Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 1861,   статей на доработке: 314 отклонено статей: 766 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Еще один аргумент против стадии возбуждения уголовного дела
Афанасьев Алексей Юрьевич

кандидат юридических наук

адъюнкт адъюнктуры Нижегородской академии МВД России

603950, Россия, Нижегородская область, г. Нижний Новгород, ул. Анкудиновское Шоссе, 3

Afanas'ev Aleksei Yur'evich

PhD in Law

Adjunct at Nizhni Novgorod Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia

603950, Russia, Nizhegorodskaya oblast', g. Nizhnii Novgorod, ul. Ankudinovskoe Shosse, 3

afanasev_alexey@bk.ru
Репин Максим Евгеньевич

начальник смены дежурной части отдела полиции № 5 Управления МВД России по г. Нижнему Новгороду

603001, Россия, Нижегородская область, г. Нижний Новгород, ул. Нижневолжская Наб., 12

Repin Maksim Evgen'evich

head of the duty shift at Police Department No. 5 of the Directorate of the Ministry of Internal Affairs of Russia for Nizhni Novgorod

603001, Russia, Nizhegorodskaya oblast', g. Nizhnii Novgorod, ul. Nizhnevolzhskaya Nab., 12

me_repin@mail.ru

Аннотация.

На сегодняшний день стадия возбуждения уголовного дела находится в крайне спорном состоянии. Значительная часть представителей уголовно-процессуальной науки и практики заявляют о необходимости пересмотра роли и места данной стадии в уголовном процессе вплоть до ее ликвидации. При этом в обоснование своей позиции различные авторы приводят множество аргументов. В данной статье отражаются ряд таких положений, выступающие с авторской точки зрения существенными в вопросе исключения анализируемой стадии из уголовного процесса. Кроме этого, автором установлено, что одним из ключевых оснований для ликвидации стадии возбуждения уголовного дела выступает ее повышенная коррупциогенность, исходящая от диспозитивного положения ч. 2 ст. 140 УПК РФ. Определение степени коррупционного риска данной нормы и в целом уголовно-процессуального решения о возбуждении (об отказе в возбуждении) уголовного дела стало возможным благодаря методу статистического многомерного анализа, а именно кластерного анализа. Помимо этого, в статье использована группа общенаучных и специальных методов научного познания. В результате исследования с учетом зарубежного опыта реформирования уголовно-процессуального законодательства и отечественных разработок в области совершенствования досудебного производства было предложено исключить стадию возбуждения уголовного дела из уголовного процесса и связанные с ней нормы из УПК РФ. Тем самым представлен вариант начала досудебного производства с момента регистрации сообщения о преступлении.

Ключевые слова: возбуждение уголовного дела, стадии уголовного процесса, коррупционный риск, коррупциогенный фактор, юридико-лингвистическая неопределенность, кластерный анализ, следственные действия, следователь, уголовно-процессуальное решение, сообщение о преступлении

DOI:

10.25136/2409-7136.2018.3.23180

Дата направления в редакцию:

31-05-2017


Дата рецензирования:

04-06-2017


Дата публикации:

29-03-2018


Abstract.

Today the stage of initiation of legal proceedings is in extremely disputable state. A considerable part of representatives of criminal procedure science and practicians declare need of revision of a role and the place of this stage for criminal trial up to her elimination. At the same time in justification of the position various authors adduce a set of arguments. In this article a number of such provisions acting from the author's point of view essential in a question of an exception of the analyzed stage of criminal trial are reflected. Besides, by the author it is established that the raised korruptsiogennost of the specified procedure proceeding from the dispositive provision of the p. 2 of Art. 140 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation acts as one of the main bases for elimination of a stage of initiation of legal proceedings. Definition of degree of corruption risk of this norm and in general the criminal procedure decision on excitement (about refusal in excitement) criminal case has become possible thanks to a method of the statistical multidimensional analysis, namely cluster analysis. In addition, in article the group general scientific and specially methods of scientific knowledge is used. As a result of a research taking into account foreign experience of reforming of the criminal procedure legislation and domestic developments in the field of improvement of pre-judicial production it was offered to exclude a stage of initiation of legal proceedings from criminal trial and the related norms from the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation, thereby having presented option of the beginning of pre-judicial production from the moment of registration of the message on a crime.

