Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2132,   статей на доработке: 282 отклонено статей: 923 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Структура губернского и областного управления в Восточной Сибири в 1822–1917 гг.: принципы функционирования и региональные особенности
Гергилев Денис Николаевич

кандидат исторических наук

доцент, Сибирский федеральный университет

660130, Россия, Красноярский край, г. Красноярск, ул. Свободный, 82а, оф. 460

Gergilev Denis Nikolaevich

PhD in History

Docent, the department of Russian History, Siberian Federal University

660130, Russia, Krasnoyarsk, Svobodnyi Prospekt 82 A, office #460

denis.gergilev@yandex.ru
Аннотация. Объектом исследования определена административная политика в окраинных территориях Российской империи. Предметом изучения является структура губернских и областных органов власти Восточной Сибири в 1822–1917 гг. Под системой государственного управления будем понимать местные правительственные учреждения, определенные законодательством в присутственные места второй степени, следовавшей за Генерал-губернаторской и стоявшей перед Окружной (Уездной). Проведенный анализ ограничивается: территориально – Енисейской и Иркутской губерниями, Якутской и Забайкальской областями, входившими в Восточную Сибирь и на примере которых видны особенности принципов функционирования их административного управления; хронологически периодом с 1822 по 1917 г. в связи с вступлением в силу «Учреждения для управления Сибирских губерний» и ликвидацией Монархии. Реконструкция системы губернского и областного управления воссоздана на основе источников нормативно-правового характера, т. е. законов Российской империи, а также архивных материалов, справочных изданий и периодической печати. Использованы универсальные методы познания, обще- и специально-исторические, например, метод инверсии. Выявлены изменения в структуре и функционировании органов власти губернской и областной администрации. Сформулирован вывод о том, что в Восточной Сибири региональными особенностями второй степени государственного управления являлись: принципы коллегиальности и ограниченности, выраженные в существовании Советов и Присутствий при учреждениях, а также строгой их подведомственности; военно-административный характер управления власти губернаторов; отсутствие полной власти у областных органов государственного управления и их зависимость от губернских до 1851 г. Материалы статьи уточняют и расширяют научные знания об административной политики Российской империи в Восточной Сибири, создают дополнительные возможности для расширения исторических исследований в ее изучении.
Ключевые слова: административное управление, органы государственной власти, региональная политика, административная единица, регион, Восточная Сибирь, Иркутская губерния, Енисейская губерния, Якутская область, Забайкальская область
УДК: 94/47+57
DOI: 10.25136/2409-868X.2017.6.22903
Дата направления в редакцию: 15-05-2017

Дата рецензирования: 16-05-2017

Дата публикации: 16-06-2017

Abstract. The object of this research is the administrative policy in remote areas of the Russian Empire. The subject is the structure of the provincial and regional government authorities in the Eastern Siberia from 1822 to 1917. The system of public administration represents a system of local government authorities in the offices of the second degree. The place of the degree in the government hierarchy was between governor-general degree and district degree. The research covers the Yeniseysk and the Irkutsk governorates, Yakutia and Zabaykalsky regions. These parts of the Eastern Siberia are the bright examples of the managerial control. The chronological limits of the research cover the period from 1822 to 1917. The key historical events in the timeline are «Institution for Siberian province management» and regulations of the reform of regional management. The main idea of the reform lies in the principle of common ground for public administration in Siberia. The research sources are the rules of the Russian Empire, archival materials, reference publications and periodical press. Methodological base of the research includes cognition universal method, general and special historical methods, inversion method. The changes in the structure of province and regional government system are demonstrated. The conclusion is made that the local features of the public administration of second degree were the principles of collective nature and scantiness (due to the Councils and Presence at the government institutions); military-administrative features of the governor power; the lack of power of regional authorities, the dependence of regional authorities from province authorities. The research specifies and extends scientific knowledge concerning the administrative policy of the Russian Empire in the Eastern Siberia, creates the additional possibilities for widening historical investigations in study of the policy.

Keywords: Irkutsk province, Eastern Siberia, region, administrative-territorial unit, regional policy, public authorities, administrative governance, Yeniseysk governorate, Yakutia, Zabaykalsky region

Введение

Административное управление – это одна из важнейших сфер деятельности государства. Любые изменения в системе руководства страной должны быть основаны на традициях и новациях с учетом успехов и неудач в предшествовавшие эпохи. Изучение исторического опыта управления регионами – это тема многих научных исследований. Для последнего времени характерно повышение научного интереса к истории институтов власти в Сибири. Современными теоретическими междисциплинарными исследованиями проложен путь на серьезный компаративистский уровень изучения истории имперской политики в освоении территорий.

