Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2108,   статей на доработке: 271 отклонено статей: 913 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Увольнение беременной работницы: к вопросу о целесообразности сохранения действующих гарантий
Демидов Николай Вольтович

кандидат юридических наук

старший преподаватель, Томский государственный университет; доцент, Западно-Сибирский филиал, Российский государственный университет правосудия (г. Томск)

634050, Россия, Томская область, г. Томск, ул. Московский Тракт, 8, каб. 210

Demidov Nikolai Voltovich

PhD in Law

DEMIDOV Nikolay Voltovich – Candidate of Juridical Sciences, Associate Professor, Department of Social Communications, National Research Tomsk Polytechnic University, Department of Civil Rights, West-Siberian Branch of the Russian State University of Justice;

634050, Russia, Tomskaya oblast', g. Tomsk, ul. Moskovskii Trakt, 8, kab. 210

fra_nickolas@list.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Аннотация. В статье рассматриваются правовые гарантии, установленные законодательством Российской Федерации о труде для беременных женщин при увольнении по инициативе работодателя. Анализируются позиции Верховного Суда РФ в изучаемой области, детально исследуется практика судов общей юрисдикции. Выявляются противоречия между правовой регламентацией увольнения беременной работницы и реальными потребностями рынка труда, работодателя. Учитываются объективно сложившиеся в российском обществе отношения по труду с беременными. Подвергается критическому осмыслению фактический запрет на увольнение соответствующих категорий работниц. Методами настоящего исследования выступили формально-юридический, логический, метод анализа, дедукции, индукции, диалектический, юридико-социологический методы. Сделан вывод о спорности существующего полного запрета на увольнение беременной работницы, совершающей дисциплинарные проступки без уважительных причин. Указывается на экономическую деструктивность переноса бремени социальной защиты с государства на работодателя. Обосновывается необходимость внести в ст. 261 ТК РФ законодательные изменения компромиссного характера с целью достижения баланса интересов работника и работодателя. Предлагается допустить увольнение беременной женщины, повторно совершившей грубый трудовой проступок без уважительных причин, либо заменить восстановление на работе денежной компенсацией со стороны работодателя.
Ключевые слова: расторжение трудового договора, беременная работница, гарантии при увольнении, дисциплина труда, увольнение, социология труда, трудовая ответственность, законодательство о труде, судебная практика, изменения законодательства
УДК: 349.4
DOI: 10.25136/2409-7136.2017.11.21903
Дата направления в редакцию: 16-02-2017

Дата рецензирования: 13-02-2017

Дата публикации: 04-12-2017

Abstract. The article considers legal guarantees for pregnant employees in the situation of employer-initiated termination established by the labor legislation of the Russian Federation. The author analyzes the positions of the Supreme Court in this sphere and studies the practice of regular courts. The author exposes the contradictions between the legal regulation of dismissal of a pregnant employee and the actual needs of the labor market and an employer. The author takes into account the objective current labor relations with pregnant employees. The article critically analyzes the actual prohibition on termination of particular categories of employees. The research methodology includes formal-legal and logical methods, analysis, deduction, induction, dialectical and legal-sociological methods. The author concludes about the contradictory nature of the current prohibition on dismissal of a pregnant employee in case of disciplinary offences without good excuses. The author points at economic destructiveness of transferal of the burden of social protection from the government to the employer. The author substantiates the need to amend the article 261 of the Labour Code of the Russian Federation with compromise initiatives in order to achieve a balance of interests of an employer and an employee. The author suggests accepting the possibility to dismiss a pregnant employee who has repeatedly committed a gross misconduct without a good excuse, or replace reemployment with a leave compensation. 

