Рус Eng Одобренные статьи: 18386    Отправленные на доработку статьи: 1384   Отклонённые статьи: 1534  
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль


Решение проблемы ментальной каузальности в биологическом натурализме Дж. Сёрла
Волков Дмитрий Борисович

кандидат философских наук

содиректор, НП "Московский центр исследования сознания"

119121, Россия, г. Москва, ул. Бурденко, 14А

Volkov Dmitrii

PhD in Philosophy

co-director at Moscow Center of the Researches of Consciousness 
 

119121, Russia, Moscow, str. Burdenko, 14A

d.volkov@hardproblem.ru
Аннотация. Объектом исследования данной статьи является современная аналитическая философия. Предметом исследования служит решение проблемы ментальной каузальности в биологическом натурализме аналитического философа Дж. Сёрла. Автор рассматривает ключевые аспекты теории биологического натурализма и проводит анализ их внутренней совместимости. Особое внимание уделяется основным аргументам и аналогиям, которые приводит Дж. Сёрл в качестве обоснования возможности ментальной каузальности. В ходе анализа автор выявляет наиболее сильные и слабые стороны позиции американского философа, а также предлагает направление решения проблемы ментальной каузальности. Статья представляет исследование в области истории современной аналитической философии. Поэтому ключевой используемый метод исследования – историко-философский. В частности ходе исследования использовался текстологический анализ произведений философов, в первую очередь Дж. Серла, по нескольким источникам проведена реконструкция его взглядов. Проблема ментальной каузальности является одной из ключевых предметов исследования современной аналитической философии. Она заключается в попытке объяснить возможность каузальной эффективности ментальных свойств в рамках натуралистического представления о мире. Одним из решений этой проблемы является биологический натурализм Дж. Сёрла. В этом решении сочетаются тезисы об онтологической нередуцируемости ментальных состояний, ментальной каузальности и каузальной замкнутости физического мира. Сёрл пытается натурализовать сознание, показав, что ментальная каузальность аналогична каузальности высокоуровневых характеристик. Автор статьи проводит анализ этой аналогии и основных тезисов Сёрла. Новизна этого исследования заключается в обнаружении внутренних противоречий в решении проблемы ментальной каузальности Сёрла. Как показывает автор, утверждение о каузальной эффективности ментальное не согласуется с некоторыми другими положениями его теории. В первую очередь, с положением об онтологической нередуцируемости ментальных свойств. С точки зрения автора, более перспективным решением проблемы ментальной каузальности является в частности телеофункционализм Д. Деннета.
Ключевые слова: ментальная каузальность, биологический натурализм, Джон Сёрл, телеофункционализм, супервентность, онтологическая редукция, аргумент исключения, Дональд Дэвидсон, Джегван Ким, эпифеноменализм
DOI: 10.7256/2409-8728.2017.2.21743
Дата направления в редакцию: 19-01-2017

Дата публикации: 01-02-2017

Abstract.  
The object of this research is the modern analytical philosophy, while the subject is the resolution of question of mental causation in biological naturalism of the analytical philosopher John Searle. The author examines the key aspects of the theory of biological naturalism and analyzes their internal compatibility. Special attention is given to the main arguments and analogies, provided by J. Searle as the substantiation of possibility of mental causation. During the course of this work, the author determines the strongest and weakest aspects in the position of American philosopher, as well as suggests the ways to resolve the question of mental causation. The article presents a research in the area of history of the modern analytical philosophy, thus the key method of research is the historical-philosophical. The author uses textological analysis of the philosophical works, particularly of J. Searle, as well as conducts reconstruction of his views. The problem of mental causation is one of the key subjects of the research in modern analytical philosophy, it consists in the attempt to explain the possibility of causal efficiency of metal properties within the framework of naturalistic perception of the world. The biological naturalism of John Searle serves as one of the resolutions of this issue. This solution combines the theses on the ontological non-reduction of mental states, mental causation, and causation of closeness of the physical world. Searle attempts to naturalize consciousness, demonstrating that the mental causation is similar to the causation of high-level characteristics. The author pursues correlation between this analogy and the main theses of Searle. The scientific novelty lies in determination of the internal controversies in resolution of the issues of mental causation of J. Searle. The author believes that the more promising resolution of the problem of mental causation is particularly the teleological functionalism of Daniel Dennett.  
 