Фундаментальные работы А. В. Ремнева определили геополитические и геоэкономические факторы формирования административно-управленческой модели в Сибири и на Дальнем Востоке (преимущественно Западной Сибири) [37, 38]. Исследователи Л. М. Дамешек и И. Л. Дамешек установили взаимосвязь политики и экономики, обусловливавшую инкорпорацию «Азиатской России» в общеимперское пространство, усиливавшуюся с ростом социально-экономического развития региона [12, 13]. Через исследование сибирской бюрократии выявлены особенности и проблемы кадровой политики, характерные для Сибири и ее отдельных территорий [1416, 20]. Историками и правоведами М. О. Акишиным, С. В. Коданом, С. А. Февралевым и др. рассмотрен правовой аспект организации центральных и местных органов управления в контексте становления и эволюции имперской системы права, определявшей порядок закрепления за Россией присоединенных земель [45, 8, 10, 17, 42, 44]. Юридическая конструкция управленческой вертикали власти в Сибири (на генерал-губернаторском, губернском, окружном, волостном и инородческом уровнях) по реформе 1822 г. представлена в работах Н. И. Краснякова [18, 19]. Несомненно актуальной все еще остается тема рассмотрения компетенций отдельных государственных учреждений в рамках допущения в них деконцентрации власти со стороны правительства. В этом направлении уже присутствуют работы по генерал-губернаторам, губернаторам, судебной системе и пр. [3, 6–7, 9, 21, 41]. Однако отдельные аспекты организации и деятельности местных органов власти в Сибири нельзя назвать разработанными в достаточной степени. Налицо очевидный пробел в эволюционном сравнительно-историческом исследовании губернских и областных учреждений, проведенном с конкретизацией их строения и полномочий в XIX – начале ХХ вв. Подобных работ как в отечественной, так и зарубежной историографии на сегодняшний день нет.

Цель нашей статьи – реконструкция структуры и функций губернских и областных органов государственной власти в Восточной Сибири в период с 1823 по 1917 г. с выявлением происходивших в них изменений и особенностей.

Территориальные рамки работы ограничены Енисейской и Иркутской губерниями, Якутской и Забайкальской областями как административными единицами, имевшими соответственно схожие системы управления. Хронологические границы исследования определены введением в действие «Учреждения для управления Сибирских губерний» 1822 г. и ликвидацией монархической системы власти в 1917 г.

Источниковой базой исследования явились законодательные акты и книги штатов, опубликованные в Полном собрании законов Российской империи, архивные материалы (делопроизводственные документы, служебная переписка), справочные издания и пр. Методология исследования основана на универсальных методах познания (анализ, синтез, сравнение), обще- и специально-исторических (проблемно-хронологический, историко-философский, ретроспективный, метод инверсии), комплексное использование которых позволило установить структуру местных учреждений Восточной Сибири и выявить особенности в их функционирования в динамике.

Территориальное устройство Восточной Сибири

В XIX в. владения Российской империи, не входившие в состав европейской территории, законодательством разделялись условно на две категории: одни из них находились в Европе, другие – в Азии. К первым относились Царство Польское и В. Кн. Финляндское; ко вторым – Кавказский и Закавказский край, Сибирь и Среднеазиатские владения. Административное деление каждого из них представляло собой свои особенности.

По именному указу Александра I в июле 1822 г. вступило в силу «Учреждение для управления Сибирских губерний» – законодательная база всей системы государственного и общественного управления, поддававшая изменения и преобразованиям со стороны правительства вплоть до 1917 г.

По выработанному графом М. М. Сперанским административному устройству Сибирь представляла собой два генерал-губернаторства – Западно-Сибирское и Восточно-Сибирское. В состав последнего в первой половине XIX в. входили Енисейская и Иркутская губернии, а также требовавшие «особенного образования» Якутская область, Троицкосавское пограничное управление, Охотское и Камчатское приморские управления [22, ч. 1, ст. 321]; с 1851 г. Забайкальская область, выделенная в самостоятельную административную единицу из округ Иркутской губернии [22, ч. 2, с. 44, 52]. В дальнейшем территориальное деление Сибири претерпевало серьезные изменения, причины которых заключались в политических и социально-экономических процессах: включение в границы Российского государства Среднеазиатских владений, укрепление на Дальнем Востоке, развитие промышленности, торговли, увеличение плотности населения и пр. С 1884 г. по 1917 г. в составе Восточно-Сибирского генерал-губернаторства (после 1887 г. – под названием Иркутского) находились Енисейская и Иркутская губернии, Якутская область [31–33]; в 1906 г. была вновь присоединена Забайкальская [34].

В историческом аспекте Иркутская и Енисейская губернии находились на более высоком уровне развития, чем Якутская и Забайкальская области, земли которых считались недавно присоединенными и недостаточно экономически освоенными. В названных губерниях преобладало русское старожильческое население с привычным для него земледельческим образом жизни, пришедшее в Сибирь еще в XVIIXVIII вв. В свою очередь, Якутская и Забайкальская области при условии их предельной территориальной отдаленности, холодного климата и менее плодородной почвы в большей степени были заселены инородцами (якутами, тунгусами, коряками и пр.), занимавшимися традиционными промыслами и не требовавшими какого-либо контроля или вмешательства со стороны правительственных структур.

Губернское управление

Иркутская и Енисейская губернии с 1822 по 1895 г. имели двухуровневую структуру Государственного управления: общее губернатор и Совет при нем; частное Губернское правление, Казенная палата, Губернский суд и Камера прокурора, последние из которых входили в органы административной власти до реализации в 1896 г. судебной реформы [18, с. 76].

Общее губернское управление, воплощавшее собой принцип коллегиальности, до 1851 г. присутствовало только в Иркутской и Енисейской губерниях, а в областях Восточной Сибири, имевших пограничное и, следовательно, важное военно-стратегическое положение, отсутствовало [22, ч. 1, ст. 392, 392; 22, ч. 2, с. 45]. Губернатору и Совету при нем подчинялись все административные учреждения на губернском и окружном уровнях власти: Губернское правление, Казенная палата, Губернский суд, Врачебная управа, Типография, Архив, Окружное правление, Окружное казначейство и пр. [18, с. 76]. Введение по проекту М. М. Сперанского совещательных мест (Советов при Генерал-губернаторе, губернаторе), безусловно, являлось новшеством, причем не только в Сибири, а для всего государства.

