v pravovom regulirovanii nalogooblozheniya dokhodov fizicheskikh lits // Nalogi (zhurnal). 2016. № 2. S. 45-48.
6.
Bel'kov O. A. O kontseptsii voennoi bezopasnosti // Bezopasnost'. 1993. № 4. S. 8-14.
7.
Berestyuk E. V. Reguliruyushchaya funktsiya nalogooblozheniya v formirovanii uslovii ekonomicheskogo rosta : Dis. ... kand. ekon. nauk. M., 2002. 186 s.
8.
Bryummerkhoff D. Teoriya gosudarstvennykh finansov/Per.sed'mogo nemetskogo izdaniya/ Pod obshchei red. A. L. Kudrina, V. D. Dzgoeva. Vladikavkaz: Pioner-Press, 2001. 480 s.
9.
Voitenko M. Rossiiskikh moryakov zastavlyayut uiti «pod flag»
10.
Glebov I. N. Pravovye problemy obespecheniya natsional'noi bezopasnosti Rossiiskoi Federatsii: Avtoref. diss. ... dokt. yurid. nauk. M., 1999. 36 s.
11.
Goncharov I. V. O sootnoshenii ponyatii "natsional'naya bezopasnost'", "gosudarstvennaya bezopasnost'", "konstitutsionnaya bezopasnost'" // Aktual'nye problemy rossiiskogo prava. 2009. № 1. S. 116-122.
12.
Gorbunova E. N. Realizatsiya byudzhetnoi, nalogovoi, i tamozhenno-tarifnoi politiki gosudarstva v usloviyakh reformirovaniya nalogovogo zakonodatel'stva v neftyanoi otrasli // Yurist. 2018. № 3. S. 66-72.
13.
Gosudarstvennye i munitsipal'nye finansy : uchebnik / pod red. prof. S. I. Lushina, prof. V. A. Slepova. M.: Ekonomist'', 2006. Avtor glavy 6 – V. G. Knyazev. 763 s.
14.
Demin I. V. Sushchnost' i soderzhanie ponyatii «bezopasnost'», «obshchestvennaya bezopasnost'» i «natsional'naya bezopasnost'» // Vestnik Ekaterininskogo instituta. 2009. № 1. S. 29-30.
15.
Zaripova N. D. Istoricheskii opyt razvitiya reguliruyushchei funktsii nalogov // Nalogovaya politika i praktika. 2009. № 10/1. S. 27-31.
16.
Zlobin N. N. Ponyatiya «nalog», «sbor» i «poshlina». Pozitsiya doktriny i podkhod zakonodatelya // Fiskal'nye sbory: pravovye priznaki i poryadok regulirovaniya: Po materialam nauch.-prakt. konf., Moskva, iyun' 2003 goda / Pod red. S. G. Pepelyaeva. M. : Status-Kvo97, 2003. 166 s.
17.
Isaev A. G. Sudostroitel'naya promyshlennost' Rossii i Dal'nego Vostoka: sostoyanie i perspektivy razvitiya // Elektronnyi zhurnal «Regionalistika». 2016. Tom 3. № 2. S. 36-47.
18.
Kleimenova M. O. Nalogovoe pravo. Uchebnoe posobie. M.: Moskovskii finansovo-promyshlennyi universitet «Sinergiya», 2013. 368 s.
19.
Kondrat E. N. Pravonarusheniya v finansovoi sfere Rossii. Ugrozy finansovoi bezopasnosti i puti protivodeistviya. M.: Yustitsinform, 2014. 928 s.
20.
Korostelev S. P. Kontseptual'nye problemy nalogooblozheniya nedvizhimosti v Rossiiskoi Federatsii // Imushchestvennye otnosheniya v Rossiiskoi Federatsii. 2017. № 7. S. 58-69.
21.
Kucherov I. I. Slagaemye finansovoi bezopasnosti i ee pravovoe obespechenie // Zhurnal rossiiskogo prava. 2017. № 6. S. 69-79.