Keywords:

investigator, investigative actions, cluster analysis, legal-linguistic uncertainty, corruptogenic factor, corruption risk, stages of criminal trial, Initiation of legal proceedings, criminal procedure decision, message on a crime

На первый взгляд может показаться, что указанная в названии статьи проблема уже «избита», что она уже неоднократно становилась предметом обсуждений и исследований, и что «нового» в ней ничего нет. Однако, несмотря на это по сей день правоприменители сталкиваются с массой производных от стадии возбуждения уголовного дела проблем, до сих пор соответствующего решения данной ситуации нет, а оно требуется… Это и заставляет искать пути разрешения, в том числе качественно новые, оригинальные.

Современный уголовный процесс содержит в себе значительное количество спорных, иной раз, весьма противоречивых положений (действий, процедур, институтов и т. д.). Очевидно, что возбуждение уголовного дела, выступая одной из таких процедур, справедливо приковывает к себе внимание представителей как уголовно-процессуальной науки, так и практики.

В ней собралось все: от проблемных аспектов ее практической реализации – до несовершенной уголовно-процессуальной регламентации. О тех и других проблемах уже неоднократно отмечалось различными авторами [13; 16]. Разумеется, говоря о подобных недостатках, они приходили к выводу о необходимости исключения данной стадии из уголовного процесса.

Приведем некоторые из имеющихся на сегодняшний день аргументов против стадии возбуждения уголовного дела с нашей интерпретацией:

- дореволюционный уголовный процесс подобной особой стадии не содержал [1, с. 7-10], и ничто не мешает обратиться к истории и пересмотреть нынешнюю стадию;

- действующий УПК РФ «стирает» границы между стадиями досудебного производства путем расширения перечня следственных и процессуальных действий возможных до возбуждения уголовного дела (расширение ведет, по мнению некоторых авторов, к стиранию грани между стадиями возбуждения уголовного дела и предварительного расследования и, в конечном счете, может сделать первую вообще не нужной) [2, с. 20], что делает бессмысленным разделение на стадии возбуждения уголовное дела и предварительного расследования;

- стадия возбуждения уголовного дела не влечет никаких особых правовых последствий, в частности процедура возбуждения уголовного есть всего лишь придание производству официального вида путем присвоения номера уголовному делу [3, с. 74];

- процессуальная форма осуществления стадии возбуждения уголовного дела является субъективным барьером в деятельности стороны обвинения [4];

- наличие этой стадии в современном уголовном процессе России мешает оперативному ходу расследования преступления и ведет к утрате доказательственного материала [5, с. 84];

- запутанность процесса доказывания на данной стадии, так как произведенные следственные и процессуальные действия до возбуждения уголовного дела дублируется на предварительном расследовании [6, с. 102].

Очевидно, это всего лишь малая часть доводов представителей уголовно-процессуальной науки, выступающих за ликвидацию анализируемой стадии. Тем не менее, как можно заметить, все приведенные аргументы весьма убедительны и, по сути, задевают за самые уязвимые места изжившей себя стадии. Безусловно, есть и те, кто поддерживает действующую процедуру возбуждения уголовного дела [7, с. 114-120]. Однако их аргументация бессильна, поскольку она не учитывает нынешнее деформированное состояние стадии возбуждения уголовного дела и основана на устоявшемся годами возвышении мнимой ее значимости.

На наш взгляд, стадия возбуждения уголовного дела требует кардинального пересмотра вплоть до ее исключения из уголовного процесса еще по одному основанию – повышенному уровню коррупционного риска уголовно-процессуальных решений о возбуждении уголовного дела и об отказе в возбуждении уголовного дела, сосредоточенного в соответствующих нормах УПК РФ. Данный аргумент возник не случайным образом, а нашел свое подтверждение научно-экспериментальным способом в рамках уже проведенного исследования [8, с. 110-160, 171-190].

Гипотеза исследования такова: норма УПК РФ, содержащая коррупциогенный фактор, создает коррупционный риск и может привести к совершению коррупционных преступлений должностными лицами уголовного процесса.

