Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2172,   статей на доработке: 281 отклонено статей: 942 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Историческая динамика психологии свободы в духовности советского человека: опыт 1940 - начала 1990 гг. XX века
Андреев Андрей Владимирович

аспирант, Московский информационно-технологический университет, Московский архитектурно-строительный институт

109316, Россия, г. Москва, Волгоградский проспект, 32/11

Andreev Andrei Vladimirovich

post-graduate student of the Department of Humanities at Moscow Information Technology University, Moscow Architectural Institute

109316, Russia, Moscow, Volgogradsky prospekt, 32/11

4ndre1y1@gmail.com
Аннотация. В данной статье автором поставлена задача - проследить динамику психологического изменения свободы советского человека в его духовном развитии на протяжении 1941-1992 гг. XX века. Предметом изучения данного исследования является историческая динамика психологии свободы советского человека. Рассматривается взаимосвязь психологии свободы с социокультурными и политическими явлениями советского общества, которые влияли на ее смысловое содержание. Цель работы заключается в выявлении особенностей исторического изменения свободы рассматриваемого периода и ее влияния на концепцию советской духовности. Для реализации поставленной цели исследования автором использованы: аксиологический метод, феноменологический метод и метод системного анализа. В результате проведенного исследования психологии свободы 1940 – начала 1990 гг. XX века, следует отметить, что в сложное военное время прослеживается положительная динамика изменения психологии свободы в духовном развитии человека, а в послевоенный период – ее снижение из-за усиления диктатуры государственной власти. С 1960 гг. происходит формирование устойчивой модели свободного духовного развития человека, как важного социального элемента общества, просуществовавшей до середины 1980 гг., которой было свойственно отсутствие положительной динамики психологии свободы в духовном развитии человека. Из-за ослабления государственной цензуры и демократизации политики, к середине 1980 гг. формируется положительная динамика изменения психологии свободы в духовном развитии. Но с начала 1990 гг. происходит снижение положительной динамики из-за утраты корректных психологических ориентиров свободного духовного развития. Полученные в результате исследования данные могут представлять научный интерес для психологов, социологов и философов, занимающихся разработкой вопроса взаимодействия категории свободы с духовной составляющей человека и общества в различные периоды мировой истории.
Ключевые слова: советский человек, психология свободы, духовность, духовное развитие, Великая Отечественная война, архетип, перестройка, ориентиры духовного развития, духовная безопасность, культурное наследие
DOI: 10.7256/2409-8701.2017.3.22911
Дата направления в редакцию: 11-05-2017

Дата рецензирования: 05-05-2017

Дата публикации: 18-05-2017

Abstract. In this article the author tries to explore the psychological changes in the freedom of the soviet man as a part of his spiritual development (1941-1992). The subject of the research is the historical dynamics of the psychology of the soviet man's freedom. The researcher analyzes the relationship between the psychology of freedom and socio-cultural and political phenomena of the Soviet society that influenced the substantial content of the latter. The objective of the research to identify peculiarities of historical evolution of freedom and its impact on soviet spirituality. In order to achieve the aforesaid objective the author of the article has used the following research methods: axiological method, phenomenological method and method of systems analysis. The novelty of the research is caused by the fact that the author analyzes historical dynamics psychology of freedom in the spirituality of the Soviet man. Research results: in a difficult war time there was a positive dynamics of the psychology of freedom in the spiritual development of man. In the postwar period there was a decline in the positive dynamics of the psychology of freedom because of government dictatorship. After the 1960s the Soviet society formed a stable model of a free spiritual development of man as an important element of society. That model lived till the mid 1980s, however, it did not have the positive dynamics of the psychology of freedom in the spiritual development of man. The easing of state censorship by the mid – 1980s caused positive dynamics of change in the psychology of freedom in spiritual development. However, since the early 1990s there has been a decrease in positive dynamics due to the loss of correct psychological guidance of free spiritual development. The obtained results can be of interest to psychologists, sociologists and philosophers who study the historical interaction of human freedom and spirituality of society and man in different periods of the world history. 

Keywords: spiritual security, landmarks of spiritual development, alteration, archetype, spiritual development, Great Patriotic War, spirituality, psychology of freedom, soviet human, cultural heritage

Изучению духовной сферы жизни человека в современной психологии отведено одно из ведущих мест. Это связано с тем, что в сложных социокультурных и экономических условиях современной России вопрос полноценного развития духовности человека обретает новую актуальность. Информационное перенасыщение русского общества нравственно сомнительными ценностями, идеалами и образами, при одновременном провозглашении свободы человека без ее содержательной глубины, ставит в опасность сохранение этнической и духовно-культурной целостности многонационального русского народа. Поэтому, одной из главных задач современной психологии является изучение особенностей психологического взаимодействия свободы и духовного становления человека в различные периоды мировой истории. Подобный анализ позволяет установить психологические особенности влияния социокультурных явлений на роль свободы в духовном развитии человека.

В психологическом знании свобода рассматривается, как одно из главных условий разностороннего развития личности. Данный факт подтверждает большое количество научных трудов известных зарубежных и отечественных психологов. А. Маслоу рассматривает свободу, как одну из базовых потребностей человека в его полноценном развитии. По мнению автора, качество свободы зависит от психического здоровья человека, и здоровые люди в условиях свободного выбора выбирают истину, добро, красоту, мир и спокойствие [35, c. 139-161]. Дж. А. Келли считает, что человек самостоятельно устанавливает меру собственной свободы и зависимости на том уровне, который он выбирает из своих убеждений [25, c. 87]. С. Л. Рубинштейн трактует свободу человека, как его возможность самостоятельно определить линию своего поведения, отвергнув все решения, несовместимые с ней [18, c. 192].

Психология свободы реализуется там, где человек самостоятельно принимает решение на основе осознанных мотивов. В психологии содержание и объем свободы личности не однозначны и коррелируются с объемом осознаваемой реальности, степенью осознанности своих поступков и мерой свободы в соотношении с ее индивидуальным идеалом [27, c. 11]. Человеческое существование и свобода с самого начала неразделимы. Свобода составляет основу самостоятельного характера жизненного процесса, неотъемлемый атрибут субъективности и выступает, как важнейшее условие самореализации сущностных сил человека. Маршрут свободы – это движение от существующего «Я» к должному «Я», проектируемому в духовном мире человека [8, c. 69]. Духовность, как основа духовного мира человека, является и исходным началом в достижении психического здоровья, и ориентиром, определяющим критерии полноценного развития личности, и конечной целью, ориентированной на обретение личностной целостности [54, c. 342]. Е. Ф. Ященко, обобщая научные точки зрения отечественных психологов, видит основу духовной составляющей человека в его самосознании, которое обуславливает индивидуальный стиль поведения личности и наделяет ее неповторимой, социально-нравственной характеристикой [55, c. 146].

Полноценное духовное развитие ориентированно на обогащение духовного мира через усвоение духовных ценностей и творческий характер деятельности, которой занимается человек. Духовная ориентированность человека в развитии направлена на формирование индивидуального мировоззрения и системы личностных ценностей, при условии наличия свободы человека и ответственности за нее [32, c. 53]. Духовное развитие – это постоянный и постепенный процесс саморазвития, выраженный в единстве ценностных переживаний нравственного творчества и свободной воли. При этом личность духовно развивается лишь в той мере, в какой она осваивает, усваивает и развивает высшие ценности бытия, свое духовное состояние [40, c. 208].

При рассмотрении психологии свободы в духовном развитии человека, научный интерес исследователей вызывает период отечественного социализма, включающий богатый опыт взаимодействия коллективистской идеологии со свободой и духовной сферой жизни общества. Данный период рассматривается в трудах таких авторов, как: А. А. Гостев [13], А. В. Забарин [17], И. М. Ильичева [22], Л. И. Казакова [23], О. В. Лихонина [34] и многих других. Существующие научные достижения вносят ценный вклад в изучение явлений духовной культуры общества. Но историческая динамика психологии свободы в духовном развитии советского человека нуждается в дальнейшей научной разработке.