Keywords: sociology of work, dismissal, labor discipline, guarantees at dismissal, pregnant employee, termination of employment, labour liability, Labour legislation, court practice, changes in legislation

Законодательство России о труде устанавливает широкие гарантии интересов беременной женщины при расторжении трудового договора по инициативе работодателя. Согласно ч. 1 ст. 261 Трудового кодекса РФ, беременная работница может быть уволена лишь по одному основанию – в связи с ликвидацией организации или прекращением деятельности индивидуальным предпринимателем. За высвобождение женщины по мотивам беременности предусмотрена специальная уголовно-правовая ответственность в виде штрафа в размере до 200 000 рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до 18 месяцев либо обязательных работ на срок до 360 часов (ст. 145 УК РФ).

Фактически полный запрет на увольнение еще более расширяется актами толкования права. Так, в п. 25 Постановления пленума Верховного Суда РФ от 28.01.2014 № 1 [10] указывается: «Учитывая, что увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе». Возможных исключений, связанных с тем, что женщина располагала информацией, но по сознательным мотивам не сообщила работодателю о факте беременности, постановление не предполагает. Нет указаний и на сроки, в течение которых возможно предъявление работодателю требования о восстановлении на работе. Как следствие, подход Верховного Суда РФ противоречит нормам ст. 392 Трудового кодекса РФ о сроках исковой давности. Тогда как законодательством установлен месячный срок давности по спорам о прекращении трудового правоотношения, нетрудно представить ситуацию, когда женщина узнает о собственной беременности более, чем через месяц после увольнения. С точки зрения Верховного Суда РФ, это не препятствует рассмотрению искового заявления, принятию решения о незаконности расторжения трудового договора и применении соответствующих последствий. Следует учитывать, что суды Российской Федерации при выборе между законодательной нормой и директивой вышестоящего органа зачастую предпочитают реализовать последнюю. Именно такова практика, выработанная с момента принятия постановления от 28.01.2014 г. Суды восстанавливают течение срока исковой давности, отсчитывая его начало от момента, когда работница обратилась в женскую консультацию [25]. При этом прямо нарушается норма, закрепленная в ст. 392 Трудового кодекса РФ, согласно которой течение исковой давности по спорам об увольнении начинается со дня выдачи трудовой книжки или копии приказа об увольнении, а не с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Важно и то, что возникновение таких предписаний, исходящих от Верховного Суда РФ, в очередной раз ставит вопрос о самовольном принятии на себя судебными органами нормотворческих функций. Думается, что гарантии столь принципиального характера должны устанавливаться законодательством, а не судебными разъяснительными актами, обращенными к нижестоящим судам. Коль скоро российское государство придерживается позиции защиты прав работающей беременной женщины за счет средств работодателя, то необходима известная технико-юридическая последовательность. Не видится проблемы в том, чтобы в порядке законодательной процедуры внести дополнения в ст. 261 Трудового кодекса РФ.

Позиция Верховного Суда РФ не всегда разделяется иными судами. Так, в 2009 г. Чайковский городской суд Пермского края и Пермский краевой суд признали обоснованным увольнение работницы по п. 2 ст. 81 Трудового кодекса РФ. Основанием для решения стало отсутствие у работодателя сведений о беременности в момент расторжения трудового договора. Однако президиум краевого суда отменил решения судов первой и второй инстанции, резюмировав, что: «Не имеет правового значения то обстоятельство, было либо не было работодателю известно о состоянии беременности увольняемого работника, поскольку данное обстоятельство не должно влиять на соблюдение гарантий, предусмотренных законом для беременных женщин при увольнении по инициативе администрации. Исходя из буквального толкования ч. 1 ст. 261 ТК РФ, запрет на увольнение беременных женщин в зависимость от осведомленности работодателя не ставится» [15].

Решения о восстановлении на работе зачастую базируются на неподтвержденных пояснениях истиц. Судами без каких-либо фактических оснований презюмируется добросовестность работницы. Так, Осинский районный суд приходит к выводу: «Как следует из пояснений истицы, она сообщала по телефону в устной форме о наличии своей беременности. Доводы представителя ответчика об отсутствии у него сведений о состоянии беременности Б. на момент прекращения трудовых отношений являются несостоятельными. Состояние беременности истицы подтверждается справкой врача-гинеколога, причин скрывать это состояние от работодателя не установлено, поэтому не доверять пояснениям истца о том, что о беременности она сообщила работодателю, суд не находит оснований» [23]. Юристы-практики согласятся, что подобную мотивировку решения достаточно трудно представить в любом ином процессуальном разбирательстве.