Keywords: exclusion argument, ontological reduction, supervenience, teleological functionalism, John Searle, biological naturalism, mental causation, Donald Davidson, Jaegwon Kim, epiphenomenalism

Решение проблемы ментальной каузальности в биологическом натурализме Дж. Сёрла Проблема ментальной каузальности

Ментальная каузальность – это способность ментальных состояний, убеждений и желаний агентов, быть причиной других ментальных или физических состояний. Проблемой ментальной каузальности в современной аналитической философии является обоснование этой способности. В статье «Ментальные события» американский философ Д. Дэвидсон формулирует ее так: «Ментальные события, такие как восприятия, воспоминания, решения… препятствуют включению в номологические сети физической теории. Как, в действительности, возможно допустить каузальную роль ментальных событий в физическом мире?» [9, 232]. Д. Дэвидсон, как и большинство современных западных аналитиков, исходит из того, что ментальная каузальность существует, то есть из убеждения, что хотя бы часть ментальных событий является причиной других событий. С этим утверждением согласны и российские философы. По данным опроса Московского центра исследования сознания 92% российских философов считают сознание каузально эффективным [5]. Но обосновать эту возможность оказывается не так просто.

В 20в. именно работы Д. Дэвидсона привлекли внимание к ментальной каузальности. Однако сформулировал проблему в наиболее явном виде другой западный аналитик - Дж. Ким. Он показал проблематичность обоснования ментальной каузальности с помощью оригинального рассуждения - аргумента исключения. Рассуждение Кима опирается на очень правдоподобные посылки, но из него следует, что ментальная каузальность невозможна. Первой посылкой аргумента является принцип каузальной исключительности. Согласно этому принципу у события может быть только одна достаточная причина. Второй посылкой служит принцип каузальной замкнутости физического мира, согласно которому у каждого события в качестве достаточной причины есть какое-то физическое событие. В третьей посылке утверждается, что в мире отсутствует систематическая сверхдетерминация. Под сверхдетерминацией подразумеваются случаи, когда у события есть несколько независимых причин. Рассуждение, основанное на этих посылках, начинается с допущения ментальной каузальности в отношении физических событий. Поэтому аргумент исключения следует относить к доказательствам от противного.

Допустим, ментальное событие m является причиной физического события p (m0 à p). Согласно принципу каузальной замкнутости у события p также есть другая достаточная причина p0 - другое физическое событие m (p0 à p). Если m0 ≠ p0, то у p две причины, ментальная и физическая. Но из принципа отсутствия систематической сверхдетерминации и принципа исключения следует, что одну причину мы должны исключить. Какую именно? Согласно принципу каузальной замкнутости физическая причина обязательная, а ментальная – нет. Значит, физическое событие p произошло, даже если бы m отсутствовало. Следовательно, ментальная каузальность физических событий должна быть исключена. Аналогичным образом исключается ментальная каузальность и в отношении других ментальных событий.

Ментальные состояния зависят от физических состояний, то есть физические состояния являются базой ментальных. Значит, чтобы повлиять на ментальные состояния нужно сначала повлиять на физическую базу этого состояния. Для этого в свою очередь нужно, чтобы предшествующее ментальное состояние каузально повлияло на физическое состояние. Но это невозможно согласно аргументу, изложенному выше. Следовательно, ментальные состояния не могут также быть причиной других ментальных состояний. Единственным выходом остается утверждение тождества ментального и физического.

Если ментальное тождественно физическому, то ментальная каузальность как специальная проблема отсутствует. Однако тождество ментального и физического - это крайне спорное утверждение. Ментальные состояния субъективны. Личность имеет особый доступ к своим ментальным состояниям, такой, который у неё отсутствует в отношении физических состояний. Более того, представляется, что ментальные состояния могут различным образом реализовываться в мозге. Люди могут испытывать, например, состояние голода, при этом у них могут быть различаться нейрофизиологические состояния. Таким образом, есть несколько оснований считать ментальное нетождественным физическому. Это значит, что легкого выхода нет, и теперь можно в полной мере наблюдать философскую проблему ментальной каузальности. Ментальное, скорее всего, не тождественно физическому, но в конкуренции с физическим за каузальную эффективность явно проигрывает.

Большинство философов, как было показано выше, не готовы согласиться с этим выводом. Они представляют свои оригинальные решения проблемы ментальной каузальности. Одно из наиболее любопытных решений предложил Дж. Сёрл. Это решение сочетает в себе утверждение о нередуцируемости ментальных состояний и тезис о ментальной каузальности. Более того, Сёрл пытается сохранить большинство убеждений здравого смысла, которые при анализе другим коллегам-философам кажутся несовместимыми. В этом оригинальность и значимость его позиции.

