Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1930,   статей на доработке: 305 отклонено статей: 746 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Влияние новых правил ЕС на деятельность профессиональных участников третьих стран: анализ MiFID II и MiFIR
Касьянов Рустам Альбертович

кандидат юридических наук

доцент кафедры европейского права Московского государственного института международных отношений МИД России

119454, Россия, г. Москва, проспект Вернадского, 76

Kasyanov Rustam Albertovich

PhD in Law

Docent, the department of European Law, Moscow State Institute of International Relations of the Ministry of Foreign Affairs of Russia

119454, Russia, g. Moscow, ul. Prospekt Vernadskogo, 76

rprofe@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Бегичева Ксения Юрьевна

Аспирант, факультет Международно-правовой, Московский государственный институт международных отношений МИД России

119454, Россия, г. Москва, ул. Проспект Вернадского, 76

Begicheva Ksenia Yurevna

Post-graduate student, the department of International Law, Moscow State Institute of International Relations of the Ministry of Foreign Affairs of Russia

119454, Russia, g. Moscow, ul. Prospekt Vernadskogo, 76

ksenia.begicheva@yandex.ru

Аннотация.

Право Европейского союза (ЕС) всегда оказывало сильное влияние на деятельность компаний, находящихся за его пределами, и в определенной степени служило примером для «третьих стран», то есть государств, не входящих в ЕС. В настоящее время особую актуальность и значение приобретает регулирование финансового рынка. Итогом масштабной реформы ЕС в финансовой сфере, окончательно реализованной в январе 2018 года, стали вторая директива «O рынках финансовых инструментов» (Markets in Financial Instruments Directive – MIFID II) и регламент «O рынках финансовых инструментов» (Markets in Financial Instruments Regulation – MiFIR). Авторы исследуют данные правовые акты, которые обобщают и дополняют требования, предъявляемые к компаниям из третьих стран. В ходе исследования были использованы диалектический и системный методы познания. Особую роль сыграли сравнительный и формально–юридический методы, так как в статье проведен подробный анализ права России и ЕС в сфере регулирования рынка финансовых услуг. Авторы отмечают, что Европейский союз устанавливает определенные нормы для компаний третьих стран, осуществляющих свою деятельность в ЕС или взаимодействующих с юридическими лицами ЕС. Вступление в силу MIFID II и MiFIR имеет существенное значение для профессиональных участников, зарегистрированных вне ЕС. При этом важно признание или непризнание правового режима третьей страны эквивалентным актам Европейского Союза.

Ключевые слова: ЕС, директива MIFID II, регламент MiFIR, Европейское право, Европейское финансовое право, юридические лица, рынок финансовых услуг, трансграничные инвестиции, профессиональные участники, финансовые рынки

DOI:

10.25136/2306-9899.2018.1.25866

Дата направления в редакцию:

28-03-2018


Дата рецензирования:

29-03-2018


Дата публикации:

30-03-2018


Abstract.

The law of the European Union always strongly affected the activity of corporations outside of the Union, and to a certain extent served as an example for the “third-world countries”, in other words, states that are not part of the EU. Currently, special relevance and importance acquires the regulation of the financial market. Result of the large-scale reform of the European Union in the area of finances, which was finally implemented in January of 2018, became the MiFID II “Markets in Financial Instruments Directive” and MiFIR “Markets in Financial Instruments Regulation”. The authors examine the indicated legal acts that generalize and complement the requirements specified for the corporations from the third-world countries. The article applies the dialectical and systemic methods of cognition, as well as the comparative and formal legal methods that allowed to meticulously analyze the law of Russian and EU in the area of regulation of the market of financial services. It is underlined that the European Union established certain norms for the corporation of the third-world countries that realize their activity in the EU or cooperate with the legal entities of the European Union. The commencement of MiFID II and MiFIR significantly matters for the professional parties registered outside of EU. At the same time, it is important whether or not the legal regime of the third-world country is recognized as equivalent to the EU acts.

