Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2125,   статей на доработке: 280 отклонено статей: 924 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Этническая идентичность в современной ЮАР
Кавыкин Олег Игоревич

кандидат исторических наук

старший научный сотрудник, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки "Институт Африки Российской академии наук" (ИАфр РАН)

123001, Россия, г. Москва, ул. Спиридоновка, 30/1, оф. 38

Kavykin Oleg

PhD in History

Senior reserach associate, Institute for African Studies of the Russian Academy of Sciences

123001, Russia, Moscow, Spiridonovka St, 30/1, office 38

atrociter@mail.ru
Аннотация. Предметом исследования является этническая идентичность и межэтнические отношения в современной ЮАР. Автор рассматривает мнения опрошенных экспертов-респондентов по ряду вопросов: общей оценке межэтнических отношений, оценке единства национальной культуры и важности национальной идентичности для граждан страны, роли этнической идентичности по сравнению с другими формами идентичности в общественной и политической жизни ЮАР; возможности создания политических партий по этническому принципу. Экспертам-респондентам были заданы вопросы, касающиеся влияния этнического происхождения на карьеру, отношения государства к их этнической группе, роли СМИ в освещении жизни их этнической группы. В качестве метода проведения пилотного исследования этнической идентичности в современной ЮАР автором был выбран экспертный опрос. Использование этого метода позволило оперативно получить информацию и оценки коллег, компетентных в данных вопросах. Ряд экспертов указывает, что раса и этническая принадлежность, во-первых, политизированы, во-вторых, влияют на распределение благ и возможностей в обществе. В ответах упоминаются различные аспекты этих явлений: от констатации сохранения негативных последствий апартеида до упреков современным политикам в использовании «языка вражды». Значительная часть экспертов фиксирует тот факт, что национальная культура и национальное самосознание страны все еще находятся в стадии формирования. Это проявляется как в констатации отсутствия единой надэтнической культуры страны, так и в предложениях по улучшению межэтнических отношений с помощью организации диалога различных этнических и расовых групп.
Ключевые слова: ЮАР, этническая идентичность, межэтнические отношения, национальная идентичность, неравенство, раса, класс, правительство, образование, СМИ
DOI: 10.7256/2454-0617.2017.3.23861
Дата направления в редакцию: 11-08-2017

Дата рецензирования: 12-08-2017

Дата публикации: 26-09-2017

Abstract. Ethnic identity and interethnic relations in modern Republic of South Africa constitute the subject of this study. The author considers the opinions of experts on a number of issues: a general assessment of interethnic relations, assessment of the wholeness of national culture and the importance of national identity for the citizens of the country, the role of ethnic identity in contrast to other forms of identity, its role in South African political and public spheres, as well as the possibility of creating of ethnicity-based political parties. Experts answered a number of questions on the alleged influence of ethnic origin on a person's career, on the state policies towards their ethnic group, and on the role of media in covering the life of their ethnic group. The author selected expert survey as a method for the pilot study on ethnic identity and interethnic relations in contemporary South Africa. The use of this method allows to gather information and assessments from colleagues who are well-informed on the subject. Some experts point out that race and ethnicity are politicized and affect the distribution of benefits and opportunities in present-day South Africa. The experts point out various aspects of these phenomena such as persistence of negative consequences of apartheid or use of hate speech by modern politicians. Many experts register the fact that the national culture and national identity of the country are still forming: a significant part of expert pool indicates the lack of a single supra-ethnic culture of the country, and proposes to improve interethnic relations through efforts to establish dialogue between various ethnic and racial groups.

Keywords: class, race, inequality, national identity, interethnic relations, ethnic identity, RSA, government, education, media

Актуальность темы исследования обусловлена фактами, свидетельствующими о политизации этничности в ЮАР в недавнем прошлом, например, столкновениями представителей Партии свободы Инката и Африканского национального конгресса во времена предшествовавшие отмене апартеида или происходившие перед выборами 1994г.[1, c. 68, 72; 2; 3] или растиражированными представлениями о «группировке коса» в АНК [4] и о создании политических блоков по этническому принципу в 2000-е годы [5].

В качестве метода для проведения пилотного исследования этнической идентичности в современной ЮАР в рамках НИР по теме «Этническая идентичность в современной Африке» был выбран экспертный опрос, позволяющий в кратчайшие сроки получить информацию по сложному для изучения «на расстоянии» вопросу.

Рабочееопределение этнической идентичности, на которое ориентировался автор, было сформулировано В.А. Тишковым: «… Признаком этнической общности является не «общее происхождение», а представление или миф об общей исторической судьбе членов этой общности. … Мы рассматриваем групповую этническую идентичность как операцию социального конструирования «воображаемых общностей», основанных на вере, что они связаны естественными, и даже природными связями. … Этническая идентичность или принадлежность к этносу есть произвольно (но не обязательно свободно!) выбранная или предписанная извне одна из иерархических субстанций, зависящая от того, что в данный момент считается этносом/народом/национальностью/нацией (в этническом смысле). Ибо в каждый данный момент, как в прошлом, так и тем более современном мире, рынок культурных маркеров для формирования «системного», т.е. очерченного границами, этнически целого чрезвычайно разнообразен» [6, с. 116; 6, с. 121].

В экспертном опросе, проводившемся в режиме online на сайте surveymonkey.com [7] c 25 октября 2016г. по 23 января 2017г., приняли участие 88 экспертов. Для участия в опросе приглашались представители профессорско-преподавательского состава кафедр и факультетов гуманитарных и социальных направлений ведущих университетов ЮАР: социальные антропологи, социологи, историки, философы, политологи, лингвисты, культурологи, искусствоведы, а также, социальные педагоги, преподаватели педагогических дисциплин, библиотечного дела, географии, коммуникативистики, журналистики, менеджмента, государственного и муниципального управления, городского планирования и т.п.

Как правило, электронные письма рассылались персонально, с личным обращением к эксперту и указанием его титулов. Образец письма прилагается. В случаях, когда адреса электронной почты преподавателей соответствующих департаментов и факультетов (равно, как и адреса электронной почты самих факультетов) оказывались по каким-либо причинам недоступны, письма с просьбой перенаправить их в соответствующие структурные подразделения направлялись в службу поддержки университетских сайтов, руководству структурных подразделений учебного заведения. Выбирались расположенные в различных провинциях высшие учебные заведения и научные организации. Письма были направлены представителям следующих учебных заведений: Кейптаунский университет, Стелленбошский университет, Университет Южной Африки, Университет Витватерсранда, Public Affairs Research Institute, Университет Претории, Университет Йоханнесбурга, Университет Квазулу-Натал, Дурбанский университет в Уэствилле, Университет Лимпопо, Университет Родса, Университет Западной Капской провинции, Северо-Западный университет, Университет Форт-Хэр, Технологический университет капского полуострова, Университет Монаша.

За основу при составлении опросника для электронного анкетирования был взят апробированный и хорошо себя зарекомендовавший «Бланк анкеты, использовавшейся в ходе полевых исследований Российской комплексной экспедиции в Объединенной Республике Танзания в сезоне 2005 г.» [8, c. 217–221]. В силу ограничения сайтом surveymonkey.com числа вопросов, а также в силу того, что опрос экспертов носил пилотажный характер и преследовал цель сбора обобщенной информации, которая должна стать отправной точкой для дальнейших исследований, список был сокращен до 10 вопросов.

Межэтнические отношения в ЮАР: оценка актуального состояния

О важности изучения межэтнических отношений для понимания жизни в ЮАР, о том насколько эта проблема остра в этой стране в наши дни, свидетельствуют ответы на несколько вопросов, касающихся экспертной оценки ситуации.