Дж. Сёрл – от философии языка к философии сознания

Дж. Сёрл – один из самых читаемых современных философов. Его книги переведены на 21 язык, о его идеях написано почти два десятка монографий и несколько сотен статей. Сёрла знают во всем мире: конференции, посвящённые его работам проходят от австралийского Брисбена до Буэнос-Айреса в Аргентине. Более 50 лет Сёрл преподаёт в университете Калифорнии, в Беркли. И практически с первых лет работы пользуется самым завидным успехом. Выступления и тексты американского философа изобилуют блестящими примерами, в них сочетается юмор и эрудиция, но самым важным орудием в интеллектуальном арсенале Сёрла является то, что можно было бы назвать здравым смыслом. Метод и стиль философствования сложился у Сёрла в результате его обучения в Оксфорде с выдающимися наставниками Д. Остином, Г. Райлом и П. Строссоном.

Именно в Оксфорде Сёрл сформировался как философ. Там были заложены основные идеи, выраженные впоследствии в его первой книге «Речевые акты», и ставшие базой для дальнейших изысканий. Именно там, за 7 лет пребывания в плодотворной интеллектуальной атмосфере, определились основные черты его философского мышления. Но причиной переезда в Оксфорд, как не странно, была не философия. В одном из автобиографических интервью Сёрл признаётся, что даже не знал, что в 1950-х Оксфорд был центром философской мысли. Ко времени, когда он получил стипендию на поездку, он не принял решение, чем хотел заниматься. «Моей большой любовью была литература. И фактически целый месяц на первом курсе я потратил на изучение Улисса Джойса» [10, 27]. Первое знакомство с Оксфордскими философами также не произвело на Сёрла большого впечатления. Лекции Г. Райла, к примеру, он воспринял как скучные, медленные, рассчитанные на простачков. Только в начале второго курса Сёрл распробовал вкус настоящей философии. Начало положили лекции Д. Остина по философии языка. С их помощью молодой философ получил представление о том, как с помощью высказываний совершаются действия, и как употребление языковых выражений может раскручивать философские головоломки. В общении с Остином Сёрл приобрёл навык в точности высказываний. Сёрл вспоминает, что однажды неосторожно спросил преподавателя, когда можно будет надеяться увидеть публикацию его лекций. На что тот немедленно ответил: «Вы можете начинать надеяться прямо сейчас». Казалось, что философия Остина всегда была направлена на какие-то частности языка, но спустя некоторое время Сёрл признал, что именно эти частности проливают свет и могут стать фундаментом для общей теории речевых актов. «Остина ненавидели практически по тем же причинам, что и Сократа. Казалось, он уничтожал все, не оставляя ничего взамен. Как Сократ, он бросал вызов традиции, но не представлял альтернативы… Все, что Остин предлагал, как и Сократ, был новый метод философствования» [8, 227].

Другой значимой повлиявшей на Сёрла фигурой был Питер Строссон. Его Сёрл называет «своим лучшим учителем», человеком, научившим его разбираться с проблемой с «высоты птичьего полета» и на самом высоком уровне. Его стиль аргументации стала моделью рационального мышления и критической оценки. Сёрл вспоминает, что в отличие от других преподавателей Стросон просил передавать ему подготовленные эссе заблаговременно (обычно они зачитывались вслух прямо на встрече с преподавателем). На семинаре Стросон формулировал позицию студента даже лучше, чем тот мог сформулировать её сам, а потом разбивал её в пух и прах. Атаки Стросона были разрушительны, но общение с ним вдохновляло на размышления.

Обучение в Оксфорде было крайне плодотворным, но оставаться в Англии Сёрл не захотел. Решение вернуться в Соединенные Штаты вызывало недоумение у британских коллег: «Это ужасно забавно то, что Вы говорите; Вас на минуту нельзя принять всерьёз. Представить Вас в США просто невозможно. Позвольте, с кем Вы там будете разговаривать?» Впрочем, к переезду в Калифорнию Сёрла толкнул все тот же Остин. Когда после визита в США ему предложили остаться работать в Беркли, Остин ответил: «К этому времени я, скорее всего, умру. Но, поскольку со мной не получится, возьмите Сёрла» [8, 434]. Остин действительно был смертельно болен и умер в возрасте 48 лет от рака лёгких. К этому времени Сёрл уже преподавал в Калифорнийском университете.