Иркутский и Енисейский губернаторы исполняли роли непосредственных хозяев губерний и имели последнее слово в социально-экономических и политических вопросах. У сибирских губернаторов не было заместителей, так как должность вице-губернатора до 1895 г. отсутствовала. Губернаторы числились по ведомству Министерства внутренних дел и были ответственны перед Государем Императором, а подсудны только по решению Правительствующего Сената. Кроме того, на должности «начальников» Енисейской и Иркутской губерний зачастую назначались военные, находившиеся по ведомству Генерального Штаба. В таких случаях военные губернаторы командовали губернскими воинскими частями, а в их подчинении были офицеры [43, с. 839]. Так, например, в Енисейской губернии за 1822–1917 гг. из 17 губернаторов являлись военными пять человек, а, для сравнения, во внутренней Рязанской губернии за весь имперский период её существования (1796–1917 гг.) – только один [14, с. 45].

В Сибири отраслевые учреждения по ведомствам – Губернское правление, Казенная палата и Губернский суд (при Министерствах внутренних дел, финансов и юстиции) – имели большую самостоятельность , чем в центральной части государства, так как губернатору были подконтрольны только в порядке общего надзора [18, c. 76]. Согласно штатному расписанию при каждом из них находился собственный председатель, имевший статус чиновника генеральского ранга, а также совещательное Присутствие и Канцелярия. Во внутренних губерниях России Губернские правления и Казенные палаты возглавлялись вице-губернаторами, а должность председателя Казенной палаты появилась только в 1837 г. [16, с. 136].

Губернское правление было структурировано на четыре отделения, самостоятельных по своим полномочиям: Первое отделение устройство полиции, пожарных заведений (в городах и округах), «квартирование» войск и жандармских команд, участие в ликвидации эпидемий и эпизоотий; Второе отделение обнародование законов, решение дел по нотариальной части, надзор за устройством канцелярий и архивов в окружных учреждениях; Третье отделение кураторство городских доходов и расходов, смета и раскладка земских, волостных и инородных повинностей, учет казенной собственности в губернии; Четвертое отделение (называлось еще Экспедицией о ссыльных) прием и распределение ссыльных, надзор за тюрьмами и поселениями [22, ч. 1, ст. 36–40].

При Губернском правлении С 1822 по 1895 г. находились Приказ общественного призрения и Врачебная управа. Приказ отвечал за устройство и заведование народными школами, больницами, богадельнями, сиротскими, работными домами; Врачебная управа – за охрану народного здоровья, предотвращение эпидемий, мора скота. Приказ подобно Губернскому правлению имел Присутствие (с совещательными функциями) и Канцелярию. Присутствие Приказа состояло из председателя Губернского правления, врачебного инспектора, заседателя Приказа и главы города, а Канцелярия – из секретаря, бухгалтера, столоначальников, их помощников и писцов, с 1874 г. – еще и журналистов. Штатный состав Врачебной управы на протяжении 70 лет был постоянен: в него входили инспектор (как руководитель), оператор, акушер, ветеринарный врач, секретарь. Кроме того в губерниях при Министерстве внутренних дел работали «Строительная часть» (состояла из губернского архитектора, его помощника и из не имевших классных чинов двух чертежников и писца), Типография и Архив, которые функционировали по своим положениям и фактически состояли в Губернском правлении [22, ч. 1, ст. 14, 44]. Заметим, что в губерниях Центральной России Приказы общественного призрения, Врачебная управа были ликвидированы с введением земских учреждений (1864 г.) и городского общественного управления (1870 г.). В связи с тем, что Земская реформа на Сибирь распространена не была, в Сибири они действовали до 1895 г. [28].

Губернский Совет и Губернское правление в 1895 г. соединились в одном учреждении под названием Губернское управление, которое вплоть до 1917 г. функционировало как многопрофильное учреждение. В него вошли все ранее существовавшие места в губернии по Министерству внутренних дел. В его Присутствие под председательством губернатора вошли: вице-губернатор, управляющий Казенной палатой, председатель Губернского суда и Губернский прокурор (до 1897 г.), глава Управления государственных имуществ (с 1897 по 1917 г.), непременные члены по крестьянским делам (с 1898 по 1917 г.), советники Губернского управления, Губернский тюремный инспектор, его помощник (с правом совещательного голоса), Губернский врачебный инспектор, Губернский ветеринар, Губернский инженер и Губернский архитектор (с правом совещательного голоса). В свою очередь, Канцелярия состояла из четырех отделов, которые имели названия, соответствовавшие их полномочиям: распорядительное, тюремное, врачебное и строительное. Кроме того Канцелярия имела 12 отделений: «первое», «второе», «третье», крестьянское (с 1898 по 1917 г.), тюремное, врачебное, строительное, ветеринарное, бухгалтерская часть, журнальная, «экзекуторская» и казначейская части, губернский архив [2730].

Губернским учреждением по Министерству финансов была Казенная палата, которая занималась всеми вопросами финансовой политики на данной административной территории (ведение доходов, расходов и отчетности) [18, с. 76]. Губернская Казенная палата с 1822 по 1917 г. состояла из Присутствия, Канцелярии и Архива. Членами присутствия были: председатель и советники. Канцелярия отвечала за делопроизводство и включала в себя чиновников «при палате». С 1822 по 1856 г. канцелярия Казенной палаты состояла из Хозяйственного, Винного и соляного, Контрольного и Отделения казначейств. Во главе трех первых отделений стояли Советники, а Отделением казначейства руководил Губернский казначей. С течением времени Губернская Казенная палата теряла ряд полномочий, переданных Контрольной палате, функционировавшей в Сибири с 1866 по 1886 г., Управлению государственных имуществ (с 1897 по 1917 г.), Акцизному управлению (с 1902 по 1917 г.), введенным в Сибири значительно позднее, чем в Европейской части Российской империи [15, с. 86].