Можно сделать вывод, что Верховный Суд РФ и нижестоящие суды конструируют для отрасли трудового права новый принцип верховенства интересов беременной женщины-работницы. Эта логика становится руководящей и при рассмотрении дел по другим социально-трудовым отношениям, кроме увольнения по инициативе работодателя. Так, признается правомерным односторонний отказ беременной работницы от соглашения о расторжении трудового договора в связи с тем, что на момент его подписания работница не знала о факте своей беременности [12]. В обоснование приводится ссылка на п. 25 Постановления пленума ВС РФ от 28.01.2014 № 1. Однако данный акт разъясняет порядок увольнения работницы по инициативе работодателя, что не имеет связи с п. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (соглашение сторон трудового договора). За подходом Верховного Суда РФ следуют и нижестоящие суды [14; 28; 21; 27]. В то же время при попытках работников с общим статусом аннулировать соглашение о расторжении трудового договора суды ссылаются на безусловную необходимость обоюдного волеизъявления субъектов трудового правоотношения [16; 17]. В этой связи заблуждением являются взгляды ряда авторов, согласно которым: «Если … женщина не сообщает работодателю о факте беременности, она считается отказавшейся от дополнительных гарантий» [1, С. 23]. Следуя практике, выработанной Верховным Судом РФ и другими судами, нужно сделать вывод, что женщина может и не сообщать работодателю о своей беременности – расторжение трудового договора будет признано незаконным даже по основаниям, не связанным с инициативой работодателя. Более того, иски о восстановлении на работе удовлетворяются и при выявлении достаточно очевидного злоупотребления правом со стороны работницы. Так, суд встал на сторону истицы в случае, когда она в течение длительного времени пребывала на медицинском учете, но не сообщала работодателю о состоянии беременности на протяжении всех мероприятий по высвобождению [19].

Запрет на увольнение работницы по инициативе работодателя широко экстраполируется правоприменителем на иные основания расторжения трудового договора. Так, судами аннулируются заявления о расторжении трудового договора по инициативе работодателя, так как на момент их подачи работница находилась в состоянии беременности. Основой решения становятся слабо связанные с законом логические допущения: «Суд считает, что никто не заинтересован в увольнении с работы перед уходом в декретный отпуск. Нахождение истицы в состоянии беременности также служит косвенным доказательством того, что у истиц не было намерения увольняться перед уходом в декретный отпуск» [7, С. 30-31]. В рамках другого дела достаточным признано утверждение работницы о том, что она уведомляла работодателя о факте беременности посредством программы «Skype» [26].

Беременных женщин восстанавливают на работе и в случае, если они не выполняют действий, необходимых для продления срочного трудового договора, предусмотренных ч. 2 ст. 261 Трудового кодекса РФ [18]. Восстановление применяется и при полном отсутствии надлежаще заключенного трудового договора [24].

Изложенные выше подходы правоприменителя к пониманию защиты интересов беременной женщины при увольнении могут быть признаны целесообразными. Несмотря на то, что они не всегда отвечают букве закона и перекладывают бремя социальных гарантий с государства на работодателя, их можно трактовать как обоснованные. Очевидно, для цивилизованного, социально гармоничного общества необходимо верховенство гуманизма над прагматизмом. Однако в действующей системе гарантий, связанных с расторжением трудового договора с беременной женщиной, есть не столь оправданные. Так, согласно ст. 261 Трудового кодекса РФ, беременная женщина не может быть уволена по инициативе работодателя ни по одному из виновных оснований. Единственными допустимыми дисциплинарными санкциями для нее являются замечание и выговор (ст. 192 ТК РФ). Таким образом, для беременной женщины фактически безнаказанным становится даже систематическое целенаправленное совершение грубых проступков без уважительных причин. Суды однозначно восстанавливают беременных женщин в случае совершения прогула, даже если в период увольнения они не извещали работодателя о состоянии беременности [11]. Незаконным признается и увольнение беременной работницы за совершение аморального проступка [20].