В начале своей профессиональной карьеры Сёрл занимался преимущественно философией языка. Он продолжал проект исследования речевых актов Остина, уточнял и дорабатывал идеи своего наставника. Но в 80-ые годы его интересы сдвинулись в сторону философии сознания. В книге «Интенциональность. Эссе по философии сознания» (1983) автор объясняет причины изменений: «Основное допущение, на котором строился мой подход к языку, это допущение о том, что философия языка является ветвью философии сознания. Возможность речевых действий представлять объекты и обстоятельства дел в мире это лишь расширение биологически фундаментальной возможности сознания (мозга) соотносить организм с миром с помощью убеждений и желаний…» [17, 8]. Таким образом, получилось, что, работая в области философии языка, Сёрл использовал кредит: ему приходилось ссылаться на способность, которую также необходимо было когда-то объяснять. И это объяснение лежало в области философии сознания. Чтобы отдать кредит, Сёрлу нужно было решить психофизическую проблему: ответить на вопрос, как орган, существующий объективно и обладающий физическими свойствами, способен порождать субъективные ментальные состояния, как может в мире, состоящем из бесчувственных бессознательных элементарных частиц, рациональность, интенциональность и разум могут иметь казуальное значение.

Биологический натурализм Дж. Сёрла

Теория сознания Серла сформулирована в монографиях: «Интенциональность. Эссе по философии сознания», «Открывая сознания заново», «Загадка сознания», «Сознание, язык и общество: философия в реальном мире», а также в сборнике «Философия в новом веке: избранные эссе». Эту теорию Сёрл называет биологическим натурализмом. Название обусловлено тем, как определяет феномен сознания сам автор. «На самом фундаментальном уровне сознание является биологическим феноменом в том смысле, что его причинами являются биологические процессы, оно само по себе является биологическим процессом и оно взаимодействует с биологическими процессами. Сознание является биологическим процессом как пищеварение, фотосинтез или выделение желчи» [20, 155]. Позицию Сёрла в отношении сознания и ментальной казуальности можно резюмировать в нескольких основных тезисах. (1) Ментальные состояния существуют как высокоуровневые характеристики физических состояний. (2) При этом они онтологически не могут быть редуцируемы к физическим состояниям. (3) Ментальные состояния каузально эффективны, (4) они также каузально зависимы от процессов в мозге. (5) принцип каузальной замкнутости верен. Я объясню эти тезисы в соответствующем порядке.

Ментальные состояния, по мнению Сёрла, реализованы в самом мозге как высокоуровневые характеристики системы. Они возникают в силу накопления низкоуровневых, физических свойств, однако не сводятся к ним. Существование высокоуровневых и низкоуровневых характеристик тривиально для натуралистических описаний. В качестве иллюстрации Сёрл приводит пример со свойством воды – текучести. Текучесть – высокоуровневая характеристика молекул воды. Одна молекула H2O, - говорит он - не обладает свойством текучести. Но текучесть проявляется при наличии множества молекул. При этом текучесть не является каким-то мистическим или необъяснимым феноменом. Это просто новое свойство, складывающееся из свойств скоплений молекул, свойство агрегата.

Ментальные характеристики, по мнению Сёрла, онтологически не сводимы к физическим. Нередуцируемость ментального обусловлена исключительными свойствами ментальных феноменов. Всего Сёрл перечисляет четыре таких свойства: (а) субъективность (б) квалитативный характер, (с) интенциональность и (д) единство опыта. Автор считает, что сознание обладает именно онтологической, а не эпистемической субъективностью. Он пишет: «ментальные состояния обладают нередуцируемой субъективной онтологией» [19, 284]. То есть для Сёрла ментальные феномены существуют только как часть внутреннего опыта человека (или животного).

Когда Сёрл говорит о квалитативном характере ментальных состояний, он имеет в виду их качественный характер. По его мнению, ментальное необходимо имеет этот уникальный для каждого субъекта характер, «то, что значит быть» в конкретный момент этим самым субъектом. К примеру, ощущение вкуса пива, запаха свежеиспеченного хлеба, звука третьей симфонии Бетховена – все это внутренние непосредственно данные субъекту и недоступные для других переживания. Под интенциональностью Сёрл подразумевает направленность состояний на объекты: радость чему-то, сожалению о чем-то, ожидание чего-то, надежда на что-то. Почти все ментальные состояния имеют такое свойство. И, наконец, единство опыта – это объединение в опыте зрительных образов, тактильных ощущений, звуков, запахов. Сёрл подчёркивает здесь холистическое свойство сознательного опыта.