Keywords:

cross-border investment, financial services market, legal entities, European Financial Law, European law, regulations MiFIR, MIFID II directive, EU, professional participants, financial markets

Доступ на европейский финансовый рынок для компаний из третьих стран: учреждение филиала

Согласно позиции ведущих институтов ЕС, MiFID II и MiFIR закрепляют правила, «направленные на предоставление доступа к рынкам ЕС для компаний и операторов рынка из третьих стран в целях преодоления нынешней фрагментации национальных режимов в третьих странах и обеспечения справедливых условий конкуренции для всех поставщиков финансовых услуг в ЕС» [19]. Каким образом это достигается?

Согласно ст. 4 директивы MIFID II компанией третьей страны признается фирма, которая была бы кредитным институтом, предоставляющим инвестиционные услуги или осуществляющим инвестиционную деятельность, или инвестиционной компанией, если бы ее головной офис или юридический адрес находились в ЕС. Государство – член ЕС может потребовать от профессионального участника рынка, планирующего заниматься инвестиционной деятельностью или оказывать инвестиционные или смежные с ними услуги частным или профессиональным клиентам, находящимся на его территории, открыть филиал. Данный филиал должен получить предварительное одобрение компетентных органов власти соответствующего государства – члена ЕС.

При этом учитываются следующие условия:

· компетентные органы третьей страны, в которой учреждена фирма, осуществляют надзор за ее деятельностью, в процессе которого принимаются во внимание все рекомендации Группы разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег (Financial Action Task Force, FATF), относящиеся к борьбе с отмыванием денежных средств и противодействию финансирования терроризма; [2]

· между компетентными органами власти государства – члена ЕС, где будет учрежден филиал, и надзорными органами третьей страны достигнуто соглашение об обмене информацией с целью сохранить целостность рынка и защитить инвесторов;

· уставной капитал, находящийся в свободном распоряжении филиала, является достаточным;

· управление деятельностью филиала организовано в соответствии с требованиями, предъявляемым правом ЕС; [10]

· между третьей страной и государством-членом, где будет учрежден филиал, заключено соглашение в соответствии со ст. 26 Модельной налоговой конвенции Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и обеспечен эффективный обмен информацией, касающейся налоговых вопросах; [5]

· компания относится к схеме компенсации инвесторам, одобренной или признанной в соответствии с директивой «О схемах компенсации инвесторам» [13],[11].

Доступ на европейский финансовый рынок для компаний из третьих стран: без учреждения филиала

У компаний третьих стран существуют две возможности получить доступ на финансовый рынок ЕС, не создавая филиал в одном из государств – членов Европейского союза. Так, согласно ст. 42 директивы MiFID II, если профессиональный или частный клиент на территории ЕС по собственной инициативе попросил об оказании инвестиционной услуги или выполнении инвестиционной деятельности компанию третьей страны, то требование об учреждении филиала не будет действовать по отношению к взаимодействию между ним и данной компанией. Это правило позволяет компаниям третьих стран получить ограниченный доступ на рынок ЕС, однако оно может не применяться, если речь идет о новых категориях инвестиционных продуктов или услуг.

Более благоприятный режим доступа для компаний третьих стран предоставляет трансграничная модель. Она позволяет компаниям третьих стран осуществлять деятельность с профессиональными клиентами и равноправными (приемлемыми) контрагентами, находящимися на территории ЕС, на трансграничной основе без учреждения филиала. Однако у фирмы есть возможность использовать данную модель, если ЕС примет решения об эквивалентности правового регулирования третьего государства регулированию ЕС. Более того, такую фирму европейский регулятор в области рынка ценных бумаг (ESMA) должен включить в реестр разрешенных компаний. Данный вопрос подробно урегулирован восьмым титулом регламента MiFIR.

Европейская комиссия может принять решение, что правовые нормы и надзорные процедуры третьей страны обеспечивают соответствие компаний, учрежденных в данной стране, обязательным требованиям, эквивалентным (равнозначным) требованиям ЕС. Чтобы такое решение было принято, в законодательстве третьей страны должны быть положения о лицензировании деятельности профессиональных участников рынка, о достаточности капитала, о требованиях к лицам, занимающим руководящие должности, и к организации внутреннего контроля, о запрете манипулирования рынком[ [21]. Следует отметить, что в отношении инвестиционных компаний ни одной третьей страны пока не принято решение об эквивалентности, позволившее бы использовать трансграничную модель.