О каких же коррупциогенных факторах идет речь? Здесь нам ответ дает специальное антикоррупционное законодательство [9] и применительно к УПК РФ могут быть такие факторы как:формулировка «вправе», широкие дискреционные полномочия, юридико-лингвистическая неопределенность.Среди норм УПК РФ, регламентирующих возбуждение уголовного дела и отказ в возбуждении уголовногодела, имеется соответствующая коррупциогенная норма в виде юридико-лингвистической неопределенности.

Эточ. 2 ст. 140 УПК РФ, где говорится, что «основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных (курсив наш. – А. Ю., М. Е.), указывающих на признаки преступления», которая в связке с ч. 1 ст. 146 УПК РФ: «При наличии повода и основания, предусмотренных статьей 140… орган дознания, дознаватель, руководитель следственного органа, следователь… возбуждают уголовное дело…» и создает коррупционно-опасную ситуацию. На это же положение ссылается и норма УПК РФ об отказе в возбуждении уголовного дела – ч. 1 ст. 148 УПК РФ: «При отсутствии основания для возбуждения уголовного дела руководитель следственного органа, следователь, орган дознания или дознаватель выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела» заставляет обратиться к ч. 2 ст. 140 УПК РФ, где содержится та самая неопределенная формулировка «наличие достаточных данных », чтобы понять есть ли основание или нет [8, с. 105].

Насколько реален коррупционный риск, образуемый данным коррупциогенным фактором, то есть ч. 2 ст. 140 УПК РФ, возможно установить лишь опытным путем – с помощью кластерного анализа эмпирических данных о коррупционных преступлениях, а именно случаев получения взятки должностными лицами при принятии уголовно-процессуальных решений о возбуждении (об отказе в возбуждении) уголовного дела. Что и было сделано в рамках исследования и было установлено, что если следователь (дознаватель) или иное уполномоченное УПК РФ на это лицо принимает уголовно-процессуальное решение о возбуждении уголовного дела либо об отказе в возбуждении уголовного дела, то на 86% вероятно, что он получит взятку. Соответственно, ч. 2 ст. 140 УПК РФ, содержащая юридико-лингвистическую неопределенность «при наличии достаточных данных» и является коррупциогенным фактором и коррупциогенность данного положения – 86%. Иными словами, на 86% вероятно, что именно данное положение позволяет правоприменителям (следователю, дознавателю, руководителю следственного органа, должностным лицам органа дознания) получать взятки [8, с. 134, 138].

Данное положение можно подкрепить значительным количеством примеров из практики, когда следователь (дознаватель) получал взятки при решении вопроса о возбуждении (об отказе в возбуждении) уголовного дела. В частности, 25 сентября 2014 г. был задержан следователь Управления СК России по Тульской области, который при проверке сообщения о преступлении в отношении жителя области решил получить от него 3 млн. руб. за вынесение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела [10]; 1 февраля 2016 г. задержан старший следователь одного из территориальных отделов МВД по Кабардино-Балкарской Республике при получении взятки в сумме 35 тыс. руб. от жителя Баксанского района, подозреваемого в совершения кражи из продуктового магазина в г. Нарткала, за «невозбуждение» уголовного дела в отношении подозреваемого [11]; следователь следственного отдела органа внутренних дел по г. Серпухов вымогал деньги у одного из инспекторов отделения службы 6-го отдела полиции Управления полиции на метрополитене ГУ МВД России по г. Москве, в отношении которого велась проверка по факту незаконного проникновения в жилище, за не возбуждение уголовного дела. Данный следователь был задержан с поличным при получении им 100 тыс. руб. [12]. Как видно из последнего примера, зачастую, получение взятки сопряжено с вымогательством, ответственность за которое предусмотрена специальной нормой п «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

А возможность для такой свободы распоряжения правом на возбуждение либо на отказ в возбуждении уголовного дела предоставляется, как мы установили, именно диспозитивной нормой – ч. 2 ст. 140 УПК РФ, где закреплено что «наличие достаточных данных», указывающих на признаки преступления является основанием для возбуждения уголовного дела. То есть отсутствие «достаточных данных» есть основание для отказа в возбуждении уголовного дела. Об этом же нам говорит ч. 1 ст. 148 УПК РФ – «Отказ в возбуждении уголовного дела», которая пересылает правоприменителя к той самой ч. 2 ст. 140 УПК РФ.