Научная новизна данного исследования заключается в комплексном рассмотрении исторической динамики психологии свободы в духовности советского человека. Рассматриваются те явления социокультурной жизни советского человека, которые влияли на психологию его свободного духовного развития. Определяется значение, которое было отведено психологии свободы человека в его духовном развитии официальной коммунистической идеологией.

Поэтому автор определяет целью исследования выявление особенностей исторического изменения свободы рассматриваемого периода и ее влияния на концепцию духовности человека в социалистическом обществе.

При определении поставленной цели, предметом изучения исследования является историческая динамика психология свободы советского человека. В процессе исследования будет рассмотрена взаимосвязь психологии свободы с социокультурными и политическими явлениями советского общества, которые влияли на ее смысловое содержание в 1940 – начале 1990 гг. XX в.

Для реализации поставленной цели исследования автором использованы: аксиологический метод, феноменологический метод и метод системного анализа. Аксиологический метод позволяет проследить ценностно-смысловое изменение психологии свободы человека и ее последующее влияние на концепцию советской духовности. Феноменологический метод обеспечивает сопоставление информационного материала из различных областей знания, что позволяет исследовать явления свободы и духовности личности на более качественном, высоком уровне. Метод системного анализа обеспечивает содержательно углубленное познание социокультурных явлений, представляющих научный интерес для данного исследования.

Особенности психологии свободы духовного развития человека в различные исторические периоды отечественного социализма существенно менялись. На основе происходящих социокультурных и политических изменений в советском обществе следует выделить: – духовную свободу военного и послевоенного времени (1940-1950); – классическую для отечественного социализма коллективную духовную свободу (1960-середина1980); – духовную свободу переходного периода (1980-начало 1990).

Подобное содержательное разграничение исторических этапов взаимодействия свободы и духовности позволит более углубленно рассмотреть особенности их взаимосвязи и влияния психологии свободы на духовность советского человека. Также данное разграничение поможет дать общую характеристику исторической динамики психологии свободы в духовности советского человека на протяжении периода 1940 – начала 1990 гг. XX в.

Изучение психологии духовной свободы времен Великой Отечественной войны заслуживает отдельного внимания, так как концепция духовной свободы обрела смысл именно в военные и послевоенные годы. С победой в Великой Отечественной войне произошли изменения в общественно – политических настроениях в советском обществе, духовной сфере, создавался нравственно-психологический настрой на будущую мирную жизнь. В самосознании народа отчетливо проявились ожидания большой свободы и демократизации режима [50, c. 212-213].

До начала Великой Отечественной войны, в Советской России партией производилось идейное давление на личность, меняющее комплекс мотиваций, поступков и действий человека. Свобода в подобных условиях преподносилась, как заранее сформированная совокупность моделей мышления и поведения, реализуемая исключительно в идейных границах коммунизма. Это было связано с тем, что любому тоталитарному обществу свойственна редукция многообразия окружающей действительности к единому знаменателю – социальной идее, антропологическим компонентом которой является преобразование человеческой свободы и природы в соответствии с идеологическими целями партии и государства [4, c. 167-175].

Экстремальные обстоятельства Великой Отечественной войны перестроили общественное сознание советского народа, кардинально преобразовали советское общество и разрушили представления о психологии свободы, как совокупности заранее заданных моделей мышления и поведения человека. С точки зрения психологии война является категорией «пограничной ситуации», практически, не зависящей от его воли и разума человека, угрожающей его здоровью и жизни. Из-за войны произошла идеологическая эволюция тоталитарного режима, и переориентация от лозунгов развития мировой революции к сложным задачам, соответствующим условиям войны, которая доказала ценность таких ориентиров идеологии, как настоящая свобода, гражданственность, патриотизм, политическое единство страны, возвращение к историческим истокам и традициям прошлого. При этом духовный фактор сыграл решающую консолидирующую роль в морально-политическом единстве всех классов и слоев советского общества [48, c. 316].

Давая общую характеристику советской духовности 1941-1950 гг., следует отметить, что она рассматривалась, как следствие предельного развития биологически обусловленной психики человека. В психологической науке того времени главенствует мысль, что усложнение психики и социальных отношений определило общественное разделение труда, которое вызвало разграничение духовной и материальной деятельности людей, осуществляемой ими на разных социальных уровнях [2, c. 13]. Как пишет Б. Г. Ананьев, концепция духовности человека военного и послевоенного времени строится на основе материалистической теории познания, раскрывающей закономерности объективной действительности [2, c. 13]. Поэтому, такие явления социокультурной жизни, как – религия, нравственность, мораль, этика и право, определяются идеологической надстройкой, производной от экономической модели общества [24, c. 216].

Духовность военного и послевоенного времени трактуется в контексте духовной силы русского народа и связывается с мощным аппаратом человеческого сознания. Как пишет Б. Г. Ананьев, под духовной силой подразумевается широта и многообразие культурных и ментальных смыслов советского человека. Категории духа и души, в концепции духовности изучаемого периода, рассматриваются вторичными от мозга и человеческого тела явлениями общественного сознания [1, c. 4-10]. По мнению А. Н. Леонтьева, идейная разобщенность категорий материального и духовного, спровоцировала бы в советской науке появление иллюзорного представления о духовном мире человека, как независимом от объективных материальных процессов жизни [31, c. 96-97].

Кардинальные изменения в понимании психологии свободы духовного развития в военное и послевоенное время были связаны со становлением вариативности мышления советского человека. В духовной сфере изменилось само восприятие жизни, люди стали более критично оценивать происходящее, расширились горизонты их сознания [14, c. 124-130]. Война стала духовным очищением народа и пошатнула идеологические стереотипы советского мышления. Она пробудила в человеке способность критически оценивать жизненные ситуации [21, c. 16-28]. Также намечалось формирование личного взгляда человека на будущее его страны. С войны вернулись люди иного психологического склада, прикоснувшиеся к другой духовной, политической и экономической культуре, прошедшие осознание вариативности бытия и ценность личностного выбора [20, c. 79]. Не смотря на то, что к началу 1940-х гг. XX в. в СССР сформировалась система тотального контроля всех сфер личной и общественной жизни, в тяжелые военные годы власть была вынуждена пойти на уступки и расширить возможность реализации свободной воли человека. Экстремальные военные условия вынуждали советских солдат и тружеников тыла быстро делать сознательный, самостоятельный выбор в стремительно изменяющихся обстоятельствах. Обособляясь от официальной идеологии, развивалась концепция не «маленького» человека, имеющего значение только будучи вовлеченным в общественный производственный процесс, а человека – единоличного вершителя истории. Таким образом, война нанесла серьезный удар по идеологической психологии «человека-винтика» [9, c. 86].

Свобода в духовном развитии человека военного и послевоенного времени была ориентирована на духовно-культурное наследие, как средство активизации чувства патриотизма и социального единства общества. Это было связано с тем, что в военный период советская идеология была дополнена идеями о Боге, церковности, русской истории и стойкости русского духа. Помимо возрождения патриотизма и религиозности, в общественном сознании военных лет произошла активизация архетипа соборности, как общества-монолита, сплотившегося ради достижения общезначимой цели. В военные годы активное развитие получила концепция советского народа, как носителя богатого исторического наследия, военных и духовных подвигов своей страны. На второй план отошел принцип пролетарского интернационализма и игнорировался классовый антагонизм с военными союзниками [29, c. 37-65].