По состоянию на февраль 2018 г. решение об эквивалентности было принято Европейской комиссией в соответствии со ст. 25(4)[a] MiFID II касательно:

· правового режима Австралии в отношении финансовых рынков в целом;

· правового режима особого административного района Гонконг в отношении признанных биржевых компаний;

· правового режима США в отношении национальных бирж ценных бумаг и альтернативных торговых систем;

· правового режима Швейцарии в отношении бирж [17].

При этом решение об эквивалентности может быть вынесено в отношении определенного учреждения в отдельности. Следует упомянуть опубликованный в июне 2017 г. список центральных банков третьих стран, сделки с участием которых с целью осуществления монетарной, валютной политики или политики финансовой стабильности не подпадают под требование о прозрачности торгов. Указанный список был составлен на основании отчета Европейской комиссии, представленного Европейскому парламенту и Совету ЕС. При принятии решения о включении какого-либо центрального банка третьей страны в данный список учитывалось как правовое регулирование третьей страны, так и возможное влияние требований ЕС о раскрытии информации по сделкам данного банка. При периодическом пересмотре списка центральных банков третьих стран, сделки с участием которых не подпадают под требования о прозрачности торгов, он может быть пополнен, возможно исключение определенного центрального банка третьей страны из указанного списка. По состоянию на февраль 2018 г. в данном списке 13 организаций, включая Банк международных расчётов, Федеральную резервную систему США и Денежно-кредитное управление Сингапура. Центральный Банк Российской Федерации в данном списке отсутствует [8]. Отсутствует Национальный Клиринговый Центр в списке центральных контрагентов третьих стран, имеющих право предлагать свои услуги и осуществлять деятельность на территории ЕС [18].

Принятие решения об эквивалентности не должно быть средством политического давления. В частности, Ф. Хэммонд, канцлер Казначейства Великобритании, считает, что финансовые услуги должны стать частью финального торгового соглашения, которое предстоит заключить между Соединенным Королевством и ЕС в рамках выхода государства из Союза, своего рода расширенного режима эквивалентности [15]. Обеспечение благоприятных условий для финансового рынка в настоящее время выступает главным приоритетом Великобритании, и этому государству будут выдвинуты такие же требования, как третьим странам. Еще один «укол» со стороны ЕС [16]. В доктрине высказывается точка зрения, согласно которой новые полномочия Европейской комиссии по принятию решений об эквивалентности вызывают определенные сомнения в их легитимности. Почему Европейской комиссии дается право фактически открывать национальные финансовые рынки государств-членов ЕС? Задаются и вполне конкретные вопросы. «Что произойдет, если, Франция не захочет принять решение об эквивалентности, признанное за Каймановыми островами?» [14]. Уже в 2014 году высказывалась точка зрения о том, что вряд ли можно ожидать в ближайшем будущем принятия сотен решений об эквивалентности, особенно учитывая достаточно строгие правила их получения [14].

Россия и единый рынок финансовых услуг ЕС

Если говорить о России, то нет существенных поводов для каких-либо положительных изменений в сфере признания российского правового режима эквивалентным режиму ЕС. В 2016 г. ЦБ внес информацию о директиве MiFID II и регламенте MIFIR в Обзор регулирования финансовых рынков [1]. Однако информация о сближении или переговорах между российским и европейским регуляторами по поводу режима эквивалентности для российских профессиональных участников отсутствует. На данный момент российское регулирование в сфере финансов признано Союзом эквивалентным только один раз: на основании директивы «Об обязательном аудите годовых отчетов и консолидированных отчетов», принятой в 2006 г. Данное решение было вынесено в 2011 г., и в список стран, государственный контроль, обеспечение качества, расследование и система штрафов для аудиторов и аудиторских организаций которых были признаны эквивалентными, кроме Российской Федерации вошли еще 19 государств, в том числе Бермудские острова и Остров Мэн (для сравнения: их регулирование признавалось эквивалентным несколько раз и в связи с различными актами ЕС) [6].

Следует отметить, что фактически российский регулятор принимает определенные меры для сближения правовых систем. Например, положение «О правилах ведения внутреннего учета профессиональными участниками рынка ценных бумаг, осуществляющими брокерскую деятельность, дилерскую деятельность и деятельность по управлению ценными бумагами», принятое в январе и вступившее в силу в октябре 2017 г., содержит требования, схожие с нормами, установленными директивой MiFID II и сопутствующими ей актами ESMA.