Ментальную каузальность Сёрл считает очевидностью и фактом. «Вот, - говорит он на очередной лекции, - я хочу поднять руку, и проклятая штука поднимается, поднимается из раза в раз. Только чудак способен сомневаться в том, что причиной движения руки является желание». Этот эмпирический факт, по его мнению, должен быть одной из отправных точек теории сознания. Любая теория, которая игнорирует его, просто противоречит фактам. Утверждение ментальной каузальности Сёрл сочетает с идей каузальной редукции ментального к физическому. «Сознание каузально редуцируемо к процессам в мозге, потому что все свойства сознания каузально зависимы от нейробиологических процессов в мозге, и у сознания нет отдельных каузальных возможностей, изолированных от каузальных возможностей лежащей в его основе нейробиологии» [20, 155]. Эта каузальная редукция, по-видимому, позволяет философу сохранить приверженность тезису о каузальной замкнутости физического мира.

Лучше всего тезисы Дж. Сёрла о природе сознания проиллюстрировать с помощью примера подобного тем, что он сам неоднократно приводит в статьях и монографиях. Эти примеры должны показать, что теоретические аспекты его подхода являются непротиворечивыми и применимы к обычным природным явлениям. Если это так, философу останется только показать, что эта теоретическая схема применима и к более специфическому для анализа феномену – сознанию. Успешное решение этой задачи, в свою очередь, будет доказательством того, что решение проблемы сознании Сёрла является натуралистическим, то есть не выходит за рамки естественно-научного взгляда на феномен.

Иллюстрации к каузальным связям в биологическом натурализме

Рассмотрим переход воды в газообразное состояние в процессе кипения с позиции Сёрла. Почему закипает вода? Вода закипает потому, что разогревается зажженной конфоркой до соответствующей температуры. Т.е. (1) разогрев воды на огне приводит к переходу её в газообразное состояние. Кажется, это вполне законное каузальное объяснение в рамках макро-явлений. Но без труда найдется и другое описание, которое претендует на каузальную роль: кипение происходит потому, что кинетическая энергия, передающаяся в результате окисления углеводородов (горение топлива) молекулам H2O, заставляет их двигаться так быстро, что между ними разрываются (полярные и водородные) связи. Т.е. (2) повышение кинетической энергии до определенного уровня приводит к разрыву связей между молекулами воды. Это описание в рамках микро-явлений. Таким образом, у нас два совершенно законных каузальных объяснения перехода в газообразное состояние. Первое - на макроуровне (макрособытие А à макрособытие B), а второе на микроуровне (микрособытие А à мирособытие B). Оба описания позволяют проследить связь между антецедентом и консеквентом. Эти два описания отражают последовательность событий во времени, поэтому вслед за Сёрлом назовём их описаниями макро-макро и микро-микро «слева направо».

Есть ли между этими описаниям конкуренция? По мнению философа, в данном случае проблему конкуренции, даже если она возникает, решить не сложно. Достаточно провести соотношение между событиями микро- и макроуровней. Т.е. идентифицировать разогрев воды с повышением уровня кинетической энергии молекул воды, а газообразное состояние воды с состоянием, когда молекулы воды не объединены полярными и водородными связями между собой. Как только идентификация осуществлена, проблема исчезает: у нас не две различные причины, не два конкурирующих за каузальную эффективность явления, а одно, но с двумя описаниями, на двух разных уровнях.

Наверное, тогда можно добавить и другие каузальное описания, тоже без конкуренции: микро-макро и макро-микро слева-направо: (3) повышение кинетической энергии молекул воды до определенного уровня является причиной кипения (4) разогрев воды до определённого уровня приводит к разрушению полярных и водородных связей. Таким образом, есть уже четыре способа каузального описания слева-направо: микро-микро, микро-макро, макро-макро и макро-микро. Эти способы возникают в силу того, что одно и то же явление можно описывать на разном уровне. И, по всей видимости, конкуренцию за каузальную эффективность между этими описаниями снимается через идентификацию явлений нижнего и верхнего уровня.