По Министерству юстиции с 1822 по 1897 г. в состав губернской администрации входил Губернский суд, который осуществлял судебное производство по гражданским и уголовным делам. Работавшая при нем Камера губернского прокурора контролировала деятельность всех органов местной власти, обеспечивала законность, выявляя, устраняя и предупреждая нарушения в государственных учреждениях на всех уровнях местной власти. Структура Губернского суда была идентичная по своим основынм элементам Губернскому правлению и Казенной палате – Присутствие, Канцелярия и Архив. В Присутствие входили Председатель суда и четыре советника; в Канцеляриюсекретари и протоколисты, столоначальники и их помощники, журналист, экзекутор; в Архив архивариус и писец. «Камера губернского прокурора» была представлена губернским прокурором, губернскими стряпчими (по уголовным и казенным делам) и канцелярскими чиновниками [18, с. 76; 36]. В 1885 г. данное учреждение переименовали в прокурорский надзор, а должности губернских стряпчих – в товарищи прокурора [35].

Областное управление

С 1822 по 1851 г. областное управление не являлось средним или дополнительным установлением между окружным и губернским начальством, а представляло собой часть Губернского управления и вводилось только в труднодоступных и географически отдаленных территориях (с малым числом населения). Непосредственными его задачами были обязанности по ускорению производства дел, административный надзор и контроль [22, ч. 1, ст. 574–575].

Государственная власть в Якутской области была представлена Областным правлением (во главе с Областным начальником, а с 1851 г. гражданским губернатором), при котором находились Канцелярия, Архив, Областной землемер, ревизовавший действия Окружных землемеров (также как и в губерниях). Других учреждений вплоть до 1917 г. не было [22, ч. 1, ст. 391–395; 22, ч. 2, с. 53; 34].

Обязанности областного начальника, с одной стороны, были самыми широкими (при отсутствии в администрации других высших чиновников): контроль за деятельностью Окружных управлений, «представление» к определению в должности, наградам или увольнению чиновников, утверждение членов Думы и Городского суда, Волостных голов и старост, утверждение инородных старшин и начальников; с другой стороны, прописывались ограничения – например, при полной его самостоятельности необходимость «отправления к Иркутскому Губернскому начальству списков всех чиновников, служащих в области» [22, ч. 1, ст. 396].

Предметами ведения Якутского Областного правления с 1822 по 1851 г. были: по Общему управлению – организация деятельности учреждений на окружном уровне власти (ревизии, ведение отчетности, рассмотрение жалоб на окружные места); по Полиции – то же, что и у Губернского правления; по хозяйству – представление отчетности Иркутскому Губернскому Совету, решение всех торговых вопросов, исполнение поручений Иркутской Казенной палаты; по суду – все функции, что и у Губернского суда, т. е. рассмотрение и решение тяжебных и уголовных дел, включая апелляции и кассации [22, ч. 1, ст. 397].

По мере усложнения хозяйственной жизни Восточной Сибири все более насущной стала необходимость преобразования в системе административного управления территориями. Подобные проекты появились уже через несколько лет после реформы 1822 г. Часть предложений были направлены на усиление генерал-губернаторской власти в Сибири, другие касались нового административного деления территорий. Так, в 1833 г. императором Николаем I и членами Первого Сибирского комитета (под председательством князя В. П. Кочубея) были одобрены некоторые предложения первого генерал-губернатора Восточной Сибири А. С. Лавинского о расширении его влияния по делам о ссыльных [10, л. 12 об., 15; 33, л. 5]. В свою очередь, проекты более кардинальных изменений второго генерал-губернатора Восточной Сибири С. Б. Броневского не нашли поддержку правительства, видимо, потому, что их суть состояла в предложении провести новое административно-территориальное деление Восточной Сибири с внимательным учетом географических, демографических принципов его построения. Например, с целью ликвидации ограниченности власти местного начальства им было предложено разделить большой Иркутский округ на два более мелких – Верхнеленский и Иркутский; а малонаселенную Якутскую область укрупнить за счет передачи функций по ее управлению Охотскому и Камчатскому приморским управлениям [16, л. 5–5 об.].

В 1851 г. в ответ «на насущные нужды» вышло сразу два Высочайше утвержденных положения: об управлении Якутской области и о выделении из Иркутской губернии отдельной Забайкальской области [23, 24]. Забайкальская область была создана из округов Иркутской губернии: Верхнеудинского и Нерчинского (за исключением Троицесавска, Кяхтинской и Усть-Кяхтинской слобод с прилегавшими к ним землями); статус областного города приобрела Чита. В свою очередь, Якутская область впредь лишалась зависимости от Иркутского губернского начальства, что действовало до 1917 г. [23, ст. 1].

Во главе названных административных единиц уже стояли губернаторы: в Забайкальской области – Военный губернатор (он же – Наказной Атаман Забайкальского казачьего войска); в Якутской области – гражданский губернатор [23]. Функции работы Якутского Гражданского губернатора стали более широкими, чем были у Областного начальника до 1851 г. Заметим, никакой отчетности Якутский губернатор перед Иркутским более уже не нес, а напрямую, как и Областное правление, подчинялся Главному управлению Восточной Сибири, затем Сенату и соответствовавшим по отрасли Министерствам [24, ст. 1, 9, 13].