Важно принять во внимание, что особое значение MiFID II и MiFIR имеют для участников из третьих стран не только вследствие регулирования режима доступа, но и по другим причинам. Одна из самых очевидных: необходимость приобретения LEI-кода [4]. Согласно ст. 26(6) регламента MiFIR, инвестиционные компании для выполнения своих обязательств по направлению отчетности об операциях должны использовать LEI-код своих клиентов – юридических лиц. Более того, инвестиционные компании не имеют права предоставлять услуги, связанные с последующей обязанностью направить отчет о совершенной от лица клиента, обязанного обладать LEI-кодом, сделке, до получения сведений о LEI-коде данного клиента [9].

Каких-либо исключений для клиентов – компаний третьих стран в части приобретения LEI-кода не предусмотрено. И хотя ESMA принято решение установить шестимесячный переходный период для смягчения сложностей, связанных с внедрением LEI-кодов, само требование не отменено. Кроме того, данный период введен с условием, что прежде чем предоставлять услуги, связанные с последующей обязанностью направить отчет о сделке, совершенной от лица клиента, обязанного обладать LEI-кодом, инвестиционная компания должна получить от такого клиента необходимую документацию с целью обратиться за получением LEI-кода от его лица [12]. Хотя для юридических лиц представляется более экономически выгодным не прибегать к помощи иностранной компании, а получить LEI-код, обратившись к профессиональному участнику государства, где данное юридическое лицо учреждено, или напрямую в Локальное операционное подразделение. В России, например, в этом качестве выступает Национальный расчетный депозитарий [3].

Требование лучшего исполнения

Требование лучшего исполнения, дополненное и расширенное новой реформой, также скорее всего затронет участников из третьих стран. Чтобы доказать компетентным органам власти ЕС, что они осуществляют лучшее исполнение для своих клиентов, фирмы ЕС могут потребовать от профессиональных участников третьих стран информацию об их политике лучшего исполнения и отчеты о соблюдении данной политики.

В ст. 27 (1) MiFID II указано, что инвестиционные компании должны предпринять все необходимые действия, чтобы при исполнении приказа добиться лучшего возможного результата для своих клиентов, учитывая цену, затраты, скорость, вероятность исполнения. В п. 4 данной статьи указано на необходимость разработать внутри компании политику лучшего исполнения. Создавая такую политику, компании должны принимать во внимание, что лучший результат должен достигаться на постоянной основе. Соответственно, фирмы должны осуществлять постоянный мониторинг с целью установить эффективность действующей политики [20]. В случае обращения за исполнением приказа клиента к брокеру третьей страны компания из ЕС захочет обеспечить себе обоснование соблюдения лучшего исполнения в форме вышеупомянутой политики лучшего исполнения и отчетов о ее соблюдении со стороны данного брокера. Однако в российском законодательстве требования о наличии такой политики и, как следствие, отчетов отсутствуют, что указывает на необходимость внести соответствующие внутренние изменения российскими юридическими лицами, находящимися в тесных экономических отношениях с компаниями, учрежденными в ЕС.

Правила предоставления аналитических услуг

Фирмы третьих стран, предоставляющие аналитику компаниям из ЕС, должны принять во внимание новые требования, вызванные реформой. Одно из главных: компании из ЕС больше не вправе получать аналитику на безвозмездной основе. Оплата аналитики может проводиться либо напрямую из ресурсов инвестиционной компании, получающей аналитику, либо путем выплат с отдельного специально созданного для этого счета. При этом:

· данный счет должен финансироваться особым сбором на аналитику для клиентов компании;

· данный сбор должен быть согласован с клиентами, также должны быть сформирован бюджет затрат на аналитику и регулярно проводиться его оценка;

· инвестиционная компания должна следить за качеством оплаченной аналитики, учитывая ее вклад в принятие более экономически правильных инвестиционных решений [7].

Компаниям, предоставляющим аналитику в качестве рекламы или в дополнение к иным услугам, придется пересмотреть свои взаимоотношения с компаниями ЕС по данному вопросу, предложив вариант, который сможет в равной степени удовлетворить интересы обеих сторон.