Но с позиции Сёрла в описанном явлении существует ещё один тип каузальных связей - «снизу-вверх» [17, 272]. Судя по его рассуждениям, Сёрл утверждает наличие каузальности между одномоментными, синхронными событиями на разных уровнях. Т.е. повышение кинетической энергии молекул воды он также считает причиной повышения температуры воды. И, соответственно, (5) разрыв связей между молекулами воды – перехода воды в газообразное состояние. Таким образом, по мнению Сёрла, правомерно еще и пятое описание причины кипения воды: снизу-вверх, микро-макро. Конкуренция в этом случае, по его мнению, также не является проблемой. Ведь речь идёт об одном и том же явлении.

Рис. 1. Схема каузальных связей процесса кипения воды

Этот пример является важным инструментом для иллюстрации работы теоретической модели каузальности Сёрла. Эта модель должна показать, что может существовать множество достаточных причин для простых физических процессов. То есть она опровергает принцип исключения Дж. Кима. Следующим шагом Сёрл должен провести аналогию между соотношением высокоуровневых и низкоуровневых характеристик физических процессов с и соотношением ментальных и нейронных процессов с другой.

Философ утверждает, что отношение между мозгом и сознанием, ментальными и физическими состояниями, являются не чем-то удивительным, а вполне тривиальным. И что мозг является причиной ментальных состояний, также как причиной этих ментальных состояний являются предшествующие ментальные состояния. Мозг каузально влияет на сознание, и сознание – на последующие состояния мозга. Таким образом, Сёрл вписывает ментальное в каузальные цепочки природы и представляет конфликт ментальной и физической причины иллюзией.

Рука поднимается вверх. Причиной этого действия, по его мнению, является, как желание поднять руку агентом, так и возбуждение такой-то сети нейронов в его мозге. Но это не две конкурирующие причины. Желание поднять руку и возбуждение сети нейронов – это описания событий на разных уровнях: желание – на макроуровне, а возбуждение нейронов – на микро, подобно тому, как разогрев воды является описанием процесса на макроуровне, а повышение кинетической энергии молекул воды – на микроуровне.

Рис 2. Схема каузальных связей движения организма

Рассуждения Сёрла соответствуют здравому смыслу. Полезным является его указание на возможность параллельно описывать явления на макро и микро уровнях. Но(1) действительно ли проходит аналогия между высокоуровневыми и низкоуровневыми характеристиками физических процессов с одной стороны и нейрофизиологическими процессами и состояниями сознания с другой в рамках теории сознания Сёрла? (2) Икогерентно ли действительно такое теоретическое описание физических явлений?

Недостатки аналогий Дж. Сёрла

Думаю, что аналогии Сёрла работают не совсем удачно – с ними возникает проблема именно в рамках биологического натурализма. Высокоуровневые характеристики физических процессов (например, кипение) действительно существуют и реализуются на низкоуровневых микроструктурах. Но эти высокоуровневые характеристики онтологически редуцируются. Именно поэтому они могут использоваться в каузальных объяснениях и эти объяснения не противоречат объяснениям на базовом уровне. Напротив, ментальные характеристики у Сёрла нередуцируемые. Они обладают рядом специфических свойств (субъективность, квалитативность, интенциональность, единство), которые не возникают в результате простой аггрегации. Поэтому сравнивать высокоуровневые процессы и характеристики, такие как текучесть или кипение с ментальными процессами и характеристиками, такими как такими как переживание боли или страха, в биологическом натурализме нельзя.

Аналогия работала бы только в случае, если Сёрл готов бы был отождествлять ментальные процессы с физическими. Но в теории сознания Сёрла нельзя ожидать такого отождествления. Ведь среди его ключевых тезисов – утверждение о нередуцируемости ментального и его уникальных специфических черт, в первую очередь – субъективности. Сознание, согласно его мнению, онтологически субъективно, т.е. существует как приватные субъективные состояния. Но это принципиально отличает ментальное от физического. Следовательно, аналогия в теории Сёрла не является удачной. Не лишена недостатков и его теоретическая модель.