В 1944 г. происходит активизация архетипа «народ – спаситель отечества и Мира», как части передаваемого из поколения в поколение коллективного бессознательного, которое содержит в себе мировоззрение, нравственный закон и миропонимание. Советский народ начинает осознавать себя, как исключительный народ победитель, спаситель человечества и его духовного наследия. В концепции советской духовности послевоенного времени, колоссальное значение и новый смысл обрели ответственность и сознательность советского человека. Патриотическая идея становится ведущей в духовной сфере жизни советского общества. Усиливается пропаганда национальной исключительности, утверждается приоритет многонационального русского народа во всех областях науки и культуры [29, c. 37-40]. В литературе послевоенного времени формируется единый психологический образ советского героя, наделенного духовной простотой, трудолюбием, сильной волей, патриотизмом, храбростью, нравственной целостностью и непоколебимостью [39, c. 47-49]. [10, c. 73-78]. Вместе с духом свободы пришли процессы, блокирующие его через мифотворчество и культ личности. Духовный подъем идеологически стимулировался властью, так как был эффективным средством возрождения разрушенной и измученной войной страны, но подвергался тотальному контролю из-за того, что политические структуры тяготели к авторитарным формам организации духовной жизни общества [20, c. 79]. В науке продвигались идеи о том, что только социалистическое общество дает человеку подлинную свободу. Хозяйственная демократия СССР преподносилась, как высшая форма политической демократии и свободы личности. Вырабатывался идеологически корректный психологический концепт, что экономически равное общество тождественно свободному обществу [11, c. 15-27]. Усиленный партийно-государственный диктат, по отношению к духовной сфере общества, продолжался вплоть до смерти И. В. Сталина и был следствием роста национального самосознания советского общества. Духовные процессы, берущие начало в 1941-1945 гг., получили дальнейшее развитие после 1956 г. – разоблачения культа личности И. В. Сталина и переворота в мировоззрении миллионов людей [48, c. 316-340].

Историческую динамику психологии свободы в духовности советского человека 1940-1950-х. гг. следует охарактеризовать со стороны ее перехода от идеологически идеализированных теоретических и практических ориентиров развития к практически значимым, обоснованным ориентирам, проверенным в тяжелых условиях военного времени. К подобным ориентирам следует отнести такие психологические качества личности, как: духовную простоту, патриотизм, ответственность, волю, отвагу советского человека и его стремление к нравственной целостности. Поэтому свобода, выраженная в вариативности мышления при духовном развитии и становлении человека, как защитника своей Родины, показала свою большую значимость через духовный подвиг русского народа. Вместе с тем, положительная тенденция к изменению психологии свободы в сторону ее большей вариативности и самостоятельности была нивелирована тоталитарным режимом. Условия для свободного духовного развития человека снова существенно усложнились.

С 1960-х. гг. XX в. для психологии духовности советского человека начинается особенный период. Развенчание культа личности И. В. Сталина, падение «железного занавеса», ориентированность на мирное сосуществование с буржуазным западом и государственная программа построения коммунизма к 1980-м гг., внесли существенные изменения в советскую идеологию и духовность [38, c. 403-407]. Давая комплексное описание концепции духовности рассматриваемого исторического периода, следует указать, что авторами, как и в 1940 гг., делается акцент на исключительно эволюционном происхождении человека. Но значение духовного производства в психологии значительно возрастает. Духовность и духовное производство, оставаясь вторичными от экономики явлениями, приобретают равнозначную с ней ценность, а у некоторых психологов даже противопоставляются ей. Так С. Л. Рубинштейн пишет, что, противопоставляться категории материального мира, психическая деятельность может лишь в качестве духовной, так как она насыщается содержанием в процессе общественно организованного познания. При этом образы, идеи и мысли, являющиеся средствами последующей мыслительной работы, хоть и создают относительно автономную реальность, обладают исходной материальной основой [46, c. 41-43]. Духовность рассматриваемого периода трактуется, как: нравственность, мысли, чувства, характер, ценности, интересы, намерения и цели человека, которые формируются под воздействием экономической и социальной жизни общества [5, c. 294-307]. Как пишет К. К. Платонов, психика человека в своем развитии ушла предельно далеко от психики высших животных. И весь процесс исторического духовного развития человека вплоть до социализма, определил его особый морально – нравственный облик, который и есть душа в ее материалистическом понимании [43, c. 65-67].

Духовное развитие советского человека являлось средством его идеологической консолидации и носило ярко выраженный коллективный характер. Духовное производство, играющее ключевую роль в советской духовности, главной своей задачей ставило удовлетворение умеренных духовных потребностей человека и обеспечение последующего развития социалистического общества [3, c. 1-5].

Качество духовной культуры определялось уровнем ее воздействия на общество, ее практической отдачей. А главным критерием оценки значимости духовного произведения являлась его корректная идейная направленность. Качество духовного развития сводилось к компромиссу между индивидуальными и коллективными интересами человека, как носителя одухотворенных влечений [36, c. 37-39]. Облеченные в оболочку идеологии общечеловеческие ценности уходили на второй план, так как духовное богатство личности определялось ее идейным содержанием, а последнее коммунистическим сознанием [16, c. 143]. В советской психологии духовное развитие личности достигалось благодаря вовлеченности в социум, и данная вовлеченность определяла как личностное общее с социумом, так и частное, принадлежащее только личности, но не противоречащее общему [49, c. 262-263].

В конце 1950-х. гг. XX в. советскими авторами предпринимаются попытки демократизации свободы, как перехода от большевистской диктатуры. Но существующая однопартийная политическая структура исключала возможность проявления реальной инициативы масс, а официальная наука и пропаганда сознательно обходили данное обстоятельство [45, c. 353-355]. Поэтому ключевым элементом концепции духовной свободы рассматриваемого периода стало ее коллективное начало, контролируемое идеологией. Т. С. Лапина, рассуждая о категории индивидуальной свободы в контексте нравственного выбора советского человека, выделяет две ее структурные составляющие: идеологическую и психологическую. При этом автор указывает, что идеологическая составляющая носит статус идейной первоосновы индивидуальной свободы, а ее психологический элемент носит второстепенный, определяемый идеологическим содержанием характер. Автор считает, что психологически свободный человек может принять решение и на основе отсталых взглядов, неверных идеологических позиций, что будет в итоге знаменовать его несвободу [30, c. 55]. Н. И. Рубцов пишет, что свобода детерминирована осознанной необходимостью человека и изменяющимися историческими условиями его существования. Любая попытка искать свободу за пределами природы и общества, за пределами необходимости и практики, основана на мистическом представлении о свободе. Свобода носит коллективный, классовый характер и выражается в преодолении тех ограничений, которые не отвечают интересам прогрессивных классов [47, c. 14-23]. Н. Н. Крутов пишет, что личный опыт не позволяет человеку полноценно осознать единство собственных и общественных интересов из-за социальной неоднородности общества, различий в семейном положении и неравенства материального уровня жизни людей. Поэтому нравственный облик личности заранее задан и сформирован в идеале как постулат идеологии, и от личности требуется лишь принятие этого идеала [28, c. 163]. Выше свободы человека в идеологической интерпретации находится марксистско-ленинское мировоззрение, обладающее безраздельными полномочиями в сфере регулирования социокультурной жизни общества. Определение направления развития общества на основе марксистско-ленинского мировоззрения определяется коммунистической партией, сознание которой также стоит выше свободы личности. Волевое и духовное самоопределение человека представляется вторичными психологическими процессами, первостепенную значимость имеет политика, которая опирается на независящие от воли и сознания людей объективные закономерности строительства коммунизма [12, c. 63-66]. При этом, как пишет А. В. Мялкин, возможность личностной проверки истинности идеологии категорически запрещается, подобный волевой акт является безнравственным поступком и очерняет внутренний мир каждой личности, решившейся подвергнуть сомнению ее господствующие нормы [37, c. 99]. Фактически, «правда» уже дана действующей идеологией, а личностное становление и формирование внутреннего мира, включая идейный потенциал духовности, не должно никаким образом выходить за рамки идеологически корректной правды [51, c. 142-145]. Поэтому не личность самостоятельно определяла путь своего духовного развития, а коммунистическая партия осуществляла процесс управления духовным развитием общества посредством идеологического воспитания и развития в идейных границах социализма [10, c. 4-7].