В заключение отметим, что директива MiFID II и регламент MiFIR имеют существенное значение для профессиональных участников за пределами ЕС, осуществляющих свою деятельность в том числе и в ЕС или взаимодействующих с юридическими лицами ЕС. Указанные акты регламентируют предоставление компаниям третьих стран доступа на единый финансовый рынок ЕС – это возможно либо путем учреждения филиала, либо на одноразовой основе в случае особого поручения клиента, либо напрямую, если будет принято решение об эквивалентности режима третьей страны в отношении инвестиционных компаний режиму ЕС и компания будет внесена в соответствующий реестр. Кроме того, положения MiFID II и MiFIR оказывают косвенное влияние на компании из третьих стран (юридические лица обязаны приобретать LEI-код, компании из ЕС могут требовать у своих контрагентов из третьих стран реализовывать политику лучшего исполнения и отчеты о соответствии данной политике), устанавливают запрет на получение аналитики на безвозмездной основе.

Библиография
1.
Обзор регулирования финансовых рынков. №3. 16.07.16-16.09.16. Официальный сайт Центрального Банка Российской Федерации. Электронный ресурс. Режим доступа: URL: http://www.cbr.ru/statichtml/file/11111/review_231116.pdf (дата обращения: 27.03.18)
2.
Официальный сайт FATF. Электронный ресурс. Режим доступа: URL: http://www.fatf-gafi.org/ (дата обращения: 27.03.18)
3.
Присвоение LEI-кодов. Официальный сайт Национального расчетного депозитария. Электронный ресурс. Режим доступа: URL http://www.lei-code.ru/ru/services/proc/ (дата обращения: 27.03.18)
4.
Что такое Код идентификации юридических лиц (LEI). Официальный сайт GLEIF (Global Legal Entity Identifier foundation) Электронный ресурс. Режим доступа: URL: https://www.gleif.org/ru/about-lei/introducing-the-legal-entity-identifier-lei (обращения: 27.03.18)
5.
ACTIVATED EXCHANGE RELATIONSHIPS FOR CRS INFORMATION. Официальный сайт ОЭСР. Электронный ресурс. Режим доступа: URL: http://www.oecd.org/tax/automatic-exchange/international-framework-for-the-crs/ (дата обращения: 27.03.18)
6.
COMMISSION DECISION of 19 January 2011 on the equivalence of certain third country public oversight, quality assurance, investigation and penalty systems for auditors and audit entities and a transitional period for audit activities of certain third country auditors and audit entities in the European Union // Official Journal L 15/12. 20.1.2011.
7.
COMMISSION DELEGATED DIRECTIVE (EU) 2017/593 of 7 April 2016 supplementing Directive 2014/65/EU of the European Parliament and of the Council with regard to safeguarding of financial instruments and funds belonging to clients, product governance obligations and the rules applicable to the provision or reception of fees, commissions or any monetary or non-monetary benefits// Official Journal L 87/500. 31.3.2017
8.
COMMISSION DELEGATED REGULATION (EU) 2017/1799 of 12 June 2017 supplementing Regulation (EU) No 600/2014 of the European Parliament and of the Council as regards the exemption of certain third countries central banks in their performance of monetary, foreign exchange and financial stability policies from pre-and post-trade transparency requirements // Official Journal L 259/11. 7.10.2017.
9.
COMMISSION DELEGATED REGULATION (EU) 2017/590 of 28 July 2016 supplementing Regulation (EU) No 600/2014 of the European Parliament and of the Council with regard to regulatory technical standards for the reporting of transactions to competent authorities // Official Journal L 87/449. 31.3.2017.
10.
DIRECTIVE 2013/36/EU OF THE EUROPEAN PARLIAMENT AND OF THE COUNCIL of 26 June 2013 on access to the activity of credit institutions and the prudential supervision of credit institutions and investment firms, amending Directive 2002/87/EC and repealing Directives 2006/48/EC and 2006/49/EC// Official Journal L 176/338. 27.6.2013
11.