Большинство экспертов, отвечая на обязательный вопрос «Как Вы думаете, хороши ли межэтнические отношения в современной ЮАР?», дало отрицательный ответ (60,92%; n 53). Еще 26,44% (n 23) затруднились дать ответ. И только 12,64% (n 11) признали их хорошими. Всего было получено 88 ответов, ответы одного из респондентов, заполнившего, по его словам, формы только для того, чтобы высказать в комментариях свое мнение об опросе, в обсчет не включаются; комментарий будет приведен далее. Таким образом, итоговое число ответов на данный вопрос – 87.

Попробуем разобраться, что влияет на такую интегральную оценку.

Поскольку эксперты являлись носителями различных культур, помимо вопросов о межэтнических отношениях в ЮАР и степени влияния этнической идентичности на общественно-политические процессы, им задавались вопросы, относящиеся к этнической составляющей их личностей.

Респондентам задавался вопрос об их этническом происхождении. Ответ на этот вопрос, не являющимся обязательным, не предоставили 3 респондента из 87. Один из 88 экспертов, принявших участие в опросе, прошел анкетирование только затем, чтобы высказать свои представления об этничности как научной категории и о несогласии с методологией данного исследования. Еще двое сообщили об отсутствии этнического происхождения (none). С учетом возможности обозначения смешанного происхождения – допускались множественные ответы, было приведено 28 наименований этнических групп, включая субэтносы и расовые группы: литовцы (n1), зимбабвийцы (n1), «cредиземноморского происхождения» (Mediterranean) (n1), евреи (n2), африканеры (n 23), белые (White / Caucasian) (n6), малайцы (n1), цветные (n5), немцы (n2), тсонга (n2), тсвана (n4), арабы (n1), англичане (n16), педи (n4), испаноговорящие (n1), индийцы (n7), африканцы (n2), европейцы (n6), зулусы (n1), конголезцы (n1), коренные американцы (n1), сербы (n1), голландцы (n3), греки (n1), венда (n1), шотландцы (n1), французы (n2), поляки (n1).

25 респондентов, отвечая на вопрос об этнической идентичности использовали расовую терминологию (сгруппированы автором): белые (n10), цветные (n5), индийцы (n5), африканцы (n2), смешанного происхождения (n2), средиземноморского происхождения (n1).

Были использованы такие самоопределения (приводятся во множественном числе): «Белые, говорящие на языке африкаанс южноафриканцы (я не идентифицирую себя с такими ярлыками, как «бур» или «африканер»)»; «белые»; «белые англичане/африканеры»; «кавказцы» (Сaucasian); «белые англо-саксы»; «белые южноафриканцы (семья происходит из Европы»)»; «средиземноморского происхождения» (Mediterranean); «цветные»; «африканцы»; «расово смешанного происхождения» (Mixed race); «европейцы и коренные американцы»; «южноафриканцы индийского происхождения»; «индийцы».

Это не должно вызывать удивления, ибо, даже в официальных переписях выделяют 4 группы населения: «черных африканцев» (почти 8/10 населения страны), «цветных» (самая большая группа в Западно-Капской провинции), «белых» и «индийцев / азиатов» [9;10].

Хотя автор данной статьи старался сконцентрировать внимание респондентов именно на этничности, этнической идентичности и межэтнических взаимодействиях, сознательно воздержавшись от включения в опросник вопросов о расе и расовых проблемах, высказывания респондентов продемонстрировали актуальность именно расовых категорий для жителей ЮАР. Так, например, социолог из Университета Квазулу-Натал, в ответ на приглашение принять участие в опросе написала следующее: «Я посетила сайт, на который Вы ссылаетесь ниже, однако я не принадлежу ни к одной из африканских этнических групп. Я южноафриканская индианка, а индийцы / азиаты считаются здесь расовой группой. Таким образом, этническая идентичность в нашей социальной группе несколько сложнее – так как произошло значительное «смешение» по этническим индийским линиям. Например, я индианка, но у меня есть родственные связи с индуистами, тамилами и мусульманами (в моей семье и среди предков). Индийцы составляют меньшинство в Южной Африке. Поэтому некоторые из вопросов, которые вы задаете, я не могу затронуть – тогда как среди африканских или белых расовых групп вы можете найти лучшие ответы» [11].

В рекомендациях по улучшению межэтнических отношений также была обозначена расовая проблематика в различных ее аспектах. Респондентами были высказаны такие мнения. «Основная динамика – не этнические отношения, а расовые отношения и неравенство (то есть классовые проблемы). Этничность становится важной из-за того, что этническая принадлежность и проблемы расы / класса пересекаются». «Убрать расу из политики!». «Малеме и Хофмеру необходимо переосмыслить свои позиции…». «Остановить "оформление витрин", назначая людей на основании расы и пола. Ликвидировать весь расизм, со стороны всех этнических групп, поскольку сейчас он наиболее усложнен среди небелых людей». «Правительство должно меньше апеллировать к расе или, предпочтительнее, вовсе этого не делать». «Правительству следует прекратить использовать расу, этническую принадлежность и национальность в качестве средства для распределения милостей или для отказа в услугах людям, особенно не южноафриканцам, живущим в ЮАР. Слишком много ксенофобии». «Социальная справедливость для удаления наследия апартеида. Прогрессирующая эгалитарная политика. Ослабление позиций расовых / этнических партий в пользу инклюзивных / интегрированных классовых движений». «Выносить суждения в соответствии с тщательным анализом репрессивных отношений, в том числе расизма, сексизма, религиозного фундаментализма и других, – а не путем наклеивания ярлыков на людей по категориям и оценки их в соответствии с ними». «Полное признание прошлых преступлений против небелых южноафриканцев». «Белая этническая группа должна быть осведомлена о своей собственной скрытой предвзятости по отношению к другим этническим группам и должна понимать концепции «принадлежности к белым» и «привилегий белых». Черные африканские этнические группы, со своей стороны, должны понимать, что исправление (результатов – О.К.)100 лет апартеида не может быть завершено за 50 лет; это долгосрочный процесс».

Здесь, наверное, следует сделать пояснения:Джулиус Малема – южноафриканский политик, лидер партии «Борцы за экономическую свободу», известен программой экспроприации земель, принадлежащих белым, и обвинениями в использовании «языка вражды», появившимися после исполнения им песни "Dubula iBunu" ("Shoot the Boer"); Стив Хофмер (Steve Hofmeyr) – певец, автор песен и телеведущий, известный использованием «языка вражды» в отношении черных.

Среди тех, кто указал расовую принадлежность вместо этнического самоопределения, оценка межэтнических отношений намного хуже средней. Так, например, респонденты, сообщившие о белой идентичности, отвечая на вопрос «Как Вы думаете, хороши ли межэтнические отношения в современной ЮАР?», ни в одном ответе не признали их хорошими; дали отрицательный ответ (80%; n 8); еще 20% (n 2) затруднились дать ответ. Не посчитали межэтнические отношения хорошими и 100% цветных (n5), как и человек «средиземноморского происхождения». Мнения африканцев разделились: один не посчитал их хорошими, другой затруднился ответить. Один респондент «смешанного происхождения» считает межэтнические отношения хорошими, другой – плохими. В общем, результат среди тех, кто не указал этническую принадлежность такой: отрицательный ответ (80%; n 20); 16% (n 4) затруднились дать ответ; и только 4% (n 1) признали их хорошими.

Заметим, что официальная статистика свидетельствует о сохраняющихся и в этом десятилетии существенных различиях в доходах, уровне образования и обеспечении благами, определяющими качество жизни, у представителей разных расовых групп [12].