Историческую динамику психологии свободы в духовности советского человека 1960 – середины 1980-х гг. следует охарактеризовать со стороны ее перехода от идеологии, как тоталитарного давления, к идеологии, как научно обоснованной области знаний. Советская идеология, после освобождения от тоталитарной направленности, выступила и духовным ядром, и ориентиром духовного развития человека. Пользуясь нравственными общечеловеческими ценностями, идеология поддерживала созданную модель свободы и духовности. Это связано с тем, что духовность, включающая императив духовно – нравственного поведения и мышления, должна быть исторически обусловлена, иметь практическое обоснование. Духовность, помимо прочих ее научных характеристик, является синтезом исторического опыта и психологии общественных процессов, направленных на сохранение исторического наследия [13, c. 139-161]. Поэтому нельзя построить, пусть и содержательную, но идеализированную модель духовности, в которой концепция свободы и непреложный императив духовного развития расходятся с реалиями жизни и поведением людей. Постулаты идеологии, как ориентирующее ядро свободы и духовности, в основном, носили идеалистический характер, и чем больше модель советской духовности продолжала существовать, тем меньше соответствовала реальности [38, c. 403-407]. При подобном смысловом диссонансе советская наука продолжала строить стратегию свободного духовного развития в соответствии с нормами господствующей идеологии. Подобная историческая динамика психологии свободы в духовном развитии человека во многом и определила сложную ситуацию 1980-х гг. XX в. [44, c. 244].

Вначале 1980-х гг. XX в. советскому обществу стало очевидным, что многообещающий план по строительству коммунизма не был реализован. Вера в постулаты советской идеологии разрушалась, в обществе происходило стремительное переосмысление предложенной государством концепции мировосприятия [38, c. 403-407]. Поэтому советской властью, базирующейся исключительно на коммунистической идеологии, были предприняты попытки усиления ее рационального обоснования с помощью науки. В научной литературе появляются оптимистичные заявления и прогнозы на светлое будущее страны, развитие экономики, культуры, улучшение финансового благополучия граждан [15, c. 212-215]. Но подобные заявления никак не повлияли на необратимые социокультурные и политические процессы разрушения идеологических основ советского общества, что в первую очередь негативно сказалось на изменении его духовного содержания. Поэтому рассматриваемый период является переходным для содержания советской модели духовности и свободы. Концепция советской духовности в это время претерпевает существенные изменения. В научной сфере происходит переосмысление советской и мировой духовной культуры.

Не смотря на переосмысление советским обществом содержания его духовной сферы жизни, в советской науке еще бытует классическое понимание духовности и свободы. Утверждается, что содержательные границы духовности человека задаются актуальным периодом исторического развития и материальными отношениями между людьми, а научное материалистическое мировоззрение является доминантой духовной жизни советского общества [6, c. 389-390]. Духовная деятельность определяется, как познавательный процесс, направленный на теоретическое освоение природы, общества и самого человека. Она является отражением материальной деятельности, которое наделено опережающим моментом, строящим мыслительные модели еще не реализованных проектов. Особое место в сфере духовной культуры отводится ее политической составляющей, неразрывно связанной с официальной коммунистической идеологией [41, c. 8-13]. Свобода в духовной сфере жизни общества обладает коллективным характером, а нравственная устойчивость личности, ориентированная на высокие социалистические идеалы, обладает повышенной цельностью [53, c. 74-87].

С середины 1980-х гг. XX в. советская психология приобретает гуманистическую ориентированность на человека, как созидателя, следующего за общечеловеческими ценностями, готового к свободному творческому труду и саморазвитию [33, c. 153]. Изменение научных взглядов вызвало смысловой переход от идеологически заданной свободы к ее индивидуальному духовному поиску. Так М. В. Ковальчук делает особый акцент на самоопределении человека и на защитные механизмы психики, которые он применяет для собственного разностороннего развития. Также автором особое внимание уделяется расширению границ сознания личности. М. В. Ковальчук указывает на опасность «узости» сознания, а также бегства от открытости, целостности и свободы. Человек трактуется автором, как универсальное бесконечно-конечное парадоксальное существо. Психология личности преподносится как искусство, при этом в ней открыто прослеживается концепция: «духовно развитый человек для духовно развитого человека», а не «духовно развитый человек для партии и государства» [26, c. 120-135]. Ю. М. Орлов пишет, что новая эпоха, начавшаяся с последней четверти XX в., характеризуется появлением идеи ненасильственного мира, которая приобретает облик международных договоров и деклараций. Автором критикуется универсальная советская формула: «свобода – это осознанная необходимость». Автор пишет, что, осознавая необходимость, можно действовать с отвращением к делу и тем самым становиться несвободным [42, c. 133-155]. В итоге, после 1990 г., духовность уже связывалась с индивидуальной свободой, инициативами, творчеством, экономическим ростом и благополучием. Индивидуализм перестал восприниматься негативно, а занял главенствующее место в формировании новой модели отечественной духовности. Вместе с тем, духовная неопределенность, сложные экономические условия, пропаганда зарубежного потребительского образа жизни и засилье нравственно сомнительных художественных произведений поставили духовность, как созидающее явление, под угрозу полного исчезновения [38, c. 403-407].

К 1990 г. формируется неопределенность духовной основы советского человека. Об этом свидетельствует научный труд В. С. Библера. Автор пишет о духовной неопределенности будущего человека на рубеже XX-XXI вв., о его нравственных и личностных исканиях. По его мнению, длительная подчиненность духовно – нравственной сферы бытия людей советской идеологии, обусловила незащищенность массового сознания и некоторую потерянность человека в стремительно изменяющихся условиях жизни [7, c. 44-45].

Как указывает М. Х. Хаджаров, духовная безопасность общества проявляется через различные формы и виды деятельности по защите субъектами своих ценностей, идеалов и традиций. Поэтому процесс разрушения идеологически ориентированной модели советской духовности с ее идеалами, ценностями и культурой в 1990-е гг. обусловил угрозу духовной безопасности общества переходного типа [52, c. 72-83]. А. А. Зиновьев отмечает, что крушение системы ценностей и психологических опор духовности, сопровождалось потерей цели общества в строительстве коммунизма и утраты идеи об исторической миссии советского народа. Доминирующим стало состояние неопределенности. Права и демократические свободы отходили на второй план, их место занимала идеология потребителя [19, c. 417-418]. Смысловая и духовная неопределенность общества предопределила разрушительную для исторического наследия манипуляцию общественным сознанием, отголоски которой чувствуются до сих пор. При этом вопрос этнической и духовно – культурной цельности русского народа по-прежнему остается не решенным. Как отмечает А. А. Гостев, главными условиями сохранения культурной и этнической целостности общества является духовно-культурная связь, как минимум, трех поколений, а также сохранение культурно значимого прошлого и представления об обозримом будущем. Для культурной сохранности России необходима поддержка проектов, направленных на оздоровление общества и защиту духовно-информационного пространства от деструктивных явлений, враждебных духовно-нравственным традициям многонационального русского народа [13, c. 234].