Областное управление с 1851 по 1917 гг., Якутское и Забайкальское соответственно, было представлено Областным правлением (каждое). Совещательные в нем функции стало выполнять Присутствие – подобие коллегиального Губернского совета. В его состав входили асессор и три советника, из которых старший имел обязанности председателя (как в губернии). При Областном правлении состояла Канцелярия, кадровый состав которой определялся подробными штатными расписаниями. Определенным новшеством в Якутской и Забайкальской областях было введение в структуру областной администрации должности Областного прокурора, который должен был обеспечивать более серьезный контроль со стороны государства за действиями местной власти. Его статус и плномочия соответствовали Губернскому: осуществлял надзор за Областным правлением, Окружным судом (в Якутске и Чите) и городской полицией [24, ст. 1–5, 12]. Реализация «Временных правил о применении судебных уставов к губерниям и областям Сибири » 1896 г. вывела областного управления из состава исполнительной власти [35]. Однако более Областное правление вплоть до 1917 г. не реформировалось.

Выводы

Восточная Сибирь, входившая в состав огромной Российской империи в особом статусе, основанном на использовании института Генерал-губернаторства, с 1822 по 1917 г. в административном управлении претерпевала изменения. Применяемые на окраинах различные формы территориально-административного устройства – губернии и области – были тем самым рычагом, с помощью которого государство приспосабливалось к столь разным условиям, распространения своей власти на огромной территории.

В реформировании системы администрирования в губерниях и областях Восточной Сибири присутствовало по два основных этапа: рубежом которых для Енисейской и Иркутской губерний стал 1895 г., а для Якутской и Забайкальской областей 1851. Суть изменений заключалась в том, что значительные преобразования в структуре и полномочиях губернского управления прошли по реформе местных учреждений Министерства внутренних дел 1896 г. В губерниях места по Министерствам финансов и юстиции в составе губернской администрации реформировались слабее, а суть их преобразований состояла в изъятии у них функций и передачи их в созданные Контрольную палату, Акцизное управление и пр. Областное управление было своего рода урезанной губернской системой, преобразования которой заключались в ликвидации принципа его ограниченности. По реформе 1851 г. Якутская и Забайкальская Областные администрации получили комплекс полномочий, которые вплоть до 1917 г. сосредотачивались в одном лишь учреждении Областном правлении, возглавляемом до этого областным начальником, а после 1851 г. губернатором. Несоменно, государственное управление Якутской и Забайкальской областями шло по разному пути (граждаснкому и военному). Все еще остаются неиследованными вопросы структуры и полномочий окружных, волостных органов власти, имевших свои различия в конкретных регионах Восточной Сибири. Однако пока ограничимся выводом о том, что проведенные преобразования в губерниях и областях имели строгий систематический характер и явились попыткой ликвидации одной из главных черт административного поля имперской России – так называемой «недоуправляемости», что способствовало централизации государственного управления.