Разрешение вопроса о наличии либо отсутствии основания относительно любого уголовного-процессуального решения является определяющим. И потому ч. 2 ст. 140 УПК РФ выступает определяющей и центральной нормой не только для принятия решения о возбуждении уголовного дела либо об отказе в возбуждении уголовного дела, но и для всей уголовно-процессуальной стадии возбуждения уголовного дела. Исходя из того, что решение о возбуждении либо об отказе в возбуждении уголовного дела составляет основу данной стадии, весьма справедливо утверждение, что вся стадия возбуждения уголовного дела и заключается на этом уголовно-процессуальном решении.

Таким образом, для современного российского уголовного процесса назрела острая необходимость ликвидации данной стадии из уголовного процесса, а соответствующих норм из УПК РФ, поскольку иные законодательные манипуляции не способны нейтрализовать (снизить) такой повышенный уровень коррупционного риска.

О подобных кардинальных мерах высказывались весьма именитые ученые-процессуалисты такие как Б.Я. Гаврилов, А.С. Александров и ряд других [13, с. 18; 14]. Очевидно, что такое исключение не может быть произведено без учета ряда условий, которые носят принципиальное значение для уголовно-процессуальной системы. Ликвидация норм УПК РФ о возбуждении уголовного дела и всех иных норм УПК РФ, существующих в виду наличия «уголовного дела» не должна привести к проблемам в функционировании механизма уголовно-процессуального реагирования на противоправное деяние, реализации процессуальных гарантий, полномочий, возложенных на должностных лиц уголовного процесса, а также контрольно-надзорного потенциала уполномоченных органов (прокуратуры, суда и др.) в досудебном производстве.

Последним аргументом для столь решительных мер является то, что исключение практически никаким образом не отразиться на эффективности уголовного процесса, поскольку нынешняя форма стадии возбуждения уголовного дела по мнению большинства авторов выступает «формальностью» или даже кантовской «вещью в себе» [4]. Остается перестроить нормы УПК РФ для их реализации в «новых» условиях, где не будет процедуры возбуждения уголовного дела.

Уголовно-процессуальная наука и практика уже давно выдвигала предложения по совершенствованию досудебного производства, касающиеся именно ликвидации стадии возбуждения уголовного дела и закреплении иной формы начала досудебного производства. Высказывалась позиция, что производство по делу необходимо возбуждать подачей заявления о фактических событиях, содержащих противоправность [15, c. 16; 16, с. 34]. В настоящее время уже существует практика внедрения такого порядка начала производства по сообщению о преступлении. Так, обширно используется англосаксонская модель уголовного процесса в странах СНГ, Прибалтики и др., которая в частности не предусматривает стадии возбуждения уголовного дела.

К примеру, в уголовном процессе Украины досудебное расследование начинается с момента внесения заявления, сообщения о совершенном преступлении в Единый реестр досудебных расследований – ЕРДР (ст. 214 УПК Украины) [17], в Грузии – после получения информации о преступлении (ст. 100 УПК Грузии) [18], в Эстонии – после совершения первого следственного или иного процессуального действия (ст. 193 УПК Эстонии) [19], в Казахстане – с регистрации заявления, сообщения об уголовном правонарушении в Едином реестре досудебных расследований либо после производства первого неотложного следственного действия (ст. 179 УПК Казахстана) [20].

Попытки по реформированию российского уголовного процесса по типу англосаксонской модели уже предпринимались. Существуют по этому поводу и проекты по внесению изменений в УПК РФ, в частности «Доктринальная модель уголовно-процессуального доказательственного права Российской Федерации» [14]. В данной Модели, которая по своей сути есть отголосок УПК Украины, Грузии, Казахстана, в ст. 8.1 предлагается начинать досудебное производство «…с регистрации сообщения о преступлении в Реестре досудебных производств (РДП)» [14, с. 79].