Языковая идентичность

На открытый вопрос «На каком языке Вы думаете?» были получены ответы 87 респондентов, приведших 135 упоминаний названий языков. Всего указано 20 языков Некоторые указывали сразу несколько языков. Не должен вызывать удивление тот факт, что респонденты, помимо официальных языков, указывали другие европейские языки (и арабский): во-первых, приглашения принять участие в опросе рассылались в числе прочих и лингвистам; во-вторых, часть совокупности ответивших респондентов проходила обучение / работала за границей, что отражалось в CV, размещенных на сайтах университетов, на основании которых и формировались списки для рассылки приглашений; в третьих, в число экспертов включались и иностранные преподаватели, работавшие в ЮАР; в четвертых, многие респонденты, в основном белые, сообщали о смешанном происхождении.

Наиболее часто упоминался понятный всем участникам опроса английский язык (n 67), затем: африкаанс (n 38), тсвана (n 3), коса (n 3) и французский (n 3). Дважды указаны: арабский, тсонга, португальский, немецкий, педи, зулу. Один раз названы: польский, испанский, каталанский, игбо, венда, сербский, луба, лингала, хинди.

Из официальных языков страны ни разу не были упомянуты южный ндебеле и свати (свази). Таким образом, распределение ответов показывает, что эксперты называют английский и африкаанс чаще, чем языки групп нгуни и сото, что отличается от распределения языков (в том числе, официальных) в стране в целом [13]. Эти ответы свидетельствуют и о статусе английского и африкаанс как языков межэтнического общения и науки. Один из экспертов оставил такой комментарий: «На африкаанс и английском в зависимости от контекста. На африкаанс дома, на английском на работе». Тем не менее, те респонденты, которые указали африкаанс, оценивают межэтнические отношения хуже, чем те, кто указал английский: на вопрос «Как Вы думаете, хороши ли межэтнические отношения в современной ЮАР?» ответ «нет» дали 42 респондента, упомянувших английский – 62,7%; из назвавших африкаанс ответ «нет» выбрали 27 респондентов – 71,1% из всех, указавших этот язык.

Можно предположить, что это связано с тем, что, с одной стороны, язык африкаанс являлся на протяжении всего XX века средством поддержания идентичности африканеров [14, с 140 – 145]; c другой стороны, он является средством межэтнического общения. В.В. Грибанова дает следующую характеристику динамики популярности данного языка в современной ЮАР: «Официально английский находится на пятом месте по распространенности среди 11 официальных языков, но в действительности это и есть главным образом язык межнационального общения, особенно в городах, а также основной язык обучения. Что касается африкаанс, то уже в конце 1990-х гг. отношение к нему стало меняться, отмечался рост его популярности. Язык белой общины, вызывавший такую ненависть во времена сегрегации и ставший главной причиной начала кровавых столкновений 1976 г. в Соуэто, после первых лет эйфории, связанных с возрождением африканских языков, опять стал набирать популярность. Все чаще африканцы для своих детей указывали в качестве второго языка (а первый был английский) не свой родной, а именно африкаанс. … Причины такого роста популярности африкаанс достаточно ясны: он расценивается как один из местных языков, являясь родным не только для большой части белого населения, но также и для цветных. Он остается действительно языком межнационального общения для разных групп африканцев. На нем могут, например, объясниться представители бушменов и зулу. Примечателен тот факт, что на языке африкаанс выходит печатное издание (журнал для всей семьи) с самым крупным в стране тиражом – «Huisgenoot». Африкаанс и официально находится на третьем месте в стране по распространенности (после зулу и коса)» [15, c. 5, 6].

Тут, на наш взгляд, уместно обратить внимание на непростую обстановку связанную с недавними студенческими волнениями. В.В. Грибанова пишет о ряде действий активных участников этих волнений, которые могли быть восприняты респондентами негативно: «Отголоски движения «Rhodes must fall» постоянно ощущаются в движении «Fees must fall». Это выражается и в похожести названий, одно явно пошло от другого, и в том, что инициаторы первого принимали активное участие и в движении «Fees must fall» в частности, в Кейптаунском университете в октябре 2015 и феврале 2016 гг., и в том, что многие требования, содержащие антирасистскую риторику, в обоих движения перекликаются. Еще одно движение - «Open Stellenbosh», начавшееся в середине апреля 2015 г. в Стелленбошском университете, также находится в русле студенческих протестов последнего времени и связано с движением «Fees must fall». В акции студентов и преподавателей Стелленбошского университета главный упор (помимо антирасистской и антиколониальной риторики) сделан на снижении значения языка африкаанс в обучении» [16, c.5].

Профессура, для которой африкаанс является «родным» языком, конечно же, может воспринимать эти действия как интолерантные и негативные, особенно принимая во внимание участие в этих выступлениях сторонников Дж. Малемы и скандирование протестующими лозунга – «один поселенец – одна пуля»[16].

Заметим, эксперты, в основном не давали рекомендаций в области языковой политики, за исключением предложения Малеме и Хофмеру пересмотреть свое речевое поведение и одного предложения сделать английский единственным официальным языком.

Этническая идентичность и социальный статус

Экспертам задавался вопрос о влиянии этнической идентичности на их профессиональные успехи («Как Вы думаете, может ли этническое происхождение повлиять на Вашу карьеру?»). Вопрос не был обязательным, было получено 87 ответов. Наиболее часто встречался ответ «да, отрицательно» – 36,78% (n 32). 24 респондента (27,59%) ответили «да, положительно или отрицательно»; 10,34% (n 9) ответили «да, положительно»; ответ «нет» – 25,29% (n 22). Таким образом, почти 75% содержали признание того или иного влияния, оказываемого этническим происхождением на карьеру!

Более того, это влияние сказывается и на общей оценке межэтнических отношений в стране. Признание негативного влияния этнического происхождения на карьеру радикально снижает оценку межэтнических отношений! Всего в кросс-табуляцию включено 86 ответов. Среди тех, кто ответили «да, положительно» на вопрос «Как Вы думаете, может ли этническое происхождение повлиять на Вашу карьеру?» считают, что межэтнические отношения в сегодняшней ЮАР хороши 14,3% (n1); не считают их хорошими 42,9% (n3); затруднились ответить 42,9% (n3). Среди тех, кто ответили «да, отрицательно» на вопрос о влиянии на карьеру считают, что межэтнические отношения в сегодняшней ЮАР хороши 3,2% (n1); не считают их хорошими 77,4% (n24); затруднились ответить 19,4% (n6). Среди тех, кто ответили «да, положительно или отрицательно» считают, что межэтнические отношения в сегодняшней ЮАР хороши 23,1% (n6); не считают их хорошими 57,7% (n15); затруднились ответить 19,2% (n5). Среди тех, кто выбрал ответ «нет» межэтнические отношения в сегодняшней ЮАР считают хорошими 13,6% (n3); не считают их хорошими 45,5% (n10); затруднились ответить 40,9% (n9).

На вопрос «Каково, по Вашему мнению, отношение государства к вашей этнической группе?» были получены ответы 86 респондентов. 3 человека (3,49%) охарактеризовали отношение государства к их этносу как «очень хорошее», 16 (18,6%) как «хорошее». «Безразличное» отношение государства к их этносу отмечено в ответах 29 респондентов (33,72%). 24 ответивших (27,91%) выбрали вариант «плохое», а 14 человек (16,28%) – «очень плохое». При том, что 55,81% оценивают отношение государства к их народам положительно или нейтрально, 44,19% опрошенных сообщили о негативном отношении.

О плохом или очень плохом отношении государства к их этнической группе сообщали и представители африканских народов, и респонденты европейского происхождения. Не делая далеко идущих выводов на основании небольшого количества ответов, заметим, однако, что о плохом или очень плохом отношении чаще, чем половина респондентов, сообщали: африканеры (45,5% (n10) и 22,7% (n5) соответственно); «белые» (White / Caucasian) – 33,3% (n2) и 33,3% (n2) соответственно; англичане – 56,3% (n9) и 18,8% (n3) соответственно; немцы – «плохое» – 100% (n2). Единственный респондент-зулус и единичные респонденты, указавшие в числе предков «коренных американцев», греков и шотландцев, выбрали опцию «плохое». Также ответ «очень плохое» выбрали один из двух респондентов тсонга и один из двух «африканцев» – 50%.