Библиография
1.
Авдеева О. А. Административно-территориальные преобразования в Сибири. вторая половина XVI–начало XX в. // Закон и право. 2007. № 11. С. 102.
2.
Авдеева О. А. Национально-территориальные принципы государственно-правового строительства. XVI–XIX вв. // Закон и право. 2007. № 10. С. 109–111.
3.
Авдеева О. А. Реализация в Сибири судебной реформы 1864 г. // История государства и права. 2007. № 20. С. 12–15.
4.
Акишин М. О. Русское государство, международное право и присоединение Сибири: постановка вопроса // Вопросы правоведения. 2013. № 3 (19). С. 424–437.
5.
Акишин М. О. Этнические общности Сибири в истории российского права: проблема дефиниций // Юридическая техника. 2016. № 10. С. 60–67.
6.
Бердников Л. П., Лонина С. Л. От денежной кладовой до Министерства финансов: очерки истории административно-хозяйственного управления Енисейской губернии Красноярского края (1822–2009). Ч. 1. Столетний путь Енисейской Казенной палаты. Красноярск: Издание Министерства финансов Красноярского края, 2009. 264 с.
7.
Борисов А. А. Исторические предпосылки и значение образования Якутского областного управления (к постановке проблемы) // Известия Иркутского государственного университета. Серия: История. 2017. Т. 19. С. 6–16.
8.
Власть в Сибири: XVI – начало ХХ в. 2-е изд. / сост. М. О. Акишин, А. В. Ремнев. Новосибирск: ИД «Сова», 2005. 696 с.
9.
Гергилев Д. Н. Административное управление Сибирью в XVIII – первой трети XIX века: монография. Красноярск: Сиб. федер. ун-т, 2016. 172 с.
10.
Гергилев Д. Н., Дуреева Н. С. Роль реформ М. М. Сперанского в управлении Сибирью // Вестник Томского государственного университета. 2016. № 413. С. 88–93.
11.
Государственный архив Российской федерации (ГАРФ). Ф. 109. 1-я экс. Оп. 8. 1833 г. Д. 253.
12.
Дамешек И. Л. Имперская география генерал-губернаторской власти в России: от Александра I до Николая II // Известия Иркутского государственного университета. Серия: История. 2016. Т. 15. С. 15–21.
13.
Дамешек Л. М. Программы развития системы образования в Азиатской России в материалах второго сибирского комитета / Л. М. Дамешек, И. Н. Мамкина, И. Л. Дамешек // Вестник Томского государственного университета. 2017. № 414. С. 92–97.
14.
Карчаева Т. Г. Губернаторы Енисейской губернии (социальный портрет сибирского чиновничества) // Известия Иркутского государственного университета. Серия: История. 2014. Т. 7. С. 44–50.
15.
Карчаева Т. Г. Социальные ограничения доступа в органы государственной власти в XIX – первой трети ХХ вв. (на материалах Приенисейского края) // Проблемы социально-экономического развития Сибири. 2016. № 4 (26). С. 85–90.
16.
Карчаева Т. Г. Социокультурный портрет чиновников Енисейской губернии (1822–1917 гг.) // Гуманитарные науки и образование. 2016. № 1 (25). С. 135–139.
17.
Кодан С. В. Систематизация местных узаконений прибалтийских губерний Российской империи (1720–1860-е гг.) // Политика и Общество. 2013. №1. C. 108–120. DOI: 10.7256/1812-8696.2013.01.14.
18.
Красняков Н. И. Оптимизация властеотношений в Сибири по реформе 1822 года // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2016. Т. 15. № 1. С. 7284.
19.
Красняков Н. И. Общеимперские тенденции и попытки реализации местной специфики в управленческо-нормативной системе Сибири XVIII в. // Genesis: исторические исследования. 2015. № 6. С.322–361. DOI: 10.7256/2409-868X.2015.6.16182. URL: http://e-notabene.ru/hr/article_16182.html
20.
Матханова Н. П. Высшая администрация Восточной Сибири в середине XIX в.: Проблемы социальной стратификации. Новосибирск: Сибирский хронограф, 2002. 250 с.
21.
Матханова Н. П. Деятельность генерал-губернаторов Восточной Сибири: закон и практика // Известия Иркутского государственного университета. Серия: История. 2016. Т. 15. С. 22–30.
22.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 1. 1822. Т. 44. Ч. 1, 2. № 29125 «Учреждение для управления Сибирских губерний».
23.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2. 1851. Т. 26. Ч. 1. № 25394 «Об управлении Забайкальской областью»;
24.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2. 1851. Т. 26. Ч. 1. № 25395 «Об управлении Якутской областью».
25.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2. 1862. Т. 37. Ч. 1, 2. № 38063 О применении к Западной и Восточной Сибири Положения об акцизном управлении питейными сборами.
26.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2. 1865. Т. 40. Ч. 1, 2. № 42755 «Об открытии с 1 января 1866 г. местных контрольных учреждений в губерниях, в которых вводится единство кассы ».
27.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 2. 1873. Т. 48. Ч. 1, 2. № 52188 «О преобразовании Тобольской, Томской, Енисейской и Иркутской казенных палат».
28.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. 1895. Т. 15. Ч. 1. № 11757 «О преобразовании губернских установлений ведомства Министерства Внутренних дел в губерниях Тобольской, Томской, Енисейской и Иркутской и об утверждении штата означенных установлений».
29.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. 1896. Т. 16. Ч. 1. 2. № 13582 «О порядке заведования государственными имуществами в Иркутской и Енисейской губерниях и об утверждении штата Управления государственными имуществами в названных губерниях».
30.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. 1900. Т. 20. Ч. 1, 2. № 18803 «Об утверждении расписания должностей и окладов содержания в Казенных палатах и казначействах».
31.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. 1884. Т. 4. № 2366 (см. № 2245) «О разделении Восточно-Сибирского округа на два: Иркутский и Приамурский»;