Основываясь на результатах реформирования уголовно-процессуального закона в зарубежных странах, а также достижениях отечественной уголовно-процессуальной науки в области совершенствования досудебного производства, был сформирован авторский законопроект по внесению изменений в положения действующего УПК РФ [8, с. 273-279]. Данные проект, представляя собой научно-обоснованный и экспериментально-доказанный результат творческой работы, есть пища для дальнейших размышлений как для ученых-процессуалистов, правоприменителей, так и законодателей. Вероятно, судить о том, что насколько удачно было произведено снижение степени коррупционных рисков в анализируемых нормах, возможно лишь после внедрения предложенных законодательных инициатив в действующее законодательство и сформирования соответствующей правоприменительной практики.

Библиография
1.
Гаврилов Б. Я. Реалии и мифы возбуждения уголовного дела // Уголовное судопроизводство. 2010. № 2. С. 7–10.
2.
Орлов Ю. К. Возможно ли производство судебной экспертизы в стадии возбуждения уголовного дела? // Законность. 2003. № 3. С. 20–21.
3.
Российский следователь: призвание, профессия, повседневность: монография / К. Титаев, М. Шклярук. М., 2016. 191 с.
4.
Карякин Е. А. Стадия возбуждения уголовного дела: «за» и «против» // Современное право. 2004. № 12. URL: https://www.sovremennoepravo.ru/m/articles/view/Стадия-возбуждения-уголовного-дела-за-и-против (дата обращения: 30.05.2017)
5.
Володина Л. М. Механизм защиты прав личности в уголовном процессе. Тюмень, 1999. 171 с.
6.
Александров А. С., Грачев С. А. Стадия возбуждения уголовного дела: ликвидировать нельзя оставить // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2015. № 1. С. 101–108.
7.
Давлетов А. А., Кравчук Л. А. Стадия возбуждения уголовного дела – обязательный этап современного отечественного уголовного процесса // Российский юридический журнал. 2010. № 6. С. 114–120.
8.
Афанасьев А. Ю. Коррупционные риски доказательственного права в уголовном процессе (досудебное производство): дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2016. 279 с.
9.
Федеральный закон от 17 июля 2009 г. № 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов» // Российская газета. 2009. № 4957.
10.
URL: https://www.ridus.ru/news/168214 (дата обращения: 30.05.2017).
11.
URL: https://07.mvd.ru/news/item/7158930/ (дата обращения: 30.05.2017).
12.
URL: http://www.newsru.com/crime/16Oct2014/bribe2skrframenki.html (дата обращения: 30.05.2017).
13.
Гаврилов Б. Я. Современное уголовно–процессуальное законодательство и реалии его правоприменения // Российский следователь. 2010. № 15. С. 17–20.
14.
Доктринальная модель уголовно-процессуального доказательственного права Российской Федерации и комментарии к ней / Под ред. А. С. Александрова. М., 2015. 304 с.
15.
Гирько С. И. О некоторых проблемных вопросах процессуальной регламентации ускоренного досудебного производства // Российский следователь. 2010. № 15. С. 14–16.
16.
Деришев Ю. В. Стадия возбуждения уголовного – реликт «социалистической законности» // Российская юстиция. 2003. № 8. С. 34–36.
17.
Уголовно-процессуальный кодекс Украины от 13 апреля 2012 г. № 4651-5. URL: http://kodeksy.com.ua/ka/upku-2012/statja-215.htm (дата обращения: 30.05.2017).
18.
Уголовно-процессуальный кодекс Грузии от 9 октября 2009 г. № 1772-Пс // Законодательный вестник Грузии. URL: https://matsne.gov.ge/ru/document/download/90034/54/ru/pdf (дата обращения: 30.05.2017).