Заметим, что наблюдается определенная связь между представлениями о влиянии этнического происхождения на карьеру и об отношении государства к разным этническим группам. 61,3% (n 19) респондентов, сообщивших о негативном влиянии этнического происхождения на карьеру, оценивают отношение государства к их этносам как «плохое» и «очень плохое». Этот процент снижается у тех, кто отмечает положительное или двойственное влияние этнического происхождения на карьеру – 42,9% (n 3) и 42,3% (n 11) соответственно. И, наоборот, только 22,7% (n 5) тех, кто считает, что этническое происхождение не влияет на их карьеру, сообщают о «плохом» или «очень плохом» отношении государства к их народам.

Объяснение влияния происхождения на карьеру, возможно, кроется в упомянутой одним из респондентов практике «оформления витрин» – приеме на определенные должности представителей определенных групп; сюда же, наверное, следует отнести ряд не упомянутых респондентами узаконенных правительственных мер по улучшению экономического положения угнетаемых в прошлом групп (Broad-Based Black Economic Empowerment, B-BBEE) [17; 18]. Один из экспертов в ответе на открытый вопрос о мерах по улучшению межэтнических отношений (см. далее) сформулировал это так: «Должность – лучшему работнику, а не на основании его этнической принадлежности»!

Респонденты, выбравшие варианты «очень хорошее» и «хорошее» при ответе на вопрос об отношении государства к их этнической группе, склонны лучше оценивать межэтнические отношения в стране – хорошими межэтнические отношения считают 33,3% (n 1) и 31,3% (n 5) соответственно; плохими же считают их 66,7% (n 2) и 25% (n4) соответственно. Из выбравших ответ «безразличное» так считают 3,4 % (n 1) при 69% давших ответ «нет» на вопрос об оценке межэтнических отношений. Выбравшие ответ «плохое» считают межэтнические отношения хорошими в 12,5% (n 3) и плохими в 66,7% (n 16). Выбравшие ответ «очень плохое» считают межэтнические отношения хорошими в 7,1% (n 1), а плохими в 71,4% (n 10). Затруднились ответить: 43,8% (n 7) выбравших ответ «хорошее»; 27,6% (n 8) выбравших «безразличное»; 20,8% (n 5) – «плохое»; 21,4% (n 3) – «очень плохое».

Судя по большому количеству предложений по улучшению межэтнических отношений, высказанных респондентами при ответе на вопрос «Что и кем должно быть сделано в сфере межэтнических отношений в ЮАР сейчас или в будущем?» (см. далее), а ответили на этот вопрос 69 респондентов, речь идет о недовольстве существующей в стране политикой в области межнациональных отношений.

Этничность и СМИ

На вопрос «Что Вы думаете о представленности вашей этнической группы в СМИ?» были получены ответы 84 респондентов. 20 респондентов (23,81%) выбрали вариант «недостаточно представлена». 35 респондентов (41,67%) считают, что она «представлена неверно». 15 респондентов (17,86%) полагают, что она «представлена объективно». 14 респондентов (16,67%) выбрали вариант «представлена чрезмерно». Один из экспертов, воздержавшихся от ответа, заметил: «Я считаю, что моя этническая группа, то есть «немецкая белая», на самом деле не представлена, но я не сказал бы, что она «недостаточно представлена»; поскольку нас не так много, нет причин, по которым она должна быть представлена подробнее».

Восприятие того как представлен в СМИ народ, к которому относится респондент, влияет на представление об отношении государства к этому народу (n=83). Те из ответивших, кто считает, что их этническая группа представлена в СМИ в неверном свете, сообщили о плохом отношении государства в 32,4% ответов и еще в 26,5% – об «очень плохом». В то же время, среди ответов тех, кто считает, что их народы недостаточно представлены в СМИ, сообщений о плохом отношении государства – 20%, об очень плохом – 15%. Среди ответов тех, кто выбрал вариант «представлена объективно», сообщений о «плохом» отношении государства также 20%, однако, об «очень плохом» только – 6,7%. И, наоборот, варианты «очень хорошее» и «хорошее», характеризующие отношение государства к их этническим группам, чаще всего выбирают те, кто считает, что их группа «представлена объективно» – 6,7% и 60% соответственно. Среди ответов тех, кто считает, что их этнос представлен чрезмерно 35,7% выбирают вариант «плохое», 7,1% - «очень плохое».

Восприятие того как представлен в СМИ народ, к которому относится респондент, влияет на общую оценку межэтнических отношений в стране: больше половины респондентов, выбравших любые варианты, кроме «представлена объективно», не считают их хорошими (n =83). Те из респондентов, кто считает, что их группа в СМИ «представлена объективно» выбрали следующие варианты ответов на вопрос «Как Вы думаете, хороши ли межэтнические отношения в сегодняшней ЮАР?»: «да» – 26,7% (n 4); «нет» – 33,3% (n 5); «затрудняюсь ответить» – 40% (n 6). Те из респондентов, кто считает, что их группа «чрезмерно представлена» выбрали следующие варианты ответов: «да» – 7,1% (n 1); «нет» – 57,1% (n 8); «затрудняюсь ответить» – 35,7% (n 5). На наш взгляд, это может быть связано с пониманием экспертами недопустимости «перекосов» в данной сфере. Те же, кто считает, что их группа «недостаточно представлена» выбрали следующие варианты ответов: «да» – 10% (n 2); «нет» – 60% (n 12); «затрудняюсь ответить» – 30% (n 6). Выбравшие вариант «представлена неправильно» оценивают ситуацию еще пессимистичнее: «да» – 11,8% (n 4); «нет» – 76,5% (n 26); «затрудняюсь ответить» – 11,8% (n 4).

На обязательный вопрос «Пожалуйста, ранжируйте перечисленные ниже факторы в соответствии с их важностью для общественной и политической жизни ЮАР (отмечая самый важный 1-м местом, а наименее важный 9-м)» отвечали все эксперты. Таким образом, в данной работе рассматриваются 87 ответов на вышеназванный вопрос. Этническая идентичность была поставлена большинством респондентов (22,99%) на первое место, опередив национальную. По итогам обработки всей рассматриваемой совокупности ответов экспертов этническая идентичность также оказалась на первом месте. Национальную идентичность, занявшую 2-е место в рейтинге, на 1-е место поставили 20,69% экспертов. На третьем месте – политические партии и их идеологии. Последними по значимости факторами, согласно ответам, оказались традиционные институты и традиционные правители, и неправительственные организации с их программами. Результаты ранжирования, проводившегося сайтом surveymonkey.com (показатели также предоставлены сайтом), представлены таким образом: этническая идентичность – 6,22; национальная идентичность – 5,89; политические партии и их идеологии – 5,85; личные связи (включая родство) – 5,68; классовое сознание – 5,62; гендерная идентичность – 4,71; религиозная идентичность – 4,64; традиционные институты и традиционные правители – 3,51; НПО и их программы – 2,89.

По предположению автора это связано с тем, что эксперты рассматривали этническую идентичность как часть взаимосвязанного комплекса расовых и классовых проблем. Следует пояснить, что национальная идентичность, помещенная экспертами на второе место, продолжает формироваться, но это происходит по-разному среди представителей разных групп. В официальном отчете 2006 г. зафиксирована данная тенденция: снижается число тех, для кого первична этническая и языковая идентичность; напротив, растет число тех, кто определяет себя на основании класса и рода занятий или же определяет себя в качестве африканцев и южноафриканцев[19,c.85]. Африканская / южноафриканская идентичность наиболее сильно выражена у белых, затем (в порядке убывания) у цветных, индийцев и африканцев; этническая/лингвистическая идентичность наиболее сильно выражена у африканцев, но количество людей, для которых она первична, снижается; лингвистическая идентичность наиболее сильна у лиц с низким уровнем образования и низкими доходами [19, c.86].