Внутренние противоречия теории Дж. Сёрла

Сёрл утверждает, что низкоуровневые характеристики являются причиной высокоуровневых, в частности, что повышение кинетической энергии молекул ведет к разогреву воды. Но это, мне кажется, очень большой натяжкой для определения причинности. Согласно традиционным определениям, причина должна предшествовать действию, а не реализовываться одномоментно. А в описанной Сёрлом ситуации это не так. Учитывая то, что повышение кинетической энергии синхронно разогреву, было бы логичней описывать отношение между низкоуровневыми и высокоуровневыми процессами как супервентность. Это стандартный для современной аналитической философии термин. Его ввел в употребление Р. Хйэр. Согласно традиционному определению набор свойств А является супервентным по отношению к набору свойств Б в том случае, если объект не может различаться в свойствах А, без различий в свойствах Б [11, 1-16]. Понятие супервентность гораздо лучше подходит для характеристики отношения низкоуровневых и высокоуровневых свойств. Более того, использование термина каузальность в данном случае приводит к еще одной важной внутренней проблеме.

Констатация каузальной связи наталкивает читателя на мысль, что референтом описаний низкоуровневых и высокоуровневых свойств являются разные сущности. Ведь по определению причина должна быть логически независимой от действия. К такой интерпретации приводит также определение Сёрлом ментальных событий как онтологически субъективных состояний, в отличие от онтологически объективных физических состояний. Из этой интерпретации следует, что у американского философа ментальные события как высокоуровневые свойства обладают самостоятельной онтологией и не могут быть сведены к агрегатам низкоуровневых свойств. Но это плохо сочетается с другим тезисом Сёрла о том, что «…у сознания нет отдельных каузальных возможностей, изолированных от каузальных возможностей лежащей в его основе нейробиологии» [20, 155]. Из этих двух посылок следует, что у высокоуровневых свойств, обладающих самостоятельной онтологией, нет отдельных каузальных возможностей! Это значит, что Сёрл утверждает то эпифеноменальность высокоуровневых свойств, то их каузальную неэффективность. Иными словами утверждения Сёрла приводят к выводам, аналогичным выводам Кима. Но это противоречит одному из ключевых тезисов Сёрла – «факту» наличия ментальной каузальности. Видимо, его позиция внутренне противоречива. Есть ли выход из этой патовой ситуации?

Мне кажется, что выходом может быть отрицание онтологической нередуцируемости ментальных состояний. Онтологическая нередуцируемость ментальных состояний не является эмпирическим фактом, который нельзя отрицать. Возможно, это контринтуитивный шаг, но его делают некоторых современные аналитики. И это утверждение не приводит к необходимости полного отождествления ментального и физического. Остается еще эпистемическая редукция. Именно она представляется невозможной. Наиболее последовательно подобное решение реализовано в частности в телеофункционализме Д. Деннета. Впрочем, это отдельный предмет исследования, которому должна быть посвящена другая работа.

Вывод

Проблема ментальной каузальности является одной из ключевых предметов исследования современной аналитической философии. Она заключается в попытке объяснить возможность каузальной эффективности ментальных свойств в рамках натуралистического представления о мире. Одним из решений этой проблемы является биологический натурализм Дж. Сёрла. В этом решении сочетаются тезисы об онтологической нередуцируемости ментальных состояний, ментальной каузальности и каузальной замкнутости физического мира. Сёрл пытается натурализовать сознание, показав, что ментальная каузальность аналогична каузальности высокоуровневых характеристик. Однако решение Сёрла о ментальной каузальности не согласуется с некоторыми другими положениями его теории. В первую очередь, с положением об онтологической нередуцируемости ментальных свойств. С точки зрения автора, более перспективным решением проблемы ментальной каузальности является в частности телеофункционализм Д. Деннета.