Историческую динамику психологии свободы в духовности советского человека 1980-х-начала 1990-х гг. следует охарактеризовать со стороны утраты ее идеологического обоснования и ориентиров свободного духовного развития. Для советской модели духовности 1980-1990-х гг. характерна деструкция ее автономного содержания и осознание сопричастности человека к мировой духовной культуре. Также в данный период происходит переход от идеи коллективного характера формирования духовности к ее индивидуальному формированию, переход от категории свободы, как данности советской идеологии, к свободе, как индивидуальному духовному поиску, и последующая утрата духовного содержания личности и ее духовной памяти в период кризиса 1990 гг.

Проведенный анализ психологии свободы в духовном развитии человека в период 1940 – начала 1990-х. гг. XX в. позволил установить следующее:

1. Историческую динамику психологии свободы в духовности советского человека 1940-1950-х. гг. следует охарактеризовать со стороны ее перехода от идеологически идеализированных теоретических и практических ориентиров развития к практически значимым, обоснованным ориентирам, проверенным в тяжелых условиях военного времени. К подобным ориентирам следует отнести такие психологические качества личности, как: духовную простоту, патриотизм, ответственность, волю, отвагу советского человека и его стремление к нравственной целостности. Поэтому свобода, выраженная в вариативности мышления при духовном развитии и становлении человека, как защитника своей Родины, показала свою большую значимость через духовный подвиг русского народа. Вместе с тем, положительная тенденция к изменению психологии свободы в сторону ее большей вариативности и самостоятельности была нивелирована тоталитарным режимом. Условия для свободного духовного развития человека снова существенно усложнились. В экстремальных условиях Великой Отечественной войны духовная свобода получила практическое обоснование и предопределила активизацию социальных архетипов: «человек – единоличный вершитель истории» и «народ – спаситель отечества и Мира». Это обстоятельство вывело духовное развитие человека на качественно новый, самостоятельный уровень, не соотносящийся с официальной идеологией коллективизма. Подобное изменение общественной психологии определило ужесточение политического контроля духовной сферы жизни людей.

2. Историческую динамику психологии свободы в духовности советского человека 1960 – середины 1980-х. гг. следует охарактеризовать со стороны ее перехода от идеологии тоталитарного давления, к идеологии научно обоснованной области знаний. После освобождения от тоталитарной направленности советская идеология выступила и духовным ядром, и ориентиром духовного развития человека. Пользуясь нравственными общечеловеческими ценностями, идеология власти поддерживала созданную модель свободы и духовности. В советской модели духовности человек считался свободным, пока его мышление и поведение соотносилось с идеологически корректным духовным идеалом. В противоположном случае, он считался не свободным, заблуждающимся, отделившимся от модели свободного общества, созданной идеологией. Поэтому советская духовность включала в себя четко обозначенные, практически полезные ориентиры духовного развития, с содержательной (идеологической) наполненностью, обеспечивающие обоснование политического режима и развитие общества. Постулаты советской идеологии, формирующие смысловое ядро свободы и духовности, во многом носили идеалистический характер. Таким образом, чем больше модель советской свободы и духовности продолжала существовать, тем меньше соответствовала повседневной реальности. При подобном смысловом диссонансе советская наука продолжала строить стратегию свободного духовного развития в соответствии с нормами господствующей идеологии. Подобная историческая динамика психологии свободы в духовном развитии человека во многом и определила сложную ситуацию 1980-х гг. XX века.

3. Историческую динамику психологии свободы в духовности советского человека 1980-начала 1990-х гг. следует охарактеризовать со стороны утраты ее идеологического обоснования и ориентиров свободного духовного развития. Для советской модели духовности 1980-1990-х гг. характерна деструкция ее автономного содержания и осознание сопричастности человека к мировой духовной культуре. В данный период происходит: переход от идеи коллективного характера формирования духовности, к ее индивидуальному формированию; переход от категории свободы, как данности советской идеологии, к свободе, как индивидуальному духовному поиску; последующая утрата духовного содержания личности и ее духовной памяти в период кризиса 1990 гг. Если советская модель духовности придерживалась принципа «духовно развитый человек для общества и государства», то с начала 1990-х гг. отечественные концепции свободного духовного развития придерживаются принципа «духовно развитый человек для духовно развитого человека».

4. Давая общую динамику психологии свободы 1940 – начала 1990 гг. XX века, следует отметить, что в сложное военное время прослеживается положительная динамика изменения психологии свободы в духовном развитии человека, а в послевоенный период – ее снижение из-за усиления диктатуры государственной власти. С 1960 гг. происходит формирование устойчивой модели свободного духовного развития человека, как важного социального элемента общества, просуществовавшей до середины 1980 гг., которой было свойственно отсутствие положительной динамики психологии свободы в духовном развитии человека. Из-за ослабления государственной цензуры и демократизации политики, к середине 1980 гг. формируется положительная динамика изменения психологии свободы в духовном развитии. Но с начала 1990 гг. происходит снижение положительной динамики из-за утраты корректных психологических ориентиров свободного духовного развития. Осознание в военное время большой значимости и ценности индивидуального, свободного выбора, определило общественное ожидание положительного изменения государственной политики в духовной сфере жизни общества. Но ужесточение тоталитарной политики вызвало смысловой диссонанс в обществе, так как изменившаяся общественная психология и психология свободы более не укладывались в жесткие идейные рамки тоталитарного режима. Последующее упразднение тоталитаризма, падение «железного занавеса» и официальная научная программа по легитимации и демократизации постулатов коммунистической идеологии усилили психологическое обособление многих членов общества от официальной политической программы партии. При этом советская наука продолжала строить стратегию свободного духовного развития в соответствии с нормами господствующей коммунистической идеологии. Последующее ослабление официальной пропаганды к середине 1980 гг. и увлеченность многих исследователей в научной сфере психологическими идеями индивидуализма и идейной независимости человека, определили утрату коллективных ориентиров свободы и духовного развития. Свобода предстала самоцелью, без корректного содержательного наполнения, обеспечивающего полноценное духовное поведение и развитие человека. Коммунистическая идеология, раскритикованная за пропаганду и манипуляции общественным сознанием, была отвергнута с такими положительными ориентирами для свободного духовного развития человека, как: патриотизм, ответственность, воля, отвага и стремление к нравственной целостности. Если в нестабильных условиях военного времени, под руководством партии была проведена активизация всех созидающих ориентиров свободного духовного развития человека, что положительно отразилось на общественной психологии, то в 1980-начале 1990-х. гг. социокультурная неопределенность вызвала искажение нравственного содержания психологии свободы.

5. Иллюзорность ориентиров свободного духовного развития, или их абстрактность, нивелируют свободу и обращают ее в произвол. При подобной динамике свободы, духовность человека нравственно обесценивается и утрачивает свое колоссальное значение для его разностороннего развития. Приведенные данные подтверждают, что свобода в духовном развитии может быть реализована только через исторически обусловленные, практически обоснованные и четко обозначенные ориентиры, выраженные в сохранении духовно-нравственных традиций, культуры и общечеловеческих ценностей. Данное высказывание подтверждает, что при формировании идеологами социалистических ориентиров свободы человека, приоритетную значимость играла экономическая модель развития общества и производная от нее культура. Полученные в результате исследования данные могут представлять научный интерес для психологов, социологов и философов, занимающихся разработкой вопроса взаимодействия категории свободы с духовной составляющей человека и общества в различные периоды мировой истории.