Ответы на другой вопрос также отчасти проливают свет на столь высокое место этнической идентичности в ранжировании. Экспертам предлагалось также выбрать наиболее близкое их взглядам утверждение, касающееся оценки единства национальной культуры (вопрос «Какое из нижеприведенных утверждений ближе к Вашей точке зрения?»). Ответ на вопрос был обязательным. Всего было получено 88 ответов (один из ответов не включен в обсчет по просьбе эксперта). В существовании единой культуры, объединяющей всех жителей страны, сомневается подавляющее большинство экспертов. 28,7% (n 25) близка позиция «Нет единой культуры ЮАР; существуют культуры многочисленных различных этнических групп». Только 10,3% (n 9) считают утверждение «Существует единая культура, объединяющая культуры всех народов, живущих в ЮАР» близким своей точке зрения. 47,1% (n 41) разделяют положение «Нет единой культуры ЮАР; есть культуры разных социальных групп (например, местных общин, религиозных групп, классов общества и т.д.)». Вариант «иное», обеспечивающий возможность высказать точку зрения, отличную от заранее предложенных, выбрали 13,8% (n 12) экспертов.

В комментариях к ответу «иное» были даны уточнения к предложенным вариантам. Они относились к восприятию респондентами форм культурного разнообразия страны. Во-первых, воспринимаемое наличие единой культуры, по-разному интерпретировалось экспертами. «В первом и третьем есть доля правды; но есть и то, что связывает всех, то есть, то, что связывает людей друг с другом, если они находятся в чужой стране». «В ЮАР есть общие вещи, которые я бы назвал общей культурой; есть вещи, более специфичные для разных социальных групп (пункт c)». «Гибридная культура». «Можно утверждать, что есть одна интегрированная южноафриканская культура, которая в некоторой степени объединяет все этнические группы; но мое впечатление (а я иностранец, который прожил в Южной Африке уже два с половиной года): большинство людей в малой степени контактирует с ней. Большинство людей живет в границах их этнических или расовых групп». «Есть интеграция, которой мы не можем избежать; существуют также отдельные культуры, которые развиваются параллельно с другими». «Большинство людей аффилированы с их этническим происхождением и родным языком, но также испытывают сильное чувство единения как южноафриканцы». «Настройки Вашего опроса не позволяют мне оставить все опции незаполненными, как мне хотелось бы. Я считаю, что объединяющая культура лежит в основе всех групп, но отдельные культуры этнических групп также остаются сильными».

Во-вторых, эксперты обратили внимание на социально-классовые отличия. «Номер три – на стадии развития». «Я полагаю, что это – смесь первого и третьего пункта».

В третьих, значительная часть экспертов подчеркивает важность контекста. «Существует единая культура ЮАР, культуры различных этнических групп, также, как культуры различных социальных групп - это зависит от контекста». «Я не считаю, что в Южной Африке существует одна культурная идентичность, но я не считаю, что культурную самобытность так легко классифицировать по этнической группе (или любой другой группе). Многие люди посчитали бы, что их «идентичность» пересекает многие из этих групп». «Ваши утверждения непонятны. Существует много разных культур, а также культур, которые пересекаются». «Культура – это сложное понятие, и существуют различные уровни культурной принадлежности». «Нет единой интегрированной культуры ЮАР. Один человек может ассоциироваться с несколькими культурами, связанными с этнической принадлежностью, религией или другой принадлежностью, тогда как другие могут неохотно ассоциировать себя с какой-либо одной «культурой»».

Политизация «этничности»

Отвечая на вопрос «Как Вы думаете, должны ли политические организации объединять людей по этническому принципу?» 72 эксперта (82,8%) ответили «нет», однако, 15 человек (17,2%) – ответили «да»; всего было получено 87 ответов. Таким образом, можно констатировать, что право на существование политизированной этничности признается одной шестой частью экспертов, хотя большинство выступает против.

Также обнаруживается связь представлений респондентов о влиянии этнического происхождения на карьеру с допущением существования этнически «окрашенных» политических организаций. Всего рассматривается 87 ответов респондентов. Те, кто отмечает негативное или амбивалентное влияние этничности на карьеру, чаще полагают, что должны существовать такого рода политические организации. И, наоборот, признающие только положительное влияние (или отрицающие влияние этничности на карьеру) не поддерживают или почти не поддерживают создание «этнических» партий. Те, кто на вопрос о влиянии этнического происхождения на карьеру выбрали ответ «да, положительно» на вопрос «Как Вы думаете, должны ли политические организации объединять людей по этническому принципу?» ответили «нет» (100%; n 7). Те, кто на вопрос о влиянии этнического происхождения на карьеру выбрали ответ «нет» на вопрос «Как Вы думаете, должны ли политические организации объединять людей по этническому принципу?» ответили так: «нет» – 95,5 % (n 21); «да» – 4,5 (n 1). Выбравшие ответ «да, отрицательно» отвечали иначе: «да» – 21,9% (n 7); нет 78,1% (n 25). Те, кто выбрал ответ «да, положительно или отрицательно» на вопрос «Как Вы думаете, должны ли политические организации объединять людей по этническому принципу?» отвечали: «да» – 26,9% (n 7); «нет» – 73,1% (n 19).

Из считающих, что межэтнические отношения в современной ЮАР можно назвать хорошими, согласных с тем, что политические организации должны объединять людей по этническому принципу 27,3% (n 3). Из, тех, кто не думает, что межэтнические отношения в современной ЮАР хороши, допускают объединение в партии по этническому принципу 18,9% (n 10); из затруднившихся дать ответ на вопрос об оценке межэтнических отношений – 8,7% (n 2).

Наблюдается и связь с ответами на вопрос о представленности этнической группы респондентов в СМИ: только 6,7% (n 1) респондентов считающих, что их группа «представлена объективно», считают, что политические организации должны объединять людей по этническому принципу (и никто, из выбравших вариант «чрезмерно представлена»)! Выбравшие варианты «недостаточно представлена» и «представлена неправильно» считают, что политические организации должны объединять людей по этническому принципу чаще (20,0% (n 4) и 25,7% (n 9) соответственно).

Эксперты, выбравшие первый вариант («нет единой культуры; существуют культуры этнических групп») при ответе на вопрос о единстве национальной культуры, гораздо чаще допускают возможность создания этнических партий – 36% (n 9). Те, к чьей точке зрения ближе варианты «существует единая культура, объединяющая культуры всех народов ЮАР» и «нет единой культуры, есть культуры разных социальных групп» допускают создание таких партий реже – 11,1% (n 1) и 2,4%(n 1) соответственно.

Оптимизация межэтнических отношений

О положении дел в сфере отношений между различными этническими группами, формировании нации, путях формирования национального самосознания и месте этнической идентичности в этих процессах опрашиваемые эксперты подробнее высказывались, отвечая на открытый вопрос «Что и кем должно быть сделано в сфере межэтнических отношений в ЮАР сейчас или в будущем?». Всего было дано 76 ответов разной степени информативности. Автор данного исследования предпринял попытку их обобщить, при обобщении исключались малоинформативные ответы, например, «непонятно» или «нет ответа» и т.п.