Запрет на увольнение беременной женщины, совершающей грубые дисциплинарные проступки, представляется спорным. Против него свидетельствуют как теоретический анализ, так и логика хозяйственных отношений. В теоретическом аспекте запрет на увольнение работника за совершение дисциплинарного проступка означает расчленение трудоправового статуса лица. Из отраслевой правосубъектности работника изымается деликтоспособность и он признается лицом, выполняющим трудовые обязанности, но не несущим ответственности за совершенные дисциплинарные проступки. С позиции экономического утилитаризма подход законодателя и Верховного Суда РФ влечет возникновение субъекта, который не подпадает под ответственность за совершение каких бы то ни было правонарушений, включая такие проступки, как хищение, прогул, нарушение требований охраны труда, предоставление подложных документов, применение насильственных методов воспитания и др. Практике реальных трудовых отношений известны злоупотребления беременных работниц, в том числе сознательные и неоднократные. Предсказуемы и ответные действия предпринимателей, обусловленные очередным актом государственного гуманизма за счет хозяйствующих субъектов. Так, в поиске средств защиты своих интересов работодатель провоцирует работника на подачу заявления о расторжении трудового договора, намеренно изменяет условия трудового договора согласно ст. 74 Трудового кодекса РФ, манипулирует заработной платой и премиальными выплатами. Возникает стихийная практика незаконных медицинских освидетельствований при трудоустройстве, получения от соискательниц письменного обязательства не беременеть в период работы. Законодательный запрет ст. 261 Трудового кодекса РФ установлен формально – на увольнение по инициативе работодателя. Так же формально он и обходится – поиском любых других оснований увольнения. Работодатель попросту уклоняется от приема на работу беременных женщин или соискательниц, способных, на взгляд представителя работодателя, забеременеть в ближайшей перспективе. Специалисты утверждают, что закрепленные меры уголовной ответственности номинальны и на деле за такие злоупотребления не применяются [3, С. 76]. На страницах практико-ориентированных изданий публично даются рекомендации по противодействию гарантиям, установленным для беременных работающих женщин, предлагаются способы их легального увольнения или оказания давления. Массив таких публикаций чрезвычайно обширен и явно свидетельствует о востребованности алгоритмов высвобождения беременных [4; 5; 2; 8; 6; 9].

Как думается, заслуживает обсуждения вопрос о том, настолько ли беременная женщина неспособна к оценке собственных действий, чтобы устранить для нее ответственность за виновно совершенные грубые проступки, следует ли сохранение рабочего места за данной категорией лиц безусловно предпочесть любым интересам работодателя. Представляется правильным предусмотреть в отечественном законодательстве о труде возможность увольнения беременной женщины за неоднократное виновное совершение грубых проступков, предусмотренных п. 6-11 ст. 81, п. 1, 2 ст. 336 Трудового кодекса РФ. Отчасти такой подход реализован ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса РФ в отношении лиц, воспитывающих детей разного возраста. Можно было бы обсудить закрепление денежной компенсации незаконно уволенной беременной женщине вместо восстановления на работе. В противном случае, при сохранении текущей трудоправовой политики, можно прогнозировать дальнейший рост нарушений законодательства со стороны работодателя. Представляется, что сегодняшний курс на разгосударствление социальных гарантий на деле представляет собой заурядное невыполнение государством своих функций. В условиях переноса бремени социальной защиты на работодателя происходящее увеличение объема трудовых гарантий для беременных предсказуемо вызывает у собственника стремление к полному отказу от приема на работу соискательниц с перспективой беременности. Таким образом наращивание их трудовых прав и гарантий приводит к обратному эффекту, предвидеть который было бы несложно для законодателя. Реализация предлагаемых новелл позволит в существенной степени восстановить баланс интересов работника и работодателя, учесть потребность организации в добросовестном и действительно трудящемся работнике, избежать неосновательной социально-защитной политики.