DIRECTIVE 2014/65/EU OF THE EUROPEAN PARLIAMENT AND OF THE COUNCIL of 15 May 2014 on markets in financial instruments and amending Directive 2002/92/EC and Directive 2011/61/EU (MiFID II) // Official Journal L 173/349. 12.6.2014.
12.
ESMA statement to support the smooth introduction of the LEI requirements, Date: 20 December. 2017. ESMA70-145-401.
13.
EU rules to protect investors. Официальный сайт Европейской Комиссии. Электронный ресурс. Режим доступа: URL: https://ec.europa.eu/info/business-economy-euro/banking-and-finance/consumer-finance-and-payments/consumer-financial-services/investor-compensation-schemes_en (дата обращения: 27.03.18)
14.
Jean-Baptiste POULLE. MIF II : les entreprises de pays tiers // Revue de Droit bancaire et financier n° 6, Novembre 2014, dossier 62.
15.
Jill Ward. Hammond Says Equivalence Cannot Be on ‘Whim’ of EU Commission. Официальный сайт Bloomberg. Электронный ресурс. Режим доступа: URL: https://www.bloomberg.com/news/articles/2018-01-25/hammond-says-equivalence-cannot-be-on-whim-of-eu-commission (дата обращения: 27.03.18)
16.
Jim Brunsden. EU rejects Brexit trade deal for UK financial services sector. Официальный сайт Financial Times. Электронный ресурс. Режим доступа: URL: https://www.ft.com/content/7f7669a4-067f-11e8-9650-9c0ad2d7c5b5 (дата обращения: 27.03.18)
17.
List of equivalence/Adequacy Decisions taken by the European Commission as of 09/01/2018. Официальный сайт Европейской Комиссии. Электронный ресурс. Режим доступа: URL: https://ec.europa.eu/info/sites/info/files/overview-table-equivalence-decisions_en.pdf (дата обращения: 27.03.18)
18.
List of third-country central counterparties recognized to offer services and activities in the Union, 18 January 2018, ESMA70-152-348
19.
Proposition de RÈGLEMENT DU PARLEMENT EUROPÉEN ET DU CONSEIL concernant les marchés d'instruments financiers et modifiant le règlement [EMIR sur les produits dérivés négociés de gré à gré, les contreparties centrales et les référentiels centraux]. Exposé des motifs. // COM/2011/0652 final-2011/0296 (COD). P. 3.4.12.
20.
Questions and Answers on MiFID II and MiFIR investor protection and intermediaries topics, 18 December 2017, ESMA35-43-349.
21.
REGULATION (EU) No 600/2014 OF THE EUROPEAN PARLIAMENT AND OF THE COUNCIL of 15 May 2014 on markets in financial instruments and amending Regulation (EU) No 648/2012 (MiFIR) // Official Journal L 173/84.12.6.2014.
References (transliterated)
1.
Obzor regulirovaniya finansovykh rynkov. №3. 16.07.16-16.09.16. Ofitsial'nyi sait Tsentral'nogo Banka Rossiiskoi Federatsii. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: URL: http://www.cbr.ru/statichtml/file/11111/review_231116.pdf (data obrashcheniya: 27.03.18)
2.
Ofitsial'nyi sait FATF. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: URL: http://www.fatf-gafi.org/ (data obrashcheniya: 27.03.18)
3.
Prisvoenie LEI-kodov. Ofitsial'nyi sait Natsional'nogo raschetnogo depozitariya. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: URL http://www.lei-code.ru/ru/services/proc/ (data obrashcheniya: 27.03.18)
4.
Chto takoe Kod identifikatsii yuridicheskikh lits (LEI). Ofitsial'nyi sait GLEIF (Global Legal Entity Identifier foundation) Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: URL: https://www.gleif.org/ru/about-lei/introducing-the-legal-entity-identifier-lei (obrashcheniya: 27.03.18)
5.
ACTIVATED EXCHANGE RELATIONSHIPS FOR CRS INFORMATION. Ofitsial'nyi sait OESR. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: URL: http://www.oecd.org/tax/automatic-exchange/international-framework-for-the-crs/ (data obrashcheniya: 27.03.18)
6.
COMMISSION DECISION of 19 January 2011 on the equivalence of certain third country public oversight, quality assurance, investigation and penalty systems for auditors and audit entities and a transitional period for audit activities of certain third country auditors and audit entities in the European Union // Official Journal L 15/12. 20.1.2011.
7.