Одно сообщение было посвящено критике предложенного опроса с позиций радикального конструктивизма, отрицающего целесообразность вопрошания об этничности: «Этничность всегда ситуативна. У меня родители-европейцы из двух разных европейских стран. Я родился в Южной Африке и являюсь гражданином Южной Африки. Что еще вы хотите? Этнические ярлыки создаются в социальном плане и используются в политических целях. Какова ваша?». Этот же эксперт высказался, отвечая на вопрос о языке, на котором он думает: «В основном на английском языке, но иногда на сесото, африкаанс, иврите. Но, и в этом случае, Вы должны понимать, что языковые границы – это также социально сотворенные уловки».

Наконец, отвечая на вопрос о мерах по улучшению межэтнических отношений, эксперт, предложил проигнорировать его ответы, аргументируя это своими крайними взглядами: «…Вы не понимаете концепцию этничности, а может быть, попали в ловушку в стиле широкогоровской теории этноса, которая настолько стара, что должна быть мертвой. Более того, именно такая аналитическая перспектива стимулирует строительство так называемых этнических границ и насилие, которое так часто ассоциируется с этим процессом. Этнические различия не вызывают насилия; ожесточенные бои за ресурсы создают этнические (и национальные) социальные границы. Я еще более ужаснулся, увидев, что Вы решили не принимать опрос, который был завершен без ответов на все вопросы. В надежде, что Вы действительно прочтете мои комментарии, я заполнил все, но я предлагаю вам игнорировать все, кроме моих комментариев, поскольку все остальное было завершено с максимально возможными противоречиями». Автор статьи категорически возражает против такой оценки: широкогоровской теории он не придерживается, и уж, тем более не считает, что проводившееся исследование могло в какой-либо степени поспособствовать конструированию этнических границ. Все ответы данного эксперта были исключены из обсчетов.

Многие высказывания относятся сразу к нескольким категориям, поэтому производилось выделение условных категорий, отнесение ответов к одной или нескольким из них и обсчет множественных ответов.

В целом, наибольшая доля экспертов придерживается патерналистских воззрений, надеясь на решение этого непростого вопроса государством и профессиональными политиками. В качестве субъекта деятельности, направленной на улучшение межэтнических отношений, наиболее часто упоминается государство / политическое руководство / правительство и т.п. (46,9% ответов; n 30). При этом экспертами называются: «государство», «правительство», «политики». Один из ответов предельно конкретен – «Надо начать сверху – с Президента и его кабинета».

Далее следуют: люди / мы / все и каждый (26,6% ответов; n 17); система просвещения (4,7%; n 3); гражданское общество / НПО (4,7%; n 3); менеджеры / директора/ бизнесмены (4,7%; n 3); религиозные организации и их лидеры (3,1%; n 2); этнические группы (3,1%; n 2); СМИ (3,1%; n 2); «люди, воспринимающие проблему» (1,6%; n 1) и лидеры этнических общин (1,6%; n 1).

Информация том, что нужно сделать для улучшения межэтнических отношений содержится в 91 высказывании. В качестве направления деятельности по улучшению межэтнических отношений, наиболее часто предлагается: прекращение акцентирования этничности (9,9% ответов, n 9). В частности, это выражено в следующем высказывании: «Вместо того, чтобы поощрять «хорошие» межэтнические отношения, этническая принадлежность должна перестать подчеркиваться; государственными, религиозными организациями, гражданским обществом, академическими учреждениями». В другом ответе речь идет уже об индивидах: «Люди не должны слишком беспокоиться о своих идентичностях или делать их слишком жесткими. Они должны более гордиться личными моральными ценностями, а также, личными и семейными отношениями. Должно быть меньше «нас против них»; больше, именно, «я и ты». Когда люди становятся частью групп, они могут стать опасными. Все группы могут быть эксклюзивными и создавать врагов. Людям скорее следует опираться на основные человеческие добродетели и развивать сострадание, доброту, щедрость и так далее по отношению ко всем, а не только к своей собственной группе…». Еще один респондент выдвинул лозунг: «Меньше мобилизации по этнической/племенной линии»! С ним согласен и другой эксперт: «Забыть, что этничность существует»!

Близки по смыслу и предложения в той или иной форме «убрать расу из политики» (4,4% ответов, n 4). Зачастую они объединяются, как в ответе: «Правительству следует прекратить использовать расу, этническую принадлежность и национальность в качестве средства для распределения милостей или для отказа в услугах людям, особенно не южноафриканцам, живущим в ЮАР. Слишком много ксенофобии». Похожий ответ охватывает и СМИ: «Меньше политического вмешательства и меньше негативной медийной рекламы. Большинство южноафриканцев – хорошие, честные, уважительные люди, которые хотят ладить с другими и строить нацию».

Призывы к борьбе против дискриминации, фанатизма и предубеждений занимают значительное место среди рекомендаций экспертов (8,8% ответов, n 8). Примером может служить такой ответ: «Политические лидеры должны смягчить клевету на другие этносы».

Наличествует и призыв к «полному признанию прошлых преступлений против небелых южноафриканцев» (1,1%, n 1).

Также, был предложен своеобразный вариант «позитивной дискриминации» (1,1%, n 1): «Взаимоотношения между этнической принадлежностью и другими источниками власти / угнетения должны использоваться более прозрачным образом, чтобы влиять на трансформацию тех, кто был наиболее угнетенным в Южной Африке, дабы избежать возникновения открытого межэтнического конфликта».

Объективное отношение к людям в той или иной форме предложено в 7,7% ответов (n 7). В частности, рекомендуется «прозрачное и беспристрастное руководство». Другой эксперт считает, что межэтнические отношения улучшит «содействие мультикультуральности; и государство должно рассматриваться как беспристрастное (справедливое)». Еще один эксперт ответил: «Государство должно покончить с предвзятым отношением». Также была дана такая рекомендация: «Государству необходимо стратегическое вмешательство и руководство экономикой. Быстро развивающаяся экономика и сокращение популистской политики идентичности помогли бы межэтническим отношениям».

Столько же рекомендаций касаются равноправия, следования Конституции и законам. Приведем высказывание, объединяющее эти условно выделяемые категории: «Люди должны жить по конституции; средствам массовой информации нужно больше стараться, чтобы честно представлять всех людей...». Непосредственно о Конституции другой эксперт написал: «Уважать разнообразие и поддерживать нашу Конституцию»! Еще один эксперт полагает, что ситуацию могут улучшить «система ценностей народа и уважение к закону». Было сделано и такое заявление: «Конституция хороша. Нужно хорошее управление, коего нам не хватает». Это – единственное прямое упоминание необходимости хорошего управления (1,1% ответов, n 1). Еще один ответ (1,1%) – «Политики должны взять инициативу на себя и показать пример»!

Близки к этому и рекомендации по ориентации на ценности, общие для всех жителей страны (n2; 2,2%). Примечательно, что в обоих ответах упоминаются неправительственные организации. «Общественные организации должны сосредоточиться на общих интересах, а не на секционных». «Правительство и НПО должны стремиться к равенству в служении всем этническим группам и к общей перспективе для всех этнических групп».

К этим группам, по-видимому, примыкает и единственный ответ такого рода: «Мы должны вновь утвердить светское государство в повседневной жизни».

Тем не менее, один из экспертов указал, что необходимо «изменить законодательство».

В заметной части ответов надежды возлагаются на систему образования (8,8% ответов; n 8). Например, один из экспертов пишет: «Правительство должно тратить деньги на образование. Образование – ключ к взаимопониманию, уважению и кооперации, необходимых для мира и прогресса в ЮАР».