Библиография
1.
Архипов В. В. Злоупотребление правом в трудовых отношениях: сознательная мистификация или добросовестное заблуждение? // Законодательство и экономика. – 2008. – № 2 – С. 23-34.
2.
Иванова М. Если беременная работница безразлично относится к работе // Трудовое право. – 2014. – № 8. – С. 47-57.
3.
Каплин М.Н., Рукавишникова В.О. Уголовно-правовая охрана трудовых прав человека: некоторые проблемы конструирования составов и дифференциации ответственности // Юридическая наука. – 2014. – № 1. – С. 76-78.
4.
Князева Н.А. Процедура рассмотрения и разрешения индивидуальных трудовых споров в комиссии по трудовым спорам // Юридические записки. – 2013. – № 3 (26). – С. 167-172.
5.
Корсаненкова Ю. Проблемы правового регулирования социально-трудовых прав беременных женщин и женщин с детьми // Трудовое право в России и за рубежом. – 2013. – № 1. – С. 16-22.
6.
Лешукова Н. Трудовые споры с участием беременных женщин и женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет // Трудовое право. – 2015. – № 1. – С. 103-111.
7.
Мун О. Особенности увольнения беременных сотрудниц // Трудовое право. – 2014. – № 3. – С. 29-41.
8.
Пресняков М. Увольнение беременной // ЭЖ-Юрист. – 2010. – № 8.
9.
Федоряченко М. Что делать с «мнимыми» больными – беременными // Трудовое право. – 2015. – № 4. – С. 19-27.
10.
Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2014 г. № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» // Российская газета – 7.02.2014 г. – № 6299.
11.
Определение Конституционного Суда РФ от 04.11.2004 г. № 343-О.
12.
Определение Верховного Суда РФ от 05.09.2014 г. № 37-КГ14-4.
13.
Определение Верховного Суда РФ от 19.01.2015 г. № 18-КГ14-148.
14.
Определение Санкт-Петербургского городского суда от 28.09.2009 г. № 12785.
15.
Постановление президиума Пермского краевого суда от 17.02.2010 г. № 44-г-2496/31.
16.
Кассационное определение Московского городского суда от 30.01.2012 г. № 33-2816.
17.
Кассационное определение Московского городского суда от 16.02.2012 г. № 33-4995.
18.
Апелляционное определение Московского городского суда от 16.03.2012 г. № 11-1120.
19.
Апелляционное определение Челябинского областного суда от 09.06.2014 г. № 11-5854.
20.
Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 23.09.2014 г. № 33-5592.
21.
Апелляционное определение Кемеровского областного суда от 09.12.2014 г. № 33-120041.
22.
Решение Кашинского городского суда Тверской области от 08.10.2010 г. № 2-408.
23.
Решение Осинского районного суда Пермского края от 14.02.2012 г. № 2-77.
24.
Решение Кировского районного суда г. Томска от 15.05.2013 г. № 2-1262.
25.
Решение Кызылского городского суда Республики Тыва от 24.10.2014 г. № 2-5440.
26.
Решение Советского районного суда г. Томска от 22.05.2015 г. № 2-1427.
27.
Решение Северского городского суда Томской области от 10.06.2015 г. № 2-664.
28.
Решение Шелаболихинского районного суда Алтайского края от 10.11.2015 г. № 2-260.
References (transliterated)
1.