Библиография
1.
Ананьев, Б.Г. Очерки Психологии/ Б.Г. Ананьев.-М.: Лениздат, 1945.-160 с.
2.
Ананьев, Б.Г. Психология чувственного познания/ Б.Г. Ананьев.-М.: Наука, 2001.-277 с.
3.
Андреев, А. В. Духовность советского человека/ А.В. Андреев // Актуальные вопросы современной психологии: материалы IV Междунар. науч. конф. (г. Краснодар, февраль 2017 г.).-Краснодар: Новация, 2017.-С. 1-5.
4.
Андреев, А.В. Советское правотворчество и свобода духовного развития личности: опыт 1917-1922 гг./ А.В. Андреев// Вестник Московского финансово-юридического университета.-№ 4.-2016.-С. 167-175.
5.
Афанасьев, В.Г. Системность и общество/ В.Г. Афанасьев.-М.: Политиздат, 1980.-368 с.
6.
Бабосов, Е.М. Истина и богословие: Критика богословских интерпретаций научно-технического прогресса/ Е.М. Бабосов.-Мн.: Беларусь, 1988.-414 с.
7.
Библер, В.С. Нравственность. Культура. Современность. (Философские размышления о жизненных проблемах) / В.С. Библер.-М.: Знание, 1990.-62 с.
8.
Богодельникова, Л.А. Свобода как реализация духовной природы человека: дис. … канд. филос. наук: 09.00.01/ Богодельникова Любовь Александровна.-Иркутск, 2004. – 197 с.
9.
Булыгина, Т.А. Общественные науки в СССР в середине пятидесятых-первой половине восьмидесятых годов: дис. … д-ра историч. наук: 07.00.02 / Булыгина Тамара Александровна.-Ставрополь, 2001.-486 с.
10.
Волкогонов, Д.А. Идеологическая борьба и коммунистическое воспитание/ Д.А. Волкогонов// Новое в жизни, науке, технике. Серия «История и политика КПСС».-1967.-№ 2.-С. 4-7.
11.
Гак, Г. Социалистическое общество и личность/ Г. Гак.-Ростов-на-Дону: Ростиздат, 1946.-48 с.
12.
Глезерман, Г.Е. Исторический материализм и развитие социалистического общества. Изд. 2-е, доп./ Г.Е. Глезерман.-М.: Политиздат, 1973.-349 с.
13.
Гостев, А.А. Глобальная психоманипуляция: психологические и духовно-нравственные аспекты/ А.А. Гостев.-М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2017.-467 с.
14.
Дружба, О.В. Великая Отечественная война в историческом сознании советского и постсоветского общества: дис. … д-ра историч. наук: 07.00.02/ Дружба Ольга Владимировна.-Ростов-на-Дону, 2000.-508 с.
15.
Ельмеев, В.Я. Воспроизводство общества и человека/ В.Я. Ельмеев.-М.: Мысль, 1988.-235 с.
16.
Журавлев, В.В. Проблемы духовной жизни развитого социализма/ В.В. Журавлев.-М.: Высш. Школа, 1980.-176 с.
17.
Забарин, А.В. Механизмы психологического воздействия политической пропаганды: дис. … канд. псих. наук: 19.00.12/ Забарин Алексей Владимирович.-Санкт-Петербург, 2003.-237 с.
18.
Зайцев, В.В. Принцип свободы в построении начального образования: методологические основы, исторический опыт и современные тенденции: Монография/ В.В. Зайцев.-Волгоград: Перемена, 1998.-383 с.
19.
Зиновьев, А.А. Коммунизм как реальность; Кризис коммунизма/ А.А. Зиновьев.-М.: Центрполиграф, 1994.-494 с.
20.
Зубкова, Е.Ю. Общественные настроения в послевоенной России-1945-1953 гг.: дис. … д-ра историч. наук: 07.00.02 / Зубкова Елена Юрьевна.-Москва, 2000.-508 с.
21.
Зубкова, Е.Ю. Общество и реформы 1945-1964/ Е.Ю. Зубкова.-М.: ИЦ «Россия молодая», 1993.-198 с.
22.
Ильичева, И.М. Психология духовности: дис. … д-ра псих. наук: 19.00.01/ Ильичева Ирина Михайловна.-Санкт Петербург, 2003.-450 с.
23.
Казакова, Л.И. Человек в системе духовной жизни общества: монография/ Л.И. Казакова.-М., 1999.-158 с.
24.
Калинин, М.И. О коммунистическом воспитании. Избранные речи и статьи. Издание 2-е/ М.И. Калинин.-М.: «Молодая гвардия», 1946.-300 с.
25.
Келли, Дж. А. Теория личности/Дж. А. Келли. – СПб.: Речь, 2000.-249 с.
26.
Ковальчук, М.В. Проблема целостности в психологии личности (на материале советской психологии 50-х-80-х гг.): дис. … канд. псих. наук: 19.00.01 / Ковальчук Марина Владимировна.-Москва, 1987.-264 с.
27.
Коновалова, М.А. Системное психолого-политическое исследование свободы человека: автореф. дис. … канд. псих. наук: 19.00.12/ Коновалова Мария Александровна.-Санкт Петербург, 2006.-25 с.
28.
Крутов, Н.Н. Мораль в действии. (О закономерностях влияния морали на поведение личности)/ Н.Н. Крутов.-М.: Политиздат, 1977.-255 с.
29.
Кузнецов, Г.Ю. Исторический опыт культурного строительства в СССР в годы Великой Отечественной войны: дис. … канд. историч. наук: 07.00.02 / Кузнецов Григорий Юрьевич.-Москва, 2005.-200 с.
30.
Лапина, Т.С. Этика социальной активности личности. Учебное пособие/ Т.С. Лапина.-М., 1974.-112 с.
31.
Леонтьев, А.Н. Очерк развития психики/ А.Н. Леонтьев.-М, 1947.-120 с.
32.
Леонтьев, Д.А. Очерк психологии личности.-2 изд./ Д.А. Леонтьев.-М.: Смысл, 1997.-64 с.
33.
Лещенко, Ю.Е. Развитие личности в онтогенезе как предмет рефлексии в отечественной педагогической психологии: дис. … канд. псих. наук: 19.00.07/ Лещенко Юлия Евгеньевна.-Ставрополь, 2001.-168 с.
34.
Лихонина, О.В. Театральность культуры тоталитарного государства (на примере советской культуры конца 1920-1930-х годов): автореф. дис. … канд. культурологич. наук: 24.00.01/ Лихонина Ольга Владимировна.-Екатеринбург, 2008.-21 с.
35.
Маслоу, А. По направлению к психологии бытия / А. Маслоу; Пер. с англ. Е. Рачковой.-М.: Изд-во ЭКСМО-ПРЕСС, 2002.-272 с.
36.
Мерлин, В.С. Очерк психологии личности/ В.С. Мерлин.-Пермь: Пермское книжное издательство, 1959.-173 с.
37.
Мялкин, А.В. Личность и строительство коммунизма (сущность процесса формирования всесторонне развитой личности)/ А.В. Мялкин.-Ростов: Изд-во Ростовского университета, 1971.-171 с.
38.
Мясникова, Л.А. Трансформация ценностей российского человека от советского к постсоветскому/ Л.А. Мясникова// Ярославский педагогический вестник.-2016.-№ 6.-С. 403-407.
39.