32.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. 1884. Т. 4. № 2402 «Об освобождении Генерал-Губернатора Восточной Сибири от обязанностей по главному местному управлению Нерчинским горным округом и о подчинению Начальника сего округа непосредственно Кабинету Его Императорского Величества».
33.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. 1887. Т. 7. Ч. 1. № 4517 «О преобразовании Главного управления Восточной Сибири».
34.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. 1906. Т. 26. Ч. 1. № 27565 «О новом распределении военных округов в Сибири, в связи с изменением высшего гражданского управления Иркутским и Приамурским генерал-губернаторствами».
35.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. 1885. Т. 5. Ч. 1. № 2770 «О некоторых изменениях по судопроизводству и судопроизводству в губерниях Тобольской и Томской. Восточной Сибири и Приамурском крае».
36.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. 3. 1896. Т. 16. Ч. 1. № 12932 «Временные правила о применении судебных уставов к губерниям и областям Сибири »
37.
Ремнев А. В. Самодержавие и Сибирь. Административная политика в первой половине XIX века / А. В. Ремнев. – Омск: Изд-во Омского ун-та, 1995. – 237 с.
38.
Ремнев А. В. Административно-территориальное устройство сибирского региона (теоретические проблемы) // Вестник Омского университета. Спец.вып. № 3. 1996. С. 11–19.
39.
Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 1. Оп. 1. Д. 17023.
40.
Самохин К. В. Типология модернизации в отечественном историческом дискурсе // Исторический журнал: научные исследования. 2017. № 2. С. 28–39. DOI: 10.7256/2454-0609.2017.2.22111. URL: ttp://nbpublish.com/library_read_article.php?id=22111.
41.
Съемщиков А. Е. Государственная гражданская служба в Сибири в XIX в.: особенности структуры и кадрового обеспечения // Гуманитарные исследования в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. 2016. № 4 (38). С. 47–53.
42.
Февралёв С. А. Местные правовые системы национальных регионов в политике российской верховной власти (вторая половина XVII – начало XX вв.). // Политика и Общество. 2012. № 1. C. 152–163.
43.
Энциклопедический словарь / Под ред. Ф. А. Брокгауз, И. А. Ефрон: в 86 т., т. 9 А (18). СПб.: Типолитографія Акц. Общ. Брокгаузъ–Ефронъ, 1893. 974 с.
44.
Graber K. E., Murray J. D. The Local History of an Imperial Category: Language and Religion in Russia's Eastern Borderlands, 1860s–1930s // Slavic Review. 2015. Vol. 74 (1). P. 127–152. [in US]
References (transliterated)
1.
Avdeeva O. A. Administrativno-territorial'nye preobrazovaniya v Sibiri. vtoraya polovina XVI–nachalo XX v. // Zakon i pravo. 2007. № 11. S. 102.
2.
Avdeeva O. A. Natsional'no-territorial'nye printsipy gosudarstvenno-pravovogo stroitel'stva. XVI–XIX vv. // Zakon i pravo. 2007. № 10. S. 109–111.
3.
Avdeeva O. A. Realizatsiya v Sibiri sudebnoi reformy 1864 g. // Istoriya gosudarstva i prava. 2007. № 20. S. 12–15.
4.
Akishin M. O. Russkoe gosudarstvo, mezhdunarodnoe pravo i prisoedinenie Sibiri: postanovka voprosa // Voprosy pravovedeniya. 2013. № 3 (19). S. 424–437.
5.
Akishin M. O. Etnicheskie obshchnosti Sibiri v istorii rossiiskogo prava: problema definitsii // Yuridicheskaya tekhnika. 2016. № 10. S. 60–67.
6.
Berdnikov L. P., Lonina S. L. Ot denezhnoi kladovoi do Ministerstva finansov: ocherki istorii administrativno-khozyaistvennogo upravleniya Eniseiskoi gubernii Krasnoyarskogo kraya (1822–2009). Ch. 1. Stoletnii put' Eniseiskoi Kazennoi palaty. Krasnoyarsk: Izdanie Ministerstva finansov Krasnoyarskogo kraya, 2009. 264 s.
7.
Borisov A. A. Istoricheskie predposylki i znachenie obrazovaniya Yakutskogo oblastnogo upravleniya (k postanovke problemy) // Izvestiya Irkutskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya. 2017. T. 19. S. 6–16.
8.
Vlast' v Sibiri: XVI – nachalo KhKh v. 2-e izd. / sost. M. O. Akishin, A. V. Remnev. Novosibirsk: ID «Sova», 2005. 696 s.
9.
Gergilev D. N. Administrativnoe upravlenie Sibir'yu v XVIII – pervoi treti XIX veka: monografiya. Krasnoyarsk: Sib. feder. un-t, 2016. 172 s.
10.
Gergilev D. N., Dureeva N. S. Rol' reform M. M. Speranskogo v upravlenii Sibir'yu // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. 2016. № 413. S. 88–93.
11.
Gosudarstvennyi arkhiv Rossiiskoi federatsii (GARF). F. 109. 1-ya eks. Op. 8. 1833 g. D. 253.
12.
Dameshek I. L. Imperskaya geografiya general-gubernatorskoi vlasti v Rossii: ot Aleksandra I do Nikolaya II // Izvestiya Irkutskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya. 2016. T. 15. S. 15–21.
13.
Dameshek L. M. Programmy razvitiya sistemy obrazovaniya v Aziatskoi Rossii v materialakh vtorogo sibirskogo komiteta / L. M. Dameshek, I. N. Mamkina, I. L. Dameshek // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. 2017. № 414. S. 92–97.
14.
Karchaeva T. G. Gubernatory Eniseiskoi gubernii (sotsial'nyi portret sibirskogo chinovnichestva) // Izvestiya Irkutskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya. 2014. T. 7. S. 44–50.
15.
Karchaeva T. G. Sotsial'nye ogranicheniya dostupa v organy gosudarstvennoi vlasti v XIX – pervoi treti KhKh vv. (na materialakh Prieniseiskogo kraya) // Problemy sotsial'no-ekonomicheskogo razvitiya Sibiri. 2016. № 4 (26). S. 85–90.
16.
Karchaeva T. G. Sotsiokul'turnyi portret chinovnikov Eniseiskoi gubernii (1822–1917 gg.) // Gumanitarnye nauki i obrazovanie. 2016. № 1 (25). S. 135–139.
17.