Arkhipov V. V. Zloupotreblenie pravom v trudovykh otnosheniyakh: soznatel'naya mistifikatsiya ili dobrosovestnoe zabluzhdenie? // Zakonodatel'stvo i ekonomika. – 2008. – № 2 – S. 23-34.
2.
Ivanova M. Esli beremennaya rabotnitsa bezrazlichno otnositsya k rabote // Trudovoe pravo. – 2014. – № 8. – S. 47-57.
3.
Kaplin M.N., Rukavishnikova V.O. Ugolovno-pravovaya okhrana trudovykh prav cheloveka: nekotorye problemy konstruirovaniya sostavov i differentsiatsii otvetstvennosti // Yuridicheskaya nauka. – 2014. – № 1. – S. 76-78.
4.
Knyazeva N.A. Protsedura rassmotreniya i razresheniya individual'nykh trudovykh sporov v komissii po trudovym sporam // Yuridicheskie zapiski. – 2013. – № 3 (26). – S. 167-172.
5.
Korsanenkova Yu. Problemy pravovogo regulirovaniya sotsial'no-trudovykh prav beremennykh zhenshchin i zhenshchin s det'mi // Trudovoe pravo v Rossii i za rubezhom. – 2013. – № 1. – S. 16-22.
6.
Leshukova N. Trudovye spory s uchastiem beremennykh zhenshchin i zhenshchin, imeyushchikh detei v vozraste do trekh let // Trudovoe pravo. – 2015. – № 1. – S. 103-111.
7.
Mun O. Osobennosti uvol'neniya beremennykh sotrudnits // Trudovoe pravo. – 2014. – № 3. – S. 29-41.
8.
Presnyakov M. Uvol'nenie beremennoi // EZh-Yurist. – 2010. – № 8.
9.
Fedoryachenko M. Chto delat' s «mnimymi» bol'nymi – beremennymi // Trudovoe pravo. – 2015. – № 4. – S. 19-27.
10.
Postanovlenie Plenuma Verkhovnogo Suda Rossiiskoi Federatsii ot 28.01.2014 g. № 1 «O primenenii zakonodatel'stva, reguliruyushchego trud zhenshchin, lits s semeinymi obyazannostyami i nesovershennoletnikh» // Rossiiskaya gazeta – 7.02.2014 g. – № 6299.
11.
Opredelenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 04.11.2004 g. № 343-O.
12.
Opredelenie Verkhovnogo Suda RF ot 05.09.2014 g. № 37-KG14-4.
13.
Opredelenie Verkhovnogo Suda RF ot 19.01.2015 g. № 18-KG14-148.
14.
Opredelenie Sankt-Peterburgskogo gorodskogo suda ot 28.09.2009 g. № 12785.
15.
Postanovlenie prezidiuma Permskogo kraevogo suda ot 17.02.2010 g. № 44-g-2496/31.
16.
Kassatsionnoe opredelenie Moskovskogo gorodskogo suda ot 30.01.2012 g. № 33-2816.
17.
Kassatsionnoe opredelenie Moskovskogo gorodskogo suda ot 16.02.2012 g. № 33-4995.
18.
Apellyatsionnoe opredelenie Moskovskogo gorodskogo suda ot 16.03.2012 g. № 11-1120.
19.
Apellyatsionnoe opredelenie Chelyabinskogo oblastnogo suda ot 09.06.2014 g. № 11-5854.
20.
Apellyatsionnoe opredelenie Stavropol'skogo kraevogo suda ot 23.09.2014 g. № 33-5592.
21.
Apellyatsionnoe opredelenie Kemerovskogo oblastnogo suda ot 09.12.2014 g. № 33-120041.
22.
Reshenie Kashinskogo gorodskogo suda Tverskoi oblasti ot 08.10.2010 g. № 2-408.
23.
Reshenie Osinskogo raionnogo suda Permskogo kraya ot 14.02.2012 g. № 2-77.
24.
Reshenie Kirovskogo raionnogo suda g. Tomska ot 15.05.2013 g. № 2-1262.
25.
Reshenie Kyzylskogo gorodskogo suda Respubliki Tyva ot 24.10.2014 g. № 2-5440.
26.
Reshenie Sovetskogo raionnogo suda g. Tomska ot 22.05.2015 g. № 2-1427.
27.
Reshenie Severskogo gorodskogo suda Tomskoi oblasti ot 10.06.2015 g. № 2-664.
28.
Reshenie Shelabolikhinskogo raionnogo suda Altaiskogo kraya ot 10.11.2015 g. № 2-260.