Нагапетова, А.Г. Концепция личности и образ современника в отечественной прозе послевоенного десятилетия (1945-1955 гг.): дис. … канд. филолог. наук: 10.01.02/ Нагапетова Анжела Герасимовна.-Майкоп, 2000.-135 с.
40.
Некрасова, Н.А. Феномен духовности: бытие и ценность: дис. … д-ра филос. наук: 09.00.01/ Некрасова Нина Андреевна.-Иваново, 2002.-313 с.
41.
Орлов, В.Н. Духовное производство и его развитие в условиях социализма: Монография/ В.Н. Орлов.-М.: Высш. шк., 1986.-133 с.
42.
Орлов, Ю.М. Восхождение к индивидуальности: Кн. для учителя/ Ю.М. Орлов.-М.: Просвещение, 1991.-286 с.
43.
Платонов, К.К. Психология религии. Факты и мысли/ К.К. Платонов.-М.: Политиздат, 1967.-239 с.
44.
Пулатов, Х.П. Коммунизм, государство, культура, личность (Строительство коммунизма и проблемы культурно-воспитательной функции общенародного социалистического государства)/ Х.П. Пулатов.-Т.: «Узбекистан» , 1971.-341 с.
45.
Пыжиков, А.В. Исторический опыт политического реформирования советского общества в 50-60 годы: дис. … д-ра историч. наук: 07.00.02 / Пыжиков Александр Владимирович.-Москва, 1999.-400 с.
46.
Рубинштейн, С.Л. Бытие и сознание. О месте психического во всеобщей взаимосвязи явлений материального мира/ С.Л. Рубинштейн.-М.: Издательство Академии наук СССР, 1957.-328 с.
47.
Рубцов, Н.И. Коммунизм и свобода/ Н.И. Рубцов.-Минск: Издательство БГУ им. В.И. Ленина, 1978.-176 с.
48.
Сенявская, Е.С. Психология российских участников войн XX века: дис. … д-ра историч. наук: 07.00.02/ Сенявская Елена Спартаковна.-Москва, 1999.-738 с.
49.
Смирнов, А.А. Развитие и современное состояние психологической науки в СССР/ А.А. Смирнов.-М.: «Педагогика», 1975.-352 с.
50.
Стругова, М.Р. Социальные процессы в послевоенном советском обществе (1945-1953 гг.): на примере Краснодарского края: дис. … канд. историч. наук: 07.00.02/ Стругова Марина Рафаэлевна.-Краснодар, 2007.-265 с.
51.
Уледов, А.К. Общественное мнение советского общества/ А.К. Уледов.-М.: Соцэкгиз , 1963.-391 с.
52.
Хаджаров, М.Х. Глобальные социокультурные процессы и духовная безопасность России/ М.Х. Хаджаров// Вестник Оренбургского государственного университета.-2015.-№ 3 (178).-С. 72-83.
53.
Чудновский, В.Э. Нравственная устойчивость личности. Психологическое исследование/ В.Э. Чудновский.-М.: Педагогика,1981.-208 с.
54.
Шестун, Е.В. Православные традиции духовно-нравственного становления личности (историко-теоретический аспект): дис. … д-ра пед. наук: 13.00.01/ Шестун Евгений Владимирович.-Казань, 2006.-384 с.
55.
Ященко, Е.Ф. Ценностно-смысловая концепция самоактуализации: дис. … д-ра псих. наук: 19.00.05/ Ященко Елена Федоровна.-Челябинск, 2006.-454 с.
References (transliterated)
1.
Anan'ev, B.G. Ocherki Psikhologii/ B.G. Anan'ev.-M.: Lenizdat, 1945.-160 s.
2.
Anan'ev, B.G. Psikhologiya chuvstvennogo poznaniya/ B.G. Anan'ev.-M.: Nauka, 2001.-277 s.
3.
Andreev, A. V. Dukhovnost' sovetskogo cheloveka/ A.V. Andreev // Aktual'nye voprosy sovremennoi psikhologii: materialy IV Mezhdunar. nauch. konf. (g. Krasnodar, fevral' 2017 g.).-Krasnodar: Novatsiya, 2017.-S. 1-5.
4.
Andreev, A.V. Sovetskoe pravotvorchestvo i svoboda dukhovnogo razvitiya lichnosti: opyt 1917-1922 gg./ A.V. Andreev// Vestnik Moskovskogo finansovo-yuridicheskogo universiteta.-№ 4.-2016.-S. 167-175.
5.
Afanas'ev, V.G. Sistemnost' i obshchestvo/ V.G. Afanas'ev.-M.: Politizdat, 1980.-368 s.
6.
Babosov, E.M. Istina i bogoslovie: Kritika bogoslovskikh interpretatsii nauchno-tekhnicheskogo progressa/ E.M. Babosov.-Mn.: Belarus', 1988.-414 s.
7.
Bibler, V.S. Nravstvennost'. Kul'tura. Sovremennost'. (Filosofskie razmyshleniya o zhiznennykh problemakh) / V.S. Bibler.-M.: Znanie, 1990.-62 s.
8.
Bogodel'nikova, L.A. Svoboda kak realizatsiya dukhovnoi prirody cheloveka: dis. … kand. filos. nauk: 09.00.01/ Bogodel'nikova Lyubov' Aleksandrovna.-Irkutsk, 2004. – 197 s.
9.
Bulygina, T.A. Obshchestvennye nauki v SSSR v seredine pyatidesyatykh-pervoi polovine vos'midesyatykh godov: dis. … d-ra istorich. nauk: 07.00.02 / Bulygina Tamara Aleksandrovna.-Stavropol', 2001.-486 s.
10.
Volkogonov, D.A. Ideologicheskaya bor'ba i kommunisticheskoe vospitanie/ D.A. Volkogonov// Novoe v zhizni, nauke, tekhnike. Seriya «Istoriya i politika KPSS».-1967.-№ 2.-S. 4-7.
11.
Gak, G. Sotsialisticheskoe obshchestvo i lichnost'/ G. Gak.-Rostov-na-Donu: Rostizdat, 1946.-48 s.
12.
Glezerman, G.E. Istoricheskii materializm i razvitie sotsialisticheskogo obshchestva. Izd. 2-e, dop./ G.E. Glezerman.-M.: Politizdat, 1973.-349 s.
13.
Gostev, A.A. Global'naya psikhomanipulyatsiya: psikhologicheskie i dukhovno-nravstvennye aspekty/ A.A. Gostev.-M.: Izd-vo «Institut psikhologii RAN», 2017.-467 s.
14.
Druzhba, O.V. Velikaya Otechestvennaya voina v istoricheskom soznanii sovetskogo i postsovetskogo obshchestva: dis. … d-ra istorich. nauk: 07.00.02/ Druzhba Ol'ga Vladimirovna.-Rostov-na-Donu, 2000.-508 s.
15.
El'meev, V.Ya. Vosproizvodstvo obshchestva i cheloveka/ V.Ya. El'meev.-M.: Mysl', 1988.-235 s.
16.
Zhuravlev, V.V. Problemy dukhovnoi zhizni razvitogo sotsializma/ V.V. Zhuravlev.-M.: Vyssh. Shkola, 1980.-176 s.
17.
Zabarin, A.V. Mekhanizmy psikhologicheskogo vozdeistviya politicheskoi propagandy: dis. … kand. psikh. nauk: 19.00.12/ Zabarin Aleksei Vladimirovich.-Sankt-Peterburg, 2003.-237 s.
18.
Zaitsev, V.V. Printsip svobody v postroenii nachal'nogo obrazovaniya: metodologicheskie osnovy, istoricheskii opyt i sovremennye tendentsii: Monografiya/ V.V. Zaitsev.-Volgograd: Peremena, 1998.-383 s.
19.
Zinov'ev, A.A. Kommunizm kak real'nost'; Krizis kommunizma/ A.A. Zinov'ev.-M.: Tsentrpoligraf, 1994.-494 s.
20.