Ряд высказываний предполагает «обучение» толерантности. «Государство должно воспитывать людей так, чтобы этнические различия не вызывали трения между различными этническими группами». «Я думаю, можно было бы начать с малого, заставляя менеджеров, директоров и т. д. пройти обучение разнообразию. Тогда я думаю, что это должно быть развернуто для всех сотрудников, особенно в компаниях с большим количеством белых людей. Я думаю, что они нуждаются в наибольшей подготовке в Южной Африке, ибо, белая (особенно африкаансская) идентичность очень хрупка в этой стране. Отсюда их постоянный оборонительный, а иногда и агрессивный характер, когда проблемы расы выносятся на первый план. Необходимо сосредоточить внимание на низовом уровне». «Использовать школьную программу для более эффективного освещения вопросов разнообразия и этничности». «Трансформация образовательной программы». Заметим, что признание разнообразия и воспитание толерантности упоминаются шесть раз (6,6% ответов).

Еще один ответ, упоминающий образование, предлагает целый ряд мер (охватывая такие введенные автором категории обсчета ответов как «поддержка женщин всех этносов», «ограничение власти традиционных правителей» и «введение единого общенационального языка» (n 1; 1,1% ответов)): «Традиционные власти должны быть ограничены. Образование должно быть улучшено, и мы должны использовать английский в качестве единственного официального языка, но, очевидно, обеспечивая поддержку других языков, где это необходимо. Намного больше нужно сделать, чтобы поддержать женщин всех этнических групп».

В других высказываниях образование рассматривается как средство преодоления существующего неравенства, развития человеческого капитала. «Работа (по борьбе) с бедностью, неправильным образованием, маргинализацией большинства улучшит межэтнические отношения». «Правительству и частному сектору следует работать вместе, чтобы помогать всем, кто нуждается в их помощи, посредством грантов, создания рабочих мест, доступа к ресурсам для удовлетворения основных человеческих потребностей и т. д. Для каждого человека в стране должен существовать пятилетний или десятилетний план обучения до разумного функционального уровня».

Всего же борьбе с бедностью и устранению неравенства уделяется внимание в 7,7% ответов (n7). Это может быть рекомендация: «Нам необходимо решать проблему нищеты и неравенства». И признание того, что необходима «социальная программа в стране, со стороны государства». Были и предложения создания социально ориентированных совместных программ государства и частного бизнеса. «Лица с экономической и политической властью должны вкладывать средства в создание институтов и долгосрочных проектов, которые бы стерли бы межэтнические (и классовые) барьеры».

Изменение менталитета встречается в четырех ответах (4,4%). Один из экспертов так отвечает на этот вопрос: «Изменение политического менталитета для обеспечения лучшей межэтнической интеграции и социальной гармонии. Также необходимо изменить восприятие обществом «хорошего управления». «Система ценностей народа и уважение к закону» в качестве ключевых факторов упоминаются другим экспертом. Еще один эксперт пишет о необходимости изменений восприятия «других»: «Я думаю, нас учат относиться друг к другу так, как мы делаем это в настоящее время. Если мы хотим, чтобы это изменилось, мы должны относиться друг к другу как к людям, а не только к представителям «цветов» и рас».

В отношении предполагаемых масштабных проектов, выбора магистральной линии, мнения экспертов разделились.

Пять ответов (5,5%) в той или иной форме предлагают в качестве выхода развитие мультикультурного общества. Помимо уже приведенного предложения «обучения разнообразию» на рабочих местах были дан ряд рекомендаций. «Более широкое признание государством групп меньшинств, вместо гомогенизации всех культурных групп». «Содействие мультикультуральности; и государство должно рассматриваться как беспристрастное». «Каждый человек, каждый индивид должен приложить усилия, чтобы понять людей разного этнического происхождения. Относитесь к людям с уважением и научите своих детей относиться к людям с уважением. Мы не все одинаковы, и если мы попытаемся понять друг друга, сочувствовать истории друг друга, наша жизнь станет лучше. Это очень сильно – признать, что вы не понимаете кого-то, но желаете c ними познакомиться, чтобы лучше их понимать». «Поощрять взаимодействие между этническими группами, подчеркивая тот факт, что мы должны объединяться с учетом наших различий; подчеркивать индивидуальную эффективность, а не расовую / этническую принадлежность, признать тот факт, что мы разные и не можем быть во всем одинаковыми». Заметим, что поощрению межэтнического взаимодействия посвящено 5,5% ответов (n5).

Необходимость диалога этнических культур или их представителей упоминается в 4,4% ответов (n4).

С другой стороны, рекомендуется и национальная интеграция (n 4; 4,4% ответов). «Продолжить строительство объединенного общества»! «Правительству следует сделать приоритетом объединение людей из всех этнических групп и создание национальной идентичности. В настоящее время мы разделяемы заявлениями и обвинениями». «Правительство должно содействовать инклюзии»! «Все южноафриканцы должны работать вместе над достижением общей этнической принадлежности, выходящей за пределы этнических групп».

Экспертами предлагались и радикальные меры (n 2; 2,2%). Один из экспертов считает, что существует «потребность в преднамеренном разрушении этнических различий»; другой рекомендует «устранение всех этнических различий».

Выводы.

Межэтнические отношения в ЮАР по состоянию на конец 2016г. – начало 2017 г. не удовлетворили большинство (более 60%) экспертов. И тому есть ряд причин.

В стране сохраняется классовое неравенство и неравенство в возможностях получения жизненно необходимых благ. При этом существует зафиксированная в официальных документах (результатах переписей и опросов) связь этого неравенства с расовой принадлежностью. Также существует связь между уровнем доходов и квалификацией граждан ЮАР и выбором ими этнической идентичности в качестве главной. Таким образом, помещая этническую идентичность на первое место в ранжировании, эксперты констатировали более низкий уровень доходов и образования большинства (т.е. черных граждан ЮАР). В пользу такой интерпретации результатов свидетельствует ряд высказываний экспертов об актуальности изучения межрасовых отношений.

Ряд экспертов указывает, что раса и этническая принадлежность во-первых политизированы, во-вторых, влияют на распределение благ и возможностей в современной ЮАР. В ответах упоминаются различные аспекты этих явлений от констатации сохранения негативных последствий апартеида до упреков современным политикам.

Значительная часть экспертов фиксирует тот факт, что национальная культура и национальное самосознание страны все еще находятся в состоянии формирования. Это проявляется и в простой констатации значительной частью экспертов отсутствия единой надэтнической культуры страны, и в предложениях по улучшению межэтнических отношений с помощью организации диалога различных этнических и расовых групп. Сюда же относятся пожелания возникновения общества, объединенного заботой об общем благе, а не разобщенного заботой о групповых интересах. Это проявляется и в предложениях по формированию национальной идентичности.

Альтернативой, предлагаемой рядом экспертов являются предложения по созданию общества, основанного на признании права на существование разнообразных культур (мультикультурализм).