COMMISSION DELEGATED DIRECTIVE (EU) 2017/593 of 7 April 2016 supplementing Directive 2014/65/EU of the European Parliament and of the Council with regard to safeguarding of financial instruments and funds belonging to clients, product governance obligations and the rules applicable to the provision or reception of fees, commissions or any monetary or non-monetary benefits// Official Journal L 87/500. 31.3.2017
8.
COMMISSION DELEGATED REGULATION (EU) 2017/1799 of 12 June 2017 supplementing Regulation (EU) No 600/2014 of the European Parliament and of the Council as regards the exemption of certain third countries central banks in their performance of monetary, foreign exchange and financial stability policies from pre-and post-trade transparency requirements // Official Journal L 259/11. 7.10.2017.
9.
COMMISSION DELEGATED REGULATION (EU) 2017/590 of 28 July 2016 supplementing Regulation (EU) No 600/2014 of the European Parliament and of the Council with regard to regulatory technical standards for the reporting of transactions to competent authorities // Official Journal L 87/449. 31.3.2017.
10.
DIRECTIVE 2013/36/EU OF THE EUROPEAN PARLIAMENT AND OF THE COUNCIL of 26 June 2013 on access to the activity of credit institutions and the prudential supervision of credit institutions and investment firms, amending Directive 2002/87/EC and repealing Directives 2006/48/EC and 2006/49/EC// Official Journal L 176/338. 27.6.2013
11.
DIRECTIVE 2014/65/EU OF THE EUROPEAN PARLIAMENT AND OF THE COUNCIL of 15 May 2014 on markets in financial instruments and amending Directive 2002/92/EC and Directive 2011/61/EU (MiFID II) // Official Journal L 173/349. 12.6.2014.
12.
ESMA statement to support the smooth introduction of the LEI requirements, Date: 20 December. 2017. ESMA70-145-401.
13.
EU rules to protect investors. Ofitsial'nyi sait Evropeiskoi Komissii. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: URL: https://ec.europa.eu/info/business-economy-euro/banking-and-finance/consumer-finance-and-payments/consumer-financial-services/investor-compensation-schemes_en (data obrashcheniya: 27.03.18)
14.
Jean-Baptiste POULLE. MIF II : les entreprises de pays tiers // Revue de Droit bancaire et financier n° 6, Novembre 2014, dossier 62.
15.
Jill Ward. Hammond Says Equivalence Cannot Be on ‘Whim’ of EU Commission. Ofitsial'nyi sait Bloomberg. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: URL: https://www.bloomberg.com/news/articles/2018-01-25/hammond-says-equivalence-cannot-be-on-whim-of-eu-commission (data obrashcheniya: 27.03.18)
16.
Jim Brunsden. EU rejects Brexit trade deal for UK financial services sector. Ofitsial'nyi sait Financial Times. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: URL: https://www.ft.com/content/7f7669a4-067f-11e8-9650-9c0ad2d7c5b5 (data obrashcheniya: 27.03.18)
17.
List of equivalence/Adequacy Decisions taken by the European Commission as of 09/01/2018. Ofitsial'nyi sait Evropeiskoi Komissii. Elektronnyi resurs. Rezhim dostupa: URL: https://ec.europa.eu/info/sites/info/files/overview-table-equivalence-decisions_en.pdf (data obrashcheniya: 27.03.18)
18.
List of third-country central counterparties recognized to offer services and activities in the Union, 18 January 2018, ESMA70-152-348
19.
Proposition de RÈGLEMENT DU PARLEMENT EUROPÉEN ET DU CONSEIL concernant les marchés d'instruments financiers et modifiant le règlement [EMIR sur les produits dérivés négociés de gré à gré, les contreparties centrales et les référentiels centraux]. Exposé des motifs. // COM/2011/0652 final-2011/0296 (COD). P. 3.4.12.
20.
Questions and Answers on MiFID II and MiFIR investor protection and intermediaries topics, 18 December 2017, ESMA35-43-349.
21.
REGULATION (EU) No 600/2014 OF THE EUROPEAN PARLIAMENT AND OF THE COUNCIL of 15 May 2014 on markets in financial instruments and amending Regulation (EU) No 648/2012 (MiFIR) // Official Journal L 173/84.12.6.2014.