Kodan S. V. Sistematizatsiya mestnykh uzakonenii pribaltiiskikh gubernii Rossiiskoi imperii (1720–1860-e gg.) // Politika i Obshchestvo. 2013. №1. C. 108–120. DOI: 10.7256/1812-8696.2013.01.14.
18.
Krasnyakov N. I. Optimizatsiya vlasteotnoshenii v Sibiri po reforme 1822 goda // Vestnik Novosibirskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya, filologiya. 2016. T. 15. № 1. S. 7284.
19.
Krasnyakov N. I. Obshcheimperskie tendentsii i popytki realizatsii mestnoi spetsifiki v upravlenchesko-normativnoi sisteme Sibiri XVIII v. // Genesis: istoricheskie issledovaniya. 2015. № 6. S.322–361. DOI: 10.7256/2409-868X.2015.6.16182. URL: http://e-notabene.ru/hr/article_16182.html
20.
Matkhanova N. P. Vysshaya administratsiya Vostochnoi Sibiri v seredine XIX v.: Problemy sotsial'noi stratifikatsii. Novosibirsk: Sibirskii khronograf, 2002. 250 s.
21.
Matkhanova N. P. Deyatel'nost' general-gubernatorov Vostochnoi Sibiri: zakon i praktika // Izvestiya Irkutskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Istoriya. 2016. T. 15. S. 22–30.
22.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 1. 1822. T. 44. Ch. 1, 2. № 29125 «Uchrezhdenie dlya upravleniya Sibirskikh gubernii».
23.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 2. 1851. T. 26. Ch. 1. № 25394 «Ob upravlenii Zabaikal'skoi oblast'yu»;
24.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 2. 1851. T. 26. Ch. 1. № 25395 «Ob upravlenii Yakutskoi oblast'yu».
25.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 2. 1862. T. 37. Ch. 1, 2. № 38063 O primenenii k Zapadnoi i Vostochnoi Sibiri Polozheniya ob aktsiznom upravlenii piteinymi sborami.
26.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 2. 1865. T. 40. Ch. 1, 2. № 42755 «Ob otkrytii s 1 yanvarya 1866 g. mestnykh kontrol'nykh uchrezhdenii v guberniyakh, v kotorykh vvoditsya edinstvo kassy ».
27.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 2. 1873. T. 48. Ch. 1, 2. № 52188 «O preobrazovanii Tobol'skoi, Tomskoi, Eniseiskoi i Irkutskoi kazennykh palat».
28.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 3. 1895. T. 15. Ch. 1. № 11757 «O preobrazovanii gubernskikh ustanovlenii vedomstva Ministerstva Vnutrennikh del v guberniyakh Tobol'skoi, Tomskoi, Eniseiskoi i Irkutskoi i ob utverzhdenii shtata oznachennykh ustanovlenii».
29.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 3. 1896. T. 16. Ch. 1. 2. № 13582 «O poryadke zavedovaniya gosudarstvennymi imushchestvami v Irkutskoi i Eniseiskoi guberniyakh i ob utverzhdenii shtata Upravleniya gosudarstvennymi imushchestvami v nazvannykh guberniyakh».
30.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 3. 1900. T. 20. Ch. 1, 2. № 18803 «Ob utverzhdenii raspisaniya dolzhnostei i okladov soderzhaniya v Kazennykh palatakh i kaznacheistvakh».
31.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 3. 1884. T. 4. № 2366 (sm. № 2245) «O razdelenii Vostochno-Sibirskogo okruga na dva: Irkutskii i Priamurskii»;
32.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 3. 1884. T. 4. № 2402 «Ob osvobozhdenii General-Gubernatora Vostochnoi Sibiri ot obyazannostei po glavnomu mestnomu upravleniyu Nerchinskim gornym okrugom i o podchineniyu Nachal'nika sego okruga neposredstvenno Kabinetu Ego Imperatorskogo Velichestva».
33.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 3. 1887. T. 7. Ch. 1. № 4517 «O preobrazovanii Glavnogo upravleniya Vostochnoi Sibiri».
34.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 3. 1906. T. 26. Ch. 1. № 27565 «O novom raspredelenii voennykh okrugov v Sibiri, v svyazi s izmeneniem vysshego grazhdanskogo upravleniya Irkutskim i Priamurskim general-gubernatorstvami».
35.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 3. 1885. T. 5. Ch. 1. № 2770 «O nekotorykh izmeneniyakh po sudoproizvodstvu i sudoproizvodstvu v guberniyakh Tobol'skoi i Tomskoi. Vostochnoi Sibiri i Priamurskom krae».
36.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. 3. 1896. T. 16. Ch. 1. № 12932 «Vremennye pravila o primenenii sudebnykh ustavov k guberniyam i oblastyam Sibiri »
37.
Remnev A. V. Samoderzhavie i Sibir'. Administrativnaya politika v pervoi polovine XIX veka / A. V. Remnev. – Omsk: Izd-vo Omskogo un-ta, 1995. – 237 s.
38.
Remnev A. V. Administrativno-territorial'noe ustroistvo sibirskogo regiona (teoreticheskie problemy) // Vestnik Omskogo universiteta. Spets.vyp. № 3. 1996. S. 11–19.
39.
Rossiiskii gosudarstvennyi voenno-istoricheskii arkhiv (RGVIA). F. 1. Op. 1. D. 17023.
40.
Samokhin K. V. Tipologiya modernizatsii v otechestvennom istoricheskom diskurse // Istoricheskii zhurnal: nauchnye issledovaniya. 2017. № 2. S. 28–39. DOI: 10.7256/2454-0609.2017.2.22111. URL: ttp://nbpublish.com/library_read_article.php?id=22111.
41.
S''emshchikov A. E. Gosudarstvennaya grazhdanskaya sluzhba v Sibiri v XIX v.: osobennosti struktury i kadrovogo obespecheniya // Gumanitarnye issledovaniya v Vostochnoi Sibiri i na Dal'nem Vostoke. 2016. № 4 (38). S. 47–53.
42.
Fevralev S. A. Mestnye pravovye sistemy natsional'nykh regionov v politike rossiiskoi verkhovnoi vlasti (vtoraya polovina XVII – nachalo XX vv.). // Politika i Obshchestvo. 2012. № 1. C. 152–163.
43.
Entsiklopedicheskii slovar' / Pod red. F. A. Brokgauz, I. A. Efron: v 86 t., t. 9 A (18). SPb.: Tipolitografіya Akts. Obshch. Brokgauz''–Efron'', 1893. 974 s.
44.
Graber K. E., Murray J. D. The Local History of an Imperial Category: Language and Religion in Russia's Eastern Borderlands, 1860s–1930s // Slavic Review. 2015. Vol. 74 (1). P. 127–152. [in US]