Zubkova, E.Yu. Obshchestvennye nastroeniya v poslevoennoi Rossii-1945-1953 gg.: dis. … d-ra istorich. nauk: 07.00.02 / Zubkova Elena Yur'evna.-Moskva, 2000.-508 s.
21.
Zubkova, E.Yu. Obshchestvo i reformy 1945-1964/ E.Yu. Zubkova.-M.: ITs «Rossiya molodaya», 1993.-198 s.
22.
Il'icheva, I.M. Psikhologiya dukhovnosti: dis. … d-ra psikh. nauk: 19.00.01/ Il'icheva Irina Mikhailovna.-Sankt Peterburg, 2003.-450 s.
23.
Kazakova, L.I. Chelovek v sisteme dukhovnoi zhizni obshchestva: monografiya/ L.I. Kazakova.-M., 1999.-158 s.
24.
Kalinin, M.I. O kommunisticheskom vospitanii. Izbrannye rechi i stat'i. Izdanie 2-e/ M.I. Kalinin.-M.: «Molodaya gvardiya», 1946.-300 s.
25.
Kelli, Dzh. A. Teoriya lichnosti/Dzh. A. Kelli. – SPb.: Rech', 2000.-249 s.
26.
Koval'chuk, M.V. Problema tselostnosti v psikhologii lichnosti (na materiale sovetskoi psikhologii 50-kh-80-kh gg.): dis. … kand. psikh. nauk: 19.00.01 / Koval'chuk Marina Vladimirovna.-Moskva, 1987.-264 s.
27.
Konovalova, M.A. Sistemnoe psikhologo-politicheskoe issledovanie svobody cheloveka: avtoref. dis. … kand. psikh. nauk: 19.00.12/ Konovalova Mariya Aleksandrovna.-Sankt Peterburg, 2006.-25 s.
28.
Krutov, N.N. Moral' v deistvii. (O zakonomernostyakh vliyaniya morali na povedenie lichnosti)/ N.N. Krutov.-M.: Politizdat, 1977.-255 s.
29.
Kuznetsov, G.Yu. Istoricheskii opyt kul'turnogo stroitel'stva v SSSR v gody Velikoi Otechestvennoi voiny: dis. … kand. istorich. nauk: 07.00.02 / Kuznetsov Grigorii Yur'evich.-Moskva, 2005.-200 s.
30.
Lapina, T.S. Etika sotsial'noi aktivnosti lichnosti. Uchebnoe posobie/ T.S. Lapina.-M., 1974.-112 s.
31.
Leont'ev, A.N. Ocherk razvitiya psikhiki/ A.N. Leont'ev.-M, 1947.-120 s.
32.
Leont'ev, D.A. Ocherk psikhologii lichnosti.-2 izd./ D.A. Leont'ev.-M.: Smysl, 1997.-64 s.
33.
Leshchenko, Yu.E. Razvitie lichnosti v ontogeneze kak predmet refleksii v otechestvennoi pedagogicheskoi psikhologii: dis. … kand. psikh. nauk: 19.00.07/ Leshchenko Yuliya Evgen'evna.-Stavropol', 2001.-168 s.
34.
Likhonina, O.V. Teatral'nost' kul'tury totalitarnogo gosudarstva (na primere sovetskoi kul'tury kontsa 1920-1930-kh godov): avtoref. dis. … kand. kul'turologich. nauk: 24.00.01/ Likhonina Ol'ga Vladimirovna.-Ekaterinburg, 2008.-21 s.
35.
Maslou, A. Po napravleniyu k psikhologii bytiya / A. Maslou; Per. s angl. E. Rachkovoi.-M.: Izd-vo EKSMO-PRESS, 2002.-272 s.
36.
Merlin, V.S. Ocherk psikhologii lichnosti/ V.S. Merlin.-Perm': Permskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1959.-173 s.
37.
Myalkin, A.V. Lichnost' i stroitel'stvo kommunizma (sushchnost' protsessa formirovaniya vsestoronne razvitoi lichnosti)/ A.V. Myalkin.-Rostov: Izd-vo Rostovskogo universiteta, 1971.-171 s.
38.
Myasnikova, L.A. Transformatsiya tsennostei rossiiskogo cheloveka ot sovetskogo k postsovetskomu/ L.A. Myasnikova// Yaroslavskii pedagogicheskii vestnik.-2016.-№ 6.-S. 403-407.
39.
Nagapetova, A.G. Kontseptsiya lichnosti i obraz sovremennika v otechestvennoi proze poslevoennogo desyatiletiya (1945-1955 gg.): dis. … kand. filolog. nauk: 10.01.02/ Nagapetova Anzhela Gerasimovna.-Maikop, 2000.-135 s.
40.
Nekrasova, N.A. Fenomen dukhovnosti: bytie i tsennost': dis. … d-ra filos. nauk: 09.00.01/ Nekrasova Nina Andreevna.-Ivanovo, 2002.-313 s.
41.
Orlov, V.N. Dukhovnoe proizvodstvo i ego razvitie v usloviyakh sotsializma: Monografiya/ V.N. Orlov.-M.: Vyssh. shk., 1986.-133 s.
42.
Orlov, Yu.M. Voskhozhdenie k individual'nosti: Kn. dlya uchitelya/ Yu.M. Orlov.-M.: Prosveshchenie, 1991.-286 s.
43.
Platonov, K.K. Psikhologiya religii. Fakty i mysli/ K.K. Platonov.-M.: Politizdat, 1967.-239 s.
44.
Pulatov, Kh.P. Kommunizm, gosudarstvo, kul'tura, lichnost' (Stroitel'stvo kommunizma i problemy kul'turno-vospitatel'noi funktsii obshchenarodnogo sotsialisticheskogo gosudarstva)/ Kh.P. Pulatov.-T.: «Uzbekistan» , 1971.-341 s.
45.
Pyzhikov, A.V. Istoricheskii opyt politicheskogo reformirovaniya sovetskogo obshchestva v 50-60 gody: dis. … d-ra istorich. nauk: 07.00.02 / Pyzhikov Aleksandr Vladimirovich.-Moskva, 1999.-400 s.
46.
Rubinshtein, S.L. Bytie i soznanie. O meste psikhicheskogo vo vseobshchei vzaimosvyazi yavlenii material'nogo mira/ S.L. Rubinshtein.-M.: Izdatel'stvo Akademii nauk SSSR, 1957.-328 s.
47.
Rubtsov, N.I. Kommunizm i svoboda/ N.I. Rubtsov.-Minsk: Izdatel'stvo BGU im. V.I. Lenina, 1978.-176 s.
48.
Senyavskaya, E.S. Psikhologiya rossiiskikh uchastnikov voin XX veka: dis. … d-ra istorich. nauk: 07.00.02/ Senyavskaya Elena Spartakovna.-Moskva, 1999.-738 s.
49.
Smirnov, A.A. Razvitie i sovremennoe sostoyanie psikhologicheskoi nauki v SSSR/ A.A. Smirnov.-M.: «Pedagogika», 1975.-352 s.
50.
Strugova, M.R. Sotsial'nye protsessy v poslevoennom sovetskom obshchestve (1945-1953 gg.): na primere Krasnodarskogo kraya: dis. … kand. istorich. nauk: 07.00.02/ Strugova Marina Rafaelevna.-Krasnodar, 2007.-265 s.
51.
Uledov, A.K. Obshchestvennoe mnenie sovetskogo obshchestva/ A.K. Uledov.-M.: Sotsekgiz , 1963.-391 s.
52.
Khadzharov, M.Kh. Global'nye sotsiokul'turnye protsessy i dukhovnaya bezopasnost' Rossii/ M.Kh. Khadzharov// Vestnik Orenburgskogo gosudarstvennogo universiteta.-2015.-№ 3 (178).-S. 72-83.
53.
Chudnovskii, V.E. Nravstvennaya ustoichivost' lichnosti. Psikhologicheskoe issledovanie/ V.E. Chudnovskii.-M.: Pedagogika,1981.-208 s.
54.
Shestun, E.V. Pravoslavnye traditsii dukhovno-nravstvennogo stanovleniya lichnosti (istoriko-teoreticheskii aspekt): dis. … d-ra ped. nauk: 13.00.01/ Shestun Evgenii Vladimirovich.-Kazan', 2006.-384 s.
55.
Yashchenko, E.F. Tsennostno-smyslovaya kontseptsiya samoaktualizatsii: dis. … d-ra psikh. nauk: 19.00.05/ Yashchenko Elena Fedorovna.-Chelyabinsk, 2006.-454 s.