Рус Eng За 365 дней одобрено статей: 2004,   статей на доработке: 336 отклонено статей: 786 
Библиотека
Статьи и журналы | Тарифы | Оплата | Ваш профиль

Вернуться к содержанию

Интернет-поле VS киберпространства
Нестеров Анатолий Васильевич

доктор юридических наук, кандидат технических наук

профессор, кафедра Товароведения и таможенной экспертизы, Российская таможенная академия

115419, Россия, У. Донская 28 область, г. Москва, ул. Донская, 28

Nesterov Anatolii

Professor at the Higher School of Economics, Department of Judiciary and Justice

115419, Russia, U. Donskaya 28 oblast', g. Moscow, ul. Donskaya, 28

nesterav@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Объектом исследования является кибер-безопасность. Предметом исследования являются правовые свойства элементов интернет-поля, влияющие на кибер-безопасность. Уточняются юридические границы использования термина «киберпространство». Рассматривается терминологический аппарат, связанный с категорией виртуального «интернет-поля» и его границы, позволяющих построить терминологическое основание для определения виртуальной национальной юрисдикции.Автором поднимаются вопросы безопасности в киберпространстве и в частности вопрос защиты национального суверенитета. Рассматривается роль международного права в определении юридического аппарата для регулирования деятельности субъектов в киберпространстве. Для анализа термино-юридической проблемы в интернет-праве использовались исторический, сравнительный и системный методы, а также категорийный подход. Автор утверждает, что легальное правовое регулирование юридически значимых жизнедеятельностных ситуаций на суверенной территории России, а также юридическое сопровождение пресечения попыток, фактов совершения и/или последствий преступлений, актов общественного хаоса и/или нарушения национальной безопасности с помощью интернета, осуществляемых иностранными элементами интернет-поля, требует создания категориального и терминологического юридического аппарата в области интернет-права.

Ключевые слова: Интернет-поле, киберпространство, интернет-вселенная, суверенная, безопасность, интернет-инфраструктура, интернет-мир, кибербезопасность, интернет право, интернет-территория

DOI:

10.7256/2409-7543.2015.4.16743

Дата направления в редакцию:

23-10-2015


Дата рецензирования:

24-10-2015


Дата публикации:

23-12-2015


Abstract.

The object of the research is cyber-security. The subject of the research is the legal nature of the virtual sphere, influencing cyber-security. The author specifies the legal framework of the term “cyberspace”. The article considers the terminological base, related to the category of the virtual “Internet-field”, and its limits, helping with the formation of the terminological basis for the definition of the virtual national jurisdiction. The author raises the issues of security of cyberspace and particularly the problem of the national sovereignty protection. The author considers the role of international law in the definition of legal mechanisms of regulation of actors in cyberspace.  The author applies the historical, comparative and systems methods and the categorical approach. The author claims that legal regulation of the legally significant situations on the sovereign territory of the Russian Federation, and legal maintenance of prevention of attempts or facts and/or consequences of crimes, acts of social chaos and/or infringement of national security with the help of the Internet, committed by foreign elements of the virtual space, requires the creation of a categorial and terminological legal mechanism in the sphere of Internet law. 

Keywords:

Internet field, Cyberspace, Internet universe, sovereign, security, Internet infrastructure, Internet world, cyber security, Internet law, Internet area

В России стали использовать понятие киберпространства. К сожалению, отечественные определения киберпространства, как в публикациях, так и в доктринальных документах, имеют не достаточно конструктивный характер. Например, «киберпространство – сфера деятельности в информационном пространстве…» или «киберпространство – пространство, в котором осуществляется функционирование и взаимодействие киберобъектов» [1]. Или такое определение: «В Стратегии киберпространство должно рассматриваться как определенный, имеющий четкие границы элемент информационного пространства.» [Концепция стратегии кибербезопасности Российской Федерации // URL: http://www.council.gov.ru/media/fi les/41d4b3dfbdb 25cea8a73.pdf]. Киберпространство упоминается в Прогнозе научно-технологического развития Российской Федерации на период до 2030 года (утв. Правительством РФ).