Библиография
1.
Притворов А.В., Шубин Г.В. Исторический очерк // Южно-Африканская Республика. Справочник. М., ИАфр РАН, 2014.c. 68, 72.
2.
Irobi E.G. Ethnic Conflict Management in Africa: A Comparative Case Study of Nigeria and South Africa. May, 2005. URL: http://www.beyondintractability.org/casestudy/irobi-ethnic
3.
At least 150 people die in clashes between the ANC and IFP. 1990, 15 August // SAHO. URL: http://www.sahistory.org.za/dated-event/least-150-people-die-clashes-between-anc-and-ifp
4.
Ngalwa S. 'Zulu-Xhosa rift has civil war potential' / NEWS. SOUTH AFRICA / IOL. 2006, 8 October.. URL: http://www.iol.co.za/news/south-africa/zulu-xhosa-rift-has-civil-war-potential-296735
5.
South Africa: Shifting Loyalties Within the ANC . 2012, Jan. 20. / Stratfor Worldview. URL: https://worldview.stratfor.com/analysis/south-africa-shifting-loyalties-within-anc
6.
Тишков В.А. Реквием по этносу: Исследования по социально-культурной антропологии. М.: Наука. 2003. с.116,121.
7.
The Ethnic Identity in Contemporary Republic of South Africa. URL: https://ru.surveymonkey.com/r/B9M5WP3
8.
Приложение 1. Бланк анкеты, использовавшейся в ходе полевых исследований Российской комплексной экспедиции в Объединенной Республике Танзания в сезоне 2005 г. // Межрасовые и межэтнические отношения в современной Танзании: Труды Российской комплексной экспедиции в Объединенной Республике Танзания (сезон 2005 г.). М.: Ленанд, 2008. с.217-221.
9.
Community Survey 2016, Statistical release P0301 / Statistics South Africa. Pretoria: Statistics South Africa, 2016. P. 20 – 22. URL: http://cs2016.statssa.gov.za/wp-content/uploads/2016/07/NT-30-06-2016-RELEASE-for-CS-2016-_Statistical-releas_1-July-2016.pdf
10.
Census 2011 Census in brief / Statistics South Africa. Pretoria: Statistics South Africa, 2012.// Report no.: 03-01-41. URL: http://www.statssa.gov.za/census/census_2011/census_products/Census_2011_Census_in_brief.pdf
11.
Входящее электронное письмо от 13 декабря 2016, 20:05. Личный архив автора.
12.
Race, Ethnicity and Language in South Africa. URL: https://welections.wordpress.com/guide-to-the-2014-south-african-election/race-ethnicity-and-language-in-south-africa/
13.
South Africa / Africa // The World Factbook. URL: https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/geos/sf.html
14.
Cornell S., Hartmann D. Ethnicity and Race: Making Identities in a Changing World. Second Edition. Pine Forge Press, 2007.P. 140-145.
15.
Грибанова В.В. Поиски этнокультурной идентичности в образовательном процессе ЮАР: история и современность // Этнокультурная идентичность в современной Африке (в печати). c. 5,6.
16.
Грибанова В.В. «Fees must Fall» – новая страница протестного движения южноафриканской молодежи (акции 2015-2016 гг.) // Антропология Африки: новые объекты исследования (в печати). c.5.
17.
Broad-Based Black Economic Empowerment Act 53 of 2003. URL: https://web.archive.org/web/20101203213807/http://www.info.gov.za/view/DownloadFileAction?id=68031
18.
"Amended B-BBEE Codes of Good Practice Launch Presentation by the Minister" (PDF). Department of Industry and Trade, South Africa. 2014, 28 March. URL: http://www.thedti.gov.za/economic_empowerment/docs/bee_launch.pdf
19.
Policy Co-ordination and Advisory Services (PCAS). Social Sector. The Presidency. A nation in the making: A discussion document on macro-social trends in South Africa. URL: http://www.gov.za/sites/www.gov.za/files/socioreport_1.pdf
20.
Филиппов В.Р. Этничность и власть в столичном мегаполисе. Москва, Институт Африки РАН. 2009.
21.
Фитуни Л.Л., Абрамова И.О. Закономерности формирования и смены моделей мирового экономического развития //Мировая экономика и международные отношения. 2012. № 7. С. 3-15.
References (transliterated)
1.
Pritvorov A.V., Shubin G.V. Istoricheskii ocherk // Yuzhno-Afrikanskaya Respublika. Spravochnik. M., IAfr RAN, 2014.c. 68, 72.
2.
Irobi E.G. Ethnic Conflict Management in Africa: A Comparative Case Study of Nigeria and South Africa. May, 2005. URL: http://www.beyondintractability.org/casestudy/irobi-ethnic
3.
At least 150 people die in clashes between the ANC and IFP. 1990, 15 August // SAHO. URL: http://www.sahistory.org.za/dated-event/least-150-people-die-clashes-between-anc-and-ifp
4.
Ngalwa S. 'Zulu-Xhosa rift has civil war potential' / NEWS. SOUTH AFRICA / IOL. 2006, 8 October.. URL: http://www.iol.co.za/news/south-africa/zulu-xhosa-rift-has-civil-war-potential-296735
5.
South Africa: Shifting Loyalties Within the ANC . 2012, Jan. 20. / Stratfor Worldview. URL: https://worldview.stratfor.com/analysis/south-africa-shifting-loyalties-within-anc
6.
Tishkov V.A. Rekviem po etnosu: Issledovaniya po sotsial'no-kul'turnoi antropologii. M.: Nauka. 2003. s.116,121.
7.
The Ethnic Identity in Contemporary Republic of South Africa. URL: https://ru.surveymonkey.com/r/B9M5WP3
8.
Prilozhenie 1. Blank ankety, ispol'zovavsheisya v khode polevykh issledovanii Rossiiskoi kompleksnoi ekspeditsii v Ob''edinennoi Respublike Tanzaniya v sezone 2005 g. // Mezhrasovye i mezhetnicheskie otnosheniya v sovremennoi Tanzanii: Trudy Rossiiskoi kompleksnoi ekspeditsii v Ob''edinennoi Respublike Tanzaniya (sezon 2005 g.). M.: Lenand, 2008. s.217-221.
9.
Community Survey 2016, Statistical release P0301 / Statistics South Africa. Pretoria: Statistics South Africa, 2016. P. 20 – 22. URL: http://cs2016.statssa.gov.za/wp-content/uploads/2016/07/NT-30-06-2016-RELEASE-for-CS-2016-_Statistical-releas_1-July-2016.pdf
10.
Census 2011 Census in brief / Statistics South Africa. Pretoria: Statistics South Africa, 2012.// Report no.: 03-01-41. URL: http://www.statssa.gov.za/census/census_2011/census_products/Census_2011_Census_in_brief.pdf
11.
Vkhodyashchee elektronnoe pis'mo ot 13 dekabrya 2016, 20:05. Lichnyi arkhiv avtora.
12.
Race, Ethnicity and Language in South Africa. URL: https://welections.wordpress.com/guide-to-the-2014-south-african-election/race-ethnicity-and-language-in-south-africa/
13.
South Africa / Africa // The World Factbook. URL: https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/geos/sf.html
14.
Cornell S., Hartmann D. Ethnicity and Race: Making Identities in a Changing World. Second Edition. Pine Forge Press, 2007.P. 140-145.
15.
Gribanova V.V. Poiski etnokul'turnoi identichnosti v obrazovatel'nom protsesse YuAR: istoriya i sovremennost' // Etnokul'turnaya identichnost' v sovremennoi Afrike (v pechati). c. 5,6.
16.
Gribanova V.V. «Fees must Fall» – novaya stranitsa protestnogo dvizheniya yuzhnoafrikanskoi molodezhi (aktsii 2015-2016 gg.) // Antropologiya Afriki: novye ob''ekty issledovaniya (v pechati). c.5.
17.
Broad-Based Black Economic Empowerment Act 53 of 2003. URL: https://web.archive.org/web/20101203213807/http://www.info.gov.za/view/DownloadFileAction?id=68031
18.
"Amended B-BBEE Codes of Good Practice Launch Presentation by the Minister" (PDF). Department of Industry and Trade, South Africa. 2014, 28 March. URL: http://www.thedti.gov.za/economic_empowerment/docs/bee_launch.pdf
19.
Policy Co-ordination and Advisory Services (PCAS). Social Sector. The Presidency. A nation in the making: A discussion document on macro-social trends in South Africa. URL: http://www.gov.za/sites/www.gov.za/files/socioreport_1.pdf
20.
Filippov V.R. Etnichnost' i vlast' v stolichnom megapolise. Moskva, Institut Afriki RAN. 2009.
21.
Fituni L.L., Abramova I.O. Zakonomernosti formirovaniya i smeny modelei mirovogo ekonomicheskogo razvitiya //Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniya. 2012. № 7. S. 3-15.