22.
Logachev S. I. Neobkhodimost' gosudarstvennoi podderzhki rossiiskogo sudostroeniya // Sudostroenie. 1999. № 2. S. 46-51.
23.
Maslii A. I. Finansovo-pravovoe regulirovanie osvobozhdeniya ot uplaty tamozhennykh poshlin v otnoshenii vremenno vyvezennykh transportnykh sredstv mezhdunarodnoi perevozki (na primere rossiiskikh morskikh sudov). Avtoref. diss. ... kand. yurid. nauk. Saratov, 2018. 32 s.
24.
Matskevich A. Yu. Nalog na nedvizhimost' i ego reguliruyushchaya funktsiya // Zhurnal rossiiskogo prava. 2012. № 4. S. 111-119.
25.
Mozdakov A. Yu. Sotsial'naya bezopasnost' i bezopasnost' lichnosti // Gosudarstvo i pravo. 2008. № 6. S. 102-105.
26.
Morskaya doktrina Rossiiskoi Federatsii, utv. Prezidentom RF 26.07.2015. Dokument opublikovan ne byl. Soderzhitsya v SPS «Konsul'tant Plyus».
27.
Nalogovoe pravo: Uchebnik dlya bakalavrov. Pod red. I. A. Tsindeliani. M.: Prospekt, 2016. 528 s.
28.
Osipov V. A., Glupak A. S., Los' E. S. Perspektivy razvitiya sudostroeniya v RF do 2030 goda // Territoriya novykh vozmozhnostei. Vestnik Vladivostokskogo gosudarstvennogo universiteta ekonomiki i servisa. 2014. № 3. S. 18-24.
29.
Reut A. V. Fiskal'naya i reguliruyushchaya funktsii utilizatsionnogo sbora // Finansovoe pravo. 2013. № 3. S. 17-20.
30.
Sattarova N. A., Shokhin S. O. Otdel'nye voprosy gosudarstvennogo administrirovaniya v sfere obespecheniya finansovoi bezopasnosti // Vestnik Permskogo universiteta. Yuridicheskie nauki. 2018. № 2. S. 167-185.
31.
Turgenev N. I. Opyt teorii nalogov. SPb., 1818. URL: http://avidreaders.ru/download/opyt-teorii-nalogov.html?f=pdf (data obrashcheniya: 01.06.2018)
32.
Tyutin D. V. Nalogovoe pravo: Kurs lektsii. SPS Konsul'tantPlyus. 2017.
33.
Filosofskii slovar' / Pod red. I. T. Frolova. 7-e izd., pererab. i dop. M.: Respublika, 2001. 719 s.
34.
Filosofskii entsiklopedicheskii slovar' / pod red. E. F. Gubskogo, G. V. Korableva, V. A. Lutchenko. M.: Infra-M, 1998. 576 s.
35.
Finansovoe pravo: Uchebnik / otv. red. N. I. Khimicheva, E. V. Pokachalova. M.: Norma, INFRA-M, 2017. 800 s.
36.
Chernikova E. V., Ledneva Yu. V., Sudavichyus B. Nalogi za pol'zovanie prirodnymi resursami v Rossii i Litve: sravnitel'no-pravovoi analiz // Finansovoe pravo. 2017. № 3. S. 28-34.
37.
Shvetsov A. V., Khanafeev F. F. Finansovaya bezopasnost' i ee obespechenie v byudzhetno-nalogovoi sfere // Innovatsionnoe razvitie ekonomiki. 2017. № 2. S. 381-384.
38.
Shchebarova N. N. Kharakteristika reguliruyushchei funktsii gosudarstva v kontseptsiyakh fritriderstva i protektsionizma // Vestnik Murmanskogo gosudarstvennogo tekhnicheskogo universiteta. 2003. № 2. S. 326-329.