19.
Уголовно-процессуальный кодекс Эстонии от 12 февраля 2003 года. URL: http://zakon24.ee/ugolovno-processualnyj-kodeks/ (дата обращения: 30.05.2017).
20.
Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 10 июля 2014 года. URL: http://medialaw.asia/posts/10-07-2014/83305.html (дата обращения: 30.05.2017)
References (transliterated)
1.
Gavrilov B. Ya. Realii i mify vozbuzhdeniya ugolovnogo dela // Ugolovnoe sudoproizvodstvo. 2010. № 2. S. 7–10.
2.
Orlov Yu. K. Vozmozhno li proizvodstvo sudebnoi ekspertizy v stadii vozbuzhdeniya ugolovnogo dela? // Zakonnost'. 2003. № 3. S. 20–21.
3.
Rossiiskii sledovatel': prizvanie, professiya, povsednevnost': monografiya / K. Titaev, M. Shklyaruk. M., 2016. 191 s.
4.
Karyakin E. A. Stadiya vozbuzhdeniya ugolovnogo dela: «za» i «protiv» // Sovremennoe pravo. 2004. № 12. URL: https://www.sovremennoepravo.ru/m/articles/view/Stadiya-vozbuzhdeniya-ugolovnogo-dela-za-i-protiv (data obrashcheniya: 30.05.2017)
5.
Volodina L. M. Mekhanizm zashchity prav lichnosti v ugolovnom protsesse. Tyumen', 1999. 171 s.
6.
Aleksandrov A. S., Grachev S. A. Stadiya vozbuzhdeniya ugolovnogo dela: likvidirovat' nel'zya ostavit' // Yuridicheskaya nauka i pravookhranitel'naya praktika. 2015. № 1. S. 101–108.
7.
Davletov A. A., Kravchuk L. A. Stadiya vozbuzhdeniya ugolovnogo dela – obyazatel'nyi etap sovremennogo otechestvennogo ugolovnogo protsessa // Rossiiskii yuridicheskii zhurnal. 2010. № 6. S. 114–120.
8.
Afanas'ev A. Yu. Korruptsionnye riski dokazatel'stvennogo prava v ugolovnom protsesse (dosudebnoe proizvodstvo): dis. … kand. yurid. nauk. N. Novgorod, 2016. 279 s.
9.
Federal'nyi zakon ot 17 iyulya 2009 g. № 172-FZ «Ob antikorruptsionnoi ekspertize normativnykh pravovykh aktov i proektov normativnykh pravovykh aktov» // Rossiiskaya gazeta. 2009. № 4957.
10.
URL: https://www.ridus.ru/news/168214 (data obrashcheniya: 30.05.2017).
11.
URL: https://07.mvd.ru/news/item/7158930/ (data obrashcheniya: 30.05.2017).
12.
URL: http://www.newsru.com/crime/16Oct2014/bribe2skrframenki.html (data obrashcheniya: 30.05.2017).
13.
Gavrilov B. Ya. Sovremennoe ugolovno–protsessual'noe zakonodatel'stvo i realii ego pravoprimeneniya // Rossiiskii sledovatel'. 2010. № 15. S. 17–20.
14.
Doktrinal'naya model' ugolovno-protsessual'nogo dokazatel'stvennogo prava Rossiiskoi Federatsii i kommentarii k nei / Pod red. A. S. Aleksandrova. M., 2015. 304 s.
15.
Gir'ko S. I. O nekotorykh problemnykh voprosakh protsessual'noi reglamentatsii uskorennogo dosudebnogo proizvodstva // Rossiiskii sledovatel'. 2010. № 15. S. 14–16.
16.
Derishev Yu. V. Stadiya vozbuzhdeniya ugolovnogo – relikt «sotsialisticheskoi zakonnosti» // Rossiiskaya yustitsiya. 2003. № 8. S. 34–36.
17.
Ugolovno-protsessual'nyi kodeks Ukrainy ot 13 aprelya 2012 g. № 4651-5. URL: http://kodeksy.com.ua/ka/upku-2012/statja-215.htm (data obrashcheniya: 30.05.2017).
18.
Ugolovno-protsessual'nyi kodeks Gruzii ot 9 oktyabrya 2009 g. № 1772-Ps // Zakonodatel'nyi vestnik Gruzii. URL: https://matsne.gov.ge/ru/document/download/90034/54/ru/pdf (data obrashcheniya: 30.05.2017).
19.
Ugolovno-protsessual'nyi kodeks Estonii ot 12 fevralya 2003 goda. URL: http://zakon24.ee/ugolovno-processualnyj-kodeks/ (data obrashcheniya: 30.05.2017).
20.
Ugolovno-protsessual'nyi kodeks Respubliki Kazakhstan ot 10 iyulya 2014 goda. URL: http://medialaw.asia/posts/10-07-2014/83305.html (data obrashcheniya: 30.05.2017)