К сожалению, в России слово «киберпространство», появившееся в США, стали использовать в значение несоответствующем, значению в Национальной стратегии идентификации в киберпространстве (2011 г.). В частности, в ней киберпространство рассматривает как один из важнейших элементов инфраструктуры государства, нуждающийся в такой же системе безопасности, как и любая иная существенная инфраструктура государства. Таким образом, киберпространство в США – это не пространство, а часть национальной инфраструктуры, которая должна иметь границу и защиту. Необходимо отметить, что понятие киберпространства в США изменилось по сравнению с 2005 г. В частности, в соответствии с публикацией [2], в которой приведено определение, данное Верховным Судом США, а именно: уникальный носитель, не находящийся на определенной территории, но доступный каждому в любой точке мира через Интернет.

Таким образом, как в США, так и в России необходима точная юридическая расшифровка значения слова «киберпространство», а также и научно-обоснованная критика этого значения. В противном случае некоторые юридически значимые решения, связанные с интернетом могут приводить к существенным потерям.

Немного истории киберпространства

Слово «киберпространство» появилось в художественной прозе У. Гибсона (1984 г.) и получило распространение в среде журналистов и политологов как метафора. Однако в последнее время это слово стало использоваться повсеместно, в том числе в политике и науке.

Киберпространство и другие производные слова с приставкой кибер, базируются на слове «кибернетика», введенного Н. Винером (1948 г.). Кибернетический подход был сформулирован как наука об общих закономерностях процессов управления и передачи информации в машинах, живых организмах и обществе [3].

Его идея была развита за счет появления термина «киборг», который был введён М. Клайнсом и Н. Клином в 1960 году, в связи с их концепцией расширения возможностей человека для выживания вне Земли.

Также надо отметить, что задолго до появления этих терминов появилось слово «робот», которое использовал чех К. Чапек в пьесе «Россумские универсальные роботы» (1920 г.). Учитывая, что в интернете широко используются программные роботы (интернет-роботы), это вполне уместно.

Физическим прообразом киберпространства стало первое сетевое взаимодействие двух удаленных компьютеров с помощью электрической линии связи в США. Считается, что эра сетевого компьютерного взаимодействия началась с 1969 г.

Однако понятие интернета было зафиксировано с появлением телекоммуникационного сочленения нескольких компьютерных сетей. Также обратим внимание на то, что слово интернет означает «межсетевой». Это можно расшифровать как сеть сетей, соединяющая оконечные смарт (умные, интеллектуальные) устройства, в частности, компьютеры, а стало быть, людей.

На основе инфраструктуры интернета могут создаваться виртуальные миры, в частности, WWW (веб), TOR и другие, которые составляют интернет-вселенную. Эта виртуальная вселенная представляет электронное отображение тех наиболее продвинутых обществ, которые существуют на Земле.

Так как интернет-вселенная является интеллектуальной техногенной системой, то в ней реализованы интерактивные функции коммуникации не только людей, но и интернет-роботов, а также оконечных смарт-устройств. Это действительно, формально похоже на кибернетическую систему по Винеру. Если исходить из того, что кибернетический подход подразумевает создание системы в виде «черного ящика», которая управляется с помощью обратных связей, то тогда интернет-система может обладать интернет-полем. Это связано с тем, что в интернет-поле могут возникать неопределенные динамические структурные связи.

Наверное, Гибсон подразумевал, что кибернетическое пространство дает возможность взаимодействовать людям не только с компьютером, но и между собой с их помощью, если они включены в сеть электрической связи. Однако он не учел того, что киберпространство это свойство виртуального поля, которое может продуцироваться в инфраструктуре интернета. Поэтому люди взаимодействуют с помощью элементов виртуального интернет-поля, а не киберпространства. В этой связи слово «киберпространство» можно считать метафорой. Тем не менее, оно стало использоваться в официальных документах США. Наверное, в России следует придерживаться правильной терминологии.

Подчеркнем, что обозначать интернет-поле как киберпространство нельзя, т.к. понятие пространства обозначает свойство поля, а не само поле, в том числе и виртуальное [4]. Если же использовать слово «кибер», то тогда это надо делать в виде «кибер-поля», т.к. если возникнет «кибер-война», то она будет происходить в рамках (сфере) интернет-поля. Не надо представлять себе поле как площадку, виртуальное поле может быть многомерным. Сейчас уже можно наблюдать «кибер-противостояния» между интернет-роботами («червями»), которые выполняют нападающие функции, и интернет-роботами, выполняющими защитные функции. Если и использовать понятие «киберпространство», то в значении интернет-пространства (интернет-территории), т.е. как юридический термин, обозначающий наличие национальной юрисдикции на некоторой территории. Однако лучше использовать слова с приставкой «интернет», а не «кибер», для того, чтобы не объяснять, значение слова «кибер».