Библиография
1.
Васильев В.В. Трудная проблема сознания. М.: Прогресс-Традиция, 2009. 272 с.
2.
Волков Д.Б. Бостонский зомби: Д. Деннет и его теория сознания. М.: Либроком, 2012. 320 с.
3.
Дубровский Д.И. Новое открытие сознания? // Дубровский Д.И. Сознание, мозг, искусственный интеллект. М.: ИД Стратегия-Центр, 2007. С. 139-163.
4.
Мареева Е.В. Дж. Сёрл: старое и новое в понятии сознания // Философия сознания: история и современность. М., 2003. С. 216-231.
5.
Материалы опроса философского сообщества готовятся к публикации Московским центром исследования сознания.
6.
Сёрл Дж. Открывая сознание заново. М.: Идея-Пресс, 2002. 256 с.
7.
Сёрль Дж. Рациональность в действии. М.Ж Прогресс-Традиция, 2004. 336 с.
8.
A Companion to Analytic Philosophy. Ed. Martinich A., Sosa D. Malden. New Jersy: Wiley-Blackwell, 2005. 510 p.
9.
Davidson D. Mental events //Essays on actions and events. Oxford: Clarendon Press, 2001. 320 p.
10.
Faigenbaum G. Conversation with John Searle. Mexico: LibrosEnRed, 2003. 196 p.
11.
Hare R. Inagural Address: Supervenience. Proceedings of the Aristotelian. Vol. 58, 1984. Pp. 1-16.
12.
Pinker S. The Bank Slate: The Modern Denial of Human Nature. N.Y.: Penguin Books, 2002. 528 p.
13.
Searle J.R. Biological Naturalism // Blackwell companion to Consciousness, ed. By M. Velmans and S. Schneider. Malden, 2007. Pp. 325-334.
14.
Searle J.R. Minds, Brains and Science. Cambridge: Harvard University Press, 1984. 107 p.
15.
Searle J.R. Mind, Language, and Society: Philosophy in the Real World. N.Y.: Basic Books, 1999 (1998). 192 p.
16.
Searle J.R. Mind: A Brief introduction. Oxford: Oxford University Press, 2004. 240p.
17.
Searle J.R. Intentionality: An Essay in the Philosophy of Mind. Cambridge: Cambridge University Press, 1983. 292 p.
18.
Searle J.R. The Mystery of Consciousness. N.Y.: The New York Review of Books, 1998 (1997). 224 p.
19.
Searle J. The Rediscovery of Mind. Cambridge: A Bradfood Book, 1994 (1992). 288 p.
20.
Searle J. Why I am not a property dualist // Philosophy in a new century. Selected essays. Pp. 152-185.
References (transliterated)
1.
Vasil'ev V.V. Trudnaya problema soznaniya. M.: Progress-Traditsiya, 2009. 272 s.
2.
Volkov D.B. Bostonskii zombi: D. Dennet i ego teoriya soznaniya. M.: Librokom, 2012. 320 s.
3.
Dubrovskii D.I. Novoe otkrytie soznaniya? // Dubrovskii D.I. Soznanie, mozg, iskusstvennyi intellekt. M.: ID Strategiya-Tsentr, 2007. S. 139-163.
4.
Mareeva E.V. Dzh. Serl: staroe i novoe v ponyatii soznaniya // Filosofiya soznaniya: istoriya i sovremennost'. M., 2003. S. 216-231.
5.
Materialy oprosa filosofskogo soobshchestva gotovyatsya k publikatsii Moskovskim tsentrom issledovaniya soznaniya.
6.
Serl Dzh. Otkryvaya soznanie zanovo. M.: Ideya-Press, 2002. 256 s.
7.
Serl' Dzh. Ratsional'nost' v deistvii. M.Zh Progress-Traditsiya, 2004. 336 s.
8.
A Companion to Analytic Philosophy. Ed. Martinich A., Sosa D. Malden. New Jersy: Wiley-Blackwell, 2005. 510 p.
9.
Davidson D. Mental events //Essays on actions and events. Oxford: Clarendon Press, 2001. 320 p.
10.
Faigenbaum G. Conversation with John Searle. Mexico: LibrosEnRed, 2003. 196 p.
11.
Hare R. Inagural Address: Supervenience. Proceedings of the Aristotelian. Vol. 58, 1984. Pp. 1-16.
12.
Pinker S. The Bank Slate: The Modern Denial of Human Nature. N.Y.: Penguin Books, 2002. 528 p.
13.
Searle J.R. Biological Naturalism // Blackwell companion to Consciousness, ed. By M. Velmans and S. Schneider. Malden, 2007. Pp. 325-334.
14.
Searle J.R. Minds, Brains and Science. Cambridge: Harvard University Press, 1984. 107 p.
15.
Searle J.R. Mind, Language, and Society: Philosophy in the Real World. N.Y.: Basic Books, 1999 (1998). 192 p.
16.
Searle J.R. Mind: A Brief introduction. Oxford: Oxford University Press, 2004. 240p.
17.
Searle J.R. Intentionality: An Essay in the Philosophy of Mind. Cambridge: Cambridge University Press, 1983. 292 p.
18.
Searle J.R. The Mystery of Consciousness. N.Y.: The New York Review of Books, 1998 (1997). 224 p.
19.
Searle J. The Rediscovery of Mind. Cambridge: A Bradfood Book, 1994 (1992). 288 p.
20.
Searle J. Why I am not a property dualist // Philosophy in a new century. Selected essays. Pp. 152-185.