С инфраструктурной точки зрения понятие «интернет-пространство» необходимо рассматривать как глобальное адресное пространство, которое состоит из региональных и/или национальных сегментов интернета.

Также нельзя отождествлять понятия системы и поля, т.к. виртуальное поле (интернет-поле) является элементом интернет-системы. Важно отметить, что в последнее время стали обращать внимание на то, что эта система должна развиваться как экологическая система (экосистема).

Новейшие достижения на основе интернет-поля

Сейчас человечество достигло такого уровня, когда открытое интернет-«гуляй-поле» начинают юридически регулировать, а стало быть, формировать понятие интернет-границ, виртуальных (фиктивных) по своей сущности. Для юриспруденции понятие фикции хорошо знакомо, вспомним юридическую конструкцию-фикцию юридического лица. Международное право должно сформулировать понятие виртуальных границ национальной и/или международной юрисдикции. Прецеденты уже имеются – преступления против человечности не имеют сроков давности, а преступники преследуются вне зависимости от национальных границ, как национальными судами, так и международным трибуналом. Интернет-вселенная должна быть достаточно безопасной, в «ней» должны пресекаться преступления, анархия и/или война. Отметим, что инциденты возникают в обществе, а не в виртуальном поле.

Возможно, что современная архитектура интернета, созданная идеалистами инженерами, подвергнется перестройки, с учетом высказанных ограничений и/или запретов, а интернет-вселенная, как интеллектуальная, глобальная и экологичная система будет более доброжелательной, чем ее первая версия.

Понятие интернет-вселенной подразумевает, что в ней можно «поселить» виртуальных персонажей (симулякр) и предоставить им возможность оперировать с виртуальными объектами. Так как в виртуальном мире можно моделировать элементы действительного мира, но с некоторыми идеальными свойствами, то субъекты действительного мира могут создавать некоторые виртуальные миры со своей виртуальной жизнедеятельностью, в частности, продуцировать свою виртуальную валюту, например, биткоины (цифровая монета). Этим же, словом обозначают систему расчетов на ее основе. В ноябре 2008 года некто, именуемый себя как Сатоши Накомото, впервые разослал по рассылочному списку криптографам документ, раскрывающий суть виртуальных денег. Однако пока не известно, какой субъект скрывается под этим именем [Кто придумал биткоин? URL: http://coinspot.io/beginners/kto-takoj-satoshi-nakamoto/]. Отметим, что, так как категория виртуального мира может логически пересекаться с действительным миром, то нет принципиального запрета на обмен биткоинов на действительную валюту.

В действительном мире появились два явления, в частности, электронный и/или смарт мир, которые формируются в этом мире, в частности, в публичной и/или общественной сфере. Считается, что первым упомянул слово «смарт» П. Друкер в 1954 г.

Появление, так называемых, электронных услуг, электронного правительства, электронного документа, электронной подписи и т.п. можно рассматривать как элементы нарождающегося электронного мира.

На основе веб-3 («интернет-вещей») стали появляться умные устройства, которые могут работать без участия человека и/или управляться с помощью интернета, например, смарт-дома, смарт-автомобили и т.п.

Таким образом, фактически можно наблюдать появление электронного (смарт) мира на основе интернет-вселенной, где последняя вселенная выступает в качестве виртуальной платформы для реализации разнообразных функций, как человека, так и общества.

Наличие электронных миров позволяет достаточно подробно наблюдать публичным властным органам, не только за информационными действиями граждан, но и за их действиями в действительном мире, в частности, отслеживать их перемещения во времени и в геометрическом пространстве. Это неоднозначно воспринимается правозащитниками, которые требуют соблюдения баланса личных прав граждан и требований национальной безопасности.

Следующим достижением интернет-программистов стало создание интернет-облаков. Пример использования таких облаков в качестве хранилища данных в распределенных специальных серверах как элементах интернет-поля. В Википедии считается, что первыми идею использования вычислительных ресурсов по принципу системы коммунального хозяйства, высказали Д. Маккарти или Дж. Ликлайдер (1960-е годы).

Сейчас интернет-облака позволяют наравне с собственными и/или арендуемыми на сервере провайдера запоминающими устройствами, использовать специальные облачные серверы. В последнем случае состав и/или структура облачных хранилищ данных пользователю неизвестна («черный ящик»), но он получает управление функцией облачного хранения больших объемов его данных. Пользователь рассматривает интернет-облако как виртуальный сервер, который может находиться на территории другой страны.

Таким образом, интернет-вселенную можно рассматривать как виртуальный (информационно-коммуникационный, электронный, цифровой, умный, интеллектуальный, киберпространственный и т.п.) инструмент, который используется в личной, общественной и/или публичной жизнедеятельности. Как любой инструмент его можно использовать, как для законных, так и незаконных целей. Поэтому юридически значимое использование интернет-вселенной необходимо регулировать с помощью легального права.

Интернет-вселенная против киберпространства

Как показано, в публикации [4] интернет-пространство необходимо рассматривать как территориальное свойство (интернет-территорию) интернет-поля и/или интернет-инфраструктуры. С интернет-территорией интернет-инфраструктуры все достаточно понятно, т.к. она определяется расположением элементов интернет-инфраструктуры в сфере (границах) суверенной национальной территории, в том числе и в пределах международной территории. Интернет-территорию интернет-поля ограничить значительно сложнее, т.к. это поле является виртуальным, поэтому и граница также носит виртуальный характер.

Проблема осложняется еще и тем, что человек в интернет-поле может выступать, как под своим именем, так и вымышленным, но известным именем (псевдонимом) как минимум одному человеку, а также без имени (анонимом). Даже наличие известного доменного имени не дает возможности точно идентифицировать человека, который выходил в интернет-поле. Возможность анонимных интернет-миров, например, TOR, существующих в интернет-поле интернет-вселенной, позволяет симулировать и страну, из которой выходил человек в интернет-поле.

Таким образом, современная архитектура интернета позволяет на основе интернет-инфраструктуры создать виртуальное интернет-поле, границы которого не определены и не зависят от национальных границ. В этом виртуальном поле имеется возможность продуцировать виртуальные вселенные, в рамках которых возможно существование не только интернет-роботов (виртуальных инструментов, объектов), но и действия, продуцируемые анонимными субъектами интернета, которые могут выступать в качестве виртуальных персонажей.

Все это позволяет злоумышленникам совершать с помощью интернета негативные деяния, как против элементов интернета, так и против иных субъектов интернета, а также наносить прямой ущерб любым юридическим субъектам, и даже их критически важной инфраструктуре, если она подключена к интернету.

Наличие анонимности в интернете дает возможность незаконопослушным людям и/или представителям бизнес-структур, и даже публичных структур, выступать в роли «пиратов» в интернет-поле и действовать с нарушением, как национального, так и международного права.

Более того, так как интернет-поле декларируется как поле свободы выражения идей и/или слов (медиа), то оно становится полем противостояния интересов различных государств, отстаивающих свои национальные устремления, в частности, ценности.

Таким образом, интернет-поле стало полем столкновения не только идей и/или медиа, но инструментом проникновения на чужую национальную территорию и воздействия, как на массовое сознание в этой стране, так и на элементы ее инфраструктуры, в том числе интернет-инфраструктуры.

Разоблачение Э. Сноуденом деятельности США в интернет-поле, противоречащей международному праву, позволяют обоснованно ставить под сомнения слова о благородных целях, связанных со свободой в интернете. Сейчас становятся понятными действия США, как наиболее продвинутой страны в области интернет-технологий, в торможении процесса установления международного интернет-права с помощью ООН. Эта свобода становится свободой сильного оказывать, необходимое для США воздействие, на массовое сознание в других странах с помощью этих технологий. Эта свобода дает США возможность создавать глобальный рынок, на котором будут доминировать транснациональные корпорации со штаб-квартирами в США. Эта свобода дает США возможность унифицировать образ жизни иных народов в соответствии с американскими стандартами.

Политика Обамы «свободы в интернете» прикрывает идею глобального рынка для американских транснациональных компаний и унификации всего мира под американские стандарты общества потребления (Национальной стратегии идентификации в киберпространстве).

Политика России в интернете выглядит как отстаивание виртуального национального суверенитета и создание виртуального русскоязычного мира. Для этого государству необходимы, не только технологические, экономические, но и юридические ресурсы.

Противостояние в интернет-поле с помощью воздействия интернет-контента на пользователей, проявляется в виде активной контрпропаганды за счет оказания коммуникативного влияния на сознание и/или подсознание пользователей путем демонстрации в интернет-контенте оппонентов наличия:

- скрытой ложности, выгодных для них пробелов и/или противоречий, а также

- публичной дискредитации, деморализации и/или выявления скрытых целей оппонентов.

Если пропагандистский интернет-контент можно прикрыть рассуждениями о свободе слова и/или идей, то незаконный перехват интернет-контента явно противоречит праву на личную и/или частную жизнедеятельность. Тем более, не допустимы интернет-атаки («кибер-атаки») на элементы интернет-инфраструктуры, программное и/или информационное обеспечение субъектов интернета. Преступления, совершаемые с помощью интернет-роботов против критической инфраструктуры, приводящие к массовым жертвам, необходимо рассматривать как преступления против человечности.

Появление российского сегмента интернета (2010 г.) можно рассматривать как создание русскоязычного интернет-поля, позволяющего осуществить национальную идентификацию и создать виртуальный русский мир.

Некоторые авторы считают, что это приведет к разобщению глобального интернета, не учитывая, что интернет как система является открытой системой, и устойчива только за счет многообразия ее элементов.

Появление российского государственного сегмента информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", как закрытой части Рунета [Указ Президента РФ от 22 мая 2015 г. № 260 "О некоторых вопросах информационной безопасности Российской Федерации"], эти авторы также стали воспринимать как дефрагментацию глобального интернета, без учета того, что западные страны уже давно создали такие сегменты.

Выводы. Слово «киберпространство» не имеет отношение к действительному интернету, поэтому нет необходимости его использовать в произвольном значении. Легальное правовое регулирование юридически значимых жизнедеятельностных ситуаций на суверенной территории России, а также юридическое сопровождение пресечения попыток, фактов совершения и/или последствий преступлений, актов общественного хаоса и/или нарушения национальной безопасности с помощью интернета, осуществляемых иностранными элементами интернет-поля, требует создания категориального [5] и терминологического [6] юридического аппарата в области интернет-права.

Библиография
1.
Алпеев А.С. Терминология безопасности: кибербезопасность, информационная безопасность // Вопросы кибербезопасности.-2014.-№5. – С. 39-42.
2.
Степанов-Егиянц В. Г. Преступления в сфере безопасности обращения компьютерной информации: сравнительный анализ: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005. С. 37.
3.
Винер Н. Кибернетика, или Управление и связь в животном и машине. М.: Советское радио, 1958.
4.
Нестеров А. В. О категории пространства. – М.: НИУ ВШЭ, препринт, июль 2015 // URL: www.hse.ru. – 12 с.
5.
Нестеров А. В. Категорийный подход.-М.: НИУ ВШЭ, препринт, май 2013 // URL: www.hse.ru.-12 с.
6.
Касенова М. Б. Трансграничное управление интернетом: основные термины и понятия // Юридический мир. 2014. N 2.
References (transliterated)
1.
Alpeev A.S. Terminologiya bezopasnosti: kiberbezopasnost', informatsionnaya bezopasnost' // Voprosy kiberbezopasnosti.-2014.-№5. – S. 39-42.
2.
Stepanov-Egiyants V. G. Prestupleniya v sfere bezopasnosti obrashcheniya komp'yuternoi informatsii: sravnitel'nyi analiz: dis. ... kand. yurid. nauk. M., 2005. S. 37.
3.
Viner N. Kibernetika, ili Upravlenie i svyaz' v zhivotnom i mashine. M.: Sovetskoe radio, 1958.
4.
Nesterov A. V. O kategorii prostranstva. – M.: NIU VShE, preprint, iyul' 2015 // URL: www.hse.ru. – 12 s.
5.
Nesterov A. V. Kategoriinyi podkhod.-M.: NIU VShE, preprint, mai 2013 // URL: www.hse.ru.-12 s.
6.
Kasenova M. B. Transgranichnoe upravlenie internetom: osnovnye terminy i ponyatiya // Yuridicheskii mir. 